Что же делать с Трантером? Пожалуй, главная мысль, которая крутилась в голове Астрид с тех пор, как она оставила Селесту у Нидлс-Ай. В обратном автобусе до парка аттракционов, во время долгой прогулки до мыса и назад через лес к лодке девушка могла думать только о том, насколько жизнь несправедлива. Завтра у Трантера большая гонка, а потом он покинет остров. Время заканчивалось. И закончились идеи для мести.
Начался прилив. Во время последнего прилива Астрид перочинным ножиком сделала пометку на столбе. Вода как раз поднялась до нее. На девушку накатило беспокойство. Кто-то мог подплыть со стороны реки.
Астрид сидела на палубе в закатном свете, со стаканом в руке и коробкой вина у ног. Смотрела на изгиб реки вниз по течению. Она проверила время. Всего через час вода упадет настолько, что можно будет расслабиться. Ива шелестела на ветру. И тут появилась лодка.
– Что на этот раз? – произнесла Астрид вслух.
Сначала над зарослями тростника показалась мачта. Лодка медленно шла на моторе. Затем из-за поворота вынырнул нос корабля, направлявшегося дальше по течению. Это был бермудский шлюп. Около двадцати футов длиной. Над спуском в каюту темно-синий брезентовый навес. Позади него кто-то стоял у штурвала. Астрид поднялась на ноги. Она пока не могла разглядеть лицо.
Лодка вышла на середину реки. Затем двигатель заглох, и течение понесло шлюп к лодке Астрид.
Астрид вспоминала, куда положила перочинный нож. В ящик возле раковины. Времени спуститься в каюту не было. Человек на шлюпе оставил штурвал и шел к ней с тросом в руке. Потом он сбросил капюшон с головы.
– Не возражаешь, если я поднимусь на борт?
– Нет, Харлоу.
Та бросила ей конец, и Астрид привязала его к крепительной утке на носу. Затем вывесила кранцы за борт, как раз когда шлюп течением подтолкнуло к «Приюту кроншнепа». Харлоу закрепила еще один конец на корме, перепрыгнула через релинги и поднялась на лодку Астрид.
– Выпьешь? – спросила та.
– Почему бы и нет. – Голос девушки был ниже, чем у сестры. Менее лощеный. Словно Харлоу никогда и не получала дорогостоящего престижного образования.
Астрид спустилась в каюту и принесла еще один стакан. Большой. Нечасто выпадает шанс разговаривать с человеком, пропавшим без вести в море три года назад. Ей предстояло услышать ответ на одну из самых больших загадок парусного спорта за последнее время.
Харлоу придвинула стул и села лицом к своему шлюпу. Ее волосы были коротко острижены и покрашены в темно-каштановый цвет. Астрид села рядом с ней и наполнила стакан из коробки с вином. Затем вручила его Харлоу.
– Твое здоровье, – протянула та, поднося вино к губам.
Астрид наполнила свой стакан и сделала из него долгий глоток.
– Итак, – сказала она. – Где же тебя носило, Харлоу Уэйд?
– У тебя есть время?
Астрид встала, натянула теплую толстовку и опустилась обратно в кресло.
– Столько, сколько нужно.
Астрид чувствовала: Харлоу давно хотела кому-нибудь рассказать свою историю от начала до конца. Видимо, она повторяла ее в мыслях так часто, что слова лились свободным потоком. Все началось за пару месяцев до Каус-Уик три года назад. Как сказала Харлоу, она проснулась утром и увидела очередную статью о себе в местной газете. О ней снова писали как о следующем чемпионе острова Уайт по парусному спорту. Может, даже всей Британии. Прочтя статью, Харлоу почувствовала себя странно. Как будто часть ее отобрали. Чтобы продавать подороже. Давление от всеобщих ожиданий, особенно отцовских, постоянно росло.
