– Как она? – Марис задумчиво выводил пальцем узоры на столе, повторяя затейливую резьбу по дереву.

Месяц Первых Трав принес в Черногорье туман, который то и дело обращался шелестящим за окнами дождем, и в зале Совета, несмотря на полуденное время, царил ненастный полумрак. Обычно погоду подправляли, но явные границы сезонов оставляли как есть, а туман, плотной дымкой окутавший горы, именно такой границей и был – в один день он поднимется, растворится, истает и в Небесном княжестве наступит настоящая весна.

– Лучше, – кивнул Сергос. – Сегодня гораздо лучше. У нее все мысли об этом шраме, но сегодня хоть от меня не бежит. Зеркала опять-таки потребовала вернуть.

– А что с зеркалами?

– Побила вчера. – Он поморщился, вспомнив сжавшуюся в комок среди осколков Альбу.

Марис шумно вздохнул:

– Ты говорил ей о князьях?

– Нет еще. Не до того было.

На самом деле Сергос хотел рассказать о смене политической обстановки еще вчера. Они с Марисом приняли решение – единственно верное и неотложное, да! – без нее, и Альба едва ли будет от этого в восторге. Но вчера ей были нужны совсем другие слова. Хотелось бы верить, что он смог их подобрать.

– Она будет сегодня?

– Собиралась. Спроси.

Марис тронул свой медальон. Почти сразу же в зал вошла Альба.

– Здесь я, – бросила она, – не звени в голове.

На ней было темно-зеленое платье с длинными рукавами и высоким горлом. Распущенные волосы лежали мягкими волнами – Альба изменила привычке последнего времени собирать их в прическу. Все это очень ей шло, и Сергос бы обязательно сделал жене комплимент, если бы не понимал, чем обусловлен выбор наряда.

Марис же по своему обыкновению не промолчал:

– Прекрасно выглядишь, воробушек, – заявил он.

Сергос напрягся, ожидая ее реакции. Но Альба только криво ухмыльнулась Марису в ответ.

– Мне нужна твоя помощь, – обратилась она к нему, заняв свое место за столом.

Замерла на мгновение, потом резким движением откинула волосы от лица так, что стал виден шрам.

– Не могу морок навести. Не получается. – Она задержалась взглядом на своих руках, покрытых красно-фиолетовым узором, и со вздохом потерла пальцы. – Видимо, слишком зацикливаюсь.

– Сделаю, – кивнул Марис. – Если хочешь, прямо сейчас.

– Прямо сейчас не надо. – Альба поерзала в кресле, устраиваясь поудобнее. – После Совета.

– Как скажешь. – Марис выпрямился, подался вперед и сложил руки в замок. – Тогда начнем. Я введу тебя в курс дела. Итак, эта девушка, Калиба, рассказала мне следующее: похищение было спланировано и совершено по высокой воле Совета князей.

Сергос скрипнул зубами.

– Поручили это штольмским Тихим, – продолжил Марис. – Калиба – одна из них. Заправлял всем некий Гедеон и – внимание – его любовница-ведьма из Небесных. Угадаете ее имя?

– Какая глупость, Марис! – вскинулась Альба, с ходу уловив направление его мысли. – Очевидно же, что Лидисс была такой же пленницей, как и я!

– Кому очевидно? Мне – нет. Тебя держали в темнице, а ее там не было.

– Я и здесь ее не вижу. – Альба демонстративно огляделась. – Мы вообще ищем Лидисс? Или только обсуждаем грязные домыслы.

– Ты видела ее в темнице?

– Какое это имеет…

– Ты видела ее в темнице? – с нажимом повторил Марис.

Альба замялась, глянула на Сергоса, как делала всегда, когда искала поддержки. Но сейчас он мог только покачать головой, потому что полностью разделял мнение Мариса.

– Нет, – сдалась она. – Зато я видела там эту безумную девку, Калибу. И вот она была более чем свободна. Зачем ты вообще ее слушаешь? Ей нельзя доверять!

