Я провалялась в кровати больше недели, выздоравливая после атаки Шема. Первые сутки – в лазарете, затем в нашей с Агнией спальне.

– Полуцвету не положено здесь задерживаться, – объявила хозяйка целительского блока леди Виэра, прежде чем отправить восвояси.

Прозвучало грубовато, но сухопарая дама с лёгкой сединой в русых прядях лишь следовала правилам. С её стороны не ощущалось неприязни или презрения. Леди Виэра вела себя любезно, снабдила лекарствами и трижды присылала письма в блок полуцветов, справляясь о моём самочувствии. Шему помощь целительницы не понадобилась. Своими силами отошёл от лёгкой контузии после встречи виска с полом. Он даже дымом не надышался! Родной дар не коснулся тёмного мага.

Нет, я не злилась на Шема. Какие обиды? На собственной шкуре проверяла, каково не уметь контролировать мощь. Мэтры тоже решили не припоминать парню подкопчённый коридор. Однако директор подстраховался и назначил парню дополнительные занятия с Дювалем. В том же зале, где тренировалась я с Эмилио. Но не в утренние часы, а по вечерам. Я искренне посочувствовала сокурснику. Врезаться в магическое стекло – удовольствие сомнительное. Но всё лучше, чем темница до конца дней.

Увы, Свен и Джемма избежали наказания. Никто из полуцветов не заметил их в памятном коридоре, а полноценные не подтвердили моей версии. Да, Рэм Дюваль нашёл обгоревший магический кубик, зачарованный лишать талисманы сил. Но чьими стараниями он взлетел в воздух, без свидетелей не определить. Мои же слова – всего лишь мои слова. Кому интересно мнение полуцвета, точащего зуб на мага из благочестивого семейства Фаули?

…В общую гостиную я спустилась за три дня до осеннего маскарада. Ранним утром. Застала на диване у окна Шема за чтением толстенной книги.

– Привет. – Парень неловко улыбнулся.

Он давно жаждал со мной объясниться, но в охраняемую магией девичью спальню попасть не мог, передавал пожелания скорейшего выздоровления через Агнию.

– Читаю параграфы о красных магах, – пояснил Шем, откладывая учебник. – Мэтр Риц обещал спустить три шкуры, если не перечислю цвета, с которыми они дружат, а с какими враждуют. Я у него теперь вроде любимой зверушки.

– Сожалею. – Я присела на край дивана. – Риц – тот ещё гад.

– Угу. – Шем помолчал. – Лилит, мне жаль, что я тебя ранил.

– Брось, – отмахнулась я. – Сама напросилась. Не полезла бы тебя останавливать, не подгорела бы, как блинчик на сковородке.

На лице бедолаги не осталось ни кровинки, пришлось заверять, что я пошутила и вообще чувствую себя прекрасно, хоть прямо сейчас готова горы сворачивать и моря осушать. Шем слушал, грустно кивая и поглаживая пухлыми пальцами корешок книги.

– Я сам испугался, – признался он, когда моё красноречие иссякло. – Дело даже не в полноценных, ржавших как кони. Они лишь подлили масла в огонь… Тьфу! Зря я про огонь. Лучше не упоминать. От греха.

– Ты расстроился из-за письма? – осторожно спросила я. – Из дома?

Шем взлохматил пятернёй густые чёрные волосы.

– Нет у меня больше дома, Лилит.

Я уставилась на сокурсника, как бестолковая курица, а он развёл руками.

– Маму новый герцог выгнал. Развалюху нашу отдал другой семье.

– П-п-почему?

– Старый герцог умер. Это он разрешил нам остаться после моего рождения. В качестве напоминания сыну о грехе.

Я охнула.

– Новый герцог – твой…

– Не называй его… так.

– Прости.

На втором ярусе скрипнули половицы, кто-то торопливо зашагал по лестнице. Шем раскрыл учебник на первой попавшейся странице и уткнулся в неё, пряча эмоции от посторонних.

– О!

Перед нами предстал заспанный Кайл Нестор. Он явно не ожидал застать кого-то в общей гостиной в такую рань. Особенно меня.

