
«Проступки другого человека следует оставлять при нем» [623].
Одно из основных правил, которые провозглашают стоики в межличностном общении: не лезьте в чужие дела.
«Мудрец ненавязчив, несуетен и занимается своими делами» [624] – вот характеристика стоического мудреца. Он никогда не будет осуждать кого-либо, и тому есть четыре причины.
«Никогда не хвалите и не осуждайте человека за то, что он кажется вам хорошим или плохим. Не приписывайте ему, что он умеет или не умеет, так вы избежите опрометчивости злобы», – пишет Эпиктет [625].
Казалось бы, есть такие поступки, за которые должно быть стыдно любому. В школе, в которой преподавал мой друг, произошел инцидент. Мальчик ударил девочку по лицу. Ужасный мальчик, правда? Тогда добавлю еще деталь: этому мальчику потом приходили пожать руку ученики из других классов. Пострадавшая девочка издевалась над школьниками, и никто ничего не мог сделать. На этот раз она решила пристать к нашему герою и, пока он терпел, смеялась и говорила: «Ну, ударь меня! Что, не можешь?..» Вот он и ударил.
О чем нам говорит эта история? Бить людей, несомненно, плохо – неважно, мальчик вы или девочка. Но есть ситуации, в которых даже такой поступок можно понять.
Мы часто выносим поспешные суждения. Мальчик ударил девочку – значит, негодяй. Взрослый мужчина спит каждый день до полудня – значит, ленивый. Но если мы не знаем настоящей причины поступка человека – какое право мы имеем судить его? «Пока ты не узнаешь о мнении человека о каждом таком поступке, не хвали и не осуждай его», – говорит Эпиктет [626]. А вдруг лежебока, который встает только к полудню, – вовсе не лентяй, а просто работает по ночам?
Мы должны научиться не выносить никаких суждений, пока не разберемся в происходящем досконально, говорили стоики.
«Когда кто-то моется слишком недолго, не говори, что он плохо помылся, а скажи, что он моется быстро. Когда кто-то пьет слишком много вина, не говори, что он пьяница, а скажи, что он пьет много. Потому что пока ты не выяснил, по какой причине он так поступил, откуда ты можешь знать, плохо он поступает или нет? Ведь когда ты так осуждаешь, ты видишь одно, а выводы делаешь другие», – говорит Эпиктет [627].
«Чтобы иметь право порицать других, сам человек должен быть чист и совершенен. А если, прибрав за пазуху лепешечку, ты порицаешь других, я скажу тебе: „Не лучше ли тебе забраться в угол и сожрать вон то, что ты украл? А что тебе до чужого?“» [628]
Причина того, что мы осуждаем других, кроется в нашем высокомерии. Мы хотим быть лучше всех.
«Вам выгодно, чтобы ни один человек не казался добрым, как будто чужая добродетель станет укором вашим недостаткам», – пишет Сенека [629]. И в самом деле, что обычно можно услышать подтекстом у того, кто осуждает?
«Ну ты знаешь, она, конечно, немного раскованная (настоящая шлюха)! Я не очень понимаю, зачем она так поступает… (конечно, я же не такая шлюха, как она, куда мне понять). Я бы не стала так себя вести (конечно, не стала бы, я же хороший человек)».
Когда мы осуждаем, то полагаем, что у нас точно нет таких недостатков. Это другие – шлюхи, ханжи, лжецы и трусы. А мы-то – сильные, смелые, храбрые и благородные.
Но есть проблема. Зачастую люди осуждают то, что есть в них самих.
