На тот момент в моей лаборатории находилось более двадцати стеклянных пробирок – каждая была вставлена в соответствующую подставку. В некоторые пробирки я добавила воду в определённой пропорции, другие были опытными образцами, а третьи дополнительными, на случай порчи первых двух. Я никак не могла решить, какой именно яд я хотела сделать, поэтому мне показалось весьма неплохим выходом из положения приготовить все яды, которые я знала. Пополнить запасы никогда не помешает, к тому же мне ещё предстояло выяснить, какой именно яд подойдёт в этом конкретном случае.

Вполне возможно, что я перестаралась с таким количеством растений. Хотя у меня и было достаточно времени, чтобы классифицировать их, я явно не успевала поработать с каждым из них индивидуально.

Прозвенели часы. Я дёрнула рукой и нечаянно поставила кляксу на бумаге.

Пробило два часа дня.

В этой суматохе я чуть было не забыла о вечеринке Фиби в ботаническом саду. Она убьёт меня, если я опять опоздаю. Я и так отменила нашу утреннюю встречу, ссылаясь на то, что мне было нужно время на подготовку к празднику.

Вот это вечеринка так вечеринка! Если бы всегда было так весело, я бы ни одной не пропустила.

Местом для проведения этого суарэ был выбран ботанический сад, а точнее, великолепная цветочная оранжерея внутри сада. Я буквально прыгала от счастья, словно ребёнок, которого первый раз привели в зоопарк. Моя грудь не переставала вздыматься от порхающих внутри бабочек, мои глаза с жадностью впитывали окружающую меня обстановку и, возможно, впервые за последние несколько недель я чувствовала себя по-настоящему счастливой.

Стеклянный купол над нами был составлен из замысловатых панелей. Просвечивающееся небо из голубого постепенно становилось розовым, а затем красным, словно кто-то невидимой рукой рисовал картину на стёклах оранжереи. Это был мой личный райский уголок. Кусочек неба на земле.

Самые редкие цветы, деревья и кустарники украшали величественную стеклянную крепость. Птицы порхали по своей небесной резиденции, щебеча от восторга. Я почувствовала зависть к бедным созданиям, когда на минуту представила себя пернатой, живущей в этом зелёном раю. О, я бы всё отдала, чтобы хоть ненадолго превратиться в одну из них.

Вечернее платье алого цвета, которое Фиби выбрала для меня, буквально светилось в отблесках вечернего неба и мягко падающего света фонарей. Она одолжила мне несколько рубинов в тон платья, поскольку сама я никогда не была заинтересована в том, чтобы хранить фамильные драгоценности. Единственным украшением в моём доме было жемчужное ожерелье, подаренное мне Существом.

Я нигде не видела своей рыжеволосой подруги, хотя и предполагала, что она, словно маленькая пчёлка, будет занята весь вечер, жужжа то тут, то там. Это меня более чем устраивало, поскольку давало время хоть немного расслабиться. Хотя обычно пребывание в большой толпе вызывало у меня тошноту, сейчас это было вполне терпимо, поскольку я находилась в своей стихии.

Один цветок вскоре привлёк моё внимание: у него был длинный зелёный стебель, торчащий в воздухе. Его красота словно влекла меня к себе, умоляя рассмотреть поближе. Латунная табличка гласила: «Трупный цветок (Amorphophallus Titanum)».

– Он великолепен, не правда ли? – раздался рядом со мной глубокий голос с русским акцентом.

Взглянув направо, я увидела молодого человека, зачарованно смотревшего на странный экземпляр перед нами. Его мягкие янтарные глаза были полны любопытства и удивления.

Я вполне могла понять его состояние, особенно находясь в таком месте, как это.

Поймав мой взгляд, он неловко вжал плечи, что выглядело довольно странно, учитывая его мускулистое тело и смазливое лицо, на котором выделялась скромная улыбка и ямочки, особенно когда он поправлял оправу своих проволочных очков. На вид ему было около двадцати пяти лет, где-то года на два старше меня, и одет он был в строгий коричневый костюм.

– Виктор Каськов, – он вежливо протянул мне руку, его акцент был милым и приятным.

Я приподняла бровь, что могло лишь означать смесь удивления и скептицизма. Неужели мужчина хотел пожать мне руку на равных?

С опаской я взяла её и осторожно сжала.

