Опору крупнейшего филиала Желтокрылого Феникса в Первом Радиусе господина Гоена накрыла волна проблем. Не то, чтобы он не ожидал сложностей, однако к некоторым вещам нужно было готовиться заранее и долго.

Но сейчас наступили времена больших изменений, когда одновременно происходят множество важных событий и ни одно из них нельзя упустить. А в некоторых вопросах, к сожалению, долгоживущие адепты не всегда успевали быстро перестроиться. Вот и сейчас не справились.

При этом наибольшей проблемой для Гоена стало его главное приобретение — армия свободных.

Надо сказать, ее размер еще в Квазаре достиг поистине впечатляющих размеров — восемь миллиардов бойцов! Правда, это было до поворотной битвы в системе Эктрис, которую в Первом Радиусе прозвали эпохальной. И чем больше прибывало очевидцев, тем больше адепты впечатлялись свершениями Алекса-Разрушителя. И даже Ноколосу отдали должное с его тактикой огромной армии.

Битва считалась знаковой не только потому, что представила миру адептов защитников с Телами Потенциала. Это было одно из самых масштабных сражений новейшей истории — даже схватки против истинных монстров Бесформенного не требовали столько бойцов. Точнее, это было невыгодно с точки зрения вложения ресурсов, логистики и управления во время боя…

Поэтому снаружи адепты не передвигались огромными толпами, хотя ходили слухи о совместных рейдах Второго Радиуса глубоко во тьму между галактиками. Но это были лишь слухи. В любом случае великие школы обычно предпочитали брать умением, а не числом.

Впрочем, главной причиной их скромного поведения были огромные территории Радиусов — сколько бы сюда ни прибывало адептов, они размазывались по всей площади. Иногда казалось, что жители кластеров бесследно исчезают.

Однако это было следствием бесконечности космоса и огромных размеров Галактики.

В результате ни в одном из гарнизонов Первого Радиуса нельзя было найти миллиарды готовых к бою адептов. Собственно, иногда прорвавшихся монстров встречали жалкие тысячи бойцов. А во Втором Радиусе дела обстояли еще плачевнее, поскольку населения там было меньше, а монстров — больше. Адептов в этом случае спасали лишь высокие уровни и подготовка.

То есть то самое умение, на которое ставили великие школы.

Но после Большой Гонки домой вернулись миллиарды свободных с Телами Потенциала. Сколько именно, никто даже толком не мог сказать, несмотря на систему учета и думающие машины. Просто свободные начали расползаться по всему Радиусу, находя себе новые школы и гильдии, а те не желали оперативно делиться информацией с Советом. А то вдруг отберут перспективных новичков или налог какой-нибудь введут…

Желтокрылый Феникс получил самый большой куш — всех свободных, связанных с Силой Огня и близкими к ней концепциями. Это Гоен сразу выбил из Совета. Однако он бы не был собой, если бы не набрал еще больше свободных.

Для этого он организовывал новые кланы и гильдии, формально не связанные с Фениксами, но полностью зависящие от школы через кабальные соглашения. В результате всех этих действий фениксы получили двести пятьдесят миллионов прямых учеников сразу и еще полтора миллиарда внешних бойцов под своим контролем.

Исполинские цифры! Да, вся школа была больше и насчитывала четыре миллиарда членов. Но это во всех филиалах, разбросанных по всему Первому Радиусу! А например, филиал господина Гоена мог похвастаться лишь пятьюдесятью восемью миллионами адептов. И до недавнего времени это считалось большим числом.

Собственно, поэтому Гоен отправил на Большую Гонку три с половиной миллиона подготовленных чемпионов, чем очень гордился.

А теперь неожиданно получил и своих чемпионов назад, и еще почти два миллиарда адептов сверху. И куда, спрашивается, девать всю эту ораву? Кстати, именно об этом его постоянно спрашивали ответственные за снабжение, расселение и подготовку учеников.

Даже старейшины из Второго Радиуса начали задавать вопросы. Мол, Желтокрылый Феникс, конечно, великая школа, но его ресурсы-то не бесконечные. И надо брать только тех новичков, которые хотя бы теоретически могут добраться до Второго Радиуса. Вот тогда старейшины одобрят трату ресурсов.

Признаться, Гоен плевать хотел на мнение старперов, хотя формально подчинялся им. Но пока он здесь, а они там, его слово главнее. Тем более все интересные события происходили именно в Первом Радиусе, а ресурсы ему не могут не дать.

