— На них жилеты не той фирмы, — усмехнулся Бросс.

Я решил не обращать на него внимания.

— Они пришли сюда, точно зная, куда идти и что делать. Словно предварительно произвели разведку. И они изо всех сил стараются, чтобы все выглядело как случайное вторжение.

— Почему? — спросила Шерил.

— Не знаю, — ответил я. — Но я это выясню.

— Я думаю, Джейк прав, — сказала Эли. — Сюда приезжают в основном богатые люди. И все они здесь в полной изоляции. Легкая добыча.

— Рассел чересчур много знает о «Хаммонде», — продолжал я. — Насчет наших резервов наличности — сомневаюсь я, что он узнал об этом только что, случайно заглянув в балансовый отчет.

— Это общедоступная информация, — заметил Барлоу.

— Конечно. Но это значит, что он ознакомился с ней, прежде чем здесь появиться.

— Но откуда он узнал, что мы здесь будем? — спросил Слеттери.

— Вы ведь выезжаете сюда каждый год примерно в одно и то же время, — ответил я. — Это не секрет.

— Извините, — сказал Бросс. — Я не понимаю, почему вас все слушают. Вы даже не член исполнительного совета, вы просто заместитель.

Видимо, поскольку Хэнк Бодин временно выбыл из строя, Бросс счел господствующим альфа-самцом себя.

— Кевин, у меня для вас новость, — ответил я. — Исполнительного совета больше нет. Мы все здесь — заложники.

Послышался стон и знакомый раскатистый бас:

— Хорошо сказано, Лэндри. — Это сказал Хэнк Бодин.

Бодин наконец очнулся, и одно его присутствие перестроило ряды — словно над железными опилками провели магнитом. Шерил он явно раздражал. Ей нужно было показать, кто здесь начальник.

— Дело не в том, кто они и как сюда попали, — сказала она, — а в том, что нам теперь делать.

— Скажите, — произнес Ламмис, — у нас вообще-то есть возможность перевести отсюда деньги, если бы мы захотели?

Несколько секунд никто не отвечал, потом заговорила Эли.

— Я уверена, он знает о доступе к Интернету в кабинете управляющего.

— Я не это имею в виду. В принципе это можно сделать отсюда? Действительно ли мы можем перевести сто миллионов долларов корпорации на какой-то офшорный счет, воспользовавшись просто компьютером управляющего?

Шерил молча посмотрела на главного финансиста: похоже, она и сама не знала ответа.

Слеттери снял очки и провел рукой по лбу.

— Я могу перевести деньги с какого-нибудь нашего счета, включив ноутбук в любом «Старбаксе».

— Вы шутите, — сказал Ламмис.

— К сожалению, нет, — ответил Слеттери.

— Подождите секундочку, — вмешался Бросс. — Вы хотите сказать, что достаточно какому-нибудь психу приставить вам пистолет ко лбу и касса компании пуста? Я не верю.

Тон Бросса насторожил меня — его недоверие было несколько преувеличенным.

— Все гораздо сложнее, — сказал Слеттери.

— Рон, — попросила Шерил, — не стоит в это углубляться. Не по теме.

— Нет, я хочу знать, — заупрямился Бросс.

— Фактически банковские компьютеры не различают, говорят они с компьютером в штаб-квартире «Хаммонда» в Лос-Анджелесе или с каким-нибудь старым «Макинтошем» в охотничьем доме.

— Разве такое возможно?

— Когда вы входите в нашу систему извне, будучи не в здании штаб-квартиры, вы создаете виртуальный туннель во внутреннюю сеть «Хаммонда». Банковские компьютеры видят только айпи-адрес «Хаммонда». И для банка это все равно что сообщение из моего кабинета на тридцать третьем этаже.

— Рон, — сказала Шерил, — довольно.

Но Слеттери продолжал:

— Для крупных секретных трансакций банк требует, чтобы запрос сделали два авторизованных пользователя. И кроме того, требуется обратное заверение.

