Манхэттен, сентябрь 2022 года

Адель и Седрик сыграли свадьбу в саду на крыше в центре Манхэттена, с фонтаном посередине и столиками, расставленными на искусственной траве среди огромных пальм в горшках. Адель выглядела сногсшибательно в своем белом смокинге, а Седрик произнес речь, которую никто не расслышал, так как звуковая система не работала, но это было неважно. По общему мнению, это было одно из самых радостных торжеств, на которых кто-либо присутствовал, – никакой суеты, много шампанского и любовь в изобилии. Лейси чувствовала себя на седьмом небе от счастья, потому что по такому случаю к ней приехал Том. С тех пор как она покинула Англию, они разговаривали каждый день и строили предварительные планы на будущее. У новой компании Тома был филиал на Манхэттене, и он работал там во время своих визитов, а Лейси могла писать из любой точки земного шара. Возможно, им удастся разделить свое время между двумя странами и посмотреть, что из этого выйдет.

– У нас все получится, – пообещал ей Том. – Я не собираюсь вас терять, мисс Джонс. Иначе Анна меня убьет.

На данный момент Лейси была просто благодарна Тому за то, что он присутствует в ее жизни, и знала, что, каким бы ни было будущее, они проживут его вместе. Его любовь и поддержка давали ей силы, чтобы оставить прошлое в прошлом. Кейт, девушка из книжного магазина, связалась с ней и сказала, что слышала о парне, которого обвиняют в том, что он добавляет наркотики в напитки женщинам в городе. По фотографии она узнала в нем мужчину, которого видела с Лейси в тот вечер возле бара. Она уже поговорила с полицией и хотела передать им данные Лейси, если та не возражала.

– Разумеется, я не возражаю, – ответила Лейси. Она записала имя следователя и связалась с ним сама. Том находился рядом, когда полицейский явился к ней в квартиру взять показания, и Лейси была рада его присутствию. Она взглянула на фотографию незнакомца: гладкие седые волосы, щетина, изгиб губ – все свидетельствовало о том, что подобные обвинения к нему неприменимы. Она не узнала этого парня, но он показался ей каким-то знакомым, и вдруг ей стало плохо, когда в ее голове промелькнула сцена.

Как она могла ее забыть?

Она отворачивается от бара с напитком в руке и видит мужчину. Он стоит за ее спиной, причем так близко, что еще немного – и она бы наступила ему на ноги и пролила свое пиво. «Эй, держись!» – говорит он, с улыбкой кладет ладонь ей на плечо, и она смеется и извиняется, перекладывая кружку в другую руку и стряхивая с запястья капли. Она чувствует, что он за ней наблюдает, когда она садится к своим друзьям, и на мгновение ей это льстит, а потом она о нем забывает.

Полицейский предупредил, что пройдут месяцы, если не годы, прежде чем дело дойдет до суда. Лейси была готова ждать сколько угодно, если рядом с ней был Том.

– Что ты думаешь о Томе? – прошептала она Джесс в женском туалете во время репетиции ужина. – Он тебе нравится?

– Десять из десяти, – ответила Джесс. – Этот парень – прирожденный защитник.

– Да, он такой, – вздохнула Лейси. – Я никогда ни к кому не испытывала таких чувств, даже к Мэтту Кроули в девятом классе.

– Ты любишь его настолько, что готова переехать в другую страну? – осведомилась Джесс, но Лейси лишь пожала плечами. Всему свое время – так они договорились.

Том был не единственным гостем из Англии: Ник и Барбара Дедхэм тоже были в числе приглашенных. Перед встречей с племянником Габби нервничала больше, чем Лейси могла припомнить. Дедхэмы посетили Бетлехем, погостили пару дней у Габби и привезли ее на свадьбу на арендованной машине. К тому времени они уже были закадычными друзьями. Лейси даже немного завидовала Нику, завладевшему всем вниманием ее бабушки. Он сделал копии фотографии, на которой его мать была запечатлена с королевой во время вручения ей ордена «За заслуги», и оформил их в рамки.

– Мы заказали на ее могилу новое надгробие, – сообщила Габби, обращаясь к Лейси. – На нем будет написано: «Любимая дочь, сестра, жена и мать».

Самым необычным было то, что Ника пригласили лично вернуть орден Софи «За заслуги» в Букингемский дворец и назначили ему частную аудиенцию с королевой.