– Лилит, рад видеть. – Надоедливый староста быстро пришёл в себя, приосанился и поправил всклоченную спросонья рыжую шевелюру. – Боялся, ты не успеешь выздороветь до осеннего маскарада, и я останусь без пары.

У меня отвисла челюсть. Ещё чуть-чуть, и об пол ударится!

– Э-э-э…

На большее не хватило ни сил, ни воображения. В свете ночи духа и последующих событий я напрочь забыла о бредовой затее Кайла пойти вместе на маскарад.

– Ты и так останешься без пары, – неожиданно вмешался Шем, захлопывая ни в чём не повинный учебник. – Лилит идёт со мной. Она моя девушка. Ты не в курсе?

Староста особого сектора издал свистящий звук и попятился, а в Шема словно демон вселился, подарив смелость и нахальство.

– Извини нас, Кайл. Мы с Лилит как раз обсуждали предстоящее событие. Ты нам мешаешь.

– Хм… – Парень нервно сглотнул. – Ну тогда я это… того…

Он вихрем умчался вверх по лестнице к себе, ни разу не оглянувшись, а я повернулась к Шему и покрутила пальцем у виска, плохо понимая, к кому относится некрасивый жест: к старосте или сокурснику.

Шем прыснул, откровенно веселясь.

– Знаю, гордиться нечем. Но после происшествия в коридоре меня побаиваются. И полноценные, и полуцветы.

Я закатила глаза. Ну-ну. Выброс чёрной магии не только повысил авторитет парня в колледже, но и поднял самооценку.

– Слушай, Лилит, ты же поняла, что я не всерьёз. Про девушку.

Щёки Шема порозовели, делая его похожим на самого себя – добродушного толстячка.

– Ага.

– Но на маскарад мы всё равно пойдём вместе. По-дружески. Надо же поддерживать легенду, чтобы Кайл отвязался. Родители Лиана прислали мне костюм.

– Неувязочка, – объявила я. – У меня-то нет костюма.

– Есть, – возразил Шем удивлённо. – Агния сказала, на днях прислали. Из замка Ван-се-Росса. Она всех извела, пуская слюни от зависти.

– Чего? – Челюсть повторно отвисла ниже колен.

Шем продолжал что-то говорить, но я не слышала, неслась, прыгая через ступеньки, в спальню. Маскарадный костюм из замка Ван-се-Росса?! С какого перепуга? Что этому семейству от меня надо? Сначала герцогиня Виктория дарит артефакт из личных запасов, затем вынуждает отпрысков сдувать пылинки. Теперь наряд на праздник, на который я не собиралась. Что эти чёртовы герцоги задумали?!

Агния сидела на красной постели и тёрла сонные глаза. На моё появление отреагировала зевком и протянула без вдохновения:

– За тобой дух гонится? Опять влетел в окно?

– Где костюм? Маскарадный?

– В гар… гар… – Агния снова зевнула. – В гардеробной. Девочка со старшего курса, Милли Дорвис, велела собрать наряды вместе, чтобы опрыскать чароотталкивающим отваром. На всякий случай.

– Идём!

– Сама дорогу найдёшь, не заблудишься.

Но я схватила соседку за руку.

– Я понятия не имею, как выглядит костюм. А ты знаешь.

Агния не ожидала натиска и скатилась на пол вместе с одеялом.

– Демоны с тобой, – проворчала она, поднимаясь.

Накинула поверх ночной сорочки халат с языками пламени на чёрной блестящей ткани и не торопясь поплелась следом. По дороге подмигнула парню, тащащему в мальчишеский блок блюдо с бутербродами, стянула один и, не обращая внимания на протест владельца, принялась жевать.

– Ещё бы кто кофе принёс, – протянула Агния, заходя вслед за мной в гардеробную – просторную комнату с рядами вешалок, преимущественно пустыми. Полуцветы не богачи, чтобы держать здесь одежду, не помещавшуюся в спальнях.

При виде наряда с герцогского плеча челюсть отвисла в третий раз. Мне прислали костюм пумы! Бежево-рыжее платье с переливами: тёмное внизу, светлое кверху. Ворот почти белый, капюшон с ушками серый, а прилагающаяся к костюму маска с вычерченным кошачьим носом чёрная. Рукоятка ещё одного атрибута наряда, пышного чёрного веера, сделана в форме когтистой лапы.

