Во все тяжкие

Хлопнул выстрел, а пуля, подчиняясь законам физики, покинула ствол. Гера обвалился на пол, будто кто-то резко отключил его от сети питания. Его тело даже не содрогнулось. Нелепая поза, ноги подогнуты под тело, руки разбросаны по полу. Из пробитого черепа вытекает тонкая струйка крови.

– Быстрее, нужно ему башку отрубить! – моментально оживилась Тоня. – Ты молодец, Мутный, я в тебе не сомневалась.

– Чё? – всё ещё пребывая в шоке, медленно повернулся к ней тот. – Иди ты на хуй, поняла?! Я ничего рубить не собираюсь.

– Да по хуй, я сама справлюсь, просто принеси топор.

Но Мутный даже не пошевелился. Он всё так же, не отводя взгляда, смотрел на труп Геры. Да, прежде он убивал, много и часто, но друга – впервые. И какого друга, ведь они были вместе всю сознательную жизнь, а сколько препятствий преодолели – одному только богу известно. И теперь он мёртв. Нет, можно подождать минут десять, пятнадцать, чтобы он воскрес. Но тогда Мутному конец. Того Геры, о котором он сейчас переживает – больше нет. А этому будет насрать на все аргументы, он попросту проглотит Мутного, точно так же, как поступил с Ленкой. И от этого становится ещё страшнее.

– Блядь, очнись, долбоёбина! – прокричала Тоня и встряхнула Мутного за плечи. – Время уходит. Неси топор, быстрее!

– Да я в душе не ебу, где эти сраные топоры находятся! – прокричал ей в лицо он.

– Сука…! Пиздец…! – нервно добавила девушка и принялась озираться, будто топор мог находиться здесь, на веранде. – Следи, чтобы он не оживал!

– Угу, – буркнул наркоман и протёр вспотевший лоб.

При этом пистолет всё ещё оставался в его руках. Хлопнул очередной выстрел, напугав обоих заговорщиков.

– Ебаный пиздец! – выкрикнул Мутный и отшвырнул ствол в сторону.

– Блядь, долбаёб! – выругалась Тоня. – Нож возьми! Надеюсь, пока я топор ищу, ты себе яйца не отрежешь! Лечить тебя больше некому.

– Ебать! – Мутного наконец догнало осознание того, что они натворили. – Это же пиздец! А если нас ёбнут?! Слышь, может, ну его на хуй, а? Пусть оживает.

– Совсем ёбнутый? Он же нас на куски разорвёт!

– Да по хуй! Как разорвёт, так назад и склеит.

– Хочешь себя в роли безвольной куклы почувствовать? А если он нас поглотит?

– Ох ты ж блядь! – наркоман подпрыгнул со стула и принялся вышагивать взад-вперёд. – Да ну на хуй! Это же любая гнида меня сейчас завалить может! Сука, это всё ты, ты блядина драная!

– Мутный, посмотри на меня, эй… успокойся, ёбаный твой рот! – рявкнула Тоня и влепила ему пощёчину.

– Иди на хуй, ебанутая! Ща как с ноги уебу! – отпрыгнул тот и замахал руками.

– Тебя можно одного здесь оставить? Ты справишься?

– В очко меня поцелуй!

– Просто не дай ему ожить, понял?! Сможешь или нет?

– Да разберусь я, отъебни от меня.

– Я быстро, – ещё раз обернулась Тоня, прежде чем покинуть веранду.

Первым делом она метнулась к бойцам. В голове уже созрел план, как следует действовать дальше. Но он моментально разбился, как только она добралась до расположения. Люди наглым образом закидывали в грузовики продукты и боеприпасы. Караван подготовили ещё вчера, а значит, эти сборы не имеют к нему никакого отношения. Впрочем, девушка уже поняла, что на самом деле происходит, однако решила окончательно прояснить вопрос.

– Вы что делаете?

– Пшла на хуй, – резко выплюнул один из тех, кто ещё вчера послушно исполнял приказы.

