На первых заседаниях Генеральных штатов Максимилиан де Робеспьер, один из представителей третьего сословия, – всего лишь такой же адвокат, как и многие другие. Адвокатов, образовавших свою группу, как принято у их современников, насчитывается 259 человек [1]: среди них и те, кто практикует только защиту и консультирование, и те, кто одновременно занимает одну или несколько судебных должностей. Если им присуща общность культуры, что отчасти объясняет юридический уклон будущего Учредительного собрания, то различают их политические убеждения, а также профессиональное прошлое; раньше они выступали в более-менее престижных инстанциях, обладают тем или иным состоянием и той или иной степенью известности [2]. В этой группе выделяются несколько основных типов адвокатских фигур. Первый тип – чистые адвокаты, полностью занятые речами в судах, консультациями и написанием меморандумов[2], – таким был Тронше; некоторые, тоже погруженные в свои профессиональные обязанности адвокаты-юрисконсульты (например, Мерлен де Дуэ), сделали себе имя участием в написании трудов по юриспруденции; наконец, третья категория – адвокаты-литераторы, в чьей юридической деятельности отражается увлеченность академическими дебатами и изящной словесностью… Мэтр де Робеспьер принадлежит к этим последним.