У Бэллард была ночь, которую она ждала всю неделю. Ни одного вызова детектива, ни одного вызова подкрепления, ни одного вызова "офицер нуждается в помощи". Она провела всю смену в детективном бюро и даже заказала доставку еды в дежурную часть. Это дало ей время сосредоточиться и справиться с оставшимися карточками для полевых опросов.

В первых двух коробках выборка карточек для последующего исследования была невелика. Бэллард положила в стопку, копившуюся с самого начала проекта, только две. Но в третьей коробке оказалось пять карточек, в том числе три, которые, по ее мнению, должны были сразу же попасть на самый верх.

За три недели до убийства Дейзи Клейтон двое полицейских остановили свою машину и осмотрели панельный фургон, незаконно припаркованный перед красным бордюром[57] на улице Гауэр к югу от Сансет. Когда они подошли, то услышали голоса изнутри фургона и увидели свет внутри. На задних дверях имелись окна, и они заметили, что за одной из них частично приоткрыта импровизированная занавеска.

Через узкое отверстие они увидели мужчину и женщину, которые занимались сексом на матрасе, а второй мужчина снимал их на видеокамеру.

Полицейские разогнали группу и проверили документы у всех троих пассажиров фургона. Они подтвердили, что женщина, имеет в своем послужном списке аресты за занятие проституцией и что секс и видеосъемка происходили по обоюдному согласию. Она отрицала факт передачи денег или занятия проституцией.

Аресты не были произведены, поскольку не было никакого преступления, в котором можно было бы обвинить эту троицу. По закону, за развратные действия можно арестовать только в том случае, если они были засвидетельствованы общественностью, и кто-либо из граждан сообщил об оскорблении чувств.

Трое были отпущены с предупреждением и наказом ехать отсюда.

На этот инцидент были заполнены три индивидуальные карточки.

Помимо фургона, Бэллард обратила внимание на то, что под именем одного из мужчин было написано слово "порноактер". Опрашиваемый значился как Курт Паскаль, которому на тот момент было 26 лет и который проживал на Кестер-стрит в Шерман-Оукс.

Из тех немногих деталей, которые были указаны в карточках, Бэллард сделала вероятный вывод, что офицеры прервали съемку порнофильма в фургоне. Паскаль и оператор, опознанный как тридцатишестилетний Уилсон Гейли, заплатили проститутке Тане Викерс, тридцати одного года, чтобы она снялась в секс-сцене в фургоне. Бэллард сделала мысленно еще один шаг вперед и представила себе ночь через три недели, когда они снимут еще одну проститутку для съемок, а потом узнают, что совершили преступление, поскольку она была несовершеннолетней. Одним из решений проблемы было бы устранение проститутки и создание впечатления, что это дело рук сексуального садиста.

Бэллард понимала, что это все предположения. Экстраполяция на экстраполяцию. Но что-то в этом сценарии ее цепляло. Ей нужно было проверить эти три карточки, и она знала, с чего начать.

Она посмотрела на настенные часы и увидела, что смена прошла быстро. Было уже пять утра, и она поняла, что Босх не пришел, как обещал. Она подумала, не позвонить ли ему, но не стала будить его, если он решил выспаться.

Бэллард посмотрела на три карточки, разложенные на столе перед ней. Ей хотелось сразу же приступить к их изучению, но она была предана Босху и тому, как, по его словам, должна проходить проверка карточек. Она перешла к последней коробке и начала просматривать новые карты. Через два часа она закончила просматривать последнюю коробку. Из неё она не вытащила ни одной карточки. Босх по-прежнему не появлялся. Она проверила свой телефон, чтобы проверить, не пропустила ли она звонок или сообщение от него, но ничего не было. Тогда она написала ему сообщение.

Я поеду в ЮКУ через 30[58], ты придешь?

Она отправила его и стала ждать. Ответа не последовало.

