Похоже, предположение о том, что она могла обознаться и принять кого-то другого за соседа, Арину Константиновну оскорбило всерьез.

– Что вы такое говорите, молодой человек! – Иван представил ее возмущенно поджатые губы. – Как я могла его с кем-то перепутать? Мы же с ним в одном подъезде жили, часто встречались. Нет, это точно был он.

Извинившись, Иван повесил трубку. И все-таки сомнения у него остались. Он вспомнил, как, слушая в первый раз рассказ старушки, ему не понравилось, что Алена поцеловала мужа. Во времена их замужества она не любила подобные демонстративные проявления нежности. Стоит навестить ее и еще раз внимательно осмотреться? Или подождать сведений от Щедрого? Иван посмотрел на часы. Пожалуй, для визита к бывшей супруге поздновато. Подождем звонка Щедрого.

«Что-то я упускаю, – думал Иван, пока Ася укладывала дочку спать. – Вот только что?»

Устроившись в кресле, Иван раскрыл ноутбук и открыл папку с названием «Герасимов» в облачном хранилище, куда Лебедев скидывал все собранные по делу материалы. Еще раз посмотрел на фотографию Белова, выходящего из вагона. Как? Ну как он мог так ошибиться?

Звонки Герасимова. Иван открыл файл, пробежался с начала до конца. Звонков мало, всего-то два листа. Возле каждого номера Лебедев добавил фамилию абонента. В конце только входящие и только одна фамилия – Дубова. Аленка, выйдя замуж, не захотела брать фамилию мужа. Стоп. Герасимов ответил только на первый звонок. Разговор длился тридцать пять секунд. Дальше идет десятка два неотвеченных звонков. Но если Алена была дома, зачем она звонила мужу? И это не просто звонок с целью найти куда-то завалившийся в пылу сборов гаджет. Они о чем-то говорили целых тридцать пять секунд. Иван присмотрелся повнимательнее и обнаружил, что номера телефонов – того, с которым Герасимов пообщался, и тех, звонки с которых он не принял, – отличаются на одну последнюю цифру.

У Алены было два практически одинаковых номера? Или? Иван постарался вспомнить, что Лебедев говорил о детализации звонков Герасимова. Звонков очень мало… нет, он выразился: «вакуум полнейший». Да, именно так, вакуум. И потом – что за последние три месяца практически никаких звонков. И потом день отъезда. Что же там было? Звонок тещи продолжительностью тридцать пять секунд и затем куча неотвеченных вызовов от супруги. Точно! Герасимову позвонила любезнейшая Ксения Максимовна. Опять небось толкала идеи насчет быстрого обогащения.

«Представляешь, Иван, – вдруг прозвучал в голове голос нелюбимой тещи, и от назидательных интонаций невольно сжались кулаки. – У Бори мальчик служил, лейтенантик, обычный такой, звезд с неба не хватал, а потом стал писать детективы, основанные на реальных преступлениях. Это же вообще ничего не надо придумывать – пошел в архив, накопал дел поинтереснее и пиши себе. Оказывается, тема эта очень даже востребована. Сейчас этот Борин мальчик деньги просто лопатой гребет, но из милиции не уходит, не хочет потерять источник бесплатной информации. Может, и тебе, Ваня, что-нибудь подобное придумать?»

– Ваня, ты чего? – прогнал не очень веселые воспоминания Асин голос.

– А чего? – спросил он и помотал головой, разгоняя морок.

– Злой такой сидишь! Есть хочешь?

Есть Иван не хотел. То есть от еды он никогда не отказывался, но в данном конкретном случае он хотел, чтобы как можно скорее позвонил Щедрый и рассказал, как обстоят дела.

– Щедрый не звонит, – пожаловался Рыбак Асе.

– А должен?

– Вроде как нет, но очень хочется, чтобы да.

Ася улыбнулась, чмокнула мужа в щеку:

– Я все поняла.