Планируя свои действия, Алекс очень надеялся, что его наблюдения точны, и матка принципиально отличается от дворцов пространства. Потому что, если бы Питомник создавали адепты, они бы точно предусмотрели систему безопасности на случай неожиданной атаки врагов, катаклизмов и прочих неприятностей. Однако Вселенная такой ерундой не занималась. Она действовала более прямолинейно — есть проблема, надо ее устранить. Но не раньше. И только если ситуация повторялась снова и снова, то вносились поправки.

В общем, Алексу предстояло выяснить, первый ли он адепт, который додумался заминировать и взорвать Питомник. Впрочем, взрыв был не самым точным определением. Нужно было не взорвать, а скорее размыть пограничную зону из мембран и аномалий между ними. Как вода размывает дамбу.

Тогда хочешь не хочешь, но Бездне придется заполнить Питомник. К счастью, пространство внутри аномалией не являлось — в этом заключалось главное отличие Питомника от дворцов пространства.

В качестве «мин» Алекс собирался использовать Зародыши, набранные в большом количестве в Ваантане. Он прекрасно помнил, насколько это были полезные артефакты и сколько вариантов использования у них имелось в Квазаре.

Да, в мире адептов четвертой и пятой стадий Зародыши уже не были ультимативным оружием, как до этого. Скорее они просто помогали в бою и при передвижении, причем их нужно было беречь и от Бесформенности, и от вибраций адептов, включая самого владельца.

Но и это иногда решало ход боя. Так или иначе, в Квазаре Зародышей не хватало, поэтому второй раз подобной ошибки Алекс совершать не собирался.

Правда, сейчас все шло к тому, что он потратит солидную часть запаса, если не весь.

«Полумерами тут не обойтись», — подумал он, разглядывая Питомник снаружи.

Со стороны Бездны логово матки казалось исполинским серым шаром. Конечно, в масштабах кластера это была крохотная точка, но для одного «минера» — огромное поле для деятельности и куча работы. Огромный запас Зародышей уже не казался огромным. Тут и миллионы артефактов не были бы лишними. Однако Алекс взял с собой «всего» несколько десятков тысяч Зародышей.

В конце концов, он не перевозчик и не торговец. Тем более слишком много артефактов любого типа — это якорь, мешающий передвигаться по Бездне. Да и не думал он, что придется вот так, в самом начале, потратить запас. Но и экономить не имело смысла. Иначе вся миссия сорвется, а артефакты все равно потеряются.

«Оставлю немного, а остальное пущу в дело, — решил он. — Эх! Где же мой монолит. Удобный был корабль…»

Алекс по-прежнему не хотел себя выдавать раньше времени, поэтому начал с осмотра. Однако ничего подозрительного или примечательного они с Мирам не обнаружили — вокруг расстилалась все та же глубокая, бесконечная и крайне опасная тьма. Разве что плотность и количество энергетических потоков вокруг Питомника удивляли. Впрочем, их можно было объяснить заботой Вселенной о своем творении.

Хотя главным блюдом для матки все-таки оставались адепты. Очевидно, их энергия была для планеты-из-плоти самой подходящей и питательной пищей…

Закончив с осмотром, Алекс пытался разглядеть капилляры, по которым сюда попадали мертвецы. В этом смысле Питомник был уникальным местом, потому что соединялся с кучей кластеров тысячами нитей разом. Значит, если научиться их определять, то Кишку-то Алекс точно найдет. А по ней добраться до Первого Радиуса будет не в пример проще.

Он распределил внимание и начал осмотр. Мирам занялась тем же…

Поначалу ничего не происходило, сколько бы Алекс ни вглядывался во тьму. Не помогали ни прямое сканирование, ни Контакт, ни энергетическое зрение. Но вдруг он «услышал» тонкое биение. В нем ощущалось нечто знакомое. Быстро выяснилось, что это вибрации матки. Оказывается, их можно было различить даже снаружи Питомника.

Алекс немедленно подлетел к одной из таких вибрирующих линий и попытался забраться внутрь. Ничего не вышло. Даже маскировка под труп не помогла. И талант Без границ почему-то не сработал.

— Не выходит. Хм… интересно? — пробормотал он.

— Может, ты не прошел проверку свой-чужой, — предположила Мирам.

— Считаешь, что Кишкой кто-то управляет и сознательно не пускает меня?

— Не знаю, — честно призналась спутница. — Но мы же рядом с маткой. И речь не обо всей кишке, а только о капиллярах.

— Чем они отличаются, например, от тел монстров?

— Они могут вообще не иметь защиты.

— Как это?

