Первые несколько секунд я не могла пошевелиться и держалась за шею, которая изнывала тупой болью. Затем, словно с новой волной подступившего адреналина, мгновенно поднялась и, точно не понимая, ушла ли Диана, испуганная, схватила первое, что увидела – деревянную рамку, стоящую на комоде, с фотографией макового поля, и побежала вниз.

Рамка не понадобилась, и вряд ли я могла нанести ею серьезный удар, кроме того, входная дверь оказалась открыта. У крыльца замер Ян в человеческом облике, перед ним была стена огня.

Ян. Молнии синего цвета, красные раскаты огня… Глубокая ночь…

Глаза дракона горели ультрамарином.

Это был мой дракон.

Понятия не имею, как он нашел меня. Но нас разделяла Диана – она стояла на пороге, повернувшись ко мне спиной.

Не знаю, каким чудом Ян вмешался в самый нужный момент, но он пришел. Он здесь. И снова спас меня, почти. По крайней мере, он собирался.

Диана вышла прямо к нему и застыла: пламя пылало возле крыльца. Ян никогда не показывался в драконьем обличии перед другими людьми. Но он сделал это сейчас. Выдавал драконью сущность сверхъестественным цветом глаз. Почему он не скрывался?

Потому что сейчас – иной случай. Он не просто демонстрировал Диане свои ультрамариновые глаза, она заметила вспышки в окне, как и я, поэтому и оставила меня в покое.

Диана видела его настоящий облик. И, скорее всего, он обернулся человеком прямо на глазах сумасшедшей постоялицы дома. Но я находилась в ее плену, была заложницей.

Я все еще боюсь ее. Вспоминаю ее руки на своей шее и смотрю на Яна испуганно.

– Ничего себе! А ты забрела в самую глушь, Ава, – говорит он непринужденно, словно ничего не происходило, пытаясь меня успокоить или отвлечь внимание Дианы.

Мое сердце выпрыгивает из груди. Я не могу обрести уверенность, хотя знаю, если Ян рядом – все будет хорошо.

Однако Диана резко срывается с места и несется к нему, прямо в желтое пламя. Она остается целой и невредимой, лишь края пеньюара сгорают до угольков.

А меня новой волной накрывают паника и страх.

– Ты! – раздался громкий голос Дианы.

В тот же момент языки пламени расходятся на несколько секунд в стороны, и я вижу, как неожиданно Диана дает Яну пощечину.

Ян никак не реагирует. И я вообще перестаю что-либо понимать.

– Где ты был?! – восклицает Диана. – Я ждала тебя! Четырнадцать лет!

Мне было бы легче думать, что она умалишенная: сперва пыталась меня убить, а теперь несет явную чушь. Но она прошла через огонь. Кто она? Но кем бы ни являлась – Ян знал ее.

Он позволил себя ударить и ничего не сделал в ответ. Почему? Была ли она столь опасна, что он не рискнул? А может, она сильнее? Он не хотел злить ее еще больше? Ведь она в ярости. Раздался треск – рамка в моей напряженной руке раскололась от слишком сильной неосознанной хватки, и тело содрогнулось из-за неожиданности.

Я бесконтрольно разжала пальцы и уронила ее. Рамка разбилась, осколки разлетелись по полу.

– Отпусти ее, – громким, но спокойным голосом велел Ян. У него сдержанный тон. Дракон говорил обо мне и хотел меня защитить.

В это время дым от огня на крыльце начал медленно заполнять дом и потоком виться по лестнице на второй этаж. Пространство вокруг меня заполнялось черной гарью, застилающей обзор. Я закашлялась, вдыхая ее.

Мне нужно как-то выбраться отсюда, и пока Ян отвлекал Диану – а теперь они оба стояли за стеной огня – я придвинулась к горящему крыльцу, чтобы, наконец, покинуть дом, и, по возможности, обогнув линию пожара, оказаться возле дракона… а после и за его спиной.

Но, когда я приблизилась и попыталась выскользнуть через порог, Диана обернулась, и сноп раскаленных искр посыпался в мою сторону.

Я успела отшатнуться, спрятавшись за косяк двери и держась за стену дрожащими руками, в отчаянии выкрикнула Яну:

– Что она хочет сделать?

– Съесть тебя, – бросил он.

Я закрыла глаза, жар просачивался через открытую дверь, кожа на плечах и на лице казалась раскаленной. Пожар распространялся очень быстро. Я заметила, как огненные языки пылают в соседнем окне. Пламя уже ползло по траве, стремясь окружить дом. Я не боялась, что Диана меня убьет – я даже не верила в такой исход – ведь рядом был Ян.

Однако мне было так страшно, что я задохнусь. Огонь полыхал, Ян не тушил пожар. Я не знала, зажег ли он пламя сам, или это дело рук Дианы, но дракон, похоже, забыл, что я человек, а значит, мне нужен воздух. Срочно. Прямо сейчас.