– Где мне топор найти? – придержала она за руку второго.

– Я ебу? У рабов спроси.

Тоня отмахнулась и двинула к теплицам. Логика подсказывала, что там самое место инвентарю и не ошиблась. У первого же сарая она обнаружила искомое, топор торчал в толстом пне. Пару раз качнув его вверх-вниз, она вытянула его из плотной древесины и рванула обратно к дому.

Гера всё так же лежал в нелепой позе, не подавая признаков жизни. Как, впрочем, и Мутный, который сидел в кресле напротив, а в воздухе витал аромат жжёного опия. На всякий случай, Тоня собиралась проверить его пульс, но наркоман открыл глаза, нервно дёрнулся и отшвырнул её руку.

– Э, ты чё, бля?! – уже заплетающимся языком произнёс он.

Однако Тоня не стала тратить время на пустые разговоры и присела перед телом Геры на корточки. Затем примерилась, встала, подняла топор обеими руками и вогнала его в шею. Раздался чавкающий стук, а тело, получив некий пинок, медленно стекло в сторону, заваливаясь прямо под ноги девушки. Та слегка отстранилась, ещё раз прицелилась и наконец в шее что-то хрустнуло. Лезвие засело внутри, и просто так его вытянуть не получилось. При раскачивании голова покойника двигалась, и раскачать топор не получалось. Поэтому Тоня наступила ему на голову и повторила действие.

Топор вышел, но задача всё ещё оставалась не выполнена. Девушка в очередной раз примерилась, размахнулась и с хекающим выдохом снова рубанула по шее. Голова почти отделилась, оставалось лишь срезать пару кусков мышц и кожи. Тоня перехватила инструмент одной рукой, а другой потянула за волосы. Пара аккуратных «тяп» – и готово.

Мутный внимательно наблюдал за подругой с глуповатой улыбкой на лице. Его окончательно накрыло опиумным кайфом и, скорее всего, он уже ничего не соображал. Но Тоня не злилась, ведь он выполнил основную работу. Однако помощь ей всё же понадобится.

Необходимо отыскать машину, погрузить труп и отвезти его к Сумраку. При этом ещё требуется за ним наблюдать, чтобы не воскрес. Возможно, это будет сложновато, если голову везти отдельно и желательно подальше основного куска. В её мозгах, даже промелькнула идея, о конкретном расчленении, с последующим захоронением в разных местах. Но девушка быстро от неё отмахнулась. Ещё неизвестно, как всё будет выглядеть по факту. И что-то ей подсказывало: Гере абсолютно плевать, на сколько кусков будет разделено его тело.

– Мутный… Мутный, блядь! Ты как? – тряхнула его за плечи Тоня. – Блядь, да пиздани хоть что-нибудь?

– Е-е-ебать… – выдохнул тот. – Ни хуя се ты маньячка, ха-ха-ха!

– Пиздец, – выругалась она и в этот момент мимо них, грохоча бортами проехала колонна грузовиков.

Люди покидали Жуковский. Часть бойцов уже толпились у ворот в ожидании транспорта. Странное решение, ведь могли бы крепость оставить себе, а за периметр выкинуть Мутного с Тоней. Но дело было в другом. После смерти Царя всё накрылось медным тазом: бизнес, порядок. А новое начальство только и делало, что клало огромный болт на всё. И если Лену люди слушались по привычке, ну и побаивались, конечно, ведь все знали, что её невозможно убить. А наказывать она умела. И хоть обладала сучьим характером, относительный порядок поддерживала, и решения принимала справедливые.

Впрочем, к Тоне бойцы относились с уважением. Она была профессионалом и не далее, как вчера, они убедились в правдивости слухов о ней. Но Мутный… Этого долбоящера они терпеть не собирались. Ни морали, ни принципов, ещё и под кайфом вечно. Он даже людей вокруг собрал под стать себе. И несмотря на то, что бывшим воспитанникам Царя, приходилось иметь с ними дело, уважением там и близко не пахло. Их презирали и считали конченными отморозками. А тот факт, что Мутный, не смог защитить своих подопечных, а в итоге ещё лично перебил всех, стали последним аргументом в принятии решения. Мешал лишь Гера.

