Из литературного сценария сериала «Перекресток» я знала историю героев: молодая пара не может иметь детей. Желание иметь ребенка буквально сводит с ума молодую женщину. Она готова взять малыша из дома малютки, но муж пока не решается. Однажды вечером Лидия, так зовут героиню, слышит плач младенца, доносящийся с улицы, но, подойдя к окну, никого не видит и, успокоившись, возвращается в комнату. Утром в подвале дворник находит младенца в коробке.

В режиссерском сценарии написано: «Квартира Лидии. Поздний вечер. За окном темно. Лидия смотрит телевизор, сидя на диване. Вдруг она слышит крик новорожденного за окном, подходит к окну, отодвигает штору – никого не видит и возвращается на диван».

Мне показалось неубедительным, что Лидия, одержимая мыслью о материнстве, слышала голос младенца, но спокойно отошла от окна. В экспликации я указала, что это может быть кошачья драка. Если вы точно помните крик новорожденного, то согласитесь, что в палитре кошачьего крика всегда можно обнаружить что-то похожее на детский плач. В фильме я дала сначала натуральный крик младенца, чтобы зритель тоже услышал голос плачущего новорожденного и как бы вместе с Лидией пошел к окну посмотреть, что происходит. Но когда зритель с Лидией подошли к окну, они услышали звуки кошачьей драки. Как раз для этого момента я подложила кошачьи звуки, похожие на крик младенца, а через пару секунд крик кошек перешел в звуки кошачьей драки. Вот теперь для меня и для зрителя стало понятно, почему женщина, терзаемая мыслью о ребенке, так спокойно отходит от окна. Она поняла, что это кошки затеяли свои игры и никакого младенца там нет. Этой истории с кошками не было в сценарии, но там присутствовала идея: Лидия ошиблась.