— Как это? — Барлоу прищурился.

— Забудьте, — сказала Шерил. — Мы ничего не собираемся переводить.

— Что-то мне кажется, — вдруг заговорил Бодин, — вы пытаетесь заткнуть ему рот. А я вот хочу его послушать.

— Как обычно, вводите имя пользователя и пароль, — продолжал Слеттери, — но кроме этого, вы должны ввести секретный идентификационный знак.

— И если у нас нет хоть одной из этих штук, мы не можем перевести деньги, — сказал Барлоу. — Вы ведь не носите этот знак с собой, так ведь?

— Он на кольце с ключами, — сказал Слеттери.

— Но ведь этим ребятам неизвестно, что это такое, — заметил Барлоу.

— На ключе значится логотип банка, — пожал плечами Слеттери.

— А у кого-нибудь еще есть ключ? — спросил Барлоу. — У меня нет.

— Потому что вам незачем пачкать руки всей этой финансовой… грязью. — Слеттери явно не хотел вдаваться в подробности.

— Кто обладает правом подписи на этом уровне? Кроме меня, конечно, — спросила Шерил.

— Ну, на самом деле у вас нет права подписи, — ответил Слеттери, делая ей знак прекратить вопросы.

— Это я поняла. — Шерил покраснела. — А у кого есть?

— Разумеется, у меня, — ответил Слеттери. — У казначея. У юрисконсульта и ревизора. Гроган, Латимер, Данцигер.

— Я не ослышался? — сказал Бросс. — Вы даже не можете запретить нам перевести эти деньги? Поскольку от вас не требуется подтверждения платежа…

Несколько секунд Шерил молча смотрела на него, и ноздри ее трепетали.

— Мы не будем переводить сто миллионов долларов этим уголовникам, — сказала она. — Я не разрешаю.

— Шерил, пожалуйста, — взмолился Слеттери. — Известно же, что он сделает, если мы откажемся. Пожалуйста.

Шерил изучала веревку, затянутую на запястьях.

— Рон, — сказала она предостерегающе, не поднимая глаз, — я уверена, вы полностью меня поддерживаете.

— Я… мне так жаль, Шерил. Это… это первый случай, когда наши мнения разошлись. Мы должны отдать этому типу деньги.

— Довольно, Рон, — перебила его Шерил. — С вами все ясно.

На глазах у Эли блеснули слезы, и во мне стал просыпаться плохой волк.

ГЛАВА 9

— Народ, — сказал я, — может, сосредоточимся на том, как уйти отсюда живыми? Шерил права: если мы сразу уступим требованиям Рассела, он, вероятнее всего, повысит цену. — О том, что на самом деле мне глубоко безразлично, сколько денег выложит компания за нашу жизнь, я умолчал. — Но мы не можем просто сказать «нет». Потому что, кем бы ни были эти типы, они готовы пустить в ход оружие.

Шерил вопросительно приподняла бровь:

— Так что вы предлагаете?

Я обернулся к Слеттери:

— Номер счета?

— Какой номер счета? — не понял он.

— Если вы хотите получить доступ к нашим счетам в банке, вы должны знать номера этих счетов. Вы их помните?

— Конечно, нет. Я держу список в своем кабинете.

— Вам нужно позвонить в офис, чтобы их получить. Правильно?

— Думаете, бандиты мне разрешат позвонить? — спросил Слеттери.

— Если хотят денег, то разрешат.

— И что это нам даст? — спросил Бросс. — Купим себе еще минут пять жизни. Очень трогательно.

— Это даст Рону возможность поговорить с одним из помощников. И, возможно, намекнуть, что здесь не все в порядке.

— А бандит, конечно, будет смирно стоять в сторонке и ждать, когда Рон скажет: «Кстати, у меня тут пистолет к виску приставлен, так, может, вы сообщите в полицию».

