Мне удалось провести интервью с актером Сергеем Куваевым, который исполнил роль Роджера Ирвинга (владелец одной из шести тетрадей смерти) в фильме «Тетрадь смерти: Зажги новый мир». Сергей 15 лет проживает в Японии и ведет популярный блог на YouTube. Он поделился с нами воспоминаниями и переживаниями о карьере. Его история – увлекательное путешествие от увлечения аниме в детстве до работы в ведущих проектах японского кинематографа.

– Расскажи, как началось твое знакомство с японской культурой и как это увлечение привело тебя в «страну восходящего солнца», в которой ты живешь уже много лет?

– В Японию я переехал в 2010 году. Впервые я узнал про Японию в молодости из мультфильма «Сейлор Мун». Мне тогда было лет десять. В то время его по телеканалу «2х2» показывали, и я его смотрел еще по черно-белому телевизору. То есть где-то в 90-х годах. Тогда я, наверное, впервые задумался о том, что мультики могут быть другими. Не отечественные, а зарубежные. Так получилось, что я начал смотреть прямо с первого эпизода, и меня это как-то зацепило, мне понравились эти образы. Это было очень необычно – воспринимать такое после наших как бы стандартных мультиков. Даже после диснеевских мультиков типа «Чипа и Дейла». Аниме – какой-то совершенно другой уровень, что ли. Где-то персонажи были вроде бы привычные, но все было по-другому.

– То есть, можно сказать, что сериал «Сейлор Мун» стал твоим проводником в мир японской культуры?

– Именно. Там была романтизация всего происходящего. Какие-то отношения между людьми показывались с романтическим подтекстом. Такого я в наших мультиках не видел, и это ярко отложилось в моей голове. Особенно образ Такседо Маска с его красной розой. Вот это произвело на меня впечатление. А еще то, как выглядели города, которые там изображены, – не похожие на те, где мы жили. Причем прорисованы они были словно настоящие, реалистично. Это был мой первый этап знакомства с Японией. Следующий настал, когда мне было лет 15. У меня появились японские видеоигры на PlayStation 1: Final Fantasy, Resident Evil и так далее. Но в первую очередь Final Fantasy VIII, конечно. Знаешь, наверное, о ней.

– Конечно, знаю. Все в нее тогда играли.

– Да! И там были необычные персонажи, их взаимоотношения друг с другом и такая же реальная графика. Когда я увидел это, я был сильно впечатлен. Тогда я уже понимал, откуда идут эти игры. У меня появился круг общения среди геймеров, они мне и объяснили, что это японские игры. Один знакомый сказал, что можно учить японский язык, – обмолвился просто так, а у меня эта мысль в голове засела. Я подумал, а может, я начну учить японский? И с тех пор я начал сам учить язык, а когда мне было лет 16, я наткнулся на книги японских авторов. Может быть, помнишь, особенно популярен был Харуки Мураками?

– Конечно! Я прочитал все его книги. Помню, как на меня произвели впечатления «Норвежский лес» и «Охота на овец». Он, кстати, до сих пор очень популярен в России.

– Тогда был пик спроса на него, везде его книги появились. Меня, конечно, они очень сильно зацепили. И как-то все складывалось в одну мозаику: желание учить японский, любовь к аниме, японским играм, книгам. Я начал интересоваться японскими фильмами и стал целенаправленно искать, что еще можно узнать про Японию. Оказалось, что в Москве периодически проходят фестивали с ретроспективой разных фильмов, режиссеров. Раз в месяц я ходил смотреть японское кино, посещал небольшие фестивали. Таким образом, к 17–18 годам у меня сформировалось четкое желание поехать в Японию.

– Поехать посмотреть или переехать, жить и работать?

– Я хотел поехать учиться. Я тогда плохо представлял свое будущее. Я учился в колледже, после поступил в Академию туризма. Мне было интересно как-то связать свою профессиональную деятельность с Японией, поэтому в Академию я поступил с удовольствием, но там не оказалось японского направления. В итоге я подумал, что, наверное, нужно ехать в Японию через языковую школу, чтобы изучать язык.

– И в итоге ты оказался в Японии благодаря языковой школе?