Правда, совсем игнорировать руководство школы он не мог. Тем более, что они говорили дельные вещи. К тому же Совет обычно косо смотрел на такие большие армии, подчиняющиеся одному филиалу — иногда это вело к войне с соседями и нарушению Перемирия.

Но для Гоена сделали исключение.

Тем не менее вместо гонки за Телами Потенциала, захвата Черного Хирурга и других не менее важных вещей, ему приходилось в авральном порядке отбирать свободных, чтобы хоть как-то снизить нагрузку на филиал.

В конце концов, он оставил себе полмиллиарда бойцов. Это были самые сильные и перспективные адепты. Остальных он с тяжелым сердцем «раздал» другим филиалам Феникса, Гиенам Вранга, Пурпурному Пеплу и прочим союзникам. На сортировку и согласование деталей ушло аж две недели, после которых Гоен чувствовал себя таким измотанным, словно поучаствовал в тяжелейшей битве.

Не менее эпохальной, чем сражение в системе Эктрис.

Однако главное он сделал, и его филиал стал гораздо-гораздо сильнее. А это означало другое отношение Совета и лидерство в школе. Да, сделать предстояло много — например, назначить паек в виде эликсиров, гороха и прочих ресурсов, выделить мастеров для отработки навыков и другие подобные «мелочи». К счастью, все это можно спихнуть на помощников.

«Вот у кого в ближайшие годы свободного времени будет мало, — мысленно усмехался Гоен. — И Малду будет чем заняться».

Надо сказать, Малд усердно помогал: участвовал во всех совещаниях, высказывал дельные мысли, наравне с Лисом и Рузаром. Но Гоен все равно был очень недоволен своими генералами. Причем всеми тремя. Их больше интересовали свободные, чем гонка за Телами Потенциала и Черный Хирург.

И ладно бы речь шла только о Малде — его как раз можно было понять, так как он уже успел обзавестись этим самым Телом Потенциала в Квазаре. Но и Лис с Рузаром почему-то не спешили присоединяться к амбициозным планам Гоена и что-то делать с Черным Хирургом, хотя подходили для этой роли, поскольку знали офицерский состав гильдии. Однако на все предложения Гоена они отнекивались и чуть ли не напрямую отказывали. Болтали, что это очень опасно и уронит репутацию школы. Даже место заместителей Опоры филиала их не привлекало.

«Квазар их сильно изменил! — раздраженно думал Гоен, когда у него выдавалась свободная минутка. — Постоянно чушь несут!»

К сожалению, до сих пор он не мог вплотную заняться непокорной гильдией. Точнее, пытался на них надавить и даже предложил перейти под крыло школы, но Лейсав — лидер Черного Хирурга — отказалась. На этом идеи закончились.

Время уходило, и Гоен понял, что либо сейчас, либо никогда. Дальше Черный Хирург станет еще сильнее или его захватят другие игроки. Увы, но у самого Гоена имелись не менее приоритетные задачи, которые он точно не мог доверить помощникам. Одна из них — сбор информации о Троих, которые так впечатлили Ноколоса, что тот решился на предательство. Вторая задача — подготовка к голосованию за пост Столпа школы. Это даст необходимую власть и ресурсы. В том числе и на развитие свободных.

А в перспективе серьезно укрепит позиции во Втором Радиусе.

Но и Тела Потенциала были не менее серьезным проектом. Причем они требовались лично Гоену! Иначе получалась совсем смешная ситуация — миллионы членов школы, которые формально стояли ниже, опередили его — их Тела Потенциала намекали, что в будущем они станут сильнее своего лидера. По крайней мере, некоторые.

А какой он тогда лидер?

И ладно бы речь шла о чемпионах и свободных, однако многие защитники, включая того же Малда, уже получили этот приз. Да, прямо сейчас они не могли отобрать пост Опоры, но в будущем… Он прекрасно помнил, как сам стал главой филиала… Все было до банального просто — нужно было договориться со старейшинами, собрать союзников, предложить свою кандидатуру и сместить старого Крегха. Точнее, не сместить, а вытеснить во Второй Радиус. Где, кстати, Крегх ничего не достиг и вскоре умер.

Гоен не хотел повторять судьбу предшественника. Только не с теми картами, которые ему выдала судьба. Он обязан получить Тело Потенциала и стать Столпом всего Желтокрылого Феникса!

