— У него были враги? — повернулся он к Лере.

Она развела руками.

— Видимо были, раз такое произошло. Кто же это может быть?

— Под эту запись любой попадает, даже мы с тобой — буркнул он, но заметил её косой взгляд, — неудачно пошутил.

Лера встала из-за стола и пошла наматывать круги по комнате.

— Женя знаком с этим человеком, — проходя мимо, рассуждала она, — они пожали друг другу руки, сначала говорили спокойно, потом этот… как его назвать… что-то ему сказал, Женя вспылил. Собирался уехать. Он уходил от конфликта… но он не боялся повернуться к нему спиной. Не ожидал от этого… как его?… подлости. А он… как его назвать?

— Убийца — пискляво всхлипнула Алла и уткнулась в ладони лицом. Лера резко остановилась и уставилась на секретаря. Послышался приглушенный голос: — он убил его.

— Это ещё не известно — возразила Лера. — Что вы каркаете. Может он держит его в заложниках. И мне скоро позвонят на счёт выкупа.

По мере того, как Лера выстраивала возможный вариант событий, девушка убирала руки от лица. С жаром спросила:

— А вы его выкупите? У меня есть кое-какие сбережения. Я могу вам дать денег. Да и Пётр Игоревич со счетов снимет, если понадобится. Да я уверенна, любой из нашего коллектива поможет.

— Так, подождите. Алла, ещё ничего неизвестно.

— Алла, пока никому нельзя ничего говорить — Виталий поднялся и навис над девушкой. — Вы меня слышите? Чтобы не навредить вашему шефу, если он жив…

— А-а-а — заголосила с новой силой секретарь.

Виталий потряс её за плечи и снова потребовал:

— Не плакать.

Но девушка была из той категории людей, которые не слушают приказы, а если и слушают, то не исполняют. Он махнул на неё рукой и устроился перед компьютером, скопировал запись, открыл свою электронную почту и отправил её сам себе, не забыв удалить почту с чужого компьютера. Кивнул Лере на выход и ещё раз потребовал:

— Алла, не вздумайте кому-то что-то сказать. Если ослушаетесь, будете иметь дело с полицией. Понятно? Понятно?!

— Да всё я поняла — сквозь всхлипы проговорила она.

На улице Лера сказала:

— Теперь они обязаны начать расследование.

— Теперь да.

— Как ты думаешь, если это похищение, то должны были быть какие-то условия от похитителя?

— Да кто их знает. Может время тянут, твою выдержку проверяют, чтобы ты на всё согласилась — не веря самому себе, попытался успокоить Виталий.

Участковый оценил степень угрозы и опасности, на ходу объяснял, какие действия могут последовать от похитителей, и что должна делать Валерия Сергеевна, чтобы помочь поймать преступников. Он привёл их в кабинет следователей. Мужчины там были матёрые, хоть виду не подавали. Майор Кузнецов Илья Кириллович высокий, спортивного телосложения, спокойный, с пристальным взглядом, пронизывающим насквозь (при нём было некомфортно) выслушал сначала участкового, потом Валерию и Виталия. Сделал выводы. Неутешительные. Но озвучивать их не стал.

Приняв запись с видеокамер, а также заявление (теперь уже без всяких отговорок) Кузнецов проговорил:

— На лицо похищение, но кто это был, вы не знаете. Значит, будем искать машину. — И распорядился: — Володя, подай ориентировочку.

— Наконец-то — бесцеремонно подытожила Лера, хоть и имела культурное воспитание и невзрывной характер. Но выйдя на улицу спохватилась: — Они ведь обязаны держать меня в курсе дела?

— Наверное.

Виталий отвёз её домой и всю дорогу думал, искал причину, придумывал повод, чтобы остаться. Но Лера сама предложила:

— Заходи, покормлю тебя обедом.

Ах вот она — и причина и повод. Как он сразу не догадался. А в животе тут же предательски заурчало.

Лера мысленно перебирала содержимое холодильника, а то пригласила человека пообедать, а в нём шаром покати. Придётся жарить яйца и подавать их с молоком — эти продукты водились всегда. Их никто не любил, отдавая предпочтение колбасе и огурцам. Дети скорей всего уже побутербродничали на завтрак и обед, а если Лера не приготовит, то и на ужин снова будут бутерброды и можно даже без хлеба (как говорил Винни Пух) и не за столом, а в своей комнате над клавиатурой.

Но зайдя в дом, Лера уловила приятный аромат тушёного мяса с овощами — любимое блюдо Жени. И весёлая музыка плыла из кухни бурным потоком современной эстрадной песни. Она не разуваясь, кинулась в кухню. Там хозяйничала Юлька, в разы увеличивая обычный домашний беспорядок.

— Привет, подруга, — перекрикивая умную колонку, заголосила Юля. — Я пришла, тебя нэма, пидманула, пидвела. Ой, здравствуйте, Виталий.

Юлька тут же расплылась в улыбке, вытерла руки о полотенце и потянула с себя фартук, потому как только что поставила на нём томатное пятно, которое не должно попадать на глаза людям, особенно мужчине её мечты.

