Да и Хельга домой не вернулась.

Майкл даже не знал, что его больше волнует: то, что с родителями и няней могло случиться нечто ужасное, или что он, увлекшись играми, не заметил пропажи близких? Майкла мучили одновременно и страх, и жгучий стыд.

Что же произошло? Может, тут замешана СБВ? Или Каин с его Доктриной смертности? Все, что приключилось с Майклом за последние две недели, так или иначе связано. Не удавалось лишь проследить закономерность.

Он не мог вспомнить – сколько ни напрягал мозг, – когда последний раз виделся с предками. Остальное – вечеринки, обеды, катание на машине – казалось реальным и верным, вот только родителей в этих воспоминаниях не было.

Майкл ничего не понимал и потому боялся. Не мог он забыть и про атаку гончей. Тварь, несомненно, как-то повредила его мозг.

Майкл не знал, что делать, что думать, и потому в конце концов просто лег и уставился в пустоту перед собой. Усталость взяла-таки свое, и он заснул.