– Дорогой подарок, – протянула Агния многозначительно.

Сердце кольнуло. Словно та самая пума впилась.

– А у тебя какой костюм? – выдала я первое пришедшее на ум.

– Ящерицы, – скривилась подруга. – Красивый, конечно. Но… Папочка обожает позабавиться. Всегда шутил, что мне, как ящерице, всё нипочём. Даже если потеряю конечность, отращу новую.

Агния запнулась, сообразив, что я стою с открытым ртом. Она впервые заговорила о семье и упомянула отца, а они у большинства полуцветов отсутствуют.

– Итак, Ван-се-Росса, – бойко вернулась подруга к прежней теме. – Они родственники?

– Нет, – отрезала я, ощупывая пояс, покрытый мехом.

– А иначе какой смысл тебя опекать?

– Хороший вопрос.

– Спорим, мэтр Эмилио – твой отец. По возрасту подходит.

– Глупости. – Я отвернулась от треклятого костюма.

Демоны б побрали карнавалы с безудержным весельем и масками!

Но Агния не унималась, смотрела испытывающе глазами цвета перезрелых апельсинов.

– Ладно, – сдалась я, но лишь потому, что бесили предположения о родстве с герцогским семейством. – Я родилась после ночи на карнавале в замке Ван-се-Росса. Мой отец был в костюме шута, мама не видела его лица. Но это точно не Эмилио. Средний герцог нравился ей в то время, его бы она в любом обличье узнала.

– Мать могла солгать.

– У нас нет тайн друг от друга.

Я замолкла, сообразив вдруг, сколько секретов от мамы завелось за последние недели. Включая вгоняющие в транс голоса, странную дружбу с колледжем и глупые мысли о красавчике Ульрихе Бернарду.

– Ну, раз ты такая доверчивая, твоё дело, – протянула Агния ядовито. – Однако помни, чужим незаконным отпрыскам не дарят фамильные амулеты и не презентуют наряды на праздники.

* * *

За три последующих дня я накрутила себя до умопомрачения и почти поверила, что Эмилио – мой отец. Но в вечер маскарада, стоя у зеркала в присланном Ван-се-Росса платье, отмела эту мысль как безумную. Доказательство смотрело мне в глаза – светло-карие, спасибо особенной настойке, прячущей на время «наказание» полуцветов. Никакого сходства с Эмилио. Вообще! А раз и на маму я не похожа ни капельки, значит, средний герцог тут ни сном ни духом.

Платье пумы сидело идеально. Я в жизни не выглядела так сногсшибательно и не чувствовала себя настолько уверенной. Губы сами расплывались в кокетливой улыбке. Хотелось кружиться и кружиться, танцевать до одурения, пока ноги не откажутся меня держать. Позабыть о том, кто я есть. О том, что мне не место на балу.

Рядом хмурилась Агния, придирчиво рассматривая отражение в зелёном, закрытом до подбородка платье и чёрном парике, полностью скрывающем красные волосы, а с ними и огненную сущность. На мой взгляд, блестящий наряд чересчур облегал стройную фигуру подруги, выделяя каждый изгиб верхней части туловища. Но Агнии это шло.

– Пойдём, тебя Шем заждался, – объявила она, оторвавшись наконец от созерцания самой себя. – Жаль, я без пары. Но ничего. Найду кого-нибудь на балу. Позабавлюсь, дуря полноценных.

Я подавила вздох. Вечер обещал быть длинным.

Шем ждал внизу. При полном параде. В компании бледного Лиана.

– Ого!

Ёж? Серьёзно? Тёмный маг, напугавший полколледжа?

– Не нравится?

– Неожиданное решение, но тебе идёт, – ответила я, разглядывая колючки на спине фальшивого ухажёра. – Из чего они?

– Это кожа, а внутри опилки, – встрял Лиан. – А как вам мои рога?

Он принялся наклонять голову, демонстрируя атрибут оленьего костюма.