А если повезет, то реализовать мечту Ноколоса, который хотел заполучить сразу высшее Тело Потенциала, минуя все остальные — эту информацию Гоен успел выяснить, раскопав несколько скрытых архивов своего заместителя. Значит, теоретически, это было возможно. Нужно только придумать, как это сделать в Первом Радиусе, а не в Квазаре. Но для этого нужны были ресурсы и власть. А чтобы получить их, надо было шевелиться. Например, разобраться с самыми насущными вопросами. И тут снова все возвращалось к технологии выращивания Тел Потенциала и Черному Хирургу.

Поэтому он вызвал к себе защитника по имени Сирд. Тот тоже прошел Большую Гонку и считался героем, но благодаря некоторым жизненным обстоятельствам был лично предан Опоре.

— … Тебе все понятно? — спросил Гоен в конце разговора.

— Да!

— Тогда действуй. Жду от тебя результатов в течение ближайшей недели-двух. Если справишься, займешь место Ноколоса.

— Хорошо…

Невысокий адепт с белоснежной кожей, светло-серыми глазами и такими же серыми волосами поклонился и направился к выходу из сада, где проходила аудиенция.

Однако это была не единственная пешка Гоена. Закончив с Сирдом, он целый день отдавал приказы и рассылал доверенных лиц. В Совет, к союзникам и по разным интересным гильдиям. При этом каждая пешка знала ровно столько, сколько ей необходимо было знать. Конечно, тяжело вести столько сложных проектов разом, но другого выхода он не видел.

— Это мой шанс! — бормотал иногда Гоен.

Как ни странно, он чувствовал себя так, словно сбросил тысячу лет. Азарт и предвкушение пьянили его, поскольку награда была слишком велика. Он даже Ноколоса начал немного понимать. Например, почему тот вел себя скромно и не рвался наверх. Это действительно было важнее поста.

— Хотя Ноколос — дурень! — хмыкнул Гоен. — Власть дает ресурсы. Хорошо, что он этого не сообразил здесь…

* * *

Бездна. Алекс.

— Мне нужна зацепка, — пробормотал Алекс.

— Ты это уже говорил много раз за эти две недели, — напомнила Мирам.

— Я не жалуюсь. Просто рассуждаю вслух…

Они летели в Бездне вот уже вторую неделю, но ощущение ее края практически не менялось. Так что идея, что можно быстро добраться до Первого Радиуса, пока себя не оправдывала. Фактически половина срока путешествия в Квазар уже прошла. Да, Квазар не был краем галактики, но оттуда участники Большой Гонки на платформах спокойно достигали края.

Алекс не мог последовать их примеру — он уже не чувствовал даже Квазар, поскольку тот мало отличался от остальных кластеров. Да, до какого-нибудь случайного кластера он, пожалуй, мог бы добраться, но кто знает, где тот окажется. Возможно, еще дальше от края, чем Ваантан.

Использовать старую тактику в стиле «лететь куда глаза глядят, пока на что-нибудь не наткнешься» тоже не хотелось. Нужно было выбраться отсюда как можно скорее.

Надо сказать, за эти две недели он стал спецом по сканированию Бездны: Фокус, Алхимик, Кровь Бесформенного, огромные сети из меток — все шло в ход. Чего он только не пробовал. Что интересно, в разных режимах пространство ощущалось чуть иначе. Алекс даже сумел выделить нечто вроде далекого марева, ощущаемого при определенном сочетании Фокуса и Алхимика.

Скорее всего, это свечение было границей, где Бездна контактировала с Бесформенностью и уничтожала ее. По крайней мере, распыленная Кровь вызывала похожий эффект.

Да, Бездна была еще защитным слоем Галактики, хотя и находилась в другом пространстве.

Правда, особых преимуществ обнаружение марева не давало — оно, как огромная гора, полыхало где-то далеко на горизонте. Но к этой горе можно идти целый день, а она практически не приближалась. Порой даже казалось, что цель только удаляется.

Впрочем, Алекс не забывал, что Бездна — это парадокс и слепо доверять своим ощущениям тут не стоило. Однако кроме ощущений, у него ничего другого не было. Вот и получалось, что выбраться из Бездны оказалось даже сложнее, чем добраться до нулевого этажа. Тот хотя бы был виден издалека.

От поисков же Кишки он отказался еще неделю назад — это была просто потеря времени.