— Есть такая вещь, называется «пароль принуждения», — объяснил я Броссу. — Сигнал бедствия. Слово или фраза, которая прозвучит для Рассела абсолютно нормально, а тот, с кем Рон будет разговаривать, поймет, что дело неладно.

— У вас есть идея получше, Бросс? — спросил Хэнк Бодин.

— Да. Будем проще. Скажем ему, что деньги можно перевести только с компьютера, находящегося в штаб-квартире «Хаммонда».

— Нет, — сказал я. — Если он подготовился, то знает, что это неправда.

— Откуда ему знать?

— А если у него есть источник информации внутри компании? — предположил я. — Нам совершенно ни к чему, чтобы нас поймали на лжи. Давайте не будем выяснять таким способом, что он знает, а чего не знает.

— Тогда просто по-тихому заплатим, — предложил Бросс.

— А когда мы заплатим, — спокойно произнес я, — вы полагаете, они дадут нам уйти?

Бросс хотел было ответить, но замолчал.

— На них нет масок, — продолжал я. — Они не боятся, что их опознают. Почему, как вы думаете? Возможна только одна причина, — закончил я. — Они не собираются оставлять свидетелей.

Ламмис охнул, и его крупное тело обмякло.

— У меня нет пароля принуждения, мы его не выработали, — сказал Слеттери.

— Тогда просто скажите что-нибудь неожиданное. Что-нибудь такое, что подскажет вашему собеседнику: вы в опасности.

— А что Гроган и Данцигер? — обратился ко мне Слеттери. — Насколько мне известно, один из них или даже оба помнят номера наших счетов. Они дадут Расселу информацию, и никакого телефонного звонка не будет.

Я кивнул:

— Мы должны до них добраться и познакомить с нашим планом.

Гроган и Данцигер сидели по другую сторону гигантского камина — так далеко, что мы их даже не видели.

Единственная возможность поговорить с ними — встать, обойти камин и оказаться на той стороне.

— Ты с ума сошел? — сказал отец.

— Не понимаю, о чем ты.

— Хочешь меня ограбить? Ты же не думаешь, что тебе удастся с ними удрать, правда?

Внезапно он, взяв в захват мою шею, сильно ее сдавил. Я чувствовал запах одеколона «Олд спайс» и перегара у него изо рта.

— Мы можем разобраться с этим по-хорошему или по-плохому. Решать тебе.

Я попытался освободиться от захвата, но он был гораздо сильнее меня, тринадцатилетнего. Свет померк в моих глазах.

На его мощном бицепсе красовалась татуировка морского пехотинца: орел, земной шар, якорь, кружок из звезд.

— Или ты отдашь мне эти пятьдесят баксов, или я сломаю тебе шею. Выбирай.

Я взял эти деньги из сигарной коробки на туалетном столике, чтобы купить автобусный билет и уехать к черту из дома. Мой двоюродный брат учился в колледже в штате Вашингтон. Я думал, что пятидесяти долларов мне хватит, чтобы проехать хотя бы полстраны, а дальше выпрошу или украду. Плохо, что придется оставить маму одну с отцом, без защиты, но тут мне пришлось уступить. Я умолял ее бежать, она не согласилась.

— Ладно, — в конце концов выдохнул я.

Отец ослабил захват, и я осел на пол. Он протянул руку. Я достал из кармана джинсов смятую банкноту и швырнул на ковер. Он победно улыбнулся.

— Так я тебя ничему и не научил. Экий ты хлюпик, не можешь себя защитить.

— Вот расскажу все классному наставнику.

— А я расскажу копам, что ты украл деньги у своих родителей, и знаешь, что с тобой будет? Тебя отправят в колонию.

— Тогда я возьму твой пистолет и украду деньги.

— Ха! Ты хочешь ограбить банк, Джейки?

Я сидел на ковре, голова у меня кружилась, а он спустился вниз, на кухню. Я услышал, как открылась дверца холодильника, щелкнула початая банка пива.