– Алина Лис…

– Я знаю! Прошу прощения. Я должен был сразу признаться, что являюсь поклонником вашего творчества, – его глаза напряжённо смотрели на меня, словно стараясь заглянуть поглубже. Я почувствовала себя неловко. – Ваша статья о влиянии багульника на нервную систему паразитов была просто восхитительной. Как вам пришло в голову использовать именно это растение в качестве объекта исследования? Его довольно редко можно найти в наших краях, – он наклонил голову, изучая меня. Пара чёрных локонов красиво спадала на его лицо.

Его реакция казалась мне явным преувеличением. Я не привыкла к тому, чтобы мужчины воспринимали всерьёз то, что я пишу.

– Я ознакомился с вашей работой во время путешествий с отцом. Он увлекается такими вещами, – я обратила внимание на то, что его рука всё ещё сжимала мою. – Это так необычно! Женщина, увлекающаяся наукой и приключениями? Это редкое явление в наше время, – он ещё раз сжал мою руку, и только затем выпустил её. – Вы уже видели выставку цветов-хищников в этих садах?

– Я не знала, что тут есть такая выставка. Мне бы следовало почаще бывать тут, – я так и просияла от подобного предложения.

Место, где располагалась выставка хищных и ядовитых растений, находилось довольно обособленно от основной зоны вечеринки. Я даже не была уверена, что нам был разрешён вход туда. Закрытая оранжерея находилась в другом крыле сада.

Вдоль дорожки были посажены цветы Живокости (Larkspur), высотой около метра с небольшим, голубого, розового, фиолетового и белого цвета. Цветы наперстянки напоминали одностороннюю или многостороннюю кисточку, их маленькие трубчатые цветки раскрывались не сразу, а постепенно. Среди других цветов был паслен, боровая матка, олеандр, трутовик и другие экзотические растения, которых я никогда раньше не видела. По краям висели кувшинки, мухоловки и другие их липкие собратья, хотя надо сказать, что кровожадная флора никогда меня особо не интересовала.

Некоторое время мы исследовали цветы вместе. Никто из нас не следил за временем. Этот уголок был чем-то вроде моего маленького рая вдали от шума и суеты, который ждал за дверями. Мы прекрасно провели время, делясь друг с другом своими знаниями в области ботаники, разыскивая таблички или пытаясь угадать названия растений. Дело не обошлось и без «заимствования» одного или двух черенков под зорким оком Виктора, следящего за тем, чтобы нас никто не застукал на месте преступления. Я даже сняла перчатки, чтобы уберечь их от грязи, пока возилась с землёй.

– Вы знаете, как разводить все эти цветы? Некоторые из них я даже никогда раньше не видела, – я сжимала в руке маленькие веточки растений, словно они были хрустальными. Мы с ним сидели на скамейке перед одним из искусственно созданных прудов.

– Возможно, у меня имеется пара заметок на эту тему. К тому же, я мог бы отправить вам ещё несколько по почте с условием, что позже вы сможете их мне вернуть, – он ухмыльнулся.

В его компании было так уютно и спокойно. Мне хотелось почаще испытывать это ощущение.

– Я должна их вернуть? Как это жестоко с вашей стороны, – пошутила я, пряча драгоценные страницы в сумочку.

– Ваши руки… – он внезапно схватил меня за руку. – Простите. Я должен был сам срезать корешки. Соприкосновение с ними вызвало раздражение на вашей коже, – обеспокоенно сказал он, глядя на мои покрасневшие кончики пальцев. Я не могла сказать ему, что это вовсе не из-за пары корешков, а из-за всех растений, изучением которых я занималась незадолго до вечеринки, но его беспокойство, признаться, заставило меня покраснеть. Неужели я стала такой стыдливой? Да ещё рядом с мужчиной?

– Не стоит волноваться из-за этого. У меня просто чувствительная кожа, – заверила я его, убирая руку, которая уже начинала скучать по его нежным прикосновениям. – Я… мне пора возвращаться, – быстро сказала я.

– Конечно. Не смею больше злоупотреблять вашим временем, – улыбнулся Виктор. – Не ждите меня. Я ещё побуду здесь некоторое время. Светские рауты – не моя стихия. – Он действительно понимал меня.

Я кивнула ему.

– Что ж, спасибо за вашу компанию.

– Вам я всегда буду готов уделить время. Правда, – он подмигнул мне.

С этими словами я удалилась, оставив его наедине с прекрасными видами и тяжёлыми чувствами. Пока я продвигалась сквозь гудящую толпу, я рассматривала растения вдоль тропинки. Я присела и достала из рукава лезвие, чтобы отрезать несколько стеблей для своей коллекции. У меня было такое чувство, что я краду драгоценности из музея, хотя я сомневалась, что кто-то будет против.