— Считай их натянутой нитью. На ней надо балансировать, чтобы удержаться. А ты туда ломишься. Вот и слетаешь.

— Да, тут все возможно, — задумчиво протянул Алекс.

Так как он не хотел пока выдавать себя, то бросил попытки взломать капилляр. В любом случае проникнуть в Питомник через мембраны труда не составляло — переходи в любом месте. Вот только он там уже был…

Поэтому Алекс крутился вокруг пульсирующей линии. Это же была не только аномалия нового типа, но и дорога к кластерам!

«А что, если ее перерезать? Тогда кракены не смогут подниматься в Ваантан. Это было бы неплохо, — размышлял он. — Но как сломать этот проклятый лифт?»

К сожалению, капилляры не желали раскрывать своих секретов. Более того, на небольшом удалении от Питомника они обрывались. А как обрезать то, что уже обрезано?

В конце концов, Алекс решил, что его теория сита частично верна. Только ее надо было немного дополнить — «падая» из кластеров, адепты проходили через ряд сит, каждое из которых было отдельным этажом Бездны. При этом между ними не было прямой связи. В смысле, пассажиры Кишки не передвигались по туннелю, как по длинной трубе. Скорее, их перебрасывало скачками между аномалиями-отрезками все ниже и ниже, пока они не оказывались в Первом Радиусе или в Питомнике, если адепт уже умер и потерял большую часть энергии.

Сама же переброска напоминала искру между двумя электродами. Только вместо разницы в напряжении действующей силой тут была Бездна с ее «гравитацией»…

— Нас запутал Червь, — пробормотал Алекс. — Мы привыкли, что океан света — это непрерывное поле, через которое можно ходить в любом направлении. Но Кишка — это набор узловых точек. Между ними можно прыгать в любом порядке. Поэтому адепты могут войти в один проход, а выйти в любом месте.

— Такие теории упоминаются в архивах, — согласилась Мирам. — Но их не смогли доказать.

— И мы ничего не докажем. Однако я вижу, что вот этот капилляр обрывается. Он просто никуда не ведет. Поэтому его не перерезать.

— Если так, то подняться по Кишке до кластера ничуть не проще, чем через Бездну, — заметила Мирам. — Может, даже сложнее. Однако кракенам это удается.

— Вселенная не зря выращивает здесь исключительно монстров пространства. Значит, другим тварям это вообще не под силу. Даже если им будут помогать, — произнес Алекс.

Отношения Вселенной и источников давно его интересовали. Впрочем, это была горячая тема, которую обсуждали с неослабевающим интересом повсеместно. Ведь тот, кто найдет ответ на этот вопрос, поймет, как и кем управляется вся Реальность.

«И управляется ли она вообще», — мысленно усмехнулся он.

Но это явно не входило в его текущие задачи. Хотя в любое другое время Алекс бы с удовольствием взялся за исследование этой загадки.

«Возможно, Трое знают ответ, — вдруг пришла мысль. — И возможно, мне тоже придется его отыскать…»

— С осмотром закончено, — произнес он. — Приступаем к… хм… основной части мероприятия.

— Питомник огромный, — без всякого энтузиазма отозвалась Мирам.

— Значит, придется засучить рукава…

Дальше все было относительно просто — надо было «лишь» облететь Питомник и расставить Зародыши. В качестве связи использовалась аномалии самих артефактов.

Попутно Алекс выяснил точные размеры логова матки. И они впечатляли — если взять поправку на толщину пограничной зоны и расстояние между ней и самой маткой, то получалось, что планета-из-плоти действительно превосходила Землю по объему. Примерно на тридцать процентов!

«Хватит ли у меня зародышей на такую громадину», — думал он, прикидывая, с какой частотой нужно расставлять Зародыши, чтобы от них был хоть какой-то толк.

Чем дальше, тем больше задача казалась невыполнимой — артефакты заканчивались, а их эффективность выяснится лишь в самом конце. Может, он зря потратит драгоценный ресурс.

Но других идей не было, поэтому Алекс терпеливо укладывал «мины», надеясь, что его расчеты верны.

Через сутки Питомник окутывала линия из артефактов. Фактически это была узкая закольцованная аномалия, через которую можно было дотянуться вниманием до любой «мины». В общем, со связью проблем не было, и он мог подорвать все Зародыши одновременно.

Главный вопрос — хватит ли этого для матки…

— Вот и все, — пробормотал он, с сомнением оглядывая огромный шар.

Закольцованная аномалия выглядела настолько тонкой на фоне Питомника, что ее сложно было разглядеть даже создателю. Из плюсов — пока матка никаких действий не предпринимала и вообще не обращала на минера никакого внимания.

