В первом дворе о-ясиро, слева от главных ворот, стоит маленькая деревянная постройка, похожая на обычную мия или святилище, от старости выцветшая до пепельно-серого цвета. К деревянным решеткам закрытых дверей прикреплено множество записок с обетами или молитвами богам. Но если заглянуть сквозь решетку, в сумрачном внутреннем пространстве святилища не увидишь никаких эмблем синтоизма. Там находится конюшня! Из ее главной части на тебя смотрит великолепный конь, за которым на стене висят соломенные японские подковы. Конь не шевелится – он бронзовый.
Расспросив священника Сасу о происхождении скульптуры, я услышал следующую занимательную историю.
На одиннадцатый день седьмого месяца по старому календарю[71] выпадает странный праздник под названием Минигэ, что означает «выход из тела». Говорят, что в этот день великое божество Кицуки покидает свое святилище и гуляет по всем улицам города и вдоль берега, после чего приходит в дом кокудзо. Поэтому раньше кокудзо всегда покидал свой дом в этот день. В наше время он его не покидает, но все же удаляется с семьей в отдельные покои, чтобы предоставить в распоряжение бога наибольшую часть своего жилища. Такое уединение кокудзо и называют минигэ.
Когда бог О-куни-нуси-но ками шествует по улицам, за ним следует священник синто из святилища – каннуси, которое раньше называли бэкка. Бэкка означает особый или священный огонь, и главный каннуси носил этот титул, потому что за неделю перед праздником его кормили только особой пищей, приготовленной на священном огне, чтобы монах мог сохранить чистоту в присутствии бога. Должность бэкка передавалась по наследству, и титул в конце концов стал фамильным. Однако тех, кто исполняет ритуал сегодня, больше не называют бэкка.
Во время исполнения ритуальных обязанностей бэкка, увидев кого-нибудь на улице, требовал, чтобы встречный отошел в сторону: «Пес, уступи дорогу!» Простой люд верил и до сих пор верит, что человек, окликнутый каннуси при исполнении обязанностей, превращается в собаку. Поэтому в день Минигэ никто не решался выходить на улицу с определенного часа, да и сегодня очень немногие жители покидают свои дома во время этого праздника[72].
Сопроводив бога во время шествия через весь город, бэкка с двух до трех часов ночи исполнял тайный ритуал на берегу моря. (Мне сказали, что ритуал до сих пор ежегодно исполняется в этот же час.) Присутствовать на нем за исключением самого бэкка никто не имеет права. По сей день существует поверье, что человек, случайно увидевший ритуал, тут же упадет замертво или превратится в животное.
Ритуал настолько свят, что бэкка имел право передать его секрет своему преемнику только с наступлением смерти.
Поэтому, когда священник умирал, его тело клали на циновку в особом внутреннем помещении храма, сын оставался наедине с трупом отца, и все двери тщательно запирались. В определенный час ночи душа возвращалась в тело мертвого священника, он приподнимался, шепотом сообщал страшную тайну на ухо своему сыну и снова падал замертво.
Но при чем тут, спросите вы, бронзовый конь?
А вот при чем: во время праздника Минигэ великое божество Кицуки разъезжает по улицам города на бронзовом коне.