30 августа. Реальность

Ася сидела за письменным столом перед раскрытым дневником. «Сегодня предпоследний день августа. Скоро начало учебы. Как быстро пролетело лето. Самое прекрасное лето в моей жизни. Я хожу на интереснейшие занятия. У меня прекраснейшая преподаватель. Я влюблена… Жаль, что мы видимся все реже и реже, но это ничего. Он много работает, помогает брату. Нечасто сейчас встретишь парня, который учится и работает. А я пишу картины и жду наших встреч. Сегодня мы были вместе на занятии. Мирон сказал, что договорился с братом сходить в нашу галерею. Решили пойти втроем. Так что сегодня я, видимо, познакомлюсь с Демьяном, про которого столько слышала. Правда, возникло некоторое недоразумение. После урока Маревна Андревна рассказала, что вчера вечером Артур и его компания нарисовали в номере голых женщин и устроили там бардак. Она отчитала тех, кто участвовал в этом безобразии, и приказала всем (в назидание) мальчишкам идти оттирать стены. Мирон тоже пошел. Я сижу и жду. Жаль, что у него из-за работы так мало времени. Но ничего. Скоро сентябрь. Он должен будет приезжать в академию каждый день. Значит, мы будем встречаться чаще. Он добрый и хороший. Ему даже нравятся мои соломенные волосы…»

В дверь постучали. Ася захлопнула тетрадь, сунула в тумбочку и побежала открывать.

– Милаша! Наконец-то! – Ася обняла подругу и чмокнула в щеку. – Как я рада тебя видеть!

– Привет, – улыбнулась Милана и скинула с плеча джинсовый рюкзачок. – Решила заехать сегодня, а то потом начнется учеба, и я вообще не вырвусь.

– Молодец. Хочешь чаю?

– Давай.

Ася включила электрический чайник. Милана прошла в гостиную и села за стол.

– Как у тебя красиво. В нашей общаге не так симпатично.

– Ну да, судя по твоим фоткам, немного обшарпанно. Как твоя соседка?

– Настя? Ой, хорошо. Веселая и приятная. Она с театрального факультета. Уже перезнакомила меня со всеми своими друзьями и одногруппниками. С тех пор как я переехала в общагу, Михунчик злится и ревнует. Хотя я ему постоянно говорила, что в конце августа мы расстанемся. Заранее начала предупреждать. И раньше тоже объясняла, что мне не нужны длительные отношения. Что я не готова к чему-то серьезному. Что нам всего по восемнадцать. Надо пожить, погулять.

– И что?

– Когда он отвез меня в общагу с вещами, расплакался, как дурак. Типа надеялся, мечтал и все такое. Ну что мы будем вместе. Я ему опять – побыли вместе, теперь расходимся, что не так? А он все свое: хотел, навсегда, останься…

– Милаша, а Михунчик тебе говорил, что любит тебя? – задумчиво спросила Ася.

– Постоянно. Люблю, жить без тебя не могу. Единственная… Короче, чушь всякую нес.

«А вот мне такую чушь Мирон ни разу не говорил. А я так бы хотела это услышать», – подумала Ася, налила чай и поставила на стол тарелку с конфетами. Милана взяла шоколадную «Маску».

– Устала я от него. Спать совсем мне не давал. То на прогулку по ночной Москве тащил, то на машине кататься. А один раз вообще, представляешь, я сплю, никого не трогаю, чувствую – что-то не так. Открываю глаза, рассвет еле забрезжил, а Михунчик сидит и смотрит на меня. Я говорю: «Ты что? Всю ночь на меня пялишься?» Он говорит: «Ага». Я ему: «Ты что, больной?» А он: «Не могу наглядеться на тебя». Я тогда сильно разозлилась, накричала на него, чтобы больше так не делал, потому что меня это пугает. Он ушел и притащил огромный букет белых роз. Типа извинился. Ненормальный.

