Майкл не знал, что делать: то ли обнять Сару, то ли встряхнуть.

– Что… что это было?

– Простите, – чуть обмякла она, – просто… я убить его готова! Серьезно. Каин – лишь набор символов, должен быть способ стереть его!

Майкл прекрасно понимал Сару, ведь Каин схватил ее родителей, но слова подруги все равно ранили. Совсем недавно Майкл и сам был не чем иным, как набором символов. Сара заметила боль в его глазах.

– Ой! Прости! Прости, пожалуйста, – затараторила она. – День выдался паршивый. Вся неделя такая.

Майкл, растерявшись, обнял ее.

– Понимаю, – сказал он, вспомнив собственных родителей.

Над сияющей пурпурной равниной пронесся вибрирующий треск статики, от которого в теле задрожали все до последней косточки. Такт за тактом звук набирал силу и скорость. У Сары за спиной Майкл увидел стаю теней, черных на фоне пурпурной бесконечности, они бежали в сторону ребят на четырех лапах. Гончие. В горле сдавило от ужаса.

Сара, ощутив, как Майкл напрягся, обернулась.

– Так он не шутил… Брайсон, вставай.

Майкл уже и забыл о втором друге, а тот тихо сидел на земле.

– Эй, – позвал Майкл. – Ты как? У нас проблемы.

Он подошел к Брайсону и встал как вкопанный. В тени он сразу и не заметил, что глаза у Брайсона закрыты.