— А дети где? — спросила Лера. Обычно они не отходят от Юлии ни на шаг. Она умеет завлекать детей. Лера даже иногда завидует их общению. Юлька весёлая и им с ней весело, она им как подруга. А Лера — мать, одним словом — серьёзная, задумчивая о воспитании, требующая порядка и учёбы.

— Ну, мать, это у тебя надо спрашивать — весело упрекнула Юля, но по лицу подруги поняла, что она не настроена на шутки. — Я их во двор выгнала. Сидят всё время у компьютеров, уже позеленели совсем. А Жени так и нет?

Со стороны входа послышалась возня, и Лера быстро остановила поток расспросов:

— Тише, потом расскажем.

Близнецы влетели в кухню, отталкивая друг друга.

— Мама, — кричала Настя, — этот идиот издевается… Ой, здрасти — заметила она Виталия, но это остановило её на долю секунды, она тут же продолжила: — этот идиот…

— Настя, — строго одёрнула дочь Лера, — как ты разговариваешь?

— Ну а кто он? Он издевается над кошкой.

— Это не кошка. Кот. И ничего я не издеваюсь — в своё оправдание закричал брат — я просто хотел узнать, где он кушает.

— Да какая тебе разница?

— Как какая? Раньше он приходил к нам, а теперь даже не ест.

— Эй, банда, — окрикнула их Юлия Васильевна, — ничего не понятно, но очень интересно. Необходимо построить ваш рассказ так, чтобы всем всё было понятно. Без интриг.

— Мам, а где папа? — выпалила Настя не по теме.

— На работе — быстро соврала Лера и перевела тему: — так что случилось?

— Я скажу — грозно пообещала Настя.

— Ага, ты скажешь — скептично заметил Никита, — со своей колокольни.

Перебивая друг друга, они рассказывали, несколько раз переходя на оскорбления в виде: идиот, древесноголов и садист, но разбавляли речь такими словами, от которых на лице Юлии пробегала обморочная тень.

— Это зашквар — сказала Настя, а Юля всё же попыталась упасть в обморок. Что-то подобное она слышала от своих студентов, но когда это вылетало из уст доченьки любимой подруги, любименькой Настеньки, её сознание пыталось покинуть через свёрнутые в трубочку уши. — Никита поймал Уголька и прицепил к нему свои часы.

— С кукушкой — предположила Юлия.

— Нет, его кукушка уже давно улетела — выпалила Настя, злобно взглянув на брата.

— Это твоя кукушка улетела — огрызнулся Никита. — Я вычислю, где он ест.

— Ты бы ему ещё видеокамеру нацепил, придурашка.

— Хотел, но она для него тяжёлая.

— Какие часы? — уточнила Лера, догадываясь, что сын рассчитал логично. С одной стороны это радовало, с другой нельзя было хвалить. Сын постучал по запястью, где обычно были его смарт часы.

— А вам не пришло в голову, что он ловит мышей? — резонно заметила подруга. — А к вам приходит, чтобы вы его погладили.

— Он ещё молодой — ответил Никита.

Уголёк действительно был молодым черным котёнком, приблудился ещё совсем крохой, дети просили забрать его домой, но Женя был категорично против. Так Уголёк остался уличным котом, постоянно голодным и требующим ласки. Но что-то изменилось. Вот уже несколько дней он появляется во дворе только чтобы поспать на лежаночке, при этом его пузо выпирает, как у беременной слонихи.

— Кота замучил, часы потерял — не унималась Настя.

— Что за трабл на ровном месте?

— Господи — протянула Юля. — Нужно гнать бесовские слова из лексикона.

— Мама, скажи ему, чтобы нашёл кота и снял с него часы. Пока он не задушился.

— Он не задушится. А как, по-твоему, котам ошейники от блох одевают?

— Надевают — тут же одёрнула Юля.

— Никита, действительно… — устало проговорила Лера. — Надо найти кота…

— Так! Давайте сначала пообедаем, потом пойдём спасать кота. Быстро руки мыть. Я что зря тут все утро кручусь? А с котом вашим ничего не станет.

— Я тоже так говорю — Никита присел рядом с Юлей, они теперь на одной стороне в борьбе с остальными. Открыл программу в телефоне и показала: — Вот, смотрите.

Юля уставилась в телефон, на экране высветились какие-то линии и фигуры.

— Ой, нет — отмахнулась Юля — эта геометрия по части твоей мамы.

— Это не геометрия. Это пути Уголька. Вот он ходил по нашему двору, вот перелез под воротами, у него там лаз. Вот прошёлся вдоль улицы и влез на соседский участок. Полазил вокруг дома и, кстати, сейчас возвращается во двор к нам.

Никита был взволнован и доволен, его эксперимент удался. Много тайных мест он узнал о приблуде.

— Вот, пошли его ловить — подскочила Настя.

И дети помчались на улицу.

— Интересненькая программка — задумчиво протянула Юля. — Это связь с часами?