– О, это был долгий путь. Главное – это очень дорого. На тот момент для меня это были совершенно фантастические деньги. За полгода требовалось около $15 000, и я начал думать, как мне заработать. Я, конечно, подавался на бесплатные программы, на гранты, но ни разу так и не прошел. Тогда я просто начал изучать японский самостоятельно. Купил учебники и начал во все это вникать. Конечно, обучение давалось очень тяжело, потому что ты не знаешь, как правильно произносить звуки. У меня тогда еще не было компьютера, и я даже не мог смотреть обучающие видео. Поэтому все шло тяжело. Но где-то в 22, когда я уже выпустился, я начал искать работу, связанную с Японией. Я подавался в японские компании, которые были представлены в Москве, ходил на собеседования, но там требовался высокий уровень японского, и в итоге я никуда не прошел. В это время я познакомился с девушкой, которая преподавала японский. Она собиралась уехать в Японию по учебной программе, и у нее оставались в Москве ученики, которым она преподавала язык. Она попросила меня, чтобы я им преподавал, пока ее не будет. Это стало для меня дополнительным стимулом к изучению японского, потому что на тот момент у меня практически опустились руки. Я лет пять пытался куда-то пристроиться со своим уровнем языка, но ничего не получалось. Ты словно топчешься на одном месте. А преподавание меня подстегнуло, и мне это понравилось. Плюс, на тот момент я зарабатывал нормальные деньги. В итоге получилось так, что я уже сам начал давать объявления, что ищу учеников. Параллельно я получил работу сценариста для программы «Банзай», которая выходила на телеканале, которую курировало издательство «Страна игр» и «Гейм Ленд». Они выпускали программу, посвященную культуре Японии, обзорам аниме, фильмов и так далее. Я написал сценариев 50, наверное, за два года. В этот период я смотрел больше всего японских аниме и фильмов. Также я начал интересоваться японскими новостями – их на русский язык тогда никто не переводил. В конце 2009 года, после кризиса, начали многое сокращать, и мою программу тоже закрыли, но я продолжал набирать учеников и даже организовал группу по японскому языку. Это стало моей основной деятельностью. Мне удалось довольно быстро заработать денег на учебу, буквально за полгода. И к концу 2009 года у меня была необходимая сумма, чтобы поехать учиться в Японию. Я четко помню, что тогда понял: если я сейчас не поеду в Японию, то я, наверное, никогда уже туда не уеду. Я принял решение, подал документы и начал собирать чемодан. Оформление документов заняло около полугода, и в 2010 я приехал в Японию. С тех пор я живу здесь.

– То есть ты закончил учебу и решил остаться жить в Японии?

– Нет, я принял решение остаться в Японии еще до того, как уехал из России. То есть я уже тогда не собирался возвращаться.

– Какие были первые впечатления от Японии? Все было именно так, как ты себе представлял? Или ты был расстроен, удивлен? Помню, что когда я впервые оказался в Японии, конкретно в Токио у меня был довольно серьезный диссонанс. То, что я себе представлял, оказалось немного другим. Некоторые вещи меня очень удивили. Я представлял себе Токио городом будущего. Как Сингапур, как китайский Шэньчжэнь. Но Токио мне не показался с технологической точки зрения сильно развитым. Я не был разочарован, но были какие-то странные ощущения, что аниме сильно приукрашивает реальность.

– Да, я понимаю. Меня технологическое развитие Японии вообще не интересовало. Мне было без разницы, какие-то там роботы, технологии, инфраструктура. Меня интересовала именно сама атмосфера. Мне нравились все эти улочки, дорожки, компактные небольшие райончики. Плюс, мне нравились японки. Я жаждал общения с ними. Мне хотелось начать свою жизнь заново в Японии, перезагрузиться. Поэтому у меня не было завышенных ожиданий.

– Ты оказался в Японии, и …?

– Меня определили в школу. Я выбрал район Синдзюку для проживания. Рядом оказался корейский район – не лучший, грязноватый. Меня поселили в общежитии, в двухкомнатную квартиру с еще тремя людьми, где мне пришлось жить в комнате с еще одним человеком. Для меня это был непривычный опыт. Ночью в японских домах очень холодно.

В доме, где я жил, было очень некомфортно. Там была маленькая электрическая плитка на одну конфорку. Короче, надо было в три погибели согнуться, чтобы что-то на ней готовить. А посреди комнаты с потолка свисала какая-то балка, об которую можно было убиться головой. Условия жизни, конечно, были не самые приятные. Поэтому первые три месяца в стране были самыми тяжелыми. Адаптация проходила сложно. На уроках я постоянно спал, потому что никак не мог войти в ритм.

Ну и у меня в Японии не было ни одного знакомого. Когда я приехал, мне пришлось делать все самому с нуля. Налаживать свой быт, организовывать всю жизнь. Поэтому это был очень непростой опыт, но интересный.

