С восходом солнца Цзэ Сюлань вместе со своими спутниками выдвинулся в дорогу. Как и было решено накануне, они отправились в соседнюю деревушку, которую при полете рассмотрел Линь Ян. Погода стояла чудесная: слегка грело осеннее солнце и легкий ветерок трепал широкие рукава и длинные волосы. После продолжительного сна Цзэ Сюлань чувствовал себя намного лучше. Разобравшись, как отслеживать свои духовные силы, он чувствовал, что их по-прежнему мало. Но за дня два-три все должно прийти в норму.

– Мастер Цзэ, а здесь может водиться Баньтьян? – полюбопытствовала Юнь Цзяо, когда заклинатели проходили мимо широкого поля. Юйси кружил где-то высоко в небе, иногда отбрасывая своими длинными крыльями тени.

Цзэ Сюлань прочел множество книг о существах этого мира, и Баньтьян не был чем-то особо свирепым и неизвестным. Но как он мог с уверенностью ответить, может водиться или нет? Если следовать логике этого мира, то все возможно.

– Может, – ответил за него Линь Ян. – Здесь не самое хорошее место. Напрягите свои заклинательские чувства и почувствуйте эту нестабильную энергию.

– А что такое Баньтьян? – почесал затылок Минь Ли. А потом достал из-за пазухи рисовую лепешку, решив перекусить. Он прихватил немного еды еще в Лихани и тайком подъедал на протяжении всего пути.

Юнь Цзяо тут же принялась тараторить, чтобы похвастаться своими знаниями:

– Это злобный дух в виде молодой женщины, который является в сезон работы в полях крестьянам. Она появляется в знойные солнечные дни, когда солнце высоко. Баньтьян всегда одета в белые одежды, и они скрывают и ее лицо, и все остальное тело. В руках у нее острый серп. К людям она настроена враждебно. И если встречает кого, то или убьет, или покалечит. Она может начать подробно расспрашивать о крестьянской работе. Например, как правильно выращивать рис. Если отвечать на ее вопросы быстро и без запинок, то она может и отстать. Особенно Баньтьян опасна для детей. Иногда она ходит по деревням и ворует души младенцев, потому что у них еще не сильна связь с телом. Души детей постарше она не может украсть и поэтому ворует детей. Мастер Цзэ, я все правильно сказала?

– Правильно-правильно, молодец, – снисходительно улыбнулся Цзэ Сюлань. Вот она же явно напрашивалась на похвалу. От добрых слов ученица расцвела румянцем и заулыбалась.

– И что, она прямо в дом войти может? – от заинтересованности Минь Ли даже перестал жевать.

– Ну конечно! – повысила голос девушка. – Чего ты так в лице переменился? Ты ж заклинатель, неужели испугался какого-то мелкого духа?

– Да ничего я не испугался, просто впервые о таком слышу!

– Так читать больше надо, тогда и знать все будешь.

– Я вообще-то читаю, – насупился Минь Ли.

– Ерунду ты читаешь.

Цзэ Сюлань имел представления о том, какие книжки могут читать парни в пубертате, и он совершенно точно не хотел узнавать подробности, поэтому ускорил шаг. Впереди всех шел Яо Вэньмин с Линь Яном. Отчего-то главный герой совершенно не хотел общаться ни с Юнь Цзяо, ни с Минь Ли и постоянно предпочитал компанию самого себя. Будь Цзэ Сюлань хоть немного знаком с психологией подростков, то попытался бы помочь. Но он знал только то, что это обидчивые и ранимые создания, которые хотят казаться взрослыми. Поэтому не лез, чтобы не сделать хуже. Сам-то он достаточно легко пережил этот кризисный период, поэтому из собственного опыта тоже брать было нечего.

– Тебе с ними совсем скучно? – поинтересовался Цзэ Сюлань у главного героя, поравнявшись с ним. Линь Ян все прекрасно слышал и фыркнул. Наверняка смеялся.

– Они болтают о ерунде.

– А тебе хочется болтать о серьезных вещах?

– Мне уже почти пятнадцать, мастер Цзэ. Я действительно взрослый. Я должен думать о том, как стать сильнее, как заработать себе хорошую репутацию, как развиваться дальше. А они несерьезные. После первой же неудавшейся попытки сдаются.

«Это потому что у них нет твоего упрямства главного героя», – подметил хозяин Туманного склона, а вслух сказал:

– Всю силу не получишь, репутация тоже вещь весьма переменчивая. А вот хорошие друзья остаются с тобой и без силы, и без репутации.

Яо Вэньмин промолчал, словно действительно задумался над этими словами.

– Непривычно слышать от тебя подобные умозаключения, – вмешался Линь Ян.

