– Подъём! Подъём! – В голосе Атис звучала паника, когда она металась от одной к другой, тряся нас в предрассветной темноте.

Когда она кинулась к нам, у неё в руках свеча стекала по подсвечнику. Я села, массируя ногу, и боль пронзила бедро. Прошлой ночью, засыпая, я не позаботилась о том, чтобы как следует его подпереть. Я зевнула и чуть не рассмеялась, когда Орра кинула в Атис подушку.

– Оставьте меня в покое! – сетовала она. – Ещё слишком рано!

– Они заметили свет. Это корабль! Принц Баоджана прибывает на рассвете, и мы должны сопровождать его, как нам и было обещано! Нам нужно срочно отправляться в логова и оседлать драконов.

Ленора уже стояла у умывальника и вытирала лицо салфеткой. Почему её коса была такой идеальной, ведь она только что проснулась?

Я торопливо расчесала свои волосы пальцами, быстро заплела их в тугую, практичную косу, чтобы они не мешали. Мне нужно было спешить. Как бы быстро я ни двигалась, я не была такой шустрой, как другие. Я туго завязала кончик своей косы, схватила костыль и поблагодарила небеса за то, что заснула полностью одетой. Несмотря на то что я спешила и делала только то, что было необходимо, чтобы привести себя в порядок, я отстала от всех на три шага.

Олла и Орра вылетели из комнаты ещё до того, как я успела занять очередь в ванну в задней части комнаты. Ленора шла всего в нескольких шагах позади них, выглядя свежей и опрятной, как летняя маргаритка. Атис закидывала последнюю прядь непослушных волос на головной обруч, когда я заковыляла к выходу. Я была чистой, ухоженной и готовой к поездке, но с каждой минутой отставала всё сильнее. Она выглядела растерянной, переводя взгляд то на меня, то на дверь.

– Иди, – сказала я, – я догоню.

Она быстро кивнула и побежала. Как всегда, я замыкала шествие. Я ковыляла в темноте, чувствуя, как от утреннего холода ноет в бедре, и безрезультатно волоча ногу, шаг за шагом продвигаясь вперёд. Зная маршрут, я могла быть впереди других. Если бы только я могла бежать. Если бы только у меня получилось разогнаться и показать всем, насколько я предана этому делу и что я тоже амбициозна. Было так трудно быть амбициозной, когда ты знала, что все твои достижения никогда не будут такими же, как у других. И всё же я старалась изо всех сил.

Позади меня эхом отдавались шаги. Улицы были почти пусты, и мне стало интересно, кто это спешит по брусчатому камню. Возможно, мы были не единственными, кого подняли с постелей, чтобы подготовиться к приходу принца.

Шаги приближались, но у меня не было времени обернуться и посмотреть. Мне нужно было сосредоточить все усилия на том, чтобы вовремя добраться до логова. Что, если они улетят без меня? Означало ли это, что я не сдам построения и меня исключат из Школы?

Шаги были прямо за моей спиной, а затем рядом со мной внезапно остановилась фигура, двигаясь в том же темпе, что и я. Я оглянулась. Кто бы это мог быть? Свет фонаря отразился от бритой головы Лэнга. Он улыбнулся мне, его глаза потеплели в предрассветных сумерках, которые поднимались над горизонтом.

– Готова ехать? – спросил он.

– Да, – ответила я, чувствуя внутреннее отчаяние от необходимости спешить, но всё же стараясь не показать это Лэнгу. Что бы он подумал, если узнал, что всё, на что я способна – это встать в конце очереди.

– Я слышал, твой узел летит в почётном эскорте.

Я кивнула, стесняясь его, ведь между нами было так много недомолвок.

– Я горжусь тобой. Это большая честь. Наш Цвет гордится тобой, Амель Лифброт. – Он казался застенчивым, и я, подняв глаза, увидела нежную улыбку на его губах.

Он наклонился ко мне, взял себя в руки, быстро вздохнул и сказал:

– Я хочу, чтобы ты знала, что я разберусь с делами, когда прибудет принц. Тебе не нужно ничего говорить ему или о нём или о его спутниках. Понимаешь? Тебе нужно хранить молчание.

Ах. Он был здесь только для того, чтобы напомнить мне о необходимости молчать. Я не могла справиться с неприятным чувством внутри. Я надеялась… Что ж, возможно, я неправильно истолковала ситуацию. Мне вдруг показалось, что он всё больше ко мне привязывается. Мне нужно было перестать питать надежды, когда дело касалось его.

– Я понимаю, – храбро сказала я, борясь со жгучим разочарованием внутри.

– Хорошо, – произнёс Лэнг с улыбкой, а потом он снова смутился, будто не знал, что сказать дальше. Он перестал идти, но я не могла остановиться вместе с ним. Я и так сильно отстала.

Он подбежал ко мне и схватил за руку:

– Амель? Ты можешь остановиться на минутку?

Я остановилась, чувствуя, как во мне борется разочарование и тревога из-за остановки.

– Я не знаю, как это сказать, – робко произнёс он.

Я хотела подбодрить его, но мне действительно нужно было попасть в логово. Неужели он этого не понимал, не видел, что я и так в невыгодном положении? Я подавила своё эгоистичное желание. Мне нужно было быть хорошим другом, а не потрясающей драконьей наездницей. Я сделала глубокий вдох. Что бы он ни собирался сказать, это, наверное, очень важно. Я проявлю к нему уважение и выслушаю.

– Давай, Лэнг, расскажи мне, – я выдавила улыбку. Прояви доброту, Амель. Не всегда всё зависит от тебя.

– Я не хочу тебя обидеть, но до логова ещё далеко.

И с каждой минутой всё дольше! Я заставила себя дышать ровно и прислушаться к его словам.

– Не обидишься, если я предложу тебя довезти? Думаю, так будет чуточку быстрее.

Я едва не разрыдалась от облегчения.

– Да! Пожалуйста. О, спасибо, Лэнг. Я так сильно отстала.

Он махнул рукой, и из тени на булыжную мостовую перед нами спустилась массивная фигура Алхскиби. Он махнул своему дракону.

– Запрыгивай. Мы доставим тебя к Раолкану.

Моя улыбка была искренней, когда он помогал мне взобраться на спину своего дракона. Может, он просто хотел защитить меня. Может, поэтому он вёл себя так сурово?