«Вероломный больше всех настаивает на скрупулезном соблюдении договора; клятвопреступник первым кидается преследовать обманщиков; крючкотвор и мошенник больнее всех переживает, когда его присуждают к уплате штрафа; ревниво блюдет чистоту своих рабов тот, кто не пощадил своей собственной. Чужие пороки у нас перед глазами, к собственным мы всегда повернуты спиной. Вот почему отец бранит сына за буйные пирушки, хотя сам не лучше его; вот почему не прощает чужой роскоши тот, кто сам себе ни в чем не отказывал; вот отчего тиран гневается на человекоубийцу, а святотатец наказывает воровство. Большинство людей гневаются не на прегрешение, а на совершивших его. Давайте всегда оглядываться на самих себя: это сделает нас более терпимыми; давайте спрашивать себя: „А не совершил ли я чего-нибудь в таком же роде? А не заблуждался ли и я так же точно? А стоит ли мне осуждать эти проступки?“» [630]
Все мы любим тыкать других в их ошибки, но правильно ли это? В детстве я читала книгу по этикету, и мне запомнилось самое первое и самое важное правило, которое было в ней записано: «Никогда не делать замечания другим». Ведь этикет учат не для того, чтобы возвышаться над другими и высокомерно указывать остальным, как они не правы, а для совершенствования самого себя.
Марк Аврелий писал в своем дневнике: «От Александра-грамматика1 я научился воздержанию от упреков и обидных замечаний тем, кто допускал варваризмы, коверкание и неблагозвучность речи, предлагая им надлежащие выражения в форме ответа, подтверждения или совместного разбора самого предмета, а не оборота речи либо посредством другого уместного приема напоминания» [631].
Если вы видите, что другой человек совершает ошибку, не надо за нее осуждать. Либо не лезьте, либо аккуратно подскажите. Но не надо сыпать замечаниями, как будто вы его мама. Если, к примеру, ваш друг зарылся в бургер так, что майонез течет у него по бровям. Как будет лучше – сказать: «Да ты ешь как свинья!» – или молча дать салфетку?
«Смешно, стараясь избежать чужой порочности, что невозможно, не стараться избежать своей собственной – что вполне возможно» [632].
Ошибки другого человека влияют на нашу жизнь гораздо меньше, чем те, которые совершаем мы сами. Конечно, проще осудить другого, чем заняться собой. Но мы забываем об одном из основных правил стоицизма: есть вещи, которые от нас зависят, а есть те, что не зависят. Зависит от нас личный выбор, а не зависят жизнь, здоровье, красота, богатство… и поступки других людей.
Еще раз. От меня зависит – мой выбор. Его, ее, их выбор – от меня не зависит.
Даже если вы видите, как ваш ребенок совершает ошибки, – вы бессильны. Вы можете направить, подсказать, попробовать помочь, но сделать выбор за другого человека – не можете.
Поэтому один из самых частых советов стоиков – займись собой. Если у вас есть время и энергия, чтобы критиковать других, обратите их себе на пользу, следуйте своей природе. А дела других оставьте им.
Сколько бы мы ни порицали кого-либо – это ничего не изменит. Как может наше мнение изменить то представление о благе и зле, которое сформировалось у другого человека?
Осуждение – бессмысленное действие. Оно ничего не исправляет и нужно только для того, чтобы потешить наше эго. Чтобы сказать: «Ах, я такой умный, такой благородный! Я знаю, как правильно, и делаю правильно, а ты – плохой!»
Если вы действительно обладаете силой изменить поступки другого – сделайте это. А если нет – какой смысл тратить время и силы на бесполезные и даже вредные гнев и злобу?
Упражнение 1
«Когда тебя возмутит чье-либо бесстыдство, тотчас же спроси себя: „Возможно ли, чтобы в мире не было людей без стыда?“ Нет, невозможно. Не требуй невозможного. Ведь и этот человек – один из тех людей без стыда, которые необходимо должны быть в мире. Этот же вопрос пусть будет у тебя наготове и по отношению к человеку вероломному и ко всякому совершающему какой-нибудь проступок. Если ты будешь помнить, что люди такого рода не могут не существовать, то будешь благосклоннее к каждому из них в отдельности. Полезно также тотчас же подумать о том, какую добродетель сообщила природа человеку против подобных проступков. Ведь против неблагодарности она в качестве противоядия сообщила нам кротость, против других пороков – какую-нибудь способность» [633].