– Калиба и не скрывает, что была там.

– Это она удерживала меня!

– У нее был приказ, и она его исполняла.

– А, вот как это теперь называется, – хмыкнула Альба, обхватив себя за локти.

– Не мне тебе рассказывать, сколькими опасностями полнится жизнь молодой женщины из простых, еще и ведьмы. Даже теперь. Не всегда можно выбрать мораль. К Тихим она пошла от безысходности. А когда хотела от них уйти, Мистерис не принял ее.

Альба подскочила.

– Ах, вот как? Давайте-ка ее пожалеем! – Она ударила ладонями в стол. – Я не приняла ее, потому что у нее душа будто в саже измазана! Она не бедная овечка, Марис, и тогда она приходила со злом!

– Альба, не все, чьи моральные устои не так высоки, как ваши с Сергосом, злодеи.

– Прекращайте, а? – не выдержал Сергос. – С этой девицей разберемся потом.

– Что значит потом, Сергос? Она обвиняет Лидисс в ужасном! В то время как сама…

– Но это ведь Лидисс выманила тебя? – мягко оборвал ее Сергос.

– Ее могли заставить.

– А тебя могли убить. – Сергоса передернуло. – В общем, это все пустые разговоры. Вчера наши люди окружили княжеские замки.

– Что? – Альба сделала страшные глаза и развернулась к нему всем телом.

– А мы с Марисом посетили княжеский Совет, что в эти дни собрался в Рийеле, – продолжил он. – Вчера я был готов объявить им на этом Совете войну, но придумал кое-что получше. Кровопролитие ни к чему, простой народ ни в чем не виноват, а именно он пострадает больше всех. Просто сравнять замки с землей – отчасти мне нравится эта мысль, но это повергнет Старые земли в хаос.

Альба потрясенно покачала головой.

– Сергос, я не узнаю тебя.

– Они хотели взять то, что дорого нам, и шантажировать нас. Мы ответим той же монетой, – развел руками Сергос. – Заложники – старая практика. Мы возьмем княжеских детей и поселим их в Гории, под нашей защитой. Это заставит князей думать прежде, чем злить Мистерис.

– А ты говоришь, что не узнаешь, – укорил Марис Альбу. – Видишь, Сергос предлагает мирное разрешение конфликта. Все в его духе. Мы даже не потребовали с них жизни за Тэрна и Клайса, хотя могли бы.

Альба на мгновение прикрыла глаза и со вздохом опустилась обратно в кресло.

– Мы же ничего не сделаем с этими детьми? – нахмурилась она чуть погодя, будто испугавшись какой-то мысли.

– Если князья будут вести себя достойно – разумеется, нет, – успокоил Сергос. – Вообще, это надо было сделать еще давно. Тогда бы не случилось… того, что случилось, – он потер занывший висок.

Марис ткнул пальцем в воздух, очевидно, выражая согласие с его словами.

– Что насчет Лидисс? – подобралась Альба.

– В развалинах мы ее не нашли. Тэй остался поискать еще, но вчера сообщил, что ничего не нашел и будет исследовать окрестности.

– Но она была в башне! Это точно!

– Точно, говоришь? – Марис задумчиво почесал бороду. – Тогда давайте поразмыслим вот над чем: допустим, Лидисс была там пленницей. Тела мы не нашли, следовательно, она выжила. Не смотри так жалостливо. – Марис перехватил взгляд Альбы. – От тех, кого ты там убила, осталось на что посмотреть. Лидисс среди них не было. Итак, ты освободилась и разнесла там все, пришли мы. Что она должна была сделать? Правильно, броситься нам навстречу. Почему этого не случилось? Почему она пропала из развалин, где, как ты утверждаешь, она точно была?

– Потому что она сбежала от нас, – озвучил очевидное Сергос.

– Верно! А зачем, позвольте спросить, ей от нас было сбегать, если за ней нет вины?