Бэллард вернулась к работе и использовала следующие полчаса перед уходом, чтобы пробить по компьютеру три фамилии из фургона, пытаясь узнать их текущие адреса и юридический статус. Она установила, что за четыре года, прошедших после инцидента с фургоном, Таню Викерс девять раз арестовывали за проституцию и наркотики, а затем она умерла от передозировки героина в возрасте тридцати пяти лет.

Порноактер Курт Паскаль не имел судимости и числился в Департаменте автотранспорта как проживающий на Кестер в Шерман Оукс, но запись была старой. Срок действия водительских прав истек два года назад без продления.

Оператор, Уилсон Гейли, также числился пропавшим без вести. В 2012 году он был приговорен к тюремному заключению за умышленное заражение человека болезнью, передающейся половым путем. Он провел три года в тюрьме и отбыл год условно-досрочного освобождения. После этого он пропал из поля зрения. Бэллард не удалось найти ни одной записи о наличии у него водительских прав в каком-либо штате.

У Бэллард было много дел, но сейчас было восемь утра, и через тридцать минут она должна была встретиться с профессором Колдером в ЮКУ, чтобы забрать данные GRASP. Она не могла упустить время, которое он ей выделил, поскольку в девять часов у него начиналось трехчасовое занятие по информатике.

Она положила четыре коробки с карточками FI на верхние ящики картотечного шкафа, стоявшего вдоль бюро, взяла с зарядной станции ровер и вышла через заднюю дверь.

Когда она выехала с парковки, было уже за восемь, и Бэллард не беспокоилась о том, что может позвонить и разбудить Босха. Но ее звонок сразу же попал на его голосовую почту.

— Босх, это Бэллард. Что с тобой случилось? Я думала, мы делаем это вместе. Я на пути в ЮКУ. Позвони мне. Я нашла несколько карточек, которые меня очень заинтересовали.

Она отключила телефон, наполовину ожидая, что Босх сразу же перезвонит ей.

Но он не перезвонил.

Бэллард набрала в телефоне номер и позвонила. Беатрис Бопре была режиссером фильмов для взрослых, а также в прошлом исполнительницей. В общей сложности она проработала в этом бизнесе почти двадцать лет. Бэллард знала ее потому, что за год до этого она спасла Бопре от человека, который собирался ее убить. В этом смысле Бопре была обязана Бэллард, и сейчас она ей звонила для того, чтобы она вернула Рене свой долг.

Бэллард знала, что в этот час Бопре либо заканчивает ночную работу в своей студии в Канога-Парке, либо уже спит и мертва для всего мира.

На вызов ответили после одного звонка.

— Что?

— Беатрис, это Рене Бэллард.

В порноиндустрии Бопре была известна под несколькими разными именами. Мало кто называл ее по имени или даже знал ее фамилию.

— Бэллард, что ты делаешь? Я уже собиралась завалиться дрыхнуть. Работала всю ночь.

— Тогда я рада, что успела дозвониться. Мне нужен твой опыт.

— Мой опыт? Ты что, хочешь попробовать бондаж или что-то в этом роде?

— Не совсем. Я хочу обсудить с тобой несколько имен, может быть, что-то зацепит.

— Хорошо.

— Первый — Курт Паскаль. Предположительно, он порноактер. Был им, по крайней мере, девять лет назад.

— Девять лет назад. Черт, за это время индустрия перевернулась дважды. Люди кончают и уходят — без каламбура.

— Значит, ты его не знаешь.

— Ну, я знаю этих парней по их сценическим именам, а это не сценическое имя. Давай я сяду за компьютер. Посмотрим, есть ли он в базе данных под своим настоящим именем.

— Что это за база данных?

— База кастингов фильмов для взрослых. Подожди.

Бэллард услышала, как набирается текст, а затем:

— Паскаль? P-A-S-C-A-L?

— Это то, что у меня есть, да.

— Хорошо, да, он здесь. Я не узнаю его по фото, поэтому скажу, что никогда с ним не работала. Чем он занимался?

— Ничем. Там написано, где он живет?