Постояв ещё немного и полюбовавшись своими новыми экземплярами, я спрятала их в клатч и осмотрела толпу.

В самом центре стоял разъярённый человек. Мне потребовалась всего минута, чтобы понять, кто это был.

Голова Существа метнулась в мою сторону, выражение его лица было злым, словно я специально пряталась от него. Он быстро пробирался сквозь толпу по направлению ко мне.

В моей голове зазвучали сигналы тревоги, и я быстро двинулась в обратном направлении, желая как можно скорее покинуть многолюдную зону. Я то и дело натыкалась на людей, отклоняясь от своего пути.

«Двигайся!» – шептала я самой себе.

В дальней части оранжереи находилась дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещён».

Я бросилась к ней – дверь уже почти закрылась за мной, когда кто-то дёрнул её на себя и только потом захлопнул. Злодей вошёл следом за мной.

– Куда это ты собралась? – он щёлкнул замком на двери.

– Догадайся, – ответила я спокойно. Мы находились в так называемом рассаднике. Это было небольшое помещение, стены и потолок которого были полностью сделаны из старого грязного стекла. На деревянных полках в беспорядке стояли небольшие плантаторы со всевозможными саженцами. По крайней мере, тут было гораздо тише, чем в центральной части. Мой взгляд скользнул по маленьким растениям, отметив парочку тех, которые мне хотелось бы взять.

– Посмотри на меня, – Существо шагнуло ко мне. – Давай пока не будем отвлекаться. – Его слова были полны сарказма, смешанного с раздражением.

– Чего ты от меня хочешь? Неужели я не могу провести хоть одну ночь в своё удовольствие?

– Я позволил тебе провести несколько ночей в своё удовольствие, – он шагнул вперёд. Я твёрдо стояла на месте. Я не боялась его.

– Так я и поверила, что ты не следил за мной всё это время. Ты хоть когда-нибудь берёшь выходной? Или, может, у тебя появилась новая игрушка?

– Мы уже прошли этот этап, моя милая тень, – он захихикал, нависая надо мной, словно виселица. Он провёл одной рукой по моему лицу, а другой дотронулся до моего сжатого кулака. – Тебе повезло, что ты такая аппетитная. Обычно я не позволяю своей добыче так долго себя дразнить.

Его палец прошёлся по моей щеке, а затем потянулся к моей нижней губе.

Мои зубы сжались на его пальце.

Он вскрикнул от боли, а я, воспользовавшись положением, бросилась к двери, но он успел схватить меня за шею свободной рукой.

– Алина, – он неодобрительно щёлкнул языком. – Что мы поняли о бегстве?

– Найди себе другую жертву, – я выплюнула его кровь изо рта.

В горле появилось жжение, заставившее меня извиваться в его руках. Охватившее меня пронизывающее ощущение становилось всё сильнее. Словно чья-то рука сомкнулась вокруг моего горла, в то время как меня насильно кормили горячими углями.

Моё дыхание участилось, и я закашлялась. Отчаянный стон вырвался из моей груди, когда я поняла, что кашель не помогал мне прочистить горло. Во рту появился горький металлический привкус.

Существо развернуло меня лицом к себе.

– Что я тебе сказал? – он наклонил голову в сторону. – Разве я не предупреждал тебя, что состою из яда? Я был уверен, что ты воспримешь эти слова всерьёз.

Мои глаза заслезились, а пальцы ухватились за его рубашку от чистого отчаяния. Ещё один вздох был сделан напрасно. Жжение было настолько невыносимым, словно я проглотила раскалённые угли и пыталась выплюнуть их обратно, отчего они разгорались ещё сильнее.

Что это было?

Признаться, будучи сама сведущей в области ядов, я никогда не думала, что окажусь на месте своих жертв. За последние несколько недель я приготовила немало новых образцов. Надо признать, в том, что мне предстояло пожинать плоды собственных занятий, присутствовала некая доля романтики.

Он приблизил своё лицо к моему, и моё тело инстинктивно воспротивилось этой близости.

– Ты мне доверяешь? – прошептал он мне прямо в губы.

– Нет! – мой голос сорвался и перешёл в рыдания. Мои глаза затуманились от слёз, и я ещё крепче схватилась за него, чтобы успокоить головокружение. Воздух перекрывал доступ к моим лёгким, я едва могла дышать.

