По мере того, как Джессика пересекала большую комнату, музыка становилась громче.

Это вернуло ее к тому моменту, когда она впервые услышала это произведение в фургоне Бирна, "ноктюрн" Шопена.

Вскоре она поняла, что звук доносится из музыкальной комнаты, но он звучал вживую, а не в записи. Казалось, что в этой комнате кто-то играет на виолончели.

"В доме никого нет, мэм".

С другого конца коридора она заметила свет свечей, освещающий комнату, свечи, которые она только что погасила. Когда она подошла ко входу, заглядывая в дверной проем, она увидела кого-то, сидящего в кресле на противоположной стороне комнаты. Это была Криста-Мари. Она держала красивую виолончель между ног и играла ноктюрн с закрытыми глазами.

В этом не было никакого смысла.

Почему она вернулась? Кто позволил ей вернуться?

Джессика вытащила свое оружие, держа его наготове, обогнула дверной косяк и увидела вторую фигуру, стоящую в тени короткого коридора, ведущего на кухню.

Это был кто-то, кого она очень хорошо знала.