Здесь возникла единственная пауза в ее рассказе – когда она впервые упомянула отца. Харлоу допила вино и поставила стакан у ног. Она подбирала точные слова, чтобы соблюсти справедливость по отношению к нему. По ее мнению, он был хорошим человеком. Но легко поддающимся на манипуляции. Трудоголиком, устанавливающим недостижимые стандарты – для себя и для нее. Он отчаянно хотел, чтобы она выиграла Каус-Уик. На кону стояла репутация семьи. Для Харлоу бремя оказалось слишком тяжелым. Особенно в сочетании с экзаменами, «непутевым» парнем и прочими атрибутами жизни девочки-подростка. Все предохранители вышли из строя. Если бы она ничего не предприняла, то просто-напросто взорвалась бы. Однако Харлоу нашла решение. Она все спланировала за несколько дней до гонки. Инсценировала свою смерть и уплыла.
– Неужели ты не видела другого выхода? – спросила Астрид.
– Тогда не видела. – Харлоу тяжело вздохнула. – Теперь, конечно, я понимаю, что могла бы поступить по-другому. А тогда… что-то во мне сломалось. Надо мной повисла темная туча, и мне пришлось как-то из-под нее выбираться.
– Кто-нибудь еще знал?
– Сайлас. – Казалось, она вот-вот заплачет. Очевидно, Харлоу знала о его смерти. О смерти, в которой виноват Трантер. – Сайлас был моим другом, он меня понимал.
– Соболезную твоей утрате.
– Спасибо, – проговорила она, собираясь с силами. – Мы все продумали. За день до моего отъезда он купил провизию для лодки. Карты. Воду. Несколько сотен евро. Он также нашел человека, который сделал мне фальшивый паспорт. Хотя я никогда не спрашивала, кто это был. А вечером того же дня я, не оглядываясь, уплыла в сторону Нидлс.
– Твою бейсболку нашли по другую сторону пролива три дня спустя. – Астрид снова наполнила ее стакан. – Ты сама бросила ее в воду?
– Да. Как раз перед тем, как покинула Те-Солент. Я подумала, все поверят, что я утонула, если найдут какой-то предмет одежды.
– Умно…
Харлоу продолжила свой рассказ.
– Я проплыла мимо Нидлс как раз в тот момент, когда начало темнеть. Погасила все огни. Стоял туман, но, ориентируясь на маяк, я добралась до залива Фрешуотер, обогнув побережье. Тогда Сайлас приплыл ко мне на надувной шлюпке, чтобы изменить лодку.
– Изменить?
– Да, мы изменили название. И паруса. Повесили другие кранцы. Когда в международных портах объявили о моем розыске, я уже пересекла Ла-Манш и плыла к Бискайскому заливу. Я ускользнула. Легко и просто.
– Куда ты направилась потом?
– На юг Испании. Подрабатывала в порту. Чистила лодки. Стояла за стойкой в баре. Паспорт у меня никто не спрашивал, а с новой прической и цветом волос меня стало невозможно узнать. Я исчезла с лица земли.
У Астрид накопилось много вопросов. И Харлоу охотно на них ответила. Первые шесть месяцев она не хотела читать о себе. Затем нашла английскую газету и увидела, что ее исчезновение оставалось чуть ли не на первой полосе. Тогда она узнала и о смерти отца. По ее словам, она прошла через «тяжелые, темные времена». Из-за чувства вины ей казалось, что теперь она не имеет права возвращаться на остров. Но потом, через пару лет, она начала понимать – нельзя прятаться вечно. Поэтому она была тут. Когда Каус-Уик закончится, мир парусного спорта перестанет лихорадить. Будет подходящий момент для возвращения домой.
– Почему ты рассказываешь это мне? – спросила Астрид.
– Потому что я следила за домом и видела, как ты там работаешь. Я решила рискнуть и довериться незнакомке.
– Что ж, спасибо за доверие. Я так рада, что ты цела и невредима.
– Благодарю.
Воздух дышал прохладой. Камыши позади них шуршали от порывов ветра. Ива, вздрогнув, уронила в воду горсть листьев. Первый шепот осени. Астрид нашла свой телефон в рубке и вернулась в кресло. Харлоу сидела, поджав под себя ноги. Астрид понимала, что будет дальше.