– Смотри, чтобы не поотшибали, – припечатала Агния и первая направилась к выходу.

– Не накаркай, – буркнул Шем. – Если нас раскроют, мало не покажется. Официально полуцветам запрещено приходить на маскарад.

Так и было. Старшекурсники предупредили, что полноценные, включая мэтров, закрывали на наше присутствие глаза. Но если кто-то попадался с поличным, позволяя себя узнать, наказывали строго.

В коридорах пахло лесом. Не только благодаря ветвям с живой жёлто-красной листвой на стенах. Работала особая магия, призванная вдохнуть в праздник особую атмосферу. Мы поспешили смешаться с толпой, чтобы не привлекать ненужное внимание. Агния ускакала вперёд, блестящий зелёный наряд мелькал всё дальше и дальше. Лиан плёлся позади, шаркая башмаками-копытами. Шем вышагивал гордо, держа меня под руку, будто он властитель замка, а я герцогиня.

На нас никто не обращал внимания, костюмы и маски прятали истинный облик, а настойка – треклятые глаза. Однако меня беспокоило тупое покалывание в груди, отдававшееся в такт шагам. Сегодня что-то случится. Я это чувствовала. Хорошее или плохое, предсказать не получалось, но точно судьбоносное. Эх, зря я выздоровела так рано. Лучше бы пропустила осенний маскарад.

В голове бабахнуло, ноги подкосились.

МАСКАРАД!

Я устояла лишь благодаря Шему, позабывшему о собственной неуклюжести.

– Ты чего? – спросил он шёпотом.

– Каблуки подвели, – соврала я.

В ушах зазвучал голос Элиаса.

«Это случится в ночь маскарада. Мы сами тебя найдём».

Ох ты, пропасть! Я совсем забыла об обещании младшего герцога втянуть меня в новые неприятности. Вместе с Рашель и Ульрихом. Сердце подпрыгнуло при воспоминании о старосте четвёртого курса с яркими зелёными глазами. Но я мысленно чертыхнулась, прогоняя видение. Демоны с этими полноценными! Пусть ищут меня сколько угодно. В маскарадном костюме я сама себя не узнаю.

«Идиотка», – шикнул в ухо кто-то невидимый.

Я закусила губу. Конечно, идиотка. Наряд прислан из замка Ван-се-Росса. Элиас точно знает, как я выгляжу. Плюс он умеет находить любые потерянные вещи. В том числе одушевлённые.

– Пришли, – объявил Шем, заводя меня в праздничный зал.

В глазах зарябило от красок осеннего леса. Пол украшала нарисованная опавшая листва, стены – деревья в золотистых нарядах. Зеркальный потолок отражал это буйство, приумножая его. Но впечатлила не яркость, а габариты. Я ощутила себя муравьишкой в настоящем лесу. Гвендарлин, конечно, древний замок, но откуда столь огромное помещение? Здесь запросто вместятся четыре зала с близнецами.

Я мысленно потянулась к карте замка в голове. Молнии отозвались, послушно побежали друг к другу, складываясь в классы, спальни и сектора. Ага, бальный зал. Но он обычный, вовсе не исполинских размеров. Поняла! Магия временного расширения! О ней на уроках рассказывал мэтр Дюваль. Просто, но гениально. Жаль, мою способность связываться с замком так легко не объяснить.

Пары заполонили большую часть зала. Костюмы животных усиливали ощущение, что мы находимся посреди леса. Я залюбовалась танцующими учениками. Они кружились, сливаясь с музыкой, чувствовали её, пропускали через себя. И не поймёшь, что первично: мелодия или пары. Атмосфера праздника проникала в каждый уголок зала, заполняла сердца, как сосуды. В душу прокралась зависть. Разве не здорово быть частью всего этого? По-настоящему, а не мимоходом, под маской?

– Потанцуем? – спросил Шем, но дрожь в голосе выдала его с потрохами.

Он предпочёл бы проторчать весь вечер у стены, нежели присоединиться к кружащимся ученикам. Я искусством танца тоже не владела (пара комичных уроков дома с мамой не в счёт!), поэтому потянула парня к диванчику в форме переплетённых веток. Захватила по дороге два бокала сока с подноса официанта и устроилась с удобством.