– Старейшина Линь, вы ведь меня совсем не знаете, – с легким прищуром, даже слегка игриво парировал заклинатель. Ворон спикировал и уселся к нему на плечо, заставив поморщиться. Когти у этого духа были что надо.

– Ты ему нравишься, – рассмеялся Линь Ян. – А он редко к кому проявляет симпатию. Даже моего брата недолюбливает.

Деревня оказалась недалеко, и уже спустя один кувшин вина [10] путники вошли в широкие деревянные ворота. Деревня была небольшая: всего три улицы, несколько переулочков и главная площадь с маленьким постоялым двором. Сразу у входа им повстречалась приветливая старушка, что обратила внимание на незнакомцев. К ним редко заглядывали новые лица.

– Здравствуйте, странники. – Старушка встретила их беззубой улыбкой и переложила корзинку из одной руки в другую. – Издалека к нам?

Ученики тут же поклонились пожилой женщине, заклинатели, как и предполагал их статус, лишь слегка склонили головы.

– Весьма издалека, – прицениваясь, сказал Цзэ Сюлань. – Вы слышали про заклинательский орден «Хранители равновесия»?

– Ой, я-то не слышала, зато наш Сянь-Сянь со своими друзьями точно слышал. Они у нас тоже заклинатели. Пару лет назад пришли, да так и остались. А нам и хорошо. Если какой злой дух – так его сразу же изловят. А то так пока до города доедешь, пока все пороги обобьешь… Пойдемте, я вас с ним познакомлю.

И старушка с завидной скоростью засеменила по узкой улочке. Так как стоял час змеи [11], многие крестьяне еще не виделись, занимаясь домашними хлопотами, поэтому со всех сторон раздавались радостные приветствия.

«Так вот о чем говорила бабушка, когда утверждала, что без телефона жить лучше…»

[Ну не знаю, сомнительное удовольствие орать сто раз подряд «с добрым утром».]

– Бабуля Жу, ты помнишь, я к тебе сегодня на пирог загляну! – смеялась смуглолицая женщина. Она перебирала какие-то травы, сидя на скамейке под окном.

– Да помню, помню! – крикнула ей старушка.

– С капустой, помнишь?

– Помню! – крикнула ей бабуля Жу, а потом объяснила гостям: – Она мне недавно простыню сшила. Отличная простыня. Вот теперь на пироги ее жду.

– Какие прославленные мужчины в наших краях! – выплыла из-за поворота молоденькая барышня с самодельной корзиной, из которой доносился писк цыплят. – А как вас звать?

– Вы ее не слушайте, она трепушка та еще.

«Цыплят разве не весной разводят?»

[Ну вообще как бы да… Их летом растят, а по осени считают.]

«У меня плохое предчувствие. Очень солнечно, ярко, кругом поля. Люди эти еще очень дружелюбные…»

[Не выдумывай. В то время везде так было. Вспомни всякие дорамы.]

Медленно, из-за того что их постоянно задерживали слишком уж дружелюбные жители, они наконец-то добрались до главной площади. Она была небольшая, зато вся вымощена камнем. Площадь окружало большое здание, именуемое гостиничным двором, и несколько торговых лавок да уголочек с уличными столиками.

– Гостей у нас не бывает, – рассказывала бабуля Жу, уводя путников в гостиничный двор. – Поэтому мастер Сянь со своим другом и его женой тут живут.

Ученики с интересом осматривали все кругом, они-то впервые оказались в подобном месте. «Стадных» учеников никто не брал на задания, не выпускали их и в город – откуда им было знать, как живут простые люди в простой деревушке? Цзэ Сюланю тоже было весьма любопытно: не каждый день удается посмотреть, как жили люди того времени. И только Линь Ян откровенно скучал. Ну что ж, его никто не заставлял идти с ними, сам напросился.

Старушка громко постучала в деревянную дверь, а потом через один вздох сама же ее и отворила.

– Эй, хозяева! Это Жу Бай. У нас тут гости в селе. Заклинатели. Из ордена какого-то великого. Иди встречай.

Вскоре на порог вышел высокий красивый юноша в простых одеждах цвета цин. На его поясе не было меча, и можно было предположить, что он им теперь редко пользуется.

– Приветствую друзей на тропе самосовершенствования, – низко поклонился Сянь Мин. Заклинатели дружно тоже отвесили поклон. – Прошу, проходите. Сегодня с утра Суй Чжун и Шан Ло отправились в город, поэтому я тут один на несколько дней. Надеюсь, вам со мной скучно не будет. Бабуля Жу, проходите тоже. Я как раз приготовил лапшу с овощами и мясом.

– Ой, да некогда мне, – отмахнулась старушка. – У меня делов невпроворот. Я вообще шла Ду Лонгу пирожки в поле отнести. А то пасет там этих коров, пасет. И голодный сидит.