Ася слушала подругу, мечтательно улыбаясь. Милана съела конфету и запила чаем.

– Лучше скажи, как у тебя дела? А то какие-то невнятные сообщения: «да», «нет», «встречаемся», «все хорошо».

– Мы встречаемся. Когда есть занятия в академии, он остается у меня.

– Как удобно, – усмехнулась Милана, – и домой ездить не надо.

– Зря ты так, – насупилась Ася. – Он, между прочим, подрабатывает.

– И в выходные? – Милана ухмыльнулась. – Перестань.

– Слушай, человек денег пытается заработать. Он даже в последнее время в академию стал реже приезжать.

– Скажи, он тебя хоть раз к себе домой приглашал?

– Но это неудобно. Мирон живет с родителями и братом.

– Знаешь где?

– Я не спрашивала.

Милана фыркнула.

– Он мне нравится, – тихо произнесла Ася. – Мне с ним хорошо.

Милана задержала на подруге внимательный взгляд.

– Ну-ка, посмотри мне в глаза! Ты, случайно, не влюбилась?

– Нет, нет. Мы просто вместе проводим время. У нас общие интересы. Мы ездим рисовать. Он мне дает хорошие советы.

– Смотри у меня… Не вздумай! – Милана погрозила указательным пальцем.

– Не волнуйся. Все в порядке. Я себя контролирую.

– Надеюсь. – Милана взяла еще конфету.

В дверь потихоньку постучали.

– Заходи, открыто, – крикнула Ася.

Появился Мирон. Он был в светло-зеленой футболке поло, которая удачно подчеркивала цвет его глаз, в темных джинсах и кожаных сандалиях.

– Знакомьтесь, – весело сказала Ася.

Милана подала Мирону руку. Он взял ее ладонь и поцеловал пальцы.

– О, какая галантность, – хихикнула Милана.

– Мы сегодня запланировали сходить в галерею академии, – сказал он, невольно погружаясь в бездонные голубые глаза Миланы. – Там картины наших художников. Не хотите составить нам компанию?

– Ну, во-первых, можно на ты. А во-вторых, я с удовольствием к вам присоединюсь.

– Через полчаса приедет мой брат, он хотел пойти с нами.

– Отлично. Будешь чай?

– Лучше кофе.

Спустя сорок минут они вышли из номера и отправились в галерею. На площадке второго этажа их ждал высокий парень лет двадцати пяти. У него были такие же светлые волосы, как у Мирона, и темно-зеленые глаза. Добродушно улыбнувшись, он протянул Асе руку. Поздоровался, представился и пожал ладонь Милане.

– У меня задание от моего шефа, – весело сообщил Демьян. – Найти подходящую живую картину для нашего офиса. Желательно портрет какого-нибудь полководца или диктатора. Чтобы строил наших сотрудников.

Милана и Ася засмеялись. Мирон коснулся нарисованных ворот, они медленно раскрылись.

– А еще дракон у вас тут прикольный, – продолжал Демьян. – На меня так зыркнул недовольно. Мне даже не по себе стало.

– Дракон ручной, – улыбнулась Ася. – Его просто надо было почесать за ушком.

– Ну не знаю, – Демьян с опаской оглянулся на сказочное существо.

– Вы идете или нет? – недовольно окрикнул их Мирон, выглянув из коридора галереи.

Демьян, Ася и Милана поспешили зайти в ворота, которые стали плавно закрываться.

«Действительно похожи, – подумала Ася. – Только Демьян веселый, у него такие лучистые глаза и добродушная улыбка. По сравнению с ним Мирон просто затюканный ботаник. Постоянно витает в облаках и своих мыслях. Бывает, спросишь его что-нибудь, а он и ответить не может – все прослушал. Типичный интроверт. Правда, у меня тоже есть такой грешок. Сложно мне с людьми. И с Мироном сложно. Только с Миланой легко и просто».

Они ходили по залам и рассматривали картины. Демьяну понравился портрет Наполеона.