— Скорее всего, мы летим в таком месте, где нет Кишки, — предположила Мирам. — Мы же избегаем кластеров. Или это Вселенная тебя путает.

— Сомневаюсь, — хмыкнул Алекс. — Я думаю, что она рада, что мы улетаем. Если вообще обращает на нас внимание.

— Но на одной скорости отсюда не выбраться. Ты и так уже тратишь всю поступающую энергию, а ничего не происходит. Предлагаю забраться в любой кластер и поискать там Кишку.

— И обратить внимание Вселенной на себя? Ну уж нет. Думаю, что у нас и так все получится.

— Признай, что ты снова заблудился, — произнесла Мирам.

— Мы видим направление.

— А что толку? Может, мы угодили в водоворот, который кружит нас по всей Бездне.

— Я чувствую, что скоро мы найдем зацепку, — не сдавался Алекс.

— Намекаешь на свой талант Ощущение пути?

— Это простая логика — если мы чувствуем край Бездны, то скоро получим зацепку.

— Для этого снаружи должно произойти что-то экстраординарное, — разумно заметила Мирам.

— Галактика большая. В ней вечно что-нибудь происходит…

Алекс не хотел посещать действующий кластер даже с эликсиром сокрытия. Или просто приближаться к нему. Во-первых, не стоило злить Вселенную. А во-вторых, он мог подвести жителей того места — а вдруг Вселенная решит, что раз проблемный суперхищник добрался до нового кластера, то нужно на него наложить ограничения. Например, запереть.

Вероятность была небольшой, но рисковать не стоило.

Поэтому он пока летел своим ходом, продолжая экспериментировать с облаками меток. И то ли Алекс оказался в нужном месте в нужное время, то ли судьба сжалилась над ним, то ли «Ощущение пути» действительно сработало, но он нашел зацепку в далеком мареве.

Она напоминала плавающую точку перед глазами, от которой легко отмахнуться, но эта точка держалась строго определенного места.

Точно зацепка!

Через некоторое время с его подсказками Мирам также заметила цель.

— Словно пятнышко на солнце, — произнесла она. — Интересно, что там?

— Нам это не важно. Главное — зацепиться за нее.

К счастью, Контакт после некоторых попыток за что-то ухватился. Этого не хватило, чтобы сразу проложить туннель, но скорость постепенно увеличивалась. Алексу казалось, что он — луч света, летящий сквозь парадокс. И только благодаря Контакту, его не засасывает в разные непонятные места.

А еще через несколько часов он почувствовал, что может сформировать пространственный туннель, и немедленно создал его.

— Приготовься! — объявил он. — Возможно, мы выйдем уже в Первом Радиусе.

— Напоминаю, что в прошлый раз нас занесло в Квазар. А сейчас ты почувствовал что-то такое, что отразилось на всей Бездне. Не думаю, что это обычное место. Так что надо быть готовым ко всему.

— Мы летим в Первый Радиус. Там всегда надо быть готовым ко всему, — усмехнулся Алекс и позволил туннелю обхватить себя.

Надо сказать, в этот момент он чувствовал предвкушение и азарт. Наконец-то он увидит большой мир снаружи, о котором так много слышал в Квазаре. Ведь слухи — это одно, а личный опыт — совершенно другое.

Кроме того, снаружи он мог наконец-то повысить свой уровень. Он давно его перерос, о чем говорила строчка в интерфейсе:

[ Трансформация: высокая вероятность]

Главным критерием тут было то, что все его матрицы полностью трансформировались и использовали энергию четвертой стадии. Собственно, это произошло сразу после трансформации за барьером. Алексу не надо было в течение многих лет постепенно доводить себя до состояния полной готовности. Он мог трансформироваться в любую секунду.

Скорее всего, остальные чемпионы, вернувшись домой, занимались тем же самым и Лейсав с компанией уже достигли четырнадцатого уровня. Тем более они имели Тела Потенциала, главным преимуществом которых как раз и был быстрый подъем по уровням.

А его Тело Потенциала, между прочим, имело шестой грейд и сплошную структуру. Как это отразится на скорости развития, Алекс пока не знал, но ощущал себя сжатой донельзя пружиной, которая жаждет распрямиться.

Однако делать это надо было в Первом Радиусе — трансформироваться в Бездне даже он не рисковал, при всем его любопытстве и страсти к экспериментам…