С улицы снова донесся голос Дианы, перекрывающий треск огня:

– Где ты пропадал так долго?! Обещал прийти и не вернулся! И сейчас ты заявляешься ко мне просто вот так, без предупреждения?!

Ян непоколебимым тоном попросил ее угомониться. Но на нее уговоры не подействовали.

Все ее поведение говорило о том, что между ними что-то есть или было: какие-то отношения, хотя и непонятно какие, и Диана на Яна зла. Или, скорее… обижалась. А причина здесь сугубо личная. Но это – последнее, о чем мне надо думать.

Я обернулась – густая пелена дыма полностью затянула первый этаж. Бежать на второй я не могла – я не видела, где лестница. И, задержав дыхание, я отпрянула от стены и шагнула к двери.

Была ночь, огонь не унимался, а передо мной стояли два сверхъестественных существа. Продолжая из последних сил бороться с тем, чтобы не сделать отравляющий вдох, я, не контролируя себя, ринулась по ступенькам крыльца вниз, огибая стену огня.

Один из всполохов направился в мою сторону и почти настиг меня, но, прежде чем я успела упасть на землю, огонь резко потух, и мгновенно рассеялся дым, будто его и не было.

Голос Яна прозвучал твердо:

– Ты права – мы много времени не виделись. И давно не вели разговоров о пекле. Надо бы повторить. Ведь за столько лет ты забыла, что нельзя трогать людей.

Едва он произнес это, Диана фыркнула и, не проронив больше ни слова, развернулась. Не замечая меня, лежащую на траве, кинулась в дом, взбежав по ступенькам и хлопнув дверью.

«Мы давно не вели разговоров о пекле… за столько лет ты забыла, что нельзя трогать людей», – эхом пронеслось в моей голове.

* * *

Я не заметила, как встала на ноги, – руки Яна легли на мои плечи и вздернули в воздух. Легкие содрогались в кашле. Несколько глубоких вдохов чистого воздуха подряд подействовали благотворно – горло до сих пор першило, но удушье отступало. Я зажмурилась, схватившись за руку Яна, не в силах сохранять равновесие.

Ян здесь. Со мной. Он реален. А я спасена. Он больше не позволит плохим вещам случаться со мной.

Послышался его вздох, и я ощутила, как Ян положил ладонь на мой затылок и, не дожидаясь, пока я потянусь к нему, прижал меня к себе.

– Оставлять тебя было плохой идеей. Но я должен был, прости, – прошептал он. – Испугалась?

Я молча кивнула несколько раз и, дав волю эмоциям, уткнулась в его плечо. По-прежнему ища в нем защиты, хотя опасность миновала.

– Она уже тебя не тронет. – Он погладил меня по волосам. – Обещаю.

Тон дракона меня не удивлял. В любой другой ситуации он бы не относился ко мне столь бережно, если бы я ослушалась его. Я сбежала и угодила в беду. И была виновата в произошедшем.

Раньше Ян был бы недоволен. Сердит. Но он не мог злиться на меня сейчас, после той ужасной ночи. Мне, если можно так сказать, повезло.

Я отшатнулась, уставившись в глаза Яна пытливым взглядом. Я беззвучно молила дракона быстрее отсюда уйти. Я не чувствовала себя в безопасности, даже несмотря на то, что он стоял напротив меня. Страх был неконтролируемым и инстинктивным.

Но Ян не торопился.

Он склонил голову и внимательно изучал мое лицо. Ян был напряжен, но не выглядел разгневанным.

– Это она сделала? – спросил он, имея в виду мои ссадины на скулах.

Я отрицательно помотала головой. Заморгала, а потом снова нерешительно посмотрела на Яна.

– Нет, я… – Голос на миг оборвался, однако я продолжила нехотя говорить и в то же время оправдываться: – Я бежала по лесу и упала. Я заблудилась… Извини.

В ту же секунду в доме зажегся яркий свет.

Мой взгляд неосознанно метнулся к окнам.

А затем со стороны леса донесся шум. Я с новым запалом тревоги обернулась, но не увидела ничего, кроме ночного леса и настойчиво горящей зловещей полной луны. Лишь слышала трепет крыльев о воздух.

И вдруг что-то маленькое и белое мелькает в темноте и врезается в меня. В мой живот. Я подхватываю это нечто на руки, едва успев осознать, что держу Кинли.

Перепуганный дракон примчался сюда, чуть не сбив меня с ног. Там, откуда он прилетел, я вижу – вдалеке, на границе леса, – горящие золотом глаза. И такие же светящиеся рога.

Бык смотрит на меня, я пристально гляжу в ответ. Кинли с прижатыми ушами и блестящими зрачками тихо и яростно рычит.

А Ян задерживает внимание на нем не больше секунды.