– Найди в себе силы довериться мне, хотя бы в этот раз, – прошептал он.

Сайлас взял моё лицо в свои руки и притянул к себе. Его губы коснулись моих, и я почувствовала, как его язык проник внутрь моего рта. Поцелуй был нежным, несмотря на его прожорливость. Я решила не отвечать ему на поцелуй, но тут жжение начало медленно рассеиваться. Инстинкт выживания заставил меня открыть рот, чтобы вдохнуть побольше воздуха, и он, не теряя времени, воспользовался этой возможностью. Я вскрикнула, когда мой рот раскрылся шире, и наш поцелуй стал ещё глубже.

Существо подхватило меня и подсадило на верстак, садовые инструменты со звоном покатились по земле.

У меня перехватило дыхание от резкого движения, наши губы лишь слегка соприкасались друг с другом. Если бы в помещении было темно, то от напряжения, возникшего между нами, наши тела уже начали бы выделять статическое электричество, способное вызвать вспышки света. Мои руки тряслись от пережитого шока.

Он чуть не убил меня. Опять. И виновата в этом была я, хоть мне и хотелось, чтобы это была полностью его вина. Отравительница, которая отравила саму себя. Я словно могла видеть эту надпись на надгробном камне.

Он был настолько великодушен, что дал мне перевести дух. Как же это унизительно.

Мне не нужно было смотреть на него, чтобы знать, что он будет спокойно стоять и наблюдать, как румянец начинал возвращаться на моё лицо.

– Знаешь, а тебе идут синие губы, – его взгляд переместился с моих губ на мои глаза. – Я могу понять, почему ты любишь отправлять людей на тот свет именно таким способом.

У меня сердце ушло в пятки, и неприятно засосало под ложечкой, когда я поняла, в каком незавидном положении я находилась.

Существо возвышалось надо мной, голодное и ждущее. Его бёдра были зажаты между моих ног, его руки пытались успокоить мою дрожь.

Это мог быть выброс адреналина или моё собственное долгое воздержание. Я не знаю, как это объяснить. Словно разряд волной пронёсся по моему телу. Почему он действовал на меня столь возбуждающе?

– Что за мысли роятся в твоей головке? – его зрачки были сужены. Воздух вокруг него был пропитан такой же опасностью, какую таит в себе штиль перед бурей.

– Нет… никаких мыслей, – пробормотала я, отказываясь смотреть на него.

– Ты выглядишь грустной.

– Так оно и есть.

– О, тогда нам надо это исправить, верно? – он наклонился и нежно прикусил моё ухо, прижимаясь своим телом к моему. Мои волосы выбились из аккуратного пучка, когда его пальцы запутались в чёрных прядях. Он задрал моё платье, обнажив мои ноги и используя свои бёдра как барьер, мешающий им сомкнуться.

– Стой… – мои слова оборвались прежде, чем Сайлас прикоснулся губами к моей шее около подбородка. Холодная, обтянутая кожей рука забралась под платье и поползла вверх по бедру. Я попыталась сжать ноги, но он не позволил мне этого сделать.

– Будь хорошей девочкой, – дышал он мне в шею. – Я пытаюсь быть милым. Позволь мне доставить тебе удовольствие.

Моя кожа словно горела в тех местах, где он дышал, прикасался, целовал. Все мысли о морали и этике ускользали, выходя из-под контроля. Он был словно магнит, притягивающий меня к себе.

Несмотря на всю мою ненависть к нему за те чувства, которые он пробуждал во мне, я прекрасно отдавала себе отчёт в том, что он мог позволить себе всё, чего бы ни захотел. Но на что ему сдалась я? Почему он так упорно преследовал именно ту, которая хотела его убить?

– Помнишь свои ощущения, когда мой язык целовал твои пальцы в ту ночь? – спросил он, прижимаясь к моей шее и ставя ещё один засос над одним из почти заживших синяков.

Я кивнула и смущённо отвернулась.

В ответ он отстранился.

Я разочарованно опустила глаза и увидела его широкие плечи у себя между ног. Мои глаза расширились от удивления, но это влажное и тёплое ощущение было таким приятным, что я не сразу отреагировала.

– Нет! – я попыталась было высвободиться, но он был быстрее и обхватил мои бёдра так, что мои ноги легли на его плечи. Он притянул меня ближе к краю стола. Его язык нежно прикоснулся к моим половым губам, словно дразня меня, пока я не почувствовала, как всё моё тело начало пульсировать в предвкушении и подёргиваться от любого неосторожного движения. Он провёл языком по коже вокруг моего клитора. Его пальцы теребили резинку моих шёлковых чулок в то время, как его внимание было полностью сосредоточено у меня между бёдрами.