Вот его, все, без исключения, боялись, словно дьявола. Впрочем, именно так люди и называли его между собой. Ему даже не нужно было ничего делать или как-нибудь ещё демонстрировать свои силы и могущество. Гера просто приходил на КПП, и бойцы начинали трястись в ужасе. Он словно прихватил с собой кусок той тьмы, что висела над столицей. Та действовала аналогично, пробуждая некий инстинктивный, первобытный страх.

А когда последний барьер пал, люди наконец-то решились. Им было плевать на город, на остатки урожая и даже на то, что отныне им придётся существовать самим по себе. Они просто хотели сбежать подальше от всего того дерьма, что устроили бывшие боссы. Убивать их они тоже не стали, справедливо посчитав, что им и без того жить оставалось недолго. Правда, если Тоня бросит этого наркомана, шансов пристроиться и выжить у неё знатно прибавится.

Однако Тоня обо всём этом не думала. Все её мысли занимало то, как бы не дать Гере воскреснуть, пока она будет подгонять машину и перевозить его тело к Сумраку. Заодно она прокручивала будущий разговор с охотником, потому как не была уверена, что он исполнит её просьбу.

Она подняла за волосы отрубленную голову Геры и водрузила её на стол, перед Мутным. Затем вытянула нож, с широким, острым, словно бритва лезвием и припечатала его рядом, привлекая внимание наркомана.

– Мутный… Да твою мать, не вырубайся, придурок!

– Пошла на хуй, – вяло промямлил тот.

– Пиздец! Какой же ты мудак! Неужели нельзя было немного потерпеть? Довели бы дело до конца и вместе упоролись. Мутный!

– Чё те, блядь, надо?

– Следи за ним! Смотри, чтобы не ожил!

– Давай я тебе лучше в очко заеду, а? А-ха-ха-ха, – гнусаво расхохотался он.

– Блядь… – Тоня принялась озираться в поисках помощи и вдруг решила пойти на отчаянный шаг.

Она ворвалась в дом и быстро отыскала рабыню, которая в ужасе пряталась на кухне и молилась. Увидев Тоню, женщина подскочила, продолжая что-то причитать. В таком состоянии она пребывала со вчерашнего дня, после того, как увидела смерть хозяйки. Но когда застала Тоню за отделением головы того, кто смог уничтожить Лену, страх окончательно захватил её разум. Он словно исходил от тела, что лежало снаружи, распространялся повсюду, медленно заполняя пространство.

И это чувствовала не одна она. По той же причине бойцы и покинули крепость, резонно посчитав её проклятой. Ужас постепенно одолевал и рабов, которые, лишившись охраны, уже постепенно вставали «на лыжи». Не прошло и пяти минут, как они небольшими группами покидали стойла. Те, кто не растерял остатки смелости, не забывали прихватить с собой что-нибудь ценное. Чаще всего продуктовые припасы, но находились и те, кто не брезговал оружием. Однако и они побоялись приближаться к дому, от которого веяло могильным, леденящим кровь ужасом. Хотя желание отомстить хозяевам непрерывно горело в их сердцах.

И этот страх нарастал с каждой секундой, казалось, его уже можно потрогать руками, настолько густыми стали казаться ощущения.

– Помоги мне, – взмолилась Тоня, но рабыня лишь вскрикнула, а затем бросилась на девушку, зажав обеими руками кухонный нож.

Тоня не стала испытывать судьбу. Пистолет оказался в её руках раньше, чем она успела об этом подумать. В пространстве, зажатом стенами со всех сторон, звук выстрела показался оглушительно громким. Но девушка лишь слегка поморщилась. Рабыня рухнула но пол, всего в полуметре от её ног.

