Шатёр Дарана изнутри украшало плетение тишины. Дополнительную страховку от лишних ушей обеспечивали Райна и Гюнтер, оставшиеся сторожить у входа. Слух и нюх саблезубого гарантировали обнаружение любого нарушителя, будь он даже в костюме-невидимке.

— Мне нужно, чтобы вы напали на наш караван, — в лоб заявил Даран. — Точнее, имитировали атаку.

Лёха молча смотрел на него, ожидая продолжения.

— Император слишком внимательно присматривается к нашим кланам, — граф прошёлся взад-вперёд по шатру. — Если и на нас нападут крылатые Проклятые, то это хоть немного отведёт от нас подозрения.

Спорить не с чем.

Нападения крылатых связывала одна общая черта: отвлекающий маневр в виде пожара. Что в замке Гарма, что в крепости Пауков. А ещё огонь сопровождал диверсию в Серебряном Полозе и спасение Райны из лап Мантикор. Учитывая, что в трёх случаях выгоду получали Кречеты, это вызывало закономерные подозрения.

— Тебе всё равно нужно осмотреть портал, вот и совместишь, — продолжал инструктаж Даран. — Возьмёшь своих, ночью нападёте на караван, разграбите фургон с оружием и передадите его Древней. Только никого не убейте. Можете ранить, но никаких убийств. Ясно?

— Предельно, — кивнул Лёха. — Почему именно на этот?

— Будет много свидетелей, — ухмыльнулся граф. — К каравану присоединились торговцы и фигляры.

— Кто? — удивился Стриж.

По его мнению, лезть в ещё не очищенные от демонов земли было безумием.

— Циркачи бродячие, актёры, менестрели, — пояснил Даран, по-своему истолковав изумление пустотника.

— Нет, это я понял, — Лёха потёр затылок. — Но за каким демоном они сюда попёрлись. Жизнь не дорога?

Теперь уже настала очередь Дарана удивлённо таращиться на собеседника. После небольшой паузы граф усмехнулся.

— Я уже начал забывать, что ты не из нашего мира, — сказал он.

Всё оказалось просто. Даран щедро платил своим людям и нанятым рабочим за риск. Естественно, слухи об этом разлетелись по всей империи. И к желающим заработать немедленно присоединились те, кто охотно предоставлял им все возможности расстаться с заработанным. На свой страх и риск, присоединившись к каравану с пополнением.

Игроков, шулеров, торговцев алкоголем отсекали сразу. Их просто разворачивали на сборочном пункте, красочно обрисовав, что с ними сделает граф, если они рискнут сунуться. А вот остальных пускали весьма охотно.

Людям нужны развлечения и маленькие радости. Купить новые вещи, порадовать домочадцев подарками, посмотреть на представление. И если есть те, кто готов на риск, чтобы всё это предоставить — только хорошо.

Тем более, что рисковать эта публика привыкла. Нападения демонов, разбойники, да даже на постоялых дворах таких перекати-поле могла поджидать опасность. Не раз случалось, что поиздержавшиеся хозяева убивали постояльцев и продавали их имущество. Кто будет искать бродячих артистов? Даже если и начнёт — то очень нескоро. Тут же предстояло пройти под охраной сотни обученных вояк, да ещё и ночуя не лагерем, а на заставе.

Заставы Даран распорядился оборудовать первым делом. Вдоль дороги, на расстоянии дневного перехода, строили прочные деревянные блокгаузы, окружённые бревенчатым частоколом. В каждой такой крепости сидел гарнизон в три десятка солдат и рубежников, днём патрулирующих дорогу, а ночью отдыхающих под защитой стен.

Так что с точки зрения циркачей и торговцев, неплохой барыш стоил риска.

Собственно, в земной истории хватало таких отчаянных сорвиголов, готовых рисковать жизнью ради достойной прибыли. Идти в обозе воюющей армии, продавая полный набор солдатских радостей, плыть через океан, чтобы менять у дикарей ткань на жемчуг — что угодно, лишь бы наградой за это стала звонкая монета.

— Обратно они как собираются? — поинтересовался Стриж.

— Как пустые фургоны пойдут назад, — Даран разложил на столе карту. — Смотри, ночевать они будут здесь.

Лёха внимательно слушал. Хоть он и знал расположение застав и маршруты патрулей, всегда остаётся место неожиданности. Можно попасться на глаза дозорным, которые тут же поднимут переполох на всю округу, запуская сигнальные огни. И естественно, ни о каком продолжении операции не будет и речи — заставы придут в боевую готовность и встретят поздних визитёров со всем радушием.