Я не сумасшедшая. Туросик существует.

Но он совсем не волновал Яна.

Я еще сильнее прижимаю Кинли к груди. И неожиданно осознаю, что сегодня уже не впервые вижу иных сверхъестественных существ. Каких-то, кроме Яна.

Ранее я столкнулась с ними той ночью. С волколаками. Однако благодаря Яну не помню, как они выглядят.

Наш короткий момент воссоединения прерывает скрип распахнувшейся двери. На пороге стоит Диана.

– Черт возьми, ты идешь или нет? – недовольно вопрошает она, глядя на Яна.

Я столбенею.

Диана ныряет в дом, оставляя дверь открытой. Уже не касаясь меня, Ян направляется к крыльцу, а я ощущаю, что он умышленно – своими действиями – приказывает мне идти за ним.

Я не могу поверить, что он это делает. Я не хочу туда, я боюсь и прекрасно помню, как меня пытались убить. Я прошу Яна смилостивиться. Но он не оставляет мне выбора. Возвращается и, взяв за руку, против моей воли тянет за собой.

Я снова оказываюсь в доме.

Диана ждала нас у входа. Если бы Ян не стоял рядом, отгораживая меня от помешанной девушки, я не знаю, как бы прошла вглубь, как рискнула бы обогнуть Диану.

Я не доверяю ей и бросаю на нее яростный и в то же время полный опаски взгляд. Она обманула меня. С самого начала. Никакая она не писательница и никакого мужа, не успевшего приехать сюда из-за необычного неба, нет и в помине.

И дом она не арендует, а живет здесь. И я даже не уверена, что вообще нахожусь в Каролине.

Мы с Яном проходим в гостиную. Он оставляет меня наедине с Кинли и приглашает Диану на кухню.

Я не знаю, о чем они говорят. До меня не доносится даже неразборчивого шепота. Скорее всего, Ян мог сделать так, что я не услышу ни звука. В итоге, пока они выясняют отношения, я смотрю в окно. Вижу лес. Нет ни туросика. Ни кого-то похуже – волков.

Реальной опасности, о которой я ненадолго забыла.

Кинли успокаивается. Я обнимаю его. Дракон не прижимает уши, а ворочается, чтобы удобно устроиться у меня на коленях, он очень устал. Он измотан, как и я. Не представляю, сколько часов он не ел. И сколько времени мы оба не спали.

Задумываюсь о том, который час, но не нахожу ответа. В этом кошмарном доме я не заметила часов, а телефон остался где-то наверху.

Я ласково поглаживаю Кинли и размышляю о том, почему туросик выбрал именно меня, но, может, и не меня, а моего домашнего дракона. Наверное, он вообще не собирался никого уводить в лес, но Кинли просто погнал его прочь, чтобы меня защитить.

Кинли полетел за ним от кладбища из дурости или потому, что хотел испугать? Похоже, второе. Мой маленький храбрый дракон. Но туросик связан с Дианой. Вероятно, он сейчас бродит около дома, и у меня нет сомнений в том, что именно бык заманил меня в это логово.

Через несколько минут Диана и Ян возвращаются.

Я ловлю на себе пристальный взгляд Дианы, который она не отводит, останавливаясь передо мной.

– Извини, что пыталась тебя убить, – говорит она медленно и монотонно, – я больше так не буду. – Она поворачивается к Яну и разводит руки в стороны. – Так нормально? – спрашивает она с нескрываемым раздражением.

Я понимаю: он ее заставил извиниться.

– Ты могла и лучше, – сухо отвечает Ян.

Диана снова фыркает, разворачивается и возвращается на кухню.

Ян протягивает мне ладонь, приглашая встать и пойти следом за ней.

Я послушно поднимаюсь, не имея ни моральных, ни физических сил сопротивляться, осторожно перекладывая Кинли на свободную левую руку.

– Кто она такая? – спрашиваю я, прежде чем мы окажемся на кухне.

– Давняя знакомая, – отвечает Ян.

Я пытливо смотрю ему в глаза.

– Нет, – шепчу я, не желая, чтобы Диана меня услышала.

Хотя вряд ли даже мой настолько тихий шепот мог остаться незамеченным для нее.

– Кто она на самом деле, Ян?

Он на мгновение помедлил с ответом.

– Лучше не вникать, Ава. Поверь.

– Она – дракон? – продолжила спрашивать я, невзирая на предостережение.

Что ж, проще думать, что она дракон. Я не знала, кем еще она могла быть. Не уверена, кто из легенд еще мог существовать в принципе.

Но Ян покачал головой из стороны в сторону. И сказал, что драконы не едят людей.

Ян привел меня на кухню и, усадив за стол, опустился на стул рядом и проронил:

– Она немного другая лесная фея.