— Выглядит не очень впечатляюще, — прокомментировала его усилия Мирам. — Интересно, матка вообще почувствует «взрыв»?

— Скоро узнаем…

Тянуть смысла не было, поэтому Алекс отлетел подальше и послал импульс. Все Зародыши одновременно начали разрушаться, высвобождая скрытую внутри аномалию…

Послать подобный импульс мог только Глас или Свидетель. Адептам с меньшим рангом просто не хватило бы резонанса, чтобы одновременно разрушить кучу артефактов Пространства. Это Алекс знал наверняка, так как в свое время извел кучу ресурсов ради трансформации тела.

Но то были простые артефакты. А Зародыши, между прочим, не каждому мастеру пространства подчинялись. Поэтому древние их специально обрабатывали. Но все равно тут надо было обладать определенным «авторитетом» у Силы. К счастью, Алекс им обладал.

Надо сказать, взрыв не был самым эффективным способом использования Зародышей — высвободившая аномалия перемешивала пространство и все. Попади в нее кракен, с ним ничего не случится. Да и монстров меньшего уровня просто потреплет, побросает из стороны в сторону, но не убьет. Это даже с перекрутом нельзя было сравнить. Тем более, артефакты стояли на слишком большом расстоянии друг от друга.

Так что взрыв точно не был ультимативным оружием.

Однако защищающий матку барьер являлся пространственной структурой. Для него разрушение артефактов приравнивалось к мощному землетрясению. Правда, результат зависел от прочности барьера. Если он ближе к зданию из стекла, то запустится цепная реакция. Если же к бункеру из бетона и стали — барьер устоит…

В первые же мгновения стало понятно, что диверсия не прошла даром — в барьере из мембран образовалась трещина. К сожалению, Алекс никак не мог ускорить процесс — не его масштаб. Сейчас он был простым зрителем.

Казалось, что тонкая трещина ничего не сделает огромному Питомнику. Но вот пограничная зона начала истончаться…

Помп!

Первая мембрана лопнула, словно натянутая на барабан кожа. Вибрация мгновенно прошила Бездну.

— У тебя получилось! — изумилась Мирам.

— Подожди. Еще ничего не понятно, — пробормотал Алекс, не отрывая взгляда от зрелища.

Между тем у Питомника все только начиналось… словно в замедленной съемке, лопнувшая мембрана съеживалась. При этом процесс разрушения остальных продолжался. Хотя пространство немного стабилизировалось. Но каждая последующая мембрана была слабее предыдущей, так что им не требовалось большого «пространствотрясения».

Помп! Помп! Помп…

С такого расстояния Алекс ничего не слышал, но он физически ощущал, как сотрясается пространство. Казалось, что даже Бездна обратила внимание на диверсию. По крайней мере, энергетические потоки вокруг Питомника начали расплетаться и сплетаться в новых сочетаниях.

Хаос нарастал.

Через несколько секунд все мембраны разошлись и стянулись в небольшие островки, словно остатки разорванного воздушного шарика. Получилось два «полюса».

Они не исчезли, но и не восстанавливались.

Так или иначе, Питомник лишился защиты, и больше ничего не удерживало Бездну.

Тьма лениво потекла внутрь…

В этот момент кракены, василиски, живодеры и прочие монстры задергались. Происходящее оказалось для них большим сюрпризом. Даже не сюрпризом, а полной катастрофой. Не осталось равнодушной и матка — по ее поверхности заходили волны, словно она состояла из жидкости.

Рамммммм!

До Алекса донеслись отголоски энергетического всплеска огромной силы.

— Смотри! Она пытается защититься! — воскликнула Мирам.

Однако, кроме как заполнять пространство энергией, матка больше ничего не делала…

Монстры начали отваливаться от планеты-из-плоти. Скорее всего, не по своей воле. Просто их кормилица боролась за выживание, и на «деток» у нее не хватало внимания.

— Да, дела… — восхищенно протянула Мирам. — Целый день бы на это смотрела.

Алекс не отвлекался на разговоры. Он хотел понять, что будет дальше делать Вселенная. От этого многое зависело. Например, успех операции и судьба Ваантана. Однако до внешнего вмешательства «покровительницы» дело не дошло. Как оказалось, матка не просто так выпускала волны энергии — они начали формироваться в новые мембраны.

— Ну уж нет! — зло воскликнул Алекс, ринувшись вперед.

Он надеялся, что в момент формирования мембрана будет крайне неустойчивой. Примерно, как мыльный пузырь. Да, от Бездны ее сейчас защищала стена энергии, выпущенная ранее маткой, но Алекса это скромное препятствие удержать не могло.

Помп!

