- Лиля, ты с ума сошла! - Фраза звучит не как вопрос, а как утверждение.

Да, у мамы всегда всё просто, без приветствий и подводок.

- Ты должна бороться за семью! Доча, так нельзя!

Судя по всему, Игорь Станиславович уже доложил о скандале в благородном семействе. Наверно, проснулся, понял, что ляпнул лишнее и теперь хочет замять скандал с помощью тёщи.

- Мам, я Дениса заберу через пару дней, как и обещала, - вяло пытаюсь переключить тему.

- Ты столько вложила в этот брак сил, времени... – Продолжает мама, будто не слышит меня. Уж не знаю, что сказал ей Игорь, но, скорее всего обошлось без подробностей о силиконовых подружках. - Лилечка, молодость уже ушла, что ты будешь делать одна? С ребенком? Не повторяй мою ошибку! Женщине так сложно найти надежного партнёра...

Отворачиваюсь к окну и, съежившись, смотрю на раскачивающиеся кусты сирени. Пусть где-то будет гармония и покой. Не в ушах, не в голове – так хоть перед глазами.

Останавливать поток маминого красноречия, когда она промывает мне мозги – бессмысленно. Нужно позволить ей выговориться, а потом уже пытаться достучаться до височных зон мозга, ответственных за слух. Одновременно задействовать все зоны у мамы не получается.

Поэтому слушаю вполуха и медитирую на листочки, пока до меня не доносится:

- Ты должна всё исправить, попроси у него прощения...

- Что? – Не веря тому, что слышу, выдаю истеричный смешок. - Мам, о чём ты говоришь? Это он мне изменил и требует развод!

- ...Успокойся, поговори с ним. Игорь рассудительный мужчина, он поймёт, что при его положении важно сохранять семью... – Мама набирает воздух в лёгкие и через секунду переспрашивает изменившимся тоном. – В смысле, он требует развод?

- Да мам, представляешь? Твой любимый Игорь Станиславович хочет развестись! – Не выдержав, повышаю голос до крика. - Сам!

Рявкаю так, что молоденькая девушка, спешащая куда-то по коридору, испуганно вздрагивает. Плевать, и так все всё знают.

- Как? – потрясённо выдыхает мама.

Будь я рядом, наверное, она встряхнула бы меня, как перьевую подушку. Чтобы не говорила глупости.

- Да, представляешь! И у него есть любовница. Отвратительная и мерзкая... А ещё, я думаю, что не одна. И все знают об этом. Мам, мне так плохо...

Чтобы не разрыдаться, зажимаю переносицу пальцами. Кустов сирени маловато, чтобы меня успокоить!

Пока я глубоко дышу, пытаясь сдержать всхлипы, которые так и рвутся из груди, в трубке висит глубокомысленное молчание.

Мама пытается осмыслить то, что я сказала.

Бежать к родителям с криками «Хочу развод и девичью фамилию» у меня не получится. Мама покрутит пальцем у виска и вытолкает мириться с мужем, за которым «как за каменной стеной». Ещё и дверь изнутри закроет на щеколду. Будет кричать мне в замочную скважину, что я сама виновата, раз не удержала крутого мужика и сама вынудила его завернуть налево.

Потому что моё удачное замужество – залог её высокого статуса.

Трудами Игоря Станиславовича участковый терапевт сама приходит к маме дважды в месяц – просто так, проверить её здоровье. А когда Игорь Станиславович изредка приезжает к ней за Дениской на служебной машине, даже соседский чихуахуа с завистью выглядывает в окно.

К тому же фамилия у меня и так девичья. Выходя замуж, я оставила свою – Перова, просто и без затей. Некогда было связываться с заменой документов. К тому же всегда казалось, что Семирадская мне не по размеру – слишком парадно.

- Игорь позвонил утром. Просил передать тебе, что встреча с адвокатом по разводу через неделю. Время он сообщит, – упавшим голосом сообщает мама. Теперь пришла её очередь всхлипывать. – Лиль, я думала, просто поссорились. Позвони ему. Он же гордый, сам не повинится. Надо мириться, нельзя так...

- Прости, у меня пациент.

Отбиваю звонок и прижимаюсь спиной к холодной стене, чтобы удостовериться, что всё происходящее со мной – реальность.

Наивная дура! Я-то думала, что ему сейчас стыдно. В самом глубоком уголке своей женской души надеялась, что они сидит - подавленый, виноватый и грустный, а рядом - коробочка с пеплом для посыпания головы.

А он уже через неделю назначил встречу с адвокатом. И даже не посчитал нужным сообщить мне об этом лично. Или просто не хотел?

Специально втянул мою маму, чтобы продемонстрировать серьезность своих намерений и лишний раз выразить своё пренебрежение ко мне.

Скользя пальцем по стене медленно бреду в свой кабинет. Как сломанный ледокол продираюсь сквозь воздух, который становится плотным и тягучим, с трудом заползает в лёгкие.

Всё правда! Всё, что он сказал мне по пьяни – всё правда! И это конец...

Не выдержав, опускаюсь на корточки и прячу лицо в ладонях.

Тихо шепчу: «Вот же дрянь! Мерзкая малодушная скотина!»

Где-то на задворках сознания всплывает мысль о том, что у нас ведет приём высокомерный то ли психолог, то ли психиатр в компании со своими мохнатыми друзьями - слоном и зайцем.

Я сейчас с удовольствием придушила бы пару мягких игрушек, раз не могу реализовать эти фантазии с собственным мужем.

Встаю и, шатаясь, иду искать кабинет нового специалиста. Терять мне нечего.

Выпущу синтепон из слона или получу неотложную психологическую помощь. Оба варианта мне подходят.

‍