– Значит, после языковой школы ты остаешься в Японии. Расскажи, как ты попал в шоу-бизнес? Ты же много снимался в фильмах, сериалах, рекламе?

– Да, но, на самом деле, это банальная история. Я думал, чем буду в итоге заниматься в Японии, еще до того, как переехал. Я понимал, что без свободного знания японского языка будет сложно найти какую-то серьезную работу. Мне попалась статья, что иностранцы довольно успешно работают в Японии моделями, актерами. Такая возможность нормально зарабатывать в Японии, будучи иностранцем, есть, даже без знания языка. Меня это заинтересовало, я даже сделал какие-то фотографии. Но, пока я налаживал быт, совсем забыл про это. Так что я начал искать работу преподавателем русского и преподавать. Я нашел нескольких учеников, но потом, спустя примерно три месяца моей жизни в Японии, я попал на собрание наших соотечественников в русском клубе. На одном из таких мероприятий я познакомился с девушкой, которая сказала, что у меня модельная внешность и стоит попробовать податься в агентство. Она как раз работала менеджером в агентстве и была моделью. Я зарегистрировался, сделал новые фото, и спустя полгода мне пришло уведомление о том, что меня выбрали на главную роль. Это была телевизионная передача про Сильвестра Сталлоне. По его истории жизни снимали небольшой короткометражный фильм с участием иностранных актеров. Меня выбрали на роль Сильвестра Сталлоне. Это была моя первая роль.

– Неплохая такая первая роль.

– Да-да. Тем более, сразу главная роль. Это было невероятно для меня. Я не ожидал, что так сразу повезет. Там я познакомился с огромным количеством других актеров. Я увидел этот мир кинематографа. Позже меня начали приглашать из этого агентства на другие роли. Так как меня показывали по центральному телевидению, японцы все это смотрели, и в моей школе меня узнавали и считали звездой. Я, конечно, очень сильно приободрился, поверил в себя. Там еще и платили неплохо.

После этого я зарегистрировался в других агентствах. Начал ходить на кастинги и на них встречал других агентов – все пошло по накатанной. В итоге я зарегистрировался в десяти разных агентствах и стал получать приглашения на работу моделью и актером. Это стало моей основной работой, но сейчас я практически не снимаюсь. Я завел свой канал на ютубе, и это дело приносит мне более стабильный доход.

– Расскажи, как ты попал на съемки фильма «Тетрадь смерти»?

– Так же, как и на любую другую съемочную площадку. Мне просто прислали информацию о новом проекте и пригласили на кастинг.

– Большой был кастинг на проект?

– Конечно. На такие проекты, как правило, всегда есть кастинг для иностранцев – кого попало брать не будут. Но если у тебя уже есть хороший послужной список (а на тот момент он у меня уже был), то к тебе присматриваются внимательнее. Работа в этом фильме не была для меня чем-то новым. Я до этого уже сотрудничал с японскими режиссерами. В том числе, может быть, поэтому меня утвердили довольно быстро.

– Ты наверняка был знаком с этим тайтлом и смотрел аниме?

– Да, конечно. Я впервые посмотрел первый фильм, когда был в России. У меня не был этот тайтл среди любимых, но принять участие в такой известной франшизе, которую знают во всем мире, было интересно.

– Расскажи, были ли какие-нибудь интересные случаи на съемочной площадке?

– В этом фильме вообще есть целый эпизод, который снимали в России с российскими актерами. Я сначала думал, что мне дадут как раз роль русского. Я изначально на нее и шел. Но потом они что-то переиграли и дали мне другую роль. Кстати, так как я являюсь носителем русского языка, я, помимо своей актерской деятельности, еще работал как консультант по русскому языку и России во многих японских проектах. Если требовалось поставить акцент актеру или проверить декорации с русским текстом, я помогал. В «Тетради Смерти» я тоже консультировал в этих моментах. Например, весь текст в русском эпизоде я переводил с японского и адаптировал на русский язык. Записи в тетрадь смерти на русском языке тоже я писал. Поэтому в фильме у меня было две роли: актера и консультанта. Еще я преподавал русский язык известным японским актерам, с которыми потом снимался в разных фильмах. Это тоже был уникальный для меня опыт.

– А насколько критичным было знание японского языка в твоем успешном пути?