Диана, стоящая у плиты, обернулась и бросила на Яна короткий недовольный взгляд. Зажгла газ и, похоже, собиралась что-то приготовить. Кинли вскинул голову – он сидел смирно и впервые в жизни не решался затушить огонь.

Вскоре аромат кофе поплыл по кухне, а на сковороде что-то затрещало – даже сверхъестественное существо сразу же пыталось услужить Яну.

Пока я сижу молча, стараясь не смотреть на Диану, которая хозяйничает у плиты, и поглаживаю Кинли, Ян рассказывает, как нашел меня. Когда он вернулся в квартиру, то не застал меня, но у него не было никаких иллюзий по поводу того, где я могу находиться. Телефонная связь, естественно, не работала, дозвониться до меня было нельзя, и он немедленно полетел на кладбище.

Там уже было пусто, только поводок Кинли лежал у дерева. Неподалеку скитался и маленький дракон, а еще повсюду виднелись следы туросика.

Сомнений не было – Ян сразу же направился сюда, ведь туросик всегда приводит заблудившихся к Диане.

Во время рассказа Диана тихо выскальзывает в коридор, и мы слышим шуршание, словно она что-то ищет. Затем и вовсе выходит на улицу, впуская через распахнутую настежь дверь ночной холод.

Ян кладет ладонь на мою, покоящуюся на столе, и, пока нет Дианы, сообщает кое-что, объясняя причину своей отлучки.

То, что мне лучше не знать, но то, что сказать нужно.

Он летал на границу, в Россию, но не конкретно к моим родственникам, троюродным братьям. Он искал знакомого. Тот, по словам Яна, обитал в тех местах. Они давно не встречались.

Этому знакомому небезразлично все, что касается волков: для него они тоже являются врагами.

Ян поведал ему и о затмении, и обо всем случившемся, рассчитывая на поддержку. А затем решил навестить моих родственников, желая на всякий случай проверить, есть ли там отголоски моей пропавшей магии. Он должен был иметь в виду и это обстоятельство, тысячную долю шанса, который помог бы облегчить поиск решения.

Но ничего не нашел… Даже не потому, что магия никогда не передавалась по мужской линии, а потому, что… волки были там. До него.

Они убили всех моих родных. Дом стоял нетронутым, застывшим полем битвы уже несколько дней – с людьми расправились мгновенно, соседи ничего не заметили, а друзья пока не справлялись об их судьбе.

Троюродные братья были первыми, кто погиб еще до того праздника – до моего совершеннолетия. По мнению Яна, вполне вероятно, именно через них волки меня и отыскали.

Или просто отличались дальновидностью.

Он по-прежнему держит меня за руку, сильнее сжимая пальцы. Ян сочувствует мне. Опять. И я отчетливо ощущаю, как он начинает успокаивать меня чарами. Я прошу его это не делать.

– Я в порядке, – стальным безэмоциональным голосом говорю я.

Мои глаза стекленеют, я не моргаю, глядя в одну точку. Мне больше не хочется плакать. У меня не получается.

Он кивает, явно не верит сказанному, но и руку не убирает. Медленно приподнимает ее лишь в тот момент, когда на кухню возвращается Диана.

Она принесла две полные бутылки с темным вином и водрузила их на столешницу.

Пока что я сижу нерушимо, вокруг меня догорают угли уничтоженной прошлой жизни, а в лицо светит – из окна – абсолютно полная уже вторые сутки луна, выглянувшая из-за туч.

Теперь Ян начинает вынужденный разговор о том, что ему необходима моя помощь, чтобы все исправить.

Ну не все, конечно – ведь потери необратимы, но хотя бы исправить то, что может привести к еще большим потерям и трагедиям неизвестно какого масштаба.

Он говорит, что ему правда очень жаль просить меня об услуге в такой момент. Тем не менее единственный выход – попытаться вернуть мою магию, пока у нас в запасе имеется время.

У волков, наверное, пока что нет четкого плана. Они лишь готовятся действовать. Мы должны их опередить.

Поэтому я должна пойти с ним ненадолго. Затмение и полнолуние не могли ждать.

За ушедшие сутки я потеряла все, что имела. И уж точно не имела выбора отказаться. Что будет, если я не сделаю того, что от меня требуется? Я лишилась всего, чего могла… кроме собственной жизни. Но, возможно, если я не соглашусь вернуть магию – то, что случилось с моей семьей, произойдет со многими другими, как было давным-давно, в незапамятные времена.

Те легендарные события историки считают вымышленными. Но тогда велась война со сверхъестественными существами. И единственное, чего я не хочу, как человек, познавший острую, невыносимую, жестокую и самую несправедливую боль, – чтобы с остальными людьми случилась схожая трагедия.

Никто не заслужил такую участь: ни те, кого я не знала, ни те, кто мне безразличен, ни даже враги, если бы они были у меня.

