Марк обомлел.

Алек покачнулся, бессильно упал на колени.

– Нет, правда. Нехорошо мне. В голове помутилось, всякая дрянь мерещится. Вот сейчас полегче стало, но не хочу стать таким же психом, как все эти шизики. Хочу умереть поскорее. До утра не дотерплю.

– А что… почему… – Марк запнулся, хотя давно со страхом ожидал чего-нибудь подобного. – Как тебе помочь?

Алек уставился на него.

– Ну я же сказал…

Внезапно он вздрогнул, откинул голову, лицо исказила жуткая гримаса, из горла вырвался сдавленный вопль.

Марк кинулся к другу. Алек занес кулак, размахнулся и упал на пол.

– Что с тобой? – спросил Марк.

Тяжело дыша, Алек встал на четвереньки.

– Не знаю… В башке какая-то чертовщина…

Марк взъерошил волосы и растерянно огляделся, словно ожидая отыскать в грузовом отсеке волшебную палочку.

Алек распрямился во весь рост и поднял руки, как будто сдаваясь на милость врага.

– Слушай, я тут кое-что придумал. Дело плохо, но… – Он неуверенно ткнул в сторону кабины, где спали Трина с Диди. – Малышку можно спасти. Надо добраться до Эшвилла. Мы ее там оставим, а потом… – Алек расстроенно пожал плечами, смирившись с неизбежной участью.

– У них есть вакцина… – возразил Марк. – Помнишь, Брюс говорил? Надо только…

– Ни черта у них нет, – рявкнул Алек. – Ты лучше меня слушай, пока я еще совсем не спятил. Пойдем в рубку, я тебе покажу, как этой махиной управлять. На всякий случай. Мало ли что… Ты прав, у нас нет другого выхода. Надо лететь в Эшвилл.

Марка охватило безмерное отчаяние: он тоже сойдет с ума или умрет. Но Алек прав, времени не оставалось, надо что-то делать.

– Пошли! – сказал он, сдерживая подступившие слезы. – Не будем терять времени.

Алек вздрогнул, все тело свело судорогой. Он сжал кулаки и с напряжением опустил руки. В глазах появилось осмысленное выражение. Друзья обменялись понимающими взглядами, вспоминая все события прошедшего года – ужасы, лишения, радости и печали. Оба сознавали неуклонное приближение безумия.

Старый солдат кивнул, и приятели направились к выходу из грузового отсека.

* * *

Они вошли в рубку. Трина и Диди все еще спали. Марк представил себе, что случилось чудо, и Трина проснется прежней – веселой и беззаботной. Вспомнит, кто он такой.

Алек нажимал кнопки на пульте управления. Марк выглянул в окно. На востоке занималась заря, темнота сменилась лиловым сумраком на горизонте. Звезды погасли. Через час засияет солнце. Марка не отпускало ощущение, что день необратимо изменится к худшему.

– Ты за меня пока не волнуйся, – сказал Алек, окидывая взглядом приборы. – Проверь, как там Трина и Диди. Мы скоро взлетим, сверху увидим, что происходит.

Марк кивнул, ободряюще похлопал друга по плечу и, включив фонарик, направился из рубки в кабину неподалеку.

У самой двери кабины над головой Марка раздался странный шорох, словно за панелями обшивки притаились крысы. Внезапно послышался сдавленный смешок. Марк испуганно вздрогнул, помчался дальше по коридору, прижался спиной к стене и посветил фонариком на потолок. Там ничего не оказалось.

Марк задержал дыхание и напряженно вслушался.

С потолка доносилось размеренное шуршание, будто кто-то раскачивался из стороны в сторону.

– Эй, кто там? – крикнул Марк и тут же сообразил, что так и не заглянул в кабину к Трине. Если безумцы пробрались на берг…

Он подбежал к кабине, осветил фонариком койку, где спала Трина, и в ужасе замер. Койка была пуста. Трина с Диди сидели в углу, испуганно прижавшись друг к другу.

– Что случилось? – спросил Марк.

Диди дрожащей рукой ткнула в потолок.

– Там страшилище… – пролепетала она. – И монстры с ним пришли…