Пока дети носились вокруг дома, Лера накрывала на стол. Виталий в нескольких словах рассказал события сегодняшнего дня и то, что они узнали о вчерашних фактах. Юлия от страха приложила руки к груди.

— Найдут машину Жени, найдут и его — подытожил Виталий, поглядывая на Леру, в некоторых местах его рассказа, она сильно нервничала, и необходимы были какие-то поддерживающие слова.

— Лера, давай я детей к себе заберу — осенило Юлю.

Лека как раз наблюдала в окно, как Никита изловил кота и пытался спрятать своего экспериментального помощника, но Настя была настойчива, пыталась забрать животное и снять с него часы. Спор продолжался, набирал эмоциональные обороты. Но Настя была убедительна. В конечном итоге она спасла кота.

Юлин тон ей не понравился. Она оглянулась и хоть её логика запротестовала, эмоции сегодня были на первом месте:

— Думаете, им что-то угрожает? — она по очереди осмотрела друзей.

— Не знаю — честно признал Виталий.

— А чего рисковать-то? То у вас собаку убили, то Женю украли. Ну, хорошо, тогда я поживу у тебя.

Это решение оказалось самым верным. Дети вернулись, пытаясь соединить несоединимое и разъединить неразъединимое: как всегда спорили.

— Я тебе говорю, там кто-то живёт — доказывал Никита сестре.

— А тебе какая разница? — возмущалась Настя.

— Ну, я же прав.

— Ты?! Никогда!

Юля трагично вздохнула:

— Уже жалею, что детей на улицу выгнала. Столько криков. В компьютерах они поспокойнее себя ведут. Крикуны, мойте руки и за стол.

Пообедали в полной тишине. Никита был возбуждён и, уткнувшись в тарелку чуть ли не носом, быстро всё «схомячил», как сказала Юля. Настя наоборот, чувствовала себя победительницей, и, конечно же, спасительницей бедных котят (хоть он и был всего один, но кто его знает в какой живодёрский разнос пойдёт брат и начнёт по подворотням и углам вылавливать мурлык и мучить своими часами), она одержала победу в бою за права животных. Виталий при всем своём уважение к воспитательным процессам, иногда улыбался, но тщательно скрывал улыбку, не хватало, чтоб две няньки-мамаши Юля и Лера спустили на него Палкана. Вся эта семейная суета была ему неизвестна, но было интересно наблюдать, как нормальные люди живут, как воспитывают детей и разруливают конфликты между ними. Лера ела с отрешённым видом, но было понятно, что она выстраивает план действий, мотыляла ногой под столом. Виталий вспомнил, что в школе она так задачи по математике решала. А потом естественно у неё списывал весь класс. А тот, кто считал себя умным и самостоятельным в решении задач, даже со звёздочкой, прибегали к ней сверяться. Юля же сидела за столом с трагическим мучением, её все время подмывало о чём-то поговорить, но видимо тема для разговора была не очень хорошая, и при детях она помалкивала, а чтобы не ляпнуть лишнего, закрывала рот едой — с полным ртом ведь не разговаривают.

Кстати обед всем понравился. Несмотря на свою назойливую идею похудеть, Юля любила готовить. Делала это с энтузиазмом и из совсем не диетических продуктов, таких как мясо, пироги с картошкой и фаршем, салаты с майонезом и тортик с шоколадным напитком. В доме Леры было полно таких продуктов, но Юля сегодня решила салат из овощей заправить оливковым маслом, мясо взяла индюшачье, а на гарнир приготовила вермишель из твёрдых сортов пшеницы. Вклад в собственную диету был вложен по полной программе. И совесть не грызла, давно зубы поломала.

Еле дождавшись, когда уйдут дети, Юля жарко выпалила:

— Что же теперь нам делать?

— Я пойду к Петру — тут же отозвалась Лера.

— Мы пойдём к Петру — напомнил Виталий о своём участии.

— Да. Хорошо. Он должен что-то знать.

— Я уверен, что он знает.

— Откуда такая уверенность? — скептично повела бровью Юля, но сегодня её брови испытали спектр эмоций. Пока Виталий отвечал, они ползли вверх.

— Лера еле-еле его уговорила разрешить посмотреть записи с камер. Сложилось такое ощущение, что ему есть, что скрывать. При этом он знает, что Женя со вчерашнего дня не отвечает на звонки. Другой бы забеспокоился, сам бы примчался все пересматривать, а он секретаршу отправил. И кстати до сих пор не перезвонил и не уточнил, помогли ли нам записи с камер.

— А может он этой секретарше уже перезвонил и узнал всё.

— Уверен, что он так и сделал. Но логичнее позвонить Лере. И если он уже позвонил Алле, то знает подробности, тем более нужно бы позвонить Лере. Так вот, либо он знает, где Женя, либо сам ему по голове дал.

— Ну да, нельзя так с начальством.

— Они компаньоны — напомнила Лера и, посмотрев на Виталия, она проговорила: — в этом направлении я не думала.