И, разумеется, ни те, кто мне дорог и оставался в живых. Дедушка, дальние двоюродные дяди и тетки, друзья. А я… я была никем, чтобы противиться или иметь выбор отказаться.

– Хорошо. Я согласна, – ровным голосом говорю я.

– Ладно, – кивнул Ян.

Он напряжен как никогда. После недолгого выдержанного молчания глухо добавляет:

– Проведи ее, Диана.

Мы слышим внезапный скрежет.

Дно стеклянной бутылки начинает само по себе скользить по столешнице и падает на пол, с грохотом разбиваясь о плитку, осыпая пол осколками, заливая его бордовым вином.

Я дергаюсь от неожиданности и удивленно смотрю на Диану, впервые после нападения вскинув на нее взгляд.

Она же никак не реагирует.

– Куда? – спрашивает Диана со странной интонацией не то вопроса, не то померещившегося мне возражения.

– Туда, – сухо отвечает Ян. – Нам нужно попасть в вырай.

Вторая бутылка тоже начинает скользить, но намного быстрее – молниеносно, – а потом громко ударяется о плитку. Мелкие осколки рикошетом отбрасывает с такой силой, что они взлетают и приземляются на столе, попадают мне в волосы и осыпают плечи пиджака Яна.

Я едва успеваю зажмуриться.

– Человека?! – восклицает Диана. У нее явно какие-то проблемы с выражением эмоций. И гнева.

Ян небрежно отряхивается и подтверждает:

– Человека.

Она фыркает.

В ответ глаза Яна опасно загораются синим. Мы хорошо понимаем, что это совсем не просьба.

Я решаюсь спросить, что он имеет в виду.

– Что такое вырай?

– Вырай… Это сложно… Но ты увидишь, тогда и объясню.

– Что там? – продолжаю я.

– Тот, кто дал тебе магию. Обещаю, ты будешь в безопасности. – А затем Ян обратился к Диане: – Просто проведи ее.

– Ян… – шепчу я растерянно.

– На другую сторону, – выпаливает Диана, сразу же перебивая меня.

Мне на мгновение мерещится – она хочет, чтобы ее возмущение переняла и я, она как будто ищет у меня поддержки.

А я не хочу даже смотреть на нее. И гляжу на Яна вопросительно, не особо понимая, что конкретно должно вызвать мое недовольство.

– В мир Яна, – говорит Диана.

«Что? – мысленно переспрашиваю я. – Куда?»

Пока пытаюсь осознать и разгадать услышанное, Ян произносит:

– Ава, ты нужна мне там. Твоя магия получена оттуда. Я не знаю никакого иного способа исправить произошедшее. Мы найдем того, кто дал тебе силу, он там живет. Мне жаль, но нам пора. Обещаю, ты будешь в порядке. – После короткой паузы он добавляет: – Если не будешь далеко отходить от меня.

Я опешила. Куда именно Ян собирается меня отвести? В какое-то место здесь, в лесу? В поселке? В окрестностях? В городе? «Мир Яна». Это ведь образное выражение?

Там находится некто, кто даровал моим предкам магию? Откуда у Яна такая информация?

Он ранее говорил, что ничего не знал о ее происхождении. Может, удалось что-то разведать, когда он посещал загадочного знакомого?

Диана сложила руки на груди, стоя в окружении битого стекла и разлитого вина.

– Не легче, чем тащить туда девчонку, позвать сюда…

– Она сюда не ходит, – обрубил Ян.

Тонкие брови Дианы сдвинулись.

– А потом у меня будут проблемы, что я ее впустила?..

– У тебя могут быть проблемы только со мной, если ты кому-то разболтаешь, что конкретно сделала и куда мы направились…

Они обсуждали меня, мою судьбу без моего участия. Я попала в дурной, странный сон. И хоть вопросов было больше, чем ответов, меня интересовал лишь один, самый главный сейчас. Краеугольный.

Я же могу взять Кинли? В этом же нет ничего такого?

– А Кинли? – спрашиваю я вслух.

Куда бы я ни направлялась, я не оставлю его с Дианой. Нет. Только не с ней.

Ян наконец отвлекся от Дианы, внимательно смерил меня взглядом. И поджал губы.

– Ава, это не место для птицы.

Я сделаю все, что Ян хочет. Я не возражаю. Мне все равно. Я пойду с ним в гущу леса, поеду в другой город, помчусь в чужую страну. Отправлюсь на край света. Хоть в логово к волкам. Или в ад, если понадобится. Но Кинли…

Кинли – единственная моя ценность сейчас.

– Кинли будет со мной, – повторяю я настойчиво. Мой голос едва ли не срывается. Не узнавая себя, я добавляю, опомнившись: – Пожалуйста…

Ян, похоже, засомневался, однако кивнул.

– Хорошо. – Он продолжает пристально вглядываться в мои молящие глаза.