Упражнение 2
«Если тебя возмущает чье-либо заблуждение, не медля, оглянись на себя. Представь, в каком сходном грехе ты сам повинен, почитая, например, благо, деньги, наслаждение, суетную славу или что-нибудь в этом роде. Усмотрев это в себе, ты вскоре забудешь о гневе, особенно если сообразишь, что тот человек вынужден быть таким. Что ему остается делать? Если можешь, то освободи его от этого принуждения» [634].
«Вот я стою подобно скале на морской отмели, и волны беспрестанно обрушивают на меня свои удары, но ни сдвинуть меня с места, ни разбить им не под силу, хотя нападки их не прекращаются столетиями. Нападайте же, бейте: я вынесу все, и в этом – моя победа над вами. Нападающие на неодолимую твердыню употребят свою силу себе же во зло; а потому ищите мягкую и уступчивую мишень, чтобы вонзать ваши стрелы» [635].
Если вы чувствуете вину, боль и обиду, когда вас осуждают другие, задайте себе два вопроса: кто эти люди и виноваты ли вы на самом деле?
Если вы принимаете близко к сердцу мнения других людей, значит, отчасти согласны с ними. Это не всегда рациональное согласие. Зачастую оно вызвано эмоциями, основано на ложных убеждениях.
Представим, что гончару приносят глину и просят из нее сделать горшок. Гончар предупреждает заказчика, что это плохая глина, и горшок действительно получается с трещинами. Заказчик говорит: «Ты плохой гончар, ведь твой горшок так плох». И гончар чувствует себя обиженным, потому что понимает, что горшок действительно плохой. И вроде бы он говорит себе: «Я сделал все, что мог. Это он принес мне плохую глину, я предупредил», но ложное убеждение в его душе говорит: «Это ты виноват! Правильно говорил учитель, что ты даже горшок не можешь нормально слепить!»
«Презрение может коснуться лишь того, кто сам себя презирает», – писал Сенека [636]. Зачастую нам так сложно оставаться спокойными к осуждению других людей, потому что они подтверждают наши собственные ложные убеждения о самих себе. Даже если рационально гончар понимает, что с плохой глиной он не мог ничего сделать, он все равно начинает сомневаться, и эти сомнения давят на него эмоционально. Поэтому, когда мы слышим чье-то осуждение, мы в первую очередь должны спросить себя: я действительно виноват, если рассуждать, опираясь только на факты?
Стоики считали, что единственное, в чем мы можем быть виноваты, – это наш личный выбор. Однако общество любит делать нас виноватыми за то, на что мы даже повлиять не можем.
Представьте, как отреагируют люди, если увидят, что человек на улице описался? Осудят или выскажут презрение: наверное, пьяный или какой-то сумасшедший… А если бы они знали, что у человека больные почки и у него по случайности порвался мочеприемник?
Или возьмем девочку, которая каждый день ходит в школу в одной и той же школьной форме. Истрепанная одежда, необщительная, все считают ее странной и сторонятся. А если они узнают, что семья девочки нищая, об ее одежде и вовсе никто не заботится и эта форма – то немногое, что у нее есть? А молчит ученица потому, что привыкла помалкивать, ведь дома за лишнее слово ее постоянно бьет отец.
Описавшийся мужчина не хотел, чтобы от него пахло мочой. Нелюдимая девочка не хочет ходить в обносках. То, что с ними случилось, – не их выбор.
«Смерть и рождение, слава, безвестность, боль, наслаждение, богатство и бедность – все это случается равно с людьми хорошими и дурными, не являясь ни прекрасным, ни постыдным», – писал Марк Аврелий [637].