– Странно быть здесь, – пробормотал Шем. – Неуютно.

– Пожалуй, – протянула я, выхватив взглядом Агнию, танцующую с парнем в костюме волка. Подруга что-то вдохновенно щебетала ему на ухо, а он вёл её в танце, как дорогущую вазу с рубинами или бриллиантами по бокам.

Шем усмехнулся.

– Хоть кто-то развлекается.

– Угу, – буркнула я осуждающе.

Шутки шутками, но сближение с полуцветами – плохой вариант для полноценных. Это ещё хуже, чем выбрать ровню с несовместимой магией. А уж отношения на маскарадах…

– Почему ты отвадил от меня Кайла? – спросила я, отгоняя образы родителей: белокурой девушки в костюме, украшенном лилиями, и парня в маске шута.

– Кайл тебе неприятен, а мы друзья, – ответил Шем простодушно. – Я видел, как он сегодня примерял костюм лиса, но ему больше к лицу образ свиньи.

Я хихикнула, чуть не расплескав сок. И припечатала:

– С огромным пятачком!

Шем радостно закивал, рисуя в уме старосту с упомянутым украшением, но заговорил о серьёзных вещах.

– Кайл долго встречался со своей однокурсницей Милли Дорвис. Но появилась ты, и он её бросил. Решил, ты выгодная партия. С такой-то силой. Я слышал, как он хвастался перед парнями из наших. Мол, он – староста, быстро тебя завоюет.

– Чего?

Бокал в руке опасно накренился, а по телу пронеслась невидимая субстанция – та, что дома выжигала невинную траву. Представилась Милли. Миловидная пухлощёкая девушка с волосами цвета соломы. Спокойная, улыбчивая. Неужели я завела в колледже ещё одного врага? В родном секторе? Врага, способного проникнуть в мою спальню?

– Забудь эту историю, – посоветовал Шем мягко. – Среди полуцветов тоже попадаются идиоты. К тому же Кайл больше не проблема. Он вернулся к Милли. На маскарад они пошли вместе.

Я вытаращила глаза.

– Милли его простила?

Ну и ну! Я бы врезала. И не обязательно магическим способом.

– Простила, – кивнул Шем грустно. – А куда деваться? Полуцветы могут рассчитывать только на партию с себе подобными. Или жить в одиночестве. До конца дней. Милли решила, что Кайл – меньшее из зол. Наверное. Не может же она всерьёз влюбиться в этого позёра.

Шем издал тяжёлый вздох, и его печаль передалась мне. Я почти перестала слышать оркестр, играющий у противоположной стены. Воздушный вальс зазвучал в неком ином измерении. Прежде я запрещала себе думать о будущем. Понимала, пока жива мама, у меня будет дом, а все остальные варианты вычёркивала, не давая оформиться в голове во что-то конкретное и пугающее.

Однако Шем прав. Полуцвета не ждёт ничего путного. Ни в карьерном вопросе, ни в личном. Только и остаётся, что связать жизнь с таким же презираемым всеми магом и поселиться на отшибе. Но я не хочу подобной судьбы. У меня есть сила. А ещё самолюбие, подаренное не иначе как неизвестным папашей. Мама-то никогда ни на что не ропщет, радуется тому, что есть.

– Шем, я неправильный полуцвет. Мне хочется большего.

– Всем хочется, – успокоил приятель. – Мы же живые. А не марионетки, которых полноценные маги дёргают за ниточки.

– А ты у нас, оказывается, философ, – превратила я серьёзный разговор в шутку.

Но фраза потонула в громком смехе и нескольких растерянных восклицаниях. Девица в костюме хищной птицы проявила чудеса неуклюжести. Проходя мимо нашего дивана, умудрилась споткнуться о собственный подол из перьев и свалиться прямиком на обалдевшего Шема. Локоть больно ударил его в грудь, а вишнёвый сок залил светлое ежиное пузо.

Девица вскочила и приложила руки к груди, демонстрируя сожаление, а её спутник-змей рассыпался в извинениях.