– Хватит! – я схватила его за волосы и дёрнула его голову кверху. Его теперь уже чёрные глаза смотрели на меня сквозь светлые ресницы, прежде чем его лицо снова скрылось под платьем, игнорируя мои протесты.

Длинный язык игриво танцевал между моими ногами, а затем нежно продвинулся вперёд, словно прося разрешения войти.

Я так сильно прикусила губу, что ещё чуть-чуть, и из неё пошла бы кровь. Хотя, возможно, ему даже понравилось бы это. Мне становилось всё труднее подавить стоны, которые так и норовили вырваться из моего горла. Что мешало мне сказать «нет»? Всякий раз, когда я думала вырваться из его объятий, меня отвлекало ощущение его языка, дразнящего меня. Моя рука всё ещё сжимала в кулаке его волосы, но я не знала, чего я хотела больше: оттолкнуть его или, наоборот, притянуть к себе.

Постепенно его язык продвигался всё дальше и дальше, до тех пор, пока его губы не стали обсасывать окружающую моё влагалище область, вызывая у меня волны удовольствия.

Для меня все эти ощущения были в новинку. Признаюсь, что, хоть я и пыталась несколько раз получить удовольствие от мужчин, но это даже близко не стояло к тому, что я чувствовала сейчас. Жар и напряжение, постепенно нараставшие внизу моего живота, оставили меня буквально без воздуха. В маленькой стеклянной комнате вокруг нас начали запотевать окна.

Его рот вибрировал на моей коже, когда из его горла вырвался низкий щелчок.

Я откинулась на стол, отпустив его волосы, не в состоянии больше противиться захлёстывающему меня блаженству.

Он поднялся, мои ноги всё ещё лежали у него на плечах, но сейчас мы могли полностью видеть друг друга. Он смотрел на меня сверху вниз, лаская меня между бёдер, играя рукой с моим клитором.

Мои щёки стали пунцовыми от смущения и от того, что кровь прилила к моей голове, находясь в таком положении. Мои ногти впились в поверхность стола, отчаянно пытаясь найти хоть что-то, за что можно было ухватиться.

Я бросила на него мимолётный взгляд. Дать ему почувствовать надо мной власть означало дать ему повод думать, что победа была на его стороне.

– О, если это не самый прекрасный вид, – он провёл языком по влажной коже, – то тогда я просто не понимаю значения этого слова.

Не теряя ни минуты, он снова просунул в меня свой дьявольский язык, проникая глубже, чем я могла даже мечтать. Я вскрикнула, полностью выгнув спину. Он задыхался, двигая языком, продвигая его вперёд и изгибая, чтобы попасть в то запретное место, которое далеко не всем удавалось найти. – Сайлас! – прохрипела я, плотно закрывая глаза, пока он двигался внутри меня.

Услышав своё имя, он физически напрягался, в то время как его движения становились всё более быстрыми.

Я не могла больше терпеть. В животе стало так тесно, что я была готова взорваться. Разрядка наступала стремительно. Волну, нахлынувшую на меня, было уже не остановить.

Оргазм пронёсся по моему телу с такой силой, что, клянусь, даже Сайлас почувствовал, как тот заставил всю меня пульсировать, сжимаясь вокруг его языка. Он прокатывался через меня волнами, с каждым разом всё менее интенсивными, пока не отпустил моё тело, унеся с собой всё оставшееся напряжение.

Моё тело обмякло, но сердце всё ещё настолько учащённо билось в груди, что она, не переставая, поднималась и опускалась. Корсет, в свою очередь, тоже нисколько не помогал мне восстановить дыхание. Наконец, он поднялся, облизнув в ответ губы.

– Знаешь, на вкус ты ещё лучше, чем я себе представлял, – он ухмыльнулся. – К тому же все эти прекрасные звуки сделали этот момент незабываемым, – поддразнил он меня.

– Я… убью… тебя, – выдохнула я, откинув голову на стол. Мне было необходимо закрыть глаза на минуту.

Что же я натворила?

– Это что, способ отблагодарить меня? – он опустил мои ноги, возвращая меня в сидячее положение. Мои бёдра всё ещё дрожали. – Если ты позволила мне поиграть с собой, то почему бы не дать мне возможность попробовать тебя несколько по-другому?