«Пасет коров, когда трава вся желтая и жухлая?» – сразу же отреагировал Цзэ Сюлань.

[Ищешь везде подвох, а потом у тебя истощение. Расслабься и отдыхай.]

Может, он правда зря переживает? Цзэ Сюлань постарался отогнать эти мысли, но беспокойство ледяным кубиком скользнуло в низ живота, да там и осталось.

Увидев огромного черного ворона на заборе, бабуля Жу замахала рукавами, прогоняя птицу, а потом торопливо умчалась, словно ее и не было.

Усевшись за стол, заклинатели принялись знакомиться. Учеников расположили чуть поодаль, согласно их ученическому статусу, но тоже наложили свежеприготовленной лапши.

[Сянь Мин – это глава мелкой заклинательской секты «Лебединое перо». Он в новелле выступал против секты «Алые цветы смерти» и погиб. Его школа была стерта с лица земли. Что он здесь делает?]

«Это мне следует у тебя спросить».

Чем больше Цзэ Сюлань находился в этом мире и беседовал с Чэнь Хуан, тем больше ему казалось, что все идет совершенно вразрез с сюжетом. А еще напрягало отсутствие всяких сюжетных поворотов и веток во благо развития героя. До шестнадцатилетия Яо Вэньмина события действительно описывались скомканно, но хоть что-нибудь быть же должно. Иначе как этому парнишке развиваться?

Раскрыв свои личности и рассказав Сянь Мину о недавних событиях в Лихани, путники принялись слушать рассказ хозяина этого гостевого двора. Оказалось, эта деревушка имела название – Цзыянь. И Сянь Мин вместе со своими друзьями действительно случайно набрели на нее, помогли прогнать водных гуев с озера неподалеку да так и остались жить среди светлых людей.

– Странствия – это, конечно, хорошо, но всегда приходит тот момент, когда хочется осесть и зажить спокойной жизнью, – подливая чай в пиалы гостей, рассказывал мужчина. Он выглядел молодо, но говорил как настоящий старец. Когда дело касалось заклинателей, угадать реальный возраст невозможно. – С Суй Чжуном я познакомился еще когда был учеником школы «Лебединое перо». Он странствовал по миру и остановился в Гухуа в новый год. А нас как старших учеников отпустили в город на праздник. Мы встретились в какой-то таверне и поспорили о том, как правильно ловить хуапигуев. Потом сразились. Пока Суй Чжун оставался в Гухуа, я его навещал пару раз. Потом он отправился в странствия дальше. Мы вели переписку. Много лет прошло перед нашей новой встречей. Я успел возглавить школу, вырастить учеников… Когда Суй Чжун снова появился в Гухуа, мы встретились спустя столько лет. Он теперь путешествовал не один, а со своей женой – прекрасной Шан Ло. Решив, что я уже достаточно сделал для школы, я ушел вместе с ними. Теперь мы живем втроем.

– Занимательная история, – резюмировал Цзэ Сюлань. Линь Ян отчего-то молчал, не желая особо разговаривать. Поэтому дальнейший диалог пришлось вести Цзэ Сюланю. Отправив учеников потренироваться во внутреннем дворе, он продолжил разговоры о странствиях, аргументируя это тем, что всю свою жизнь сидел в ордене безвылазно.

Когда время перевалило за час козы [12], Сянь Мин сказал, что обещал помочь одной крестьянской семье. Так как делать особо было нечего, заклинатели отправились с ним, оставив учеников присмотреть за двором.

– Юнь Цзяо, – раздавал указания Цзэ Сюлань, выстроив перед собой всех троих подростков, – ты остаешься за старшую. Проследи, чтобы к нашему возвращению гостиничный двор все так же стоял на этой улице, а не разлетелся щепками по всей Поднебесной.

– Конечно, мастер Цзэ!

А вот парни насупились, не разделяя энтузиазма своей шицзэ.

Дав еще парочку поручений, Цзэ Сюлань вышел из постройки к ожидавшим его заклинателям. Юйси так и не вернулся.

Нужный двор находился на соседней улице, поэтому дошли они до него быстро. Это был большой одноэтажный дом с просторным двориком. В небольшом загончике в грязи плескался поросенок, и Цзэ Сюлань скривил нос. Семье Чу требовалось залатать крышу. Во время недавних дождей та совсем прохудилась, и теперь, когда стояла сухая погода, следовало быстренько привести ее в порядок. Без лишних разговоров семья Чу принялась за работу. Семейство состояло из бабули, двух сыновей-подростков, господина Чу и его жены. У них была еще совсем маленькая дочь, но она целыми днями только и делала, что сосала палец да спала.