– Какая досада! – восклицал он, размахивая руками. – Такая неприятность! Я провожу вас в умывальную комнату. Там есть мощный пятновыводитель. Обещаю, следа не останется!

– Сходи, – велела я Шему.

В самом деле, не разгуливать же по бальному залу с уродливым бордовым пятнищем.

Но едва ёж и не прекращающий извиняться змей скрылись из виду, по телу прошёл странный озноб. Под платьем отозвался трилистник, потеплел, предупреждая о неладном. Неужели происшествие не случайность, и Шем в беде?!

Стоп! Амулет Ван-се-Росса защищает не его!

Я вскочила с дивана и встретилась взглядом с девицей в костюме птицы. Она стояла в стороне, расплывшись в улыбке победительницы. Сквозь прорези маски блеснули знакомые раскосые зелёные глаза.

Джемма!

Демоны! Меня нарочно оставили одну!

«Бежать!» – молнией мелькнуло в голове.

Подобрав длинный подол, я кинулась к выходу. Подальше от ведьмы.

Но не сделала и десятка шагов. Меня крепко схватили за талию.

– Куда торопитесь, леди Лилит? Вы должны мне танец, – проникновенно шепнул знакомый голос.

До боли знакомый голос. До тошноты!

– Ты!

О да! Передо мной стоял Свен Фаули собственной персоной.

В костюме чёрного медведя!

– Негодяй!

Рука взметнулась для пощёчины, но остановилась на полпути. Холодное лезвие коснулось левого бока. Закалённую сталь я почувствовала сквозь платье.

– Только дёрнись, – зашипел тот, кем я, как дура, любовалась пару месяцев назад. – Проткну. Твой кулон не поможет. Он отражает магию, а нож – обычный, зато очень острый, разрежет плоть, пискнуть не успеешь.

На глаза навернулись слёзы беспомощности. Вокруг, словно в осенний листопад, кружились пары, но никто не замечал настигшей меня опасности. А впрочем, разве б кто-то пришёл на помощь, узнав, что я полуцвет? Музыка перестала казаться волшебной. Она гремела, как беспощадный гром, неся разрушения или саму смерть.

– Чего ты хочешь? – Язык едва шевелился, а сила – моя хвалёная сила – ушла в землю, словно влага в зной. Страх полностью поглотил мощь, не оставив и намёка на былые возможности, выплёскивающиеся на тренировках с Эмилио.

– О! Я жажду расплаты, полуцвет. Ты испоганила мне лето.

– Я не…

– Закрой мерзкий рот!

Пальцы Свена коснулись моей маски.

Я с трудом сдержала крик. Пропала! Негодяй раскроет мою личность! Посреди бального зала. На маскараде, где полуцвету находиться не полагается!

Но мольбы, завертевшиеся на языке, остались неозвученными. На помощь пришло самолюбие. Да, сегодня я потеряю слишком много. Но не позволю Свену унизить меня ещё сильнее. Не доставлю удовольствия, прося о пощаде!

Маска медленно поехала вниз…

– Прошу прощения. Но леди-пума обещала мне танец.

Парень в костюме волка, что недавно кружил по залу с Агнией, склонился в поклоне.

Я вздрогнула, узнав голос Ульриха Бернарду. Острое лезвие разрезало ткань платья и царапнуло бок. К счастью, не сильно.

– Вы ошиблись, господин волк, – усмехнулся Свен. – Уходите. Вы мешаете.

Что стряслось дальше, я не поняла. Ульрих не издал ни звука, не шелохнулся, но, без сомнения, что-то сотворил. Магическое. Свен вскрикнул и уронил нож. Затряс рукой, с которой на осенний пол хлынула кровь. Обернувшиеся на шум ученики заохали, запричитали, требуя немедленно позвать целительницу Виэру. Я вытаращила глаза, взирая на ладонь злейшего врага. Нож разрезал плоть до кости!

– Идём, – шепнул Ульрих, воспользовавшись суматохой, и обхватил меня за талию. – У нас есть важное дело.

От поясницы до затылка прошла дрожь, дыхание участилось. Но я позволила парню с невероятными зелёными глазами вывести меня из зала навстречу новым неприятностям.