Тоня вытерла рукавом мелкие кровавые брызги с лица и выскочила из дома. Всё-таки ей придётся рассчитывать только на себя. Страх уже начал проникать и в её душу. Разум периодически подкидывал фантазии о том, как Гера оживает и расправляется с ней. Она с опаской посмотрела на его тело, а затем перевела взгляд на Мутного.

Тот с глуповатой ухмылкой держал голову друга за волосы и убеждал его затянуться косячком. Наверняка в этот момент он даже не понимал, что это лишь голова Геры. Но Тоня не стала вмешиваться, напротив, она постаралась проскочить мимо, чтобы не привлекать к себе внимания Мутного. Пусть он играет с головой, так всё же больше вероятности, что он не упустит нужный момент. Возможно, даже сможет сообразить, что происходит и в случае необходимости не даст Гере воскреснуть.

Само собой, уверенности в этом у неё не было. К стоянке девушка бросилась бегом, вот только там было пусто. Бойцы забрали весь транспорт, хотя… Чуть вдалеке стояла старенькая трёхдверная «Нива», которую использовали только для передвижения между посёлками. Да и то, по делам, не требующим особой важности. Чаще всего, на ней, бойцы гоняли в Бронницы, в публичный дом. Нормальную технику для этого никто не даст, а пешком идти слишком долго. Собственно, только ради этого, её и поддерживали в относительно рабочем состоянии.

Тоня сунулась в салон, щёлкнула выключателем, который здесь заменял замок зажигания и вдавила кнопку рядом. Последняя запускала стартер. Тот несколько раз натужно прокрутил движок, и к немалому удивлению Тони, мотор громко затарахтел.

– А ну, вышла! – вдруг, к лицу девушки кто-то приставил ствол автомата.

Она медленно покосилась на вооружённого раба и грустно ухмыльнулась.

– Хочешь, чтобы он ожил?

– Чё?

– Хуй в очё! Ты тупой или прикидываешься? Съебни в туман, пока я в тебе дырок не наделала, если Гера сейчас оживёт, нам всем пиздец.

Раб, при упоминании имени мага, судорожно сглотнул, коротко кивнул и убрал ствол автомата.

– Постой, – вдруг придержала его Тоня. – Помоги мне. Нужно погрузить его тело в машину.

– Я не… мне… Нет! – наконец решительно ответил он.

– Сыкло ебаное, – девушка презрительно сплюнула и с рёвом вырулила со стоянки.

Уже через минуту, она снова остановилась возле веранды, выбралась из машины и открыла багажник. Ещё пара минут ушла на то, чтобы снять спинку заднего дивана. Мутный уже что-то рассказывал отрубленной голове. Он не обращал никакого внимания на метаморфозы, что с ней происходили. Зато Тоня, с ужасом поняла: ситуация начинает выходить из-под контроля. Часть головы уже почернела, кожа и плоть на шее превратились в желе, которое медленно стекало на пол, под ноги Мутному. Оголился осколок позвоночника, который, словно выделенный контрастом, сиял белизной на фоне почерневших останков. Впрочем, и его кончик тоже тронуло тьмой.

Девушка подбежала к трупу, попыталась его разложить, чтобы было удобнее ворочать, но оно будто заледенело, превратилось в корягу. И здесь Тоня заметила очередную странность. Обрубок, что остался от шеи, так же, начал чернеть, вот только он не разваливался, напротив, становился всё плотнее, будто наращивал ткани. Хотя, на самом деле, может, так оно и было.

– Пришёл? – произнесла она, увидев за калиткой раба. – Ну, шевелись, давай! Что встал, как долбоёб. Помоги затолкать его в машину.

В ответ он коротко закивал, но не проронил ни звука. Тоня видела, что им овладел страх, однако он смог его пересилить и войти внутрь. Вдвоём они кое-как доволокли окоченевший труп до машины. Загрузить его удалось лишь с третьей попытки и то, для этого пришлось возвращаться за топором, чтобы подрубить кости на руках. Затем Тоня отпустила раба, поднялась на веранду и забрала у Мутного голову товарища.