Заклинателей хозяева тоже привлекли к работе. Только Цзэ Сюланю удалось избежать участия: Линь Ян сказал, что того недавно настигло истощение духовных сил. Поэтому хозяин Туманного склона сейчас сидел в тени раскидистой яблони и наблюдал за чужой работой. И хорошо, надо сказать, потому что со своей неуклюжестью он бы точно свалился с крыши, да и как чинят крыши, он совершенно не знал. Зато Сянь Мин работал так, словно всю свою жизнь этим занимался, вот уж действительно мастер на все руки.

После работы госпожа Чу позвала всех к столу. Накрыт он был достаточно скромно, но для крестьян нет лучшей еды, чем кусочек сала да рис вприкуску с говяжьими лепешками. Семья Чу была явно не бедна, раз могла позволить себе мясо.

Когда заклинатели покидали дом семьи Чу, солнце уже садилось.

– Спасибо вам огромное, господин Сянь. И вам, прославленные заклинатели. Без помощи точно бы возились дня три, не меньше, – провожал их со двора господин Чу. Его жена стояла за спиной и ласково улыбалась.

– Возвращайтесь скорее обратно. А то солнце вот-вот зайдет. Вы, конечно, сильные, но лучше лишний раз на этих тварей не нарываться.

Распрощавшись, заклинатели отправились в гостиничный двор. По пути им то и дело встречались взволнованные крестьяне. Они куда-то торопились, плотно закрывали окна и двери и предупреждали друг друга о демонах.

– Что с ними всеми такое? – поинтересовался Линь Ян, когда его чуть ли не сбил летящий на всех парах парнишка.

– Они боятся демонов. Как-то в прошлом году на деревню напало полчище демонических тварей. Мы их остановили, но все равно несколько жителей погибло. Теперь они дико боятся наступления сумерек.

Комнат, пригодных для жизни, несмотря на то что это был гостиничный двор, оказалось до смешного мало. Всего одна. Ее отдали троим ученикам. Цзэ Сюлань и Линь Ян расположились в комнате Сянь Мина, а сам Сянь Мин заявил, что переночует в комнате своих друзей. Заклинатели отговаривали хозяина от такой жертвы, убеждая, что смогут посидеть внизу и помедитировать, но тот настоял. Поменяв постельное белье и пожелав спокойной ночи, Сянь Мин ушел готовиться ко сну.

Комната, предоставленная им, была маленькой и простенькой: низкий стол, подушки, узкая кровать, письменный стол и тумбы. Все было достаточно прибрано и аккуратно.

– И кто сегодня спать будет? – покосился на одиночную кровать Цзэ Сюлань. Линь Ян устроился на подушках за столом и наблюдал за заклинателем оттуда.

– Ты. В моем теле предостаточно сил. – Помолчав, мечник неожиданно спросил: – Почему ты никогда не интересовался странствиями у меня?

Цзэ Сюлань в непонимании склонил голову:

– С чего бы мне тебя об этом спрашивать?

– Ты почти никогда не покидал своего озера. И ты не без интереса спрашивал все у Сянь Мина. Я бы мог рассказать тебе намного больше.

Цзэ Сюлань кашлянул в кулак, пытаясь подавить смешок. Прославленный мечник сейчас напоминал ребенка, которого забыли похвалить за какое-то достижение, когда его товарища отметили.

– Мы не настолько близки, чтобы я мог попросить тебя о чем-нибудь, – в конце концов ответил он.

– А с Сянь Мином вы достаточно близки?

Цзэ Сюлань скривился, чувствуя, что над ним просто издеваются.

– Старейшина Линь, если вам есть что рассказать, то рассказывайте.

Линь Ян рассмеялся. Какое-то время они сидели молча, погруженные в свои мысли. На улице совсем стемнело, когда прославленный мечник действительно начал рассказ об одном из своих странствий. Он рассказывал про затерянный остров, которого нет на картах и к которому можно приплыть только раз в пять лет. И Цзэ Сюлань, растянувшись на мягкой кровати, внимательно слушал мужчину, подперев голову руками.

Когда история приближалась к финалу, Линь Ян резко замолчал. Насторожился и Цзэ Сюлань.

– Ты слышал?

Шума как такового не было, но Цзэ Сюлань явно ощущал перемещение ци. Переглянувшись, мужчины вместе вышли на маленький деревянный балкончик. С него как раз открывался вид на площадь. Все было тихо и спокойно. На улице не было ни души. Только фонари на домах светились теплом. Заклинатели хотели уже уходить, как между крышами мелькнула фигура в зеленом. Сянь Мин точно хотел остаться незамеченным, поэтому скрыл свое присутствие. Однако и Цзэ Сюлань, и тем более Линь Ян были заклинателями на голову выше, поэтому прекрасно почувствовали его ауру. Не сговариваясь, мужчины спрыгнули на площадь и отправились следом за ночным нарушителем покоя.