— Разрешите выполнять? — спросил Стриж по завершении инструктажа.

— Действуй, — махнул рукой Даран.

На вылазку Стриж взял с собой Максимилиано, Павла и Густаво. Они, конечно, не репликанты, но и операция предстоит несложная и с минимальным риском. Главное — не поймать лицом кусок отточенной стали.

Дождавшись темноты, пустотники в эгидах прошли порталом в развалины старой эльфийской крепости, затерявшейся в чаще леса на землях Грифонов.

Нужной заставы достигли быстро. Несмотря на поздний час, двор, заставленный фургонами, ярко освещали масляные фонари. О причинах иллюминации гадать не приходилось — не занятая службой солдатня, не расставаясь с оружием и доспехами, толпилась вокруг ярко разукрашенных повозок. Торговцы и бродячие артисты, наплевав на усталость от долгого пути, наполняли свои кошельки.

На бортах самого большого фургона красовались картинки весьма фривольного содержания. Перед ним и выстроилась самая большая очередь вояк. Их товарищи, вынужденные торчать на постах, с завистью оглядывались на везучих сослуживцев и считали минуты до пересменки, чтобы урвать свою долю нехитрого солдатского счастья. Передвижной бордель, точно как в земной истории. В ряде стран такие заведения сопровождали армии даже в двадцатом веке.

Воины из пополнения сидели по десяткам вокруг котлов с ужином и посмеивались, глядя на бурную радость коллег. Сами они за время пути уже успели вволю насмотреться на представления актёров, насладиться общением с жрицами любви и оставить часть денег в лавках торговцев.

Взглядом отыскав среди фургонов нужный, с нарисованной на тенте белой стрелой, Лёха указал на него товарищам и жестом скомандовал атаку.

Набранные Дараном солдаты не зря получали свои деньги. Как бы не занимал умы часовых бордель на колёсах, бдительности они не теряли. Пикирующие фигуры засекли сразу же и в небе вспыхнул сигнальный огонь, ярко осветивший округу: знак соседям, что на заставу напали. В Погорелова ударила яркая молния, не причинив никакого вреда — кто-то из самых расторопных рубежников успел применить боевое заклинание.

Пока солдаты заученно сбивали строй, готовясь достойно встретить нападавших, гражданские доказали, что тоже не лыком шиты. Полная опасностей кочевая жизнь вымуштровала их не хуже профессиональных военных. Моментально оценив ситуацию, они попрятались по фургонам, чтобы не путаться в ногах у солдат. Но, как оказалось, вовсе не для того, чтобы смирно сидеть, дожидаясь, кто одержит верх.

Стоило пустотникам приземлиться, как по ним ударил дружный залп арбалетных болтов. И гражданские, засев под защитой толстых дощатых стен своих повозок, приняли в обстреле врага самое активное участие. Все кибитки оказались снабжены бойницами, из которых вылетали метко пущенные болты. Даже работницы борделя наглядно показали, что владеют арбалетами не хуже, чем искусством продажной любви.

Атакующих заклинаний прилетела всего пара-тройка. Бывалые рубежники, убедившись, что магия не причиняет Проклятым вреда, предпочли не тратить силы впустую и сосредоточились на управлении боем. Подчиняясь их командам, строй пехоты качнулся вперёд, выставив алебарды. Хорошо ещё, что солдаты шли шагом, а не ломились ревущей толпой, как в кино. Но всё равно, приближались они куда быстрее, чем хотелось.

Закрываясь от прилетающих болтов крыльями, Лёха с товарищами быстро схватили нужные ящики и взмыли в небо. Как раз в тот момент, когда пехота подошла на расстояние удара алебардами. Проверять, выйдут ли они победителями из схватки с толпой бывалых рубак, пустотники не собирались.

Диверсанты улетали в темноту, а вслед им неслись ругань, обещания страшных кар и издевательское улюлюканье. Людям казалось будто Проклятые в крылатых доспехах, о которых трубила вся империя, бежали в страхе, получив слаженный отпор. Можно не сомневаться, что все участники битвы станут рассказывать о своих подвигах при каждом удобном случае, добавляя всё новые и новые подробности.

И об этом узнает вся империя. Вполне вероятно, что ещё и в виде баллад и театральных постановок. Вряд ли присутствовавшие при сражении актёры и менестрели упустят такой случай разнообразить репертуар.

Вернувшись утром в замок, Стриж обнаружил упорядоченную суету, милую сердцу военного человека. Нападение на заставу восприняли со всей серьёзностью.