Мы сильно зависим от судьбы, и зачастую даже приложенные нами усилия не могут изменить ситуацию. У поэта Пушкина было много талантливых современников, о которых сейчас почти никто не помнит. Не потому, что они были плохи в своем деле, а потому, что так сложились обстоятельства: эти люди не попали куда надо было, их не услышали, не напечатали. Многое зависит от удачи.
Есть люди, которые всю жизнь работают не покладая рук, но получают сущие копейки. Виноваты ли они, что талантливы в том, что в этот исторический период не приносит денег?..
Если вы столкнулись с ситуацией, когда вас осуждают за то, в чем вы не виноваты, у стоиков есть совет: поступайте правильно.
Неважно, кто и что говорит. Важно, чтобы вы понимали, что идете верной дорогой, совершаете правильные поступки. «Пусть за нами идет дурная слава, лишь бы мы в действительности заслуживали доброй», – писал Сенека [638].
Бывает, что те, кто нас осуждает, – правы. К примеру, вы поддались одной из страстей: кого-то ударили в гневе или не выполняете свои обязанности, потому что вас одолела скорбь от потери близкого.
Что делать?
Остановиться и постараться дальше поступать правильно.
Мы не мудрецы. Мы не можем всегда действовать верно и рационально. Даже если мы сильно продвинулись на пути философии, мы все равно будем как выздоравливающий пациент, который вроде избавился от болезни, но иногда подкашливает.
Сенеку сильно осуждали за то, что он живет не так, как проповедует. Он отвечал, что изо всех сил старается поступать правильно, но и у него есть пороки и страсти. Он постоянно ведет сражение с самим собой: «Я воздержан, одеваюсь скромно, веду трезвую жизнь, но порою зрелище богатства и роскоши прельщает меня; я отхожу от него, хотя не с завистью, но с грустью в сердце; мне приходит на мысль, не есть ли этот дворец, из которого я выхожу, истинным обиталищем счастья. Я не испытываю морских бурь, но постоянно страдаю от морской болезни: я не болен, но я не чувствую себя здоровым» [639].
Суть философии стоицизма не в том, чтобы быть непогрешимым. А в том, чтобы стараться поступать правильно. Каждый день замечать свои ошибки, пытаться их исправить и дальше идти правильной дорогой. Очень сложно всегда оставаться «человеком добра», но не сдавайтесь, пробуйте снова и снова. Если сейчас не получилось, получится потом.
ЧЬИ МНЕНИЯ НА ВАС ВЛИЯЮТ?
«Я часто дивился тому, что каждый, любя себя больше других, в то же время своему убеждению о себе придает меньшее значение, нежели убеждению других» [640].
Кто те люди, словам которых вы позволяете влиять на себя? Чего они добились за свою жизнь, что они из себя представляют?
Имеет смысл прислушаться к их словам, если они – эксперты в том, о чем говорят, или образцы нравственности и добродетели. Но так ли это?
«Когда какие-нибудь люди порицают тебя, или ненавидят, или дурно отзываются о тебе, то подойди вплотную к их душе, проникни внутрь и посмотри, что они собой представляют. Ты увидишь, что тебе незачем тревожиться относительно того, каково мнение этих людей о тебе» [641].
Когда бабушка и дедушка, выросшие во времена СССР, осуждают внука за занятие гейм-дизайном, стоит ли ему принимать всерьез их осуждение и идти на «нормальную работу»? Или продолжать строить свою жизнь, исходя из современных реалий?
Когда мать, которая сносит полдома во вспышке гнева, говорит своей дочери: «У тебя такой отвратительный характер, не знаю, кто тебя замуж возьмет!» – стоит ли серьезно прислушиваться к ее словам?
Как говорится, вы не тысяча рублей, чтобы всем нравиться. Будете зарабатывать мало – назовут дураком и лентяем. Заработаете много – назовут жадным и беспринципным. Сколько людей, столько и мнений, которые они обожают высказывать. Вы не станете хорошим для всех. Осуждение есть и будет. Найдутся люди, которые даже мудрецу скажут: «Слишком уж ты правильный, аж тошнит».