Ян знает, что я не брошу питомца. И, возможно, не хочет меня расстраивать. Я снова получаю поблажку. Уже вторую за одну ночь.

– Хут? – с откровенным пренебрежением восклицает Диана.

– Да, – непоколебимо говорит Ян.

– Его нужно помыть и покормить, – сердито бросает она. – Я должна это делать? Ты издеваешься?!

– Ава поможет тебе.

Я повернулась к Диане. В голове промелькнула быстрая ясная мысль, которая мгновенно улетучилась.

А после я внимательно посмотрела на нее и спросила:

– Зачем? – Я заговорила с ней напрямую, до этого избегая даже смотреть в ее сторону.

– Таков ритуал, – коротко ответил Ян.

Ритуал…

Когда я вошла в дом Дианы, я хотела просто переждать здесь ночь, но она вынудила меня, под видом гостеприимной заботы, принять душ и поесть странную несоленую пищу. А затем, когда я легла спать, она напала на меня.

Ответ был настолько очевиден, что я не сразу его разглядела. Я ощутила себя ребенком, героем сказки, вспомнила детство, когда проигрывался схожий сюжет то в одном мультфильме, то в другом.

Итак, в лесу, в отдалении от деревни, стоит дом, однако он отличается от того, о котором мы слышали в сказках. Это не изба, а комфортабельная усадьба, не привлекающая к себе внимания заброшенным видом, который он должен иметь.

Но хозяйка усадьбы, живущая в доме с каминами в каждой комнате, да еще и с печью, и теперь я точно знала – Диана не снимает его, а мужа выдумала… в общем, она тоже выглядела по-другому, а вовсе не так, как персонаж классической сказки.

И черепа в черной комнате были настоящими.

Я же не спятила? Не представляю, чего я не хотела больше: оказаться рехнувшейся или до нелепого смешной.

– Ян, она – Баба-яга?

Диана резко обернулась на меня, и ее глаза запылали гневом.

Ян предупреждающе покачал головой.

– Я ее так не называю, это прозвище придумали люди. Оно ее злит.

Меня затрясло.

Я зажмурилась. Не оттого что боялась Диану. Не потому, что невероятное все больше становилось моей реальностью. И не потому, что от волнения и эмоций мои глаза увлажнились и я хотела это скрыть. Просто мой мозг уже проиграл сюжет дальше. И я знала, куда Диана меня проводит. Непонятно, что означает вырай, но я слышала кое-что созвучное ему. Ирий. Рай.

И еще мне известно, что такое…

– Навь? – спросила я.

Загробный мир.

Он существует?..

Навь. Тридевятое царство. Мир духов. Мир мертвых. И теней.

Я – не Клим, но помнила сказки. Герои отправляются в тридевятое царство в поисках живой и мертвой воды, молодильных яблок или чтобы спасти любимую, похищенную чудовищем – Кощеем Бессмертным.

Голосовые связки спазмировало, я лишилась дара речи.

Я громко дышала, вдавливаясь в стул. Ян сжал мою ладонь и понимающе кивнул. Не знаю, жаль ему меня или нет, но он видел спектр моих чувств: оголенную беспомощность и тихую истерику.

За последние два дня я увидела больше, чем следовало. И узнала больше, чем полагалось. Сознание плохо выдерживало стресс.

Ян дал мне воды, но мои руки тряслись, поэтому ему пришлось поднести стакан к моему рту.

А потом я успокоилась. Опомнилась. Через несколько минут. Панику сменили холодный рассудок и трезвая логика. Я посмотрела на Яна, привычного дракона, который был рядом со мной с самого детства, подумала о кулоне, который носила на шее, и вспомнила о заклинании на луну.

Конечно, потусторонний мир существовал, хоть Ян всегда избегал моих расспросов. Когда я допытывалась у него, желая что-нибудь услышать о каснах или русалках, – он просто говорил, что они мне не угрожают.

Когда говорил о костомахах – хотел, чтобы я боялась и не ходила где попало с друзьями. Он даже не рассказывал о том, существуют ли другие драконы-цмоки, кроме него, и где они живут. Возможно, не хотел пугать меня, когда я была ребенком.

А когда стала постарше – перестала спрашивать, уяснив, что не получу ответов. И иной мир вместе с его обитателями, за исключением Яна, отдалился от моей реальности. Лишь однажды я спросила, какие монстры есть на самом деле.

Ян ответил – все. Я посмеялась, приняв его слова за шутку.

Но он не забавлялся.

Ничего не было шуткой, когда я вместе с двумя древними потусторонними существами, одно из которых лишь час назад пыталось меня убить, заставляла Кинли съесть несоленый кусок разогретого пирога.

Еда мертвых. Последняя трапеза. Поминальный обед. Все было всерьез, когда Диана – существо, прозвище которого мне лучше не произносить вслух (ведь она на многое способна, хоть и понимала, что Ян в любом случае меня защитит), набрала теплую ванную и окунула в нее Кинли, который изворачивался и даже кусался.