— А где Даран? — поинтересовался Стриж у Робина, облачённого в доспехи.

Рыжий, удобно устроившись в тени, наслаждался созерцанием занятых делом бойцов.

— Поехал с отрядом на помощь атакованной заставе, — серьёзно ответил он.

Если бы Лёха сам не участвовал в представлении, то запросто мог принять слова Робина за чистую монету — настолько убедительно тот играл свою роль.

— Поднял по тревоге всю кавалерию и поскакал на выручку, оставив меня за старшего. На случай, если его убьют, чтобы клан не остался без лидера, — рыжий вздохнул.

— Глория, так понимаю, с ним? — уточнил Стриж.

Робин молча кивнул и пустотник с трудом удержался от довольной улыбки. В кои-то веки всё прошло по плану.

Граф вернулся вечером, во главе каравана. Участники ночного боя сияли от гордости так, словно победили не четверых Проклятых, а как минимум армию демонов.

Особенно довольными выглядели торговцы и артисты. Ещё бы, их за храбрость лично поблагодарили его сиятельство и Золотой Коготь, родственница самого императора.

— Чёрт, — глядя на въезжающие в замок фургоны, Стриж вспомнил ещё об одной особенности вылазок крылатых диверсантов. — Надо было что-нибудь поджечь…

— Не вздумай это при Даране ляпнуть! — шикнул на него Робин. — Он всё опасался, что с вас станется спалить заставу к демонам вместе с караваном!

И, поправив перевязь, зашагал с докладом к брату.

А Стриж, порасспрашивав для порядка нескольких очевидцев о ночных событиях, тихонько ушёл в портал.

Уже завтра их ждал «ритуал истребления».

С самого утра Лёха нервничал. Несмотря на отсутствие оснований для этого, на душе было неспокойно. Возможно потому, что на этот раз не ему самому придётся рисковать.

План был прост, а потому надёжен. Эльфы-зрители до последней минуты не будут понимать что происходит, а значит вмешаться не должны.

«Соперника» Райны, уготованного в жертву, решили не сковывать, чтобы не вызывать лишних подозрений. Пустотникам его магические атаки особого урона не нанесут, да и боевого опыта у всех хватало. Ну а передвижения кандидата в покойники магичка отследит по проглоченному накануне пленником следящему артефакту. Из кишок тот так быстро не выйдет.

В остальном — будет выглядеть хоть и странно, но вполне похоже на схватку с очень неравными силами. В идеале эльфы разочарованно разойдутся, оставив команду пустотников работать без лишних свидетелей.

Дольше всего думали об экипировке.

Так уж вышло, что к Райне было привязано разом восемь пустотников: репликанты, за исключением Ареса, три примитива, Гюнтер и китежец Погорелов.

Использовать эгиды — идея заманчивая, но несущая в себе больше рисков, чем пользы. Облачить в них всех попросту невозможно. На саблезубов моделей не было, а для людей они были недоступны даже с возможностями Грааля. Из объяснений Дану Стриж понял, что встроенная в доспех «система безопасности» вообще не предусматривала «перепрошивку» эгид для кого-то кроме эльфов. Господа из Златого Града желали исключить всякую возможность попадания быстрой и маневренной брони в руки примитивов.

Выдать эгиды лишь части команды смысла не было — только привлекут ненужное внимание зрителей, а возможно и местных силовиков. Совершенно не нужное в их затее внимание. Куда лучше, если до последнего мига их будут воспринимать просто как бой за главенство в клане между очевидным фаворитом и жалким одиноким неудачником, решившим попытаться выгрызть у судьбы шанс.

Потому ограничились эльфийскими кольчугами, спрятанными под типовые рясы пустотников. Бегущий к центру арены маг со сворой безмозглых пустышек — примерно так это должно будет выглядеть сверху. Разве что саблезуб выбивался из картины, но и он был не уникальным явлением. Редким — возможно, но совершенно точно не уникальным.

Дану упоминала эксперименты некоторых кланов над более «внушительными» телами для пустотников, но обычно всё заканчивалось сумасшествием подопытного. В случаях, когда пустышку лишали разума, эта проблема не стояла так остро.

Несмотря на всю разумность аргументов Стриж никак не мог смириться с тем, что его не будет с отрядом во время операции. Арес тоже был мрачнее тучи. Невозможность отправиться вместе с братьями в опасное путешествие в чужой мир мучила его.

— Они справятся, — негромко произнесла Миа ни к кому особенно не обращаясь.

Лёха, и Арес посмотрели на неё.

То были просто слова, но на душе стало немного легче.