– Это было чудесно, – сказал он им. – Она была так любезна и вела себя так естественно, а вовсе не чопорно. Она хорошо помнила мою маму. Конечно, я не вправе передавать все, что она сказала, потому что многое из того, что происходило во время войны, до сих пор должно храниться в секрете.

Габби наблюдала за ним, пока он говорил, и ее глаза светились гордостью. Все ужасно волновались за королеву, потому что поступали сообщения о том, что ее здоровье ухудшается, и это было единственным, что омрачало торжество. Примерно через час после того, как все наконец закончили произносить речи (Адель, разумеется, тоже выступила, равно как и Джесс, а затем сестра Седрика, которая явно была настолько поражена этим браком, что с трудом подбирала слова), у кого-то зазвонил телефон, и постепенно по вечеринке прокатилась волна испуга.

Том поднялся на ноги. Господи, как же красив он был в смокинге! Лейси хотелось сорвать его прямо здесь и сейчас.

– Прошу прощения, что привнесу в это мероприятие печальную нотку, – сказал он, – но для тех, кто не слышал: только что объявили, что королева Елизавета скончалась. Наверное, нам стоит поднять за нее бокалы и произнести еще один тост.

Его слова стали огромным потрясением. Членов королевской семьи созвали в замок Балморал, и народ уже подозревал худшее, но теперь, когда факт смерти подтвердился, все испытали шок.

– Поверить не могу, – повторял Ник Дедхэм. – Она словно всегда была частью нашей жизни.

– Это так на нее похоже, – подхватила его жена, – она до конца исполняла свой долг, а потом незаметно ускользнула. Слава богу, что ей удалось пережить Юбилей.

– Хотя я бы хотела, чтобы она продержалась подольше, – вздохнула Адель и наполнила свой бокал шампанским. – Она ушла и затмила меня в день моей свадьбы.

– Мама! – зашипела Джесс. – Хочешь, чтобы я скинула тебя с этой крыши?

Габби вдруг стала выглядеть уставшей. Должно быть, нелегко, когда тебе напоминают о твоей смертности.

– Ты хочешь уйти, бабушка? – спросила Лейси. Гости остановились в отеле, так что у нее был номер, где она могла отдохнуть.

– Может быть, я спущусь вниз, – согласилась Габби. – День выдался насыщенным. Дай мне руку, дорогая. Меня в последнее время слегка шатает. Давай просто тихонько улизнем.

Они сели в лифт. Оказавшись в номере, Габби сбросила туфли и легла на кровать. И похлопала по покрывалу.

– Сядь рядом со мной. – Лейси так и сделала и стала поглаживать бабушкину руку. – Я хотела тебя поблагодарить, Лейси Лу, – продолжала Габби, – от всего сердца. Ты нашла мою сестру и привезла ее ко мне домой.

– Прости, что я действовала за твоей спиной, – потупила взгляд Лейси.

– Нет, ты была права. Я вела себя как глупая старуха. Представь, если бы я умерла, так и не узнав правды!

– Не говори так. – Ради бога, только не сегодня. Сердце Лейси переполняла любовь, и она не могла допустить, чтобы что-то омрачило это чувство.

Габби села, ее глаза внезапно заблестели.

– Когда-нибудь я умру, и, вероятно, довольно скоро. Нам нужно подготовиться. Инструкции по организации моих похорон вы найдете в бюро вместе с моим завещанием. Я хочу, чтобы поминки прошли в отеле «Бетлехем», в бальном зале с фресками. Деньги на это отложены. И, ради всего святого, пусть гроб будет закрыт. Не хочу, чтобы на меня пялился весь город.

– Хорошо, как скажешь. – Лейси смахнула слезы.

Габби прижала ее к себе.

– Разве ты не понимаешь, что мне теперь не страшно умереть? Я снова увижу ее, мою дорогую Софи, и скажу ей, что тоже никогда не переставала ее любить.

– О, Габби, – вздохнула Лейси, – как же мы будем без тебя?

Ее бабушка снова легла на кровать и закрыла глаза.

– Справитесь. Сначала будет грустно, но потом, надеюсь, вы будете меня вспоминать и радоваться. Дорогая, самое замечательное в жизни то, что она продолжается. Если нам повезет, конечно.

Лейси вспомнит эти слова много лет спустя, когда у них с Томом появятся собственные дети, и поймет, насколько они были правдивы и как ей повезло.