– Это очень важно – знать японский язык, если хочешь развиваться в шоу-бизнесе. Конечно, если ты хотя бы по-английски говоришь, менеджер может тебе переводить. Но это не очень удобно, потому что должна быть быстрая реакция: режиссер что-то говорит, и нужно его быстро понимать и реагировать. Поэтому японский, конечно, критически важен. У меня было много значимых ролей, где у меня были реплики на японском. Мне надо было говорить на языке свободно. Да и команда всегда предпочитает выбирать человека, который говорит по-японски, чтобы с ним можно было взаимодействовать.

– А какая-то специфика присутствовала в сравнении с российским или западным кинематографом?

– С российским кинематографом мне сравнить трудно, так как опыта нет. А вот на голливудской съемочной площадке я провел довольно много времени. Это были съемки голливудского кино, но в Японии. Была задействована смешанная команда – американская и японская. В целом, все очень похоже. Есть режиссер, команда бегает вокруг тебя. Если у тебя какая-то значимая роль, за тобой приставлен менеджер, который постоянно все контролирует и делает твое пребывание на площадке комфортным. Зонтик над тобой держит, например. А в целом все обычно: приходишь с утра на площадку, завтракаешь, пьешь кофе, переодеваешься, гримируешься. Ничего такого, что выделялось бы. Но, кстати, когда у тебя последний съемочный день, все тебя поздравляют, цветы дарят.

О! В отличие от Голливуда, кормят в Японии хуже. На американском сеттинге лучше кормили. Там можно было выбрать диетическое, вегетарианское или обычное питание. Еще отличие – в американских проектах выдают командировочные, суточные. В Японии это не предусмотрено. У тебя просто ставка, и все.

– Это интересно. Например, в театральной сфере, мне показалось, есть отличия между японской и российской организацией процессов. В японской театральной сфере все строже, как в армии. Тотальное подчинение режиссеру и продюсерам. У нас все свободнее, теплее, что ли.

– Да, согласен. Здесь не забалуешь. На съемочной площадке особо не получится потрепаться с кем-то, даже если ты свободен и просто ждешь своего часа. Японские актеры всегда очень сдержанные, собранные, полностью подготовленные. Никто никогда не забывает текст. Вообще ни разу такого не видел, чтобы японский актер забыл текст. То есть они на 100 % выкладываются. Всегда! Так что да, у них всегда 100 % подготовка во всей команде. Это неоспоримо. Да и ты сам подстраиваешься под это. Я тоже ни разу не забывал текст, потому что понимал, что подготовиться нужно по максимуму и у нас строгая субординация. Каждый знает, чем он должен заниматься.

– Ты же много аниме смотрел. Какое ты хотел бы превратить в фильм? И какую роль хотел бы сыграть в нем?

– Ох, вот это вопрос. Я никогда, на самом деле, об этом не задумывался. Так как мой любимый персонаж из аниме был всегда Такседо Маск из «Сейлор Мун», я выберу его.

– Слушай, я смотрел японский сериал «Сейлор Мун». На мой взгляд, дичь полная. Я, конечно, заставил себя досмотреть все сезоны до конца, но это было больно. Полнометражного фильма, кажется, еще нет.

– Этот сериал был рассчитан исключительно на внутренний рынок, поэтому я не удивлен твоей реакции. Думаю, полного метра никогда и не снимут. Хотя все возможно.

– Сейчас стриминговые платформы активно скупают права на экранизации известных японских тайтлов. Netflix выпустил сериал по «Ван-Пис», очень даже годно получилось. Так и до «Сейлор Мун» дотянутся.

– Кстати, да, согласен. Спрос на адаптации аниме действительно повышается.

– Как думаешь, почему вообще в западном мире и в России в частности в последние годы индустрия переживает большой бум аниме и манги? И это несмотря на то, что в России часто возникают какие-то нелепые судебные иски по отношению к аниме, в том числе к «Тетради смерти». Якобы они пагубно влияют на подростков. Но тем не менее интерес повышается: тематических магазинов становится все больше, появляются разные проекты, фестивали; популяризируется косплей и так далее.

– Я думаю, из-за интереса к Японии в первую очередь. Есть какая-то уникальность в японской культуре, и многих людей это привлекает. Мне кажется, люди думают, что Япония – это что-то загадочное, необычное, где люди все правильные, где все так хорошо, где ты можешь наконец обрести счастье. Этому способствуют и медиа и блогеры, которые ездят в Японию и показывают, как там все классно и хорошо. Насколько я помню, для японского правительства аниме было одним из самых главных инструментов распространения японской культуры за границей. Они вкладывали огромные бюджеты именно в аниме. Это, наверное, дало свои плоды, ведь появилось много проектов, ориентированных на другие страны. В Японии все еще производят огромное количество медиапродукции для внутреннего рынка – кино, аниме, игры и так далее. Но потом оказалось, что за границей можно заработать больше денег, в Японии началась стагнация внутреннего спроса, поэтому начали ориентироваться на мировой прокат. И сделали это довольно успешно, как по мне.