— Справятся, — кивнул репликант, не сводя взгляда с братьев, что вместе с остальными ожидали начала ритуала. — Мы созданы чтобы побеждать.

Стоявший между ними маг в очередной раз дёрнулся, пытаясь вырвать руки из железных хваток пленителей, и что-то промычал сквозь кляп. Его полный ненависти взгляд сверлил Райну, будто мог испепелить её на месте.

Та взгляд игнорировала, делая вид, что пленника попросту не существует.

Кем он приходился воительнице и чем провинился перед ней и Лаурой Стриж даже не пытался узнать. Мужику было под пятьдесят, так что с большой вероятностью он относился к тем упрямым ретроградам, что никак не могли смириться с властью «соплячки» и продвигаемым ею идеям. Для таких что бастард Даран, что бывшая каторжанка Райна, что вовсе безродный Робин были грязными пятнами на репутации клана.

Когда пленник вновь попытался дёрнуться, Арес равнодушно и расчётливо ударил того в печень, отбивая всякое желание сопротивляться. В бесполезности применения магии пленник успел убедиться раньше.

Стриж покрепче сжал руку на запястье хрипящего сквозь кляп пленника.

Незримый отсчёт завершился и Райна со своими пустотниками исчезла во вспышке. Исчез и обречённый маг, которого удерживали Лёха с Аресом. Теперь он, наконец, свободен, но вряд ли особенно рад этому.

Потянулись долгие минуты ожидания.

Стриж попытался вспомнить сколько времени они сами провели в том странном разрушающемся городе. Час? Больше? События того дня смешались в памяти, не позволяя оценить здраво. Наверное больше. Они тогда шли осторожно, ожидая нападения. Сейчас Райна с командой должны двигаться напрямую, схватить мага-соперника и уже с ним двигаться к центру.

Чтобы не слишком озадачивать эльфийских зрителей Райна должна будет картинно возликовать и громко проорать что-то на тему «я распну тебя посреди волшебной арены во славу клана». Если кто-то из наблюдателей понимает язык, получится вообще хорошо. А если нет — пусть ловят контекст.

Вряд ли у них до сих пор не случалось подобных подставных боёв в которых победитель глумился над побеждённым, убивая его с особой фантазией.

Дальше — дело техники. Добраться до центра, найти «глаз дракона», нанести на него плетение и убить пленного мага. Это активирует ритуал обратного перехода, отправляя вместе с Райной и её пустотниками заодно и бесценный источник энергии.

Лишь бы всё сработало как надо…

— Волнуешься? — тихо спросила подошёдшая Миа.

— Нет, — соврал Стриж, обнимая подругу.

То, что хоть она не отправилась в неизвестность без него, утешала.

— И правильно, — улыбнулась девушка. — Они справятся.

Показалось, или в её голосе тоже проскользнули тревожные нотки?

— Удалось найти что-то интересное в эльфийских записях? — сменил тему Лёха, желая отвлечься от ожидания.

— Гора и ещё маленький холмик, — изобразила руками высоту воображаемой горки Миа. — Изучать и изучать. Эксперименты над людьми, животными, эльфами, демонами, выведение гибридов, попытки подчинения сознания демонов… Это не считая макулатуры вроде служебных записок, личной переписки, бесценной технической документации по артефактам разной степени сложности. Года не хватит, чтобы всё прочесть, осмыслить, переписать и систематизировать.

Стриж присвистнул. Ещё недавно за подобные знания пришлось бы грызть глотки, а Дану их просто отдала, пусть и на время.

— Был у нас в стране очень мрачный период, — припомнил он рассказы дяди. — И тогда в ходу была поговорка: «если в схеме ты не видишь лоха, то лох — ты».

— Лох? — не поняла Миа.

— Лопух, простак, — переиначил Лёха. — Всё никак не могу понять в чём подвох. Слишком хорошо, слишком щедро, слишком неправдоподобно.

— Мне кажется, ты ищешь подвох не там, — покачала головой девушка. — Насколько я вижу, Дану действительно собирается делать именно то, что и говорит. Без намерения обмануть.

— Но подвох всё же есть? — подозрительно прищурился Стриж. — В чём же он по-твоему?

Арес, молча слушавший их разговор, неожиданно ответил.

— В последствиях. В прошлый раз её намерения изменить мир к лучшему утопили его в крови.

Хмыкнув, Лёха кивнул и с интересом уставился на репликанта.

— И что ты думаешь об этом?

Тот равнодушно пожал плечами.

— Этот мир нужно изменить чтобы мы в нём выжили. Крови я не боюсь и плавать умею.