— Нет, ничего такого. Там указан его райдер, а затем возраст и телосложение. У него "твердая десятка"[59], что объясняет, почему он попал в этот бизнес и, видимо, остался. Ему тридцать пять, а это довольно много для бизнеса.

Бэллард на мгновение задумалась о том, как лучше всего установить контакт с Паскалем. На данный момент она пошла дальше.

— А как насчет парня по имени Уилсон Гейли? — спросила она. — Он может быть оператором.

— Это псевдоним? — спросила Бопре. — Я не снимаю гей-порно, так что я его не знаю.

— Нет, это его настоящее имя. Я так думаю.

— Ты думаешь…

Бэллард услышала, как печатают.

— Его нет в базе данных, — сказала Бопре. — Но это что-то вроде сигнала. Знаешь, парень, которого обычно зовут в гей-порно, но который иногда участвует в съемках с натуралами. Давай я поспрашиваю.

— Он попал в тюрьму около пяти лет назад за умышленное заражение кого-то венерическим заболеванием, — сказала Бэллард.

— О, подожди-ка, — сказал Бопре. — Тот самый парень?

— Какой парень?

— Я думаю, это он. В то время был один парень, который разозлился на девушку — исполнительницу — за то, что она наговорила гадостей или что-то в этом роде об одном из его партнеров. Поэтому он нанял её для одной сцены, и сам трахнул её. В итоге она заболела сифом[60], и это заставило ее уйти из бизнеса. Она обратилась в полицию нравов, потому что кто-то сказал ей, что продюсер — похоже, тот самый Гэйли — сделал это специально. Как будто он знал, что сиф у него есть, когда трахал ее. И тогда отдел нравов завел дело. Они получили его медицинские заключения и прочее. Доказали, что он знал об этом, и его посадили в тюрьму.

— Ты слышала о нем с тех пор? Он вышел пару лет назад.

— Не думаю. Я просто помню эту историю. Это самое страшное, что может случиться в этом бизнесе.

Бэллард понимала, что для подтверждения рассказа Бопре ей необходимо поднять досье на Гейли. Но похоже, что они говорили об одном и том же человеке.

— Что касается первого парня, Паскаля, — сказала она. — Ты могла бы нанять его для съемок через эту базу данных?

— Я бы послала его менеджеру сообщение, чтобы узнать свободен ли он, — сказала Бопре.

— Может быть, нужно будет пройти прослушивание или что-то в этом роде?

— Нет. В этом бизнесе ты смотришь его ролик, который мне пришлет менеджер, и ты либо нанимаешь его, либо нет. Он получает три сотни за работу. Это написано прямо здесь, в базе данных.

— Ты можешь нанять его для съемок сегодня?

— О чем ты говоришь? Какие съемки?

— Не будет никаких съемок. Я просто хочу застать его у тебя, чтобы я могла с ним поговорить.

Наступила пауза, прежде чем Бопре ответила.

— Я не знаю, Бэллард. Если станет известно, что я сделала это для копов, это может повредить мне в будущем, когда я буду нанимать людей.

Особенно с этой группой менеджеров. Она одна из самых крупных.

Теперь Бэллард сделала паузу, надеясь, что ее молчание передаст то, что она не хотела говорить: Ты моя должница, Бопре.

Стратегия сработала.

— Ладно, думаю, я могу заявить о своей невиновности, — сказала Бопре. — Скажем, я думала, что ты действующий продюсер или что-то в этом роде.

— Как тебе будет угодно, — сказал Бэллард.

— Когда?

— Может быть, сегодня?

— Приглашение в тот же день — это как-то подозрительно. Никто так не делает.

— Хорошо, а как насчет завтра?

— Во сколько?

— В девять.

— Вечера, да?

— Нет, утра.

— Утром никто не работает.

— Хорошо, тогда завтра днем.

— Хорошо, я забронирую его на четыре часа и сообщу тебе. А потом ты будешь здесь?

— Я буду.

Они отключились. Бэллард снова попытался дозвониться до Босха, и снова звонок перешел в режим сообщений.

Как будто телефон Босха был выключен.