Только ей было нипочем. Последнее омовение.

А затем я держала Кинли на руках, и Диана вливала ему в пасть вино, которым совсем недавно поила меня, чтобы он уснул. Практически вечным сном. Как покойник.

Ян держался на расстоянии. Странно, но Кинли почему-то кое-как притерпелся к Диане. Ян же, скрестив руки на груди, стоял в сторонке, прислонившись к столешнице и наблюдал за нами.

Не знаю, было ли ошибкой брать Кинли, но я бы не оставила его здесь с Дианой – Бабой-ягой – и ее ручным туросиком.

Сейчас я не смогла бы бросить его, к примеру, на ферме. Или в лесу. Или в квартире Яна. Да и не было времени возвращаться в город.

Где бы мы ни оказались, ему будет комфортно со мной. Ян обещал, что со мной ничего не случится. Значит – с Кинли тоже.

Тот мир полон опасностей, но и этот уже не внушал ничего хорошего. Была ночь, снаружи было тихо, не слышалось воя волков. Но и мобильная связь исчезла уже давно, и мы не знали, что происходит в городе или в стране. Во всем мире.

На небе пылала полная луна, которая дала волколакам возможность обращаться.

И я не думала, что они ею не воспользовались.

Я не заметила, как Кинли уснул у меня на руках. Я не стала перекладывать его на соседний стул, просто чуть удобнее расположила на коленях.

Диана ставит передо мной бокал вина. Третье, что случалось с героями сказок, – их усыпляли.

И то вино, которое дала мне Диана, когда «по доброте душевной» пыталась меня накормить, было как раз для этой цели, но действия напитка не хватило, наверное, я была чрезмерно взвинчена, поэтому не смогла отключиться и оказала ей сопротивление.

Теперь вино горчит на вкус. Думаю, на этот раз оно намного крепче. Я пью, сидя за столом. Кухня вмиг начинает кружиться, лица Яна и Дианы расплываются. Бокал выскальзывает из моих пальцев, алкоголь разливается, голова резко клонится к столу, но ее успевает поддержать Ян, не давая мне раскроить лоб.

Просыпаюсь уже в черной комнате Дианы. Раскрываю глаза и смотрю на черепа, затем перевожу взгляд на движущиеся силуэты. Приподнимаюсь на локтях, часто моргаю.

В камине уже горит огонь.

Ни Ян, ни Диана пока не обращают на меня внимания.

– Уверен, что не совершаешь ошибку? – шепчет она.

– Почти, – отвечает дракон.

– Ладно, – говорит Диана, и оба поворачиваются ко мне.

Не знаю, сколько я проспала. Но по самочувствию – минут двадцать. Кинли рядом со мной тоже очнулся.

Не понимаю, готова ли я. Но кое-что заставляло меня собраться и осознать, что – да. Отдаленный вой. Волки.

Мы не знали, когда они будут здесь, да и будут ли.

По мою душу они приближаются сюда или нет? Они могут захотеть перенестись на ту сторону, как и мы с Яном… или просто промчаться мимо. Но нам нельзя рисковать.

И мы отправились сейчас. Как бы дико это ни звучало, но, вероятно, в мире мертвых сейчас безопаснее, чем здесь.

– Ничего личного, что я пыталась тебя убить, – сказала Диана, когда я поднялась с кровати и подошла к Яну, но предупредила: – Но там ты можешь умереть по-настоящему.

Я ничего не ответила, не собираясь ее прощать. Или благодарить.

Ян чуть отошел на несколько шагов. Я не прибавила ни слова. Мы молча смотрели друг на друга, стоя напротив. В темных глазах Дианы отражался пляшущий огонь. Она выжидала. А я могла только гадать, что сейчас произойдет.

– Давай, – скомандовал Ян.

Диана шагнула ко мне и рывком толкнула в огонь.

Я не успела ничего осознать. Она пихнула меня прямо в камин – я споткнулась о решетку, полетела вниз и спиной приземлилась на раскаленные угли. Внезапная острая обжигающая боль пронзила меня, и я закричала. Меня захлестывал ужас. Я видела языки пламени на одежде, на голубой сорочке, на груди, на руках. Судорожно пыталась его затушить, хлопая по телу, и продолжала в истерике кричать.

Я сгорала заживо, и не могла встать – нечто словно вжимало меня в угли и раскаленный пепел. Ища спасения у того, кто обещал меня защитить, я уставилась на Яна – но два сверхъестественных существа лишь надменно наблюдали, как я пылаю в огне.

Ян не собирался меня вытаскивать. И в ту же секунду я ощутила не жар, а ледяной холод. Огонь вспыхнул с новой силой, яркой вспышкой, застлав мой взор красно-желтым свечением.