– Мне нужно вернуться обратно…

– К чему такая спешка? – спросил он, наклонившись. – Почему бы нам не остаться здесь на всю ночь? – он прижался ко мне своими бёдрами, намекая на продолжение.

Омерзительно.

– Даже не мечтай об этом.

– Я спас тебе жизнь и попробовал на вкус твои сладкие губы сегодня ночью. Всё может случиться.

Я опустила взгляд в смущении. В гневе и спешке я оттолкнулась от стола.

– Красный цвет тебе идёт, – сказал он. – Особенно когда кровь приливает к твоему лицу.

Он рассмеялся, но к тому времени я уже вышла за дверь. Я попыталась поправить причёску и взяла ленту, чтобы завязать её вокруг пучка. Мой вид был довольно жалок в этот момент.

Дрожащими руками я судорожно перебирала ленту, пытаясь завязать её, и сама не заметила, как столкнулась с чьей-то твёрдой грудью.

– Мисс Лис! – прошелестел надо мной нервный голос. – Мне так жаль, я не должен быть оставлять вас одну… – Виктор положил свои руки мне на плечи, глядя на меня сверху вниз своими прекрасными карими глазами. Его лицо приняло озабоченный вид, когда он увидел меня в таком состоянии. – Вы в порядке? Неважно выглядите, – добавил он.

– Да-да, всё в порядке. Мне просто был нужен перерыв! – нервно воскликнула я, страстно желая оказаться как можно дальше от злосчастной комнаты, мои ноги всё ещё дрожали. – Как насчёт того, чтобы потанцевать? Да! Давайте потанцуем!

Он держал меня за руку, пока мы двигались по пешеходным дорожкам по направлению к основному месту проведения мероприятия. Медленная успокаивающая музыка наполняла помещение, а слабый свет привносил гармонию. Солнце уже давно село, и несколько звёзд блестели на тёмном небе по ту сторону стеклянного купола.

Лучше всего было находиться в окружении людей, так как я не хотела ни о чём думать до конца ночи. Я взяла с подноса бокал шампанского и залпом выпила прохладную жидкость.

Виктор недоумённо посмотрел на меня, когда я потащила его за собой.

Мы присоединились к толпе на танцплощадке, и я вцепилась в своего спутника, словно он был спасательным кругом на тонущем корабле.

– Мисс Лис, вы уверены, что всё в порядке? – прошептал он, положив одну руку мне на талию, а другой сжав мои пальцы.

– Да! Всё просто отлично! – я выдавила из себя улыбку, кокетливо заглядывая ему через плечо, чувствуя себя так легко, словно я могла взлететь в любой момент.

Он не стал больше настаивать, и лишь мягко притянул моё тело к себе, ободряюще сжав мою руку. Этот жест немного успокоил меня. По крайней мере, Сайлас не посмеет устраивать сцену на глазах у всех. Не здесь. Я положила голову на грудь Виктору, и он в ответ упёрся подбородком в мою.

– Мисс Лис…

– Алина. Пожалуйста, зови меня просто Алина, – пробормотала я в лацкан его костюма.

– Алина, – поправил он себя, играя со звучанием моего имени на своём языке. – Хочешь, чтобы я проводил тебя домой?

– Да, пожалуйста.

Дверь открылась, издав громкий щелчок, и я оглянулась на Виктора.

Он стоял на нижней ступеньке и смотрел на мой дом. Его глубокие глаза словно хотели запомнить все детали, вбирая их в себя. Своим любопытством и тем, как он изучал всё вокруг, он напоминал мне саму себя.

– Хочешь зайти? – предложила я, открывая перед ним дверь пошире.

Он сделал вид, что размышляет об этом, несколько раз коснувшись подбородка.

– Я не знаю… Это действительно трудное решение. А что, если ты окажешься ведьмой?

– В жизни есть вещи и похуже: например, инопланетные существа, – я подмигнула ему.

Он засунул руки в карманы, бросив робкий взгляд на свои ботинки.

– Как бы мне ни хотелось остаться, но, к сожалению, надо идти. Я вообще редко выхожу из дома так поздно.

– Как хочешь, – я пожала плечами. – Позвони мне как-нибудь, ладно?

– Я могу сделать для тебя кое-что получше, – он озорно улыбнулся. – Я пришлю тебе бумаги, которые ты просила.

– Договорились, но при условии, что ты отправишь себя вместе с ними.

– Посмотрим, что я смогу сделать. – он рассмеялся.

На этом мы с ним попрощались.