– Марис, мы не знаем, что там произошло, – с нажимом заметила Альба. – Мы должны найти Лидисс и выслушать ее, а не слепо верить словам безумной девки. Может быть, Лидисс сейчас в беде и ей нужна наша помощь, а мы сидим тут и за глаза обвиняем ее.

Зачем Лидисс было сбегать? И как?

– А ты говоришь, – Сергос прищурился, цепляясь за мелькнувшую догадку, – вы ушли, а Тэй остался в развалинах?

Марис кивнул.

– Один?

– Да-а-а, – заинтересованно протянул Марис.

– А когда вы осматривали там все, вы везде были вместе?

– Нет, мы рассредоточились. Тэй ходил сам по себе, Фоли – тоже, я – отдельно… – Глаза Мариса блеснули. – Ты хочешь сказать, что…

– Я ничего не утверждаю. Просто если Альба не ошибается и Лидисс была там и если ты не ошибаешься и она виновна, а потом вы ее не нашли, то я могу предположить, как такое могло случиться. Учитывая, что тропу Лидисс бы сама едва ли открыла. А Фоли ушла с тобой.

Марис цыкнул зубом:

– Как думаете, он причастен или просто покрывает родную кровь?

– Как я уже сказала, – Альба подалась вперед и нависла над столом, – нам нужно отыскать Лидисс и дать ей слово.

– Ну, тут я соглашусь, – поддержал ее Сергос, – нужно выслушать все стороны.

Марис откинулся в кресле.

– Отправим людей искать Лидисс по следу. Как вернется Тэй, я с ним поговорю. Возможно, придется поговорить и тебе, Альба. С Фоли тоже, – он повел бровью, – мало ли. Дальше решим.

– А что с той девицей, с Калибой? – прищурилась Альба. – Где она вообще? Может, с ней тоже стоит поболтать?

– Тебе явно не стоит. – Марис покачал головой. – У тебя аж шерсть на загривке дыбом встает при одном ее упоминании! Ты не разделишь правды и своих чувств.

Альба раздраженно фыркнула.

– Олаф пусть поговорит! – Она взмахнула рукой. – Дамис! Любой из эмпатов! Раз мое слово уже ничего не значит.

– Оно значит, Альба. – Марис почесал бровь и примолк, явно собираясь с мыслями. – Просто давай признаем, что ты иногда идешь на поводу у чувств, не замечаешь очевидного и плюешь на опасность. То в озеро с ундинами мы прыгаем, то на непонятный зов несемся, никого не предупредив.

У Альбы дернулась щека.

– Так, прекращайте, – вмешался Сергос.

Но кто б его услышал?

– Да уж, одни проблемы от меня. – Альба побарабанила пальцами. – А как это связано с этой девкой, позволь спросить? – Ее голос царапнул металлом. – Почему ты ее выгораживаешь?

– Так, что твоя впечатлительность застилает твой же разум.

– Давай мы сейчас вспомним и твои глупые поступки, а, Марис? – Альба с вызовом вскинула голову.

– Мои не заканчиваются катастрофой, – не растерялся Марис. – Твои – каждый раз.

– Прекращайте, я сказал! – рявкнул Сергос, ударив ладонью в стол.

В репутации сдержанного человека есть неоспоримая выгода – открытая резкость с его стороны ошарашивает.

Спорщики разом притихли. Альба обиженно поджала губы, Марис глянул из-под бровей на Сергоса, потом на нее.

– Вот так-то лучше, – оценил Сергос. – Где, ты говоришь, сейчас эта девица? – обратился он к Марису. – Альба хотела знать.

– В Гории, под охраной.

– Это разумно, – Сергос кивнул Альбе. – Вот пусть там и остается, пока не найдется Лидисс. Потом эмпаты допросят обеих, и мы решим, что с ними делать. А пока давайте подумаем, как мы будем размещать наших благородных гостей в Гории.