– Э, ты чё, ебать, берега попутала?! А ну верни кореша, я с ним не договорил.

– В машине договоришь, поехали!

– Куда?

– Свинью ебать! – огрызнулась Тоня.

– А-а-ха-ха-ха, – заржал Мутный. – А она нам даст?

– Да куда ты на хуй денешься! – ответила она и потянула наркомана за руку.

Тот вроде подался, но мозг был настолько сильно затуманен опиатами, что не смог вовремя подать команду ногам и Мутный растянулся на веранде. Некоторое время он копошился, затем кое-как всё-таки поднялся и, придерживаясь за руку Тони, поковылял вместе с ней к машине.

– Ебать! – шарахнулся он от салона. – Ты вообще в курсе, что у тебя здесь кто-то сдох.

– Да блядь! Лезь ты внутрь, сука! – девушка не выдержала, психанула и что было сил толкнула Мутного внутрь.

Тот завалился грудью на сиденье и что-то закричал. Было не разобрать, так как поролон прекрасно скрадывал звук.

– Как же ты меня заебал, скотина! – Тоня приподняла его голову за волосы и потянула его на себя.

Получилось, Мутный снова поднялся на ноги, после чего, управляя им, словно джойстиком, девушка заставила занять его сидячее положение. Обежав машину, плюхнулась за руль, и «Нива» с рёвом сорвалась с места. Ворота были распахнуты настежь, и они беспрепятственно покинули город.

*****

Мутный окончательно отрубился. Он расплылся на сиденье, наблевал себе на грудь и теперь мерно потряхивал головой в такт подвеске, что скакала на выбоинах и кочках. Ехали они уже больше часа, и всё это время Тоня внимательно следила за телом Геры в зеркало заднего вида. Топор покоился рядом, в багажнике. Кобуру с пистолетом Тоня пристегнула на бедро, чтобы в случае необходимости успеть выстрелить прежде, чем Гера окончательно очнётся.

Его голова, стала прекрасным индикатором. Кожа и мышцы, уже окончательно превратились в чёрную жижу, которая густыми каплями стекала по сиденью на пол. Две третьих кости почернело, но макушка, всё ещё продолжала сохранять белоснежный оттенок. На трупе она так же отросла примерно на треть. Из тьмы, уже была соткана нижняя челюсть и почти завершила формироваться верхняя. Уже наметились отверстия носа а, значит, времени добраться до Нижнего у Тони точно не хватит. Ещё час, максимум, и Гера сделает первый вдох. Главное – не упустить этот момент.

Спустя ещё сорок минут Тоня остановила машину, выбралась из салона и попыталась решить вопрос с Герой заранее. Вот только новая, чёрная как смоль часть тела, не желала поддаваться топору. К тому же в узком багажнике не особо получалось размахнуться. Череп, что служил индикатором, окончательно почернел и рассыпался в прах. И это означало лишь одно, до полного воскрешения мага остались считанные минуты.

Страх, который пронизывал Жуковский, похоже, покинул посёлок вместе с телом. Тоню всю трясло, адреналин непрерывно поступал в кровь, отчего девушку уже начало тошнить. Лишь опыт, те приключения, через которые она успела пройти, помогал ей бороться. Но с каждой минутой эмоции захлёстывали её с новой силой, и это мешало здраво размышлять.

Несколько минут она без малейшего результата долбила топором по чёрной шее, пока в один момент лезвие не соскользнуло. Топор врезался в плоть чуть ниже, и вот она не смогла оказать сопротивления. Тоня заработала с новой силой. В какой-то момент она начала кричать, чем разбудила обсаженного пассажира.

– Ёб твою мать! – выругался он. – Ты какого хуя тут устроила?!

– Заткнись на хуй! – взревела та. – Лучше помоги.

– Блядь, ты на хуя мне на грудь наблевала?

– Ты чё, еблан?!

– Ха-ха-ха, – загоготал Мутный. – Дай топор, я с этой стороны уебу разок. Сука, чё так страшно-то? У меня прям очко вибрирует, хочешь покажу?