– И когда ты собираешься рассказать миру о своем возвращении?
– Не знаю… Думаю, скоро.
– Сначала нужно увидеться с Селестой.
Харлоу медленно выдохнула, ее дыхание превратилось в белесое облачко.
– Я жалею, что не сказала ей раньше. Но я даже не знала, скучает ли она. Мы не всегда сходились во мнениях.
– Послушай. – Астрид повернулась к Харлоу. – Я говорила с твоей сестрой. И она очень по тебе тоскует. Я знаю, вы не всегда ладили, но она тебя любит.
– Сомневаюсь.
– Харлоу… Я поняла, кто ты, после погони в парке аттракционов. Я рассказала Селесте, и она обрадовалась. Велела передать, что будет дома каждый день. Ждать тебя. Когда ты будешь готова.
– Приятно слышать. – На губах Харлоу появилась легкая улыбка. – А ведь я так и не знаю твоего имени.
– Астрид.
– Хорошо, Астрид. У меня вопрос.
– Слушаю.
Харлоу оглянулась на камыши.
– Почему ты скрываешься?
Астрид рассказала свою историю. О том, почему прячется в излучине реки. Ей не нравилось называть себя беглянкой. Скрываться казалось проявлением трусости, а она уж точно трусихой не была. Харлоу выслушала, как проходило расследование. Как Астрид узнала, что Гэбриел Трантер убил и Виктора Лича, и Сайласа – ну, по крайней мере, отдал приказ своему помощнику. И как Трантер пытался убить и Астрид, когда она узнала о планах на строительство яхт-клуба у Нидлс-Ай.
Харлоу молчала, обдумывая услышанное. И когда Астрид закончила, сказала:
– Ему это с рук не сойдет. Правда?
– Возможно. – Астрид скрестила руки на груди и вздохнула. – Я все еще не теряю надежды на победу. Но у меня против него есть только информация – о том, что его примут в Британское общество яхтсменов. Если он завтра выиграет гонку.
– А он выиграет. Он вложил кучу денег в свою лодку.
– Знаю. – Астрид сделала паузу. – Итак, у меня есть информация… Это оружие, вот только я не знаю, как им пользоваться.
– Подожди, – с улыбкой проговорила Харлоу. – А он еще не в курсе?
– Нет.
– Тогда у тебя и впрямь есть оружие.
Перед сном Астрид долго лежала, прислушиваясь к скрежету кранцев с обоих бортов покачивающейся на ветру лодки. Старый причал с одной стороны и лодка Харлоу, уткнувшаяся в бок «Приюта кроншнепа», с другой. Было приятно знать, что она там. Иметь компанию. Харлоу ушла из дома подростком, а вернулась мудрой не по годам. Астрид прокрутила в голове слова Харлоу о Трантере. И у нее родился план.
Она потянулась к телефону, лежавшему на выступе, нашла номер Трантера, разблокировала его и набрала сообщение.
Астрид:
Нам нужно поговорить. Наедине. Ты мне должен.
Ответ пришел через пару секунд. Цифровой детокс – ага, как же. Ну и лицемер.
Трантер:
Нам говорить не о чем. После гонки я уеду. Продолжай жить своей жизнью.
Астрид:
Речь о твоем вступлении в Британское общество яхтсменов.
Она ждала, представляя, как он сидит в каюте своей огромной яхты. Поглаживает козлиную бородку. Он должен проглотить наживку. Должен… Есть!
Трантер:
Хорошо. Где и когда?
Она предложила встретиться завтра в безопасном месте. Написала, чтобы он пришел один. Вход на пирс Ярмута в 9:00 утра. Так он успеет на дневную гонку.
Трантер:
Хорошо.
Когда Астрид выключила телефон, она вдруг поняла. Она не давала Трантеру свой номер. Видимо, он сам навел справки – у владельцев медиакомпаний свои преимущества. «Ненадолго», – подумала Астрид, натягивая спальный мешок до подбородка.