Взрыв нескольких Зародышей создал дыру в формирующейся мембране. По сравнению с ее размерами дыра казалась крошечной, но ее хватило, чтобы мембрана разорвалась.

— Другое дело, — удовлетворенно пробормотал Алекс.

— Даже не съежилась! — ликующе завопила Мирам. — Они гораздо слабее!

Но тут матка начала формировать новую мембрану…

Противостояние продолжалось несколько часов. По какой-то причине монстры не атаковали Алекса. Возможно потому, что не видели из-за хаоса энергий, или матка их держала рядом с собой.

А может, из-за Бездны, которая в момент разрывов мембран проникала внутрь и «угощала» всех участников сражения своим Дыханием. Из-за него головастики, осьминоги, живодеры и даже часть василисков передохли, словно мелкие рыбешки в аквариуме без кислорода. Сейчас их оплывшие трупы плавали вокруг кормилицы, напоминая всем, что Бездна — страшный противник. Особенно, если ты огромный монстр с большой площадью тела, которую еще надо защитить.

К сожалению, кракены помирать пока не собирались…

В конце концов, до матки дошло, что так дело не пойдет, и она предприняла крайне неожиданный ход… оставшиеся василиски и кракены вдруг начали дергаться. А некоторых бедолаг так вообще выворачивало чуть ли не на изнанку.

— Что это с ними? — удивилась Мирам.

— Не знаю, но это не к добру…

— Монстры дохнут. Как это может быть не к добру?

— Я думаю, что они умирают не просто так…

В итоге Алекс оказался прав — во время смерти чудовища выпускали волны Силы. Которая сформировала огромную аномалию похожую на небольшой океан света. Фактически матка использовала своих детей, как Алекс Зародыши. Только она пыталась не доломать Питомник, а починить.

Под защитой аномалии мембраны возникали одна за другой. А взрывы Зародышей больше не действовали так эффективно. Алексу пришлось отойти…

Матка словно ожила, посылая в пространство волну за волной. Под конец она создала тридцать шесть аномалий.

— В три раза больше прежнего. Твою диверсию оценили по достоинству, — прокомментировала увиденное Мирам.

— Да, матка постаралась, — согласился Алекс. — Этот щит мы уже не пробьем…

Что делать дальше он не знал — во время боя ему удалось подлететь практически вплотную к планете-из-плоти и ударить Конфликтом. Но… она просто впитала энергию.

Матка оказалась настолько прожорливой, что сожрала Конфликт!

«Вот что значит трансформатор энергии!» — с уважением подумал тогда Алекс.

Сожранный Конфликт означал, что никакая энергетическая атака планете-из-плоти не страшна. Она напоминала матрицу Хаоса, который также поглощал навыки врагов, только гораздо сильнее. Возможно, Бездна могла ей навредить. Либо надо было ударить с такой силой, что тут и всего Черного Хирурга со всеми союзниками не хватит.

В общем, победить матку своими силами Алекс не мог.

Тем не менее он был доволен — все кракены и более мелкие монстры передохли, а значит у матки уйдет немало времени, чтобы восстановить их численность.

— Надеюсь, это даст Ваантану передышку, — вздохнул он.

— Таких Питомников может быть несколько.

— Даже если существуют другие матки, они расположены дальше. Переправить оттуда кракенов в Ваантан обойдется дороже.

— Мы говорим о Вселенной, — напомнила Мирам.

— Мы ее так называем, но что это такое — никто не знает. В любом случае мы сделали все, что могли, — спокойно заявил Алекс. — Нас ждет Первый Радиус.

— Гм… и как мы туда доберемся?

— Так же, как до Квазара. Своим ходом.

— В прошлый раз мы летели месяц через Бездну.

— В прошлый раз мы не знали дороги…

Алекс последний раз посмотрел на Питомник — это снова был темный шар, скрывающий планету-из-плоти. Причем защита усилилась и можно ли ее второй раз взорвать Зародышами — большой вопрос.

Отрадно, что вибрации капилляров пока не чувствовались. Это означало, что их тоже придется восстанавливать. Сколько продлятся ремонтные работы, Алекс не знал. Но это точно займет некоторое время. Еще больше времени уйдет на восстановление самой матки, которая потеряла прорву энергии в борьбе с Бездной.

«А потом ей надо вырастить кракенов…»

Алекс отвернулся и полетел в Бездну. В ту сторону, где тьма казалась чуть менее плотной. За дорогу он не волновался. Отыскать Первый Радиус было не в пример проще, чем любой из кластеров. Для этого не надо подниматься на нулевой этаж. Достаточно следовать ощущениям.

А Гласу с Телом Звезды, в отличие от кракенов, Бездна не грозила…