– Нет, – девушка протянула ему топор. – Да быстрее ты, он сейчас воскреснет!

– Хуй там плавал, – ухмыльнулся наркоман и перехватил инструмент.

Несколько раз он мазал, потому как бил из неудобного положения. Но наконец примерился, размахнулся и всадил остриё куда нужно. Раздался хруст, тяжёлая голова вновь повисла на остатках кожи, но с этим Тоня справилась при помощи ножа. Трофей вновь лёг на переднее сиденье, а девушка запрыгнула за руль.

Машина запрыгала по разбитой дороге, а Тоня крепко задумалась. До нижнего, скорее всего, придётся остановиться ещё раз. Потому как в среднем, регенерация занимает два часа. Девушка бросила взгляд в зеркало заднего вида и тут же ударила по тормозам. Мутный в этот момент слюнявил самокрутку с травкой и едва не прилетел носов в торпеду.

– Ты какого хуя?! Я чуть ебло себе не разбил… Э! Ту куда? Ох ебать колотить…!

– Что-то не так, – бормотала Тоня, рассматривая, уже успевшую регенерировать нижнюю челюсть. – Слишком быстро. Так не должно было случиться.

– Это, может, потому, что мы почерневшую хуйню отрубили? Нужно, наверное, подождать, пока ебальник нормальным окрасится.

– Возможно, ты прав.

– Ну и хули встали тогда?

– Подождём.

– Кого?

– Гостей, блядь! Мутный, заебал тупить!

– Дуть будешь?

– Ну в пизду, – отмахнулась Тоня, – и так кошмарит, сил никаких.

– Что есть, то есть. Очко знатно играет. Если бы меня опий сейчас не пёр, я бы уже все штаны обдристал. Слышь, может поебёмся пока?

– Блядь, тебя вообще хоть что-нибудь интересует, кроме кайфа?

– Нет, – честно признался тот. – А на хуя?

– Чтоб было до хуя! – огрызнулась Тоня.

– Ну чё, точно не хочешь на хую попрыгать? Говорят, помогает.

– От чего?

– Да я ебу? Ха-ха-ха, от запора.

– Дебил.

– Овца, – вернул ей наркоман и, чиркнув зажигалкой, раскурил косяк. – На, ебани мальца́, мандраж отпустит.

– Нет, сказала же: не хочу!

– Да и по хуй, мне больше достанется, – усмехнулся тот, ещё раз затянулся, а затем сдавленным голосом спросил: – А чё ты вообще мозги ебёшь?

– В смысле?

– В прямом, – выдохнул он совсем немного дыма, бо́льшую часть осадив в лёгких. – Он, по-твоему, только без головы жить не сможет?

– А как? – похоже, от страха Тоня совсем перестала соображать.

– Ну ты пиздец, мать! У тебя вон какой свинокол в руках. Вспори ему брюхо, вытряхни все потроха: кишки там, сердце печень… Уф, бля, аж жрать захотел. У тебя есть чё схомячить?

Не дожидаясь ответа, Мутный принялся обыскивать машину. А Тоня, молча, принялась за работу. Совет Мутного показался ей годным. Возможно, это позволит им выиграть ещё пару часов времени.

Девушка перехватила нож обратным хватом и вонзила его в живот Гере. Едва она вскрыла брюхо, как по салону разнеслась невероятная вонь. Однако Мутный на это лишь усмехнулся и помахал перед носом рукой. Вскоре они вдвоём, извлекали внутренности мага и бросали их прямо на проезжую часть. Затем наркоман замер, словно к чему-то прислушался. Не прошло и минуты, как на дорогу выскочила небольшая стая волков, всего на пять голов. Они тут же набросились на лакомство, жадно чавкая свежим ливером.

Дожидаться, пока звери насытятся, Тоня с Мутным не стали. Хлопнув дверями, они продолжили путь к Нижнему. И оба надеялись, что Сумрак не откажет им в помощи.