– Если опираться на твою мысль по поводу «продажи» картинки умиротворения, красоты и гармонии, то можно сказать, что современная молодежь прибегает к эскапизму, погружаясь в аниме и мангу?

– Да, полностью согласен. Это же все-таки мультики, которые близки к реальности. Там много разных историй и жанров. Возможно, даже больше, чем в кино. Если в кино, условно, есть строгое разделение по жанрам, которых не так уж и много, то в манге и аниме сотни поджанров, и ты можешь выбрать любимое направление и смотреть бесконечное количество материала.

– Возвращаясь к теме «Тетради смерти», скажи, какой твой самый любимый персонаж?

– Мне сразу понравился Рюк. В своем черном прикольном костюме, согнутый весь. Наверное, именно он и произвел на меня впечатление. Ну и, конечно, я обратил внимание на главных героев. Лайт и L. За ними интересно наблюдать, смотреть на их взаимодействие. Но все-таки мой приз зрительских симпатий завоевал Рюк. Он еще яблоки прикольно ел.

– Да, Рюк вообще выделяется среди любимчиков у фанатов тайтла. А если бы ты нашел Тетрадь смерти, ты бы ей воспользовался?

– Нет. Зачем? У меня нет врагов.

– Какое последнее аниме ты смотрел, которое тебе понравилось?

– «Ковбой Бибоп». Классика. До этого никогда не смотрел и решил заполнить пробел. Еще мне нравятся работы Макото Синкая – не последние его произведения, а его самые, как говорится, классические, базовые: «Пять сантиметров в секунду», «Твое имя». Мне нравится, как он создает атмосферу подростковой влюбленности или грусти, безысходности. Очень классно он умеет это преподать.

– А последний фильм Хаяо Миядзаки как тебе?

– Я еще не смотрел. Все-таки я аниме касаюсь постольку-поскольку, честно говоря.

– Что бы ты посоветовал читателям, которые хотят поехать в Японию или просто любят аниме, хотят учить японский язык?

– Если хочется поехать, надо брать и ехать. Если есть такое серьезное желание, надо ехать и не думать о том, что разочаруешься или что Япония не оправдает твоих ожиданий. Я считаю, что это как минимум опыт. Он может быть для кого-то негативным, а для кого-то положительным. Но в любом случае, я думаю, твоя жизнь изменится, если ты поживешь в Японии. Моя жизнь кардинально изменилась. Она практически перезапустилась. Я ни разу не жалел о своем выборе. Я люблю Россию, но я понимаю, что тот опыт, который я получил, переехав в Японию, я бы в России вряд ли бы получил.

– А что бы ты себе посоветовал, если бы смог вернуться в прошлое лет на 20–25? Посоветовал бы что-то изменить, улучшить, исправить?

– Ничего. Мне кажется, я все сделал правильно. Я не знаю точно, но мозг так устроен, что он защищает твои решения, какими бы они ни были. Но, кажется, раз я пришел сейчас в ту точку, в которой нахожусь, то, наверное, я все делал правильно. Ну разве что нужно было активнее готовиться к поездке и усерднее учить язык. Я как-то расслабленно себя чувствовал. Особо не напрягался. Япония была моей мечтой, поэтому она всегда присутствовала в моей жизни. Вся моя жизнь выстраивалась вокруг этой мечты, еще когда я жил в России. Тем не менее я себе оставлял запасной вариант и думал, что, может быть, я останусь в России. Но по какому-то счастливому случаю так сложились обстоятельства, что в России я не успел обзавестись семьей, не взял ипотеку и не влез в долги. Поэтому все так сложилось, что меня судьба отвела от ненужных для меня дорожек, которые были не моими.

– Вообще, пообщавшись с тобой, услышав твою историю, кажется, что она очень стройная, ровная. Прямо история успеха. Шел к своей цели, реализовал мечты и не разочаровался.

– Да, это так. Я реализовал абсолютно все, что хотел, в Японии. Я хотел видеть себя на билбордах Токио, и я там неоднократно был. Хотел сниматься в кино – снимался. Поэтому можно сказать, наверное, банальную, но верную вещь: верь в свою мечту и иди за ней, не сворачивая!