Мирон прочел подпись и сообщил:

– Картина здесь уже пять месяцев. Ее можно будет забрать.

– Отлично.

– Я тебе напишу, что делать дальше.

После обхода всех залов было решено отправиться в кафе. Там они устроились за дальним столиком у окна. Братья набрали разных закусок и сладостей. Взяли капучино и уселись рядом с подругами. Демьян шутил и рассказывал забавные случаи из своей школьной жизни. Самой веселой была история о том, как он пытался собрать музыкальную группу.

– В итоге мы все разругались и разбежались. Теперь я записываю сольные песни у одного приятеля, в его домашней студии. Может, еще кофе?

– Я возьму пива. – Мирон встал и пошел к прилавку. Взял несколько бутылок, чипсы и вернулся за столик.

– А здесь есть коктейли? – поинтересовалась Милана.

– Нет. Только пивасик.

Мирон открыл бутылку и предложил подругам. Милана кивнула. Ася отказалась.

– Демьян, а ты? – поинтересовалась Милана.

– Я не пью.

– Ого. Большая редкость в наше время.

– Бросил. Это занимает много времени и денег. Есть занятия поинтереснее.

– Например?

– Бизнес. Музыка. Путешествия.

– Что за бизнес?

– Подумываю открыть свою IT-компанию.

– Мирон будет тебе помогать?

Демьян с усмешкой взглянул на брата.

– Из него тот еще помощник. Начнет что-то делать и зависнет. Берет краски или карандаш и рисует.

– Просто мне может попасться какая-нибудь вещь, и я хочу ее запечатлеть, – нахмурился Мирон.

Демьян слегка ухмыльнулся.

– Мой брательник любит необычные и красивые вещи. Он у нас коллекционер. Вы бы видели, что творится дома в его комнате! Статуэтки, открытки, вазочки, часики совершенно разнообразной формы и прочий хлам. Кактусы на подоконнике, как у старой девы. Есть даже кофейный кустик!

Мирон хотел возразить, но промолчал. Ася заметила, что беседа ему неприятна, и поспешила перевести разговор на другую тему.

– А когда у вас дни рождения? У меня в феврале, а у Миланы в апреле.

– У меня в мае, – сообщил Демьян. – У Мирохи в конце октября. Двадцать восьмого.

Милана подхватила разговор и погрузила всех в астрологию.

После закрытия кафе компания вышла на улицу. Братья предложили проводить Милану в общежитие, но она отказалась. Когда Мирон и Демьян уехали, подруги отправились в академию. Милана уговорила охранника разрешить остаться у Аси с честным обещанием исчезнуть из номера до девяти утра.

Подруги поднялись в номер. Ася сделала чай. Милана расположилась за столом.

– Интересный брат у Мирона.

Ася пожала плечами.

– Займись…

– Между прочим, это он с тебя весь вечер глаз не сводил. На меня даже не посмотрел ни разу, – игриво улыбнулась Милана, подставила второй стул и положила на него ноги. – Да и вообще, мне сейчас не до этого. Я с таким трудом закончила эпопею с Михунчиком, что совершенно не готова к каким-то новым отношениям. А этот Демьян серьезный и правильный. За таких, как он, надо замуж выходить.

Ася поставила две чашки с чаем на стол и достала пачку печенья. Милана принялась рассказывать о своей соседке по комнате в общежитии Насте и ее компании. Ася выслушала, искренне порадовавшись, что у подруги новое окружение, и поведала о своей жизни в академии.

В восемь тридцать утра Ася проводила подругу, поблагодарила охранника и отправилась в кафе на завтрак. Села за тот же столик, что накануне. «Кстати, действительно, – подумала она, – Демьян все время обращался ко мне, угощал и окружил вниманием. И взгляд у него такой… Душевный. Первый раз такая ситуация, что парень обратил внимание на меня, а не на Милашку. Это странно и… приятно…»