Мама стояла в коридоре. Она только что вернулась с работы и все видела.

— Мама, — сказал я.

Она ответила долгим умоляющим взглядом, и мне показалось, что сейчас она подойдет ко мне и обнимет в утешение.

Но она еще раз печально на меня посмотрела и пошла в спальню — переодеваться.

— Кто курил? — спросил Рассел, понюхал воздух и обернулся к обеденному столу. — Ты, Верн?

— И что? — сказал Верн.

— Я не желаю дышать чужим дымом. В следующий раз будешь выходить.

— Прости, Рассел. Может, я прямо сейчас и выйду?

Почему-то я был уверен, что он не ограничится одной только сигаретой.

— Давай быстрее. Ладно, вернемся к нашему делу. Как тут мой дружочек Ронни?

Барлоу сказал:

— Мне нужно в уборную.

Рассел не обратил на него внимания.

— У вас есть семья, Ронни? Три дочери, да?

Слеттери молчал.

— Вы изменяли жене, Ронни?

— Я не обязан вам отвечать.

Рассел положил руку на кобуру.

— Не обязаны, — сказал он. — У вас есть выбор.

— Нет, — сказал Слеттери. — Я… отвечу. Я ни с кем не встречался, пока наш брак не…

— Ронни, — пожурил его Рассел, — если мужчина не может исполнять брачный обет, можно ли доверять его слову? Вы любите своих дочерей, Ронни? Сколько им лет, кстати?

— Шестнадцать, четырнадцать и шесть.

— Они ведь живут не с вами, да?

— Я провожу с ними выходные. И праздники…

— Выходные. Но, я думаю, это лучше, чем ничего, правильно?

— Пожалуйста, — пролепетал Слеттери, — чего вы хотите?

— Я на вас рассчитываю, Ронни. Я хочу, чтобы все прошло гладко.

— Черт, у меня сейчас мочевой пузырь лопнет! — крикнул вдруг Барлоу. — Хотите, чтобы я сделал прямо на пол?

Рассел усмехнулся:

— Аптон, сдается мне, что у вас прогрессирующая опухоль простаты. Мужчинам вашего возраста нужно принимать экстракт пальметто. — Он поднял руку и щелкнул пальцами. — Бак, проводи мистера Барлоу в туалет.

— Мне тоже нужно в уборную, — сказала Шерил.

— По очереди, по одному, — ответил Рассел. — Итак, Ронни, мы придумали, как осуществить эту трансакцию?

Слеттери угрюмо кивнул.

— Подождите, — сказал вдруг Бросс. — Мы не имеем возможности сделать перевод банковских средств отсюда.

— Не имеете?

Бросс утвердительно кивнул:

— Не имеем. Онлайновые запросы в банк о переводе денег могут исходить только от компьютеров из штаб-квартиры «Хаммонда».

Несколько мгновений Рассел с любопытством смотрел на него, склонив голову к плечу.

— Повторите, пожалуйста, как вас зовут.

— Кевин Бросс.

— Бросс, — повторил Рассел. — Ладно, Бросс, объясните мне это поподробнее. — Тон у него был нарочито невинный. — Понятными словами, пожалуйста.

— Видите ли, у каждого компьютера есть так называемый айпи-адрес. И компьютеры банка не станут говорить с вашим компьютером, если у него неправильный айпи-адрес.

— В самом деле? — спросил Рассел. — Черт, это плохая новость.

Бросс кивнул:

— Мне жаль, но именно так обстоят дела.

— Вот интересно. — Рассел полез в карман и вытащил серую пластмассовую штучку длиной несколько дюймов. На ее круглом конце был ярко-зеленый логотип нашего банка, на узком — ЖК-разъем. — А когда я позвонил в ваш банк, мне ответили, что я могу начать переводить средства с корпоративного счета, будучи в любой точке мира, нет проблем. Я подозреваю, что вот эта штука, наверное, и есть идентификатор безопасности.