Ян пропал с моих глаз. А после исчезло и давление, из-за которого я не могла сдвинуться с места. Тело как на автопилоте дернулось. Я выскочила из камина. Я не успела понять, как сделала это, и рухнула на деревянный черный пол, продолжая тушить себя, хотя огня уже не было.

И кашляла, лежа в ногах Дианы.

Она до сих пор находилась здесь. Получается, между двумя мирами. И когда я поняла это, то выдохнула – таким было испытание. Я прошла его, чтобы оказаться на другой стороне.

Кроме нас, в комнате никого не было.

Но быстро появился Ян. Он спокойно вышагнул из камина и, нависнув надо мной, чуть склонившись, подал мне руку. Я схватилась за нее и с трудом встала, а он поддержал меня. Я ощутила головокружение. Давление, которое я испытывала в камине, уже в меньшей мере почувствовалось снова. Оно концентрировалось в районе затылка, где я чувствовала сковывающую непрекращающуюся боль.

Однако я невредима. Но выражение моего лица наверняка оставалось беспокойным.

Диана направилась к камину и вытянула руки. Из полымя сразу же выпорхнул Кинли и приземлился мне на плечо.

А он неплохо себя чувствовал. Не как я. Может, обрадовался тому, что снова очутился рядом со мной.

* * *

Я не совсем понимала, что именно изменилось. Разве что не было слышно воя волков. Дом оставался таким же, как и прежде – до перехода.

Ян покинул комнату, поманив меня за собой.

Спустившись по лестнице с Кинли на плече, крепко держась за перила, пытаясь найти равновесие, я обнаружила Яна в гостиной. Он снимал с дивана тонкий плед в голубую и розовую клетку. В тот же миг он велел Диане найти для меня одежду. А я, уставившись на ночную сорочку, отметила, что та не пострадала в огне. Через несколько минут Диана принесла мне джинсы, кроссовки и светло-бежевый вязаный свитер с высоким горлом.

Я поплелась в ванную, чтобы переодеться. Джинсы подошли, но свитер оказался велик, я утопала в нем, но выбора не имелось.

Когда я вышла из ванной, мы направились к выходу.

Входная дверь распахнулась, но я не увидела леса.

Я посмотрела на дорогу, ту самую, которая, как я думала, вела к поселку Каролин, раньше она располагалась позади дома, а теперь находилась спереди.

Дом перевернулся в пространстве – он стоял другой стороной. Все как в преданиях.

Мы с Яном и Дианой замерли перед грунтовкой, озаренной тусклым светом луны, частично скрывшейся за тучами.

Впереди была тьма: серая и гнетущая. Туманная. Сама дорога была сравнима с безбрежной пустотой, с небытием. У меня на коже выступили мурашки, и даже волосы зашевелились на затылке. Первобытный страх, ощущающийся на грани инстинктов. И уверенное осознание, что там кто-то или что-то есть, нечто пугающее и зловещее, хотя я ничего и не видела.

Туман стелился дымкой, медленно надвигаясь на нас. Он коснулся моих лодыжек, обдав могильным сырым холодом. Впереди как будто замелькали черные тени. Дорога была совсем не пустой. Там что-то жило. Или поджидало. Мне мерещилось, что за нами следят.

Кинли на моем плече тоненько заскулил.

– Ян, почему я так сильно не хочу туда? – прошептала я, не моргая и вглядываясь в дорогу, теряющуюся вдалеке.

– Это место, куда людям лучше не ходить.

Меня бил озноб. Не понимаю, отчего я затряслась: от страха или от промозглого воздуха, плотного и густого. Его было тяжело вдыхать, он пронизывал до костей, даже в безветрии.

Ян передал мне плед. Я быстро завернулась в него, перебросив край через плечо, как огромный шарф, свисающий до земли.

– По-моему, за нами кто-то следит, – тихо выдавила я.

– Так и есть, – сказал Ян.

И мы пошли.

Мы шагали по заброшенной каменистой дороге, оставляя Диану позади. Я обернулась, она стояла у ворот и провожала нас взглядом.

– Диана не пойдет с нами? – уточнила я.

– Нет. Она должна охранять проход между мирами. Такова ее служба. Она будет нас ждать, чтобы провести обратно, когда вернемся.

Ян держал меня за руку, и смерть родителей отодвинулась на второй план, хотя после их гибели шли вторые сутки. Однако мне казалось, что это было очень и очень давно – столько всего успело произойти.

У меня не оставалось времени на то, чтобы тонуть в их гибели, и не было времени на скорбь. Наверное, кроме тех часов, что я провела в квартире Яна.

И я не проживала эти чувства напрямую, они были фоном. Полнолуние и оранжевое затмение, тесно связанные со смертью родных, – я беспрепятственно впускала их в сознание, надеясь, что они вытеснят все остальное, всю мою боль.