Так есть ли смысл вообще переживать о мнениях людей? Как говорил Сенека, «пока мы будем оглядываться, прислушиваясь, что говорят о нас за нашей спиной, смерть наша будет уже тут как тут» [642].
«Меня кто-нибудь станет презирать? Это его дело. Мое же дело – не оказаться достойным презрения вследствие какого-нибудь поступка или слова. Он будет ненавидеть меня? Опять-таки его дело. Я все же буду хранить благожелательность и благосклонность ко всему и всегда буду готов даже ему самому указать на заблуждение, без издевательства, но из искреннего желания добра» [643].
Нам порой приходится принимать решения, которые идут вразрез с мнением толпы. Еще несколько десятков лет назад развод был ужасным делом. Разведенная женщина подвергалась огромному осуждению. Когда бабушка моей подруги развелась с пьяницей-мужем, ее понизили в должности, а соседи шептались за спиной. Правильно ли она поступила? Думаю, да. Но что она получила от окружающих?
«Когда ты делаешь то, что считаешь должным, не пытайся это скрыть от других, даже если ты думаешь, что большинство подумали бы о тебе плохо. Ведь если ты собираешься сделать дурное, то тебе вообще не следует этого делать, а если хорошее – то чего бояться тех, кто несправедливо будут злословить о тебе?» [644]
Терпеть осуждение людей очень сложно. Поэтому всегда нужно иметь четкое внутреннее убеждение: я сделал все правильно. Я не причинил никому зла, а другие люди не знают ни моих обстоятельств, ни моей мотивации.
Один из моих любимых советов от Сенеки:
«Я не стану делать ничего ради мнения окружающих, но лишь ради собственной совести; о чем знаю я один, я стану делать так, будто на меня смотрит толпа народа» [645].
Пусть за каждый ваш поступок вы могли ответить и сказать: я сделал все правильно. Тогда и мнение толпы не будет играть никакой роли.
«Тебе скажут, что вот такой-то плохо говорил о тебе. Подумай, не говорил ли и ты раньше про него плохого? Подумай, сколько раз и о скольких людях ты дурно отзывался. Повторяю, нам следует всякий раз думать о том, что это не обижают нас, а воздают нам обидой за обиду. Следует помнить, что из тех, кто кажется нам обидчиком, один действует, может быть, ради нашего же блага; другой действует по принуждению, третий – по неведению; что даже те, кто обижает нас и добровольно, и сознательно, ставили перед собой совсем другую цель: один не мог отказаться от удовольствия блеснуть остроумием; другой сделал это вовсе не ради того, чтобы повредить нам: просто он не мог добиться чего-то для себя, не оттолкнув нас с дороги; часто бывает, что, желая польстить одному, обижают при этом другого. Пусть каждый припомнит, сколько раз на него самого падало ложное подозрение; как часто, когда он желал оказать добрую услугу, фортуна заставляла ее казаться обидой; сколько людей он сначала ненавидел, а потом полюбил; тогда он не станет мгновенно поддаваться гневу, в особенности если всякий раз, как его заденет что-нибудь, он станет говорить себе: „Я ведь и сам такое делал“» [646].
Итак, когда кто-то вас обидит, спросите себя:
• Вы раньше говорили плохо об этом человеке?
• Вы обижали раньше этого человека?
• Этот человек считает, что поступает так для вашего блага?
• Хотел ли он обидеть вас или сделал это по глупости или по незнанию?
• Сам ли он хотел вас обидеть, или его заставили обстоятельства или другие люди?
• Сколько раз вы сами обижали других людей?
ЧТО ПОЧИТАТЬ
Эпиктет, «Беседы»: книга 4, часть 7.
Сенека, «О блаженной жизни»: главы 18–28.