Январь закончился как-то удивительно быстро. Наташа и опомниться не успела, как обнаружила: сегодня первое февраля. Надо же, подумала она, включив компьютер, целый месяц прошел после Нового года… и сколько же за этот месяц всего случилось! Наташа побывала и в опере, и на цирковом представлении, и еще ходила с Аллой на фотовыставку, и как-то умудрилась закончить ремонт прихожей… Но все это время ее не оставляло ощущение пустоты внутри.
Только в те часы, когда Наташа полностью углублялась в работу, она забывала об этом неприятном чувстве. Невозможно было понять, что служит его причиной. Вроде бы не на что жаловаться, все хорошо, у нее есть отличная подруга, замечательная новая знакомая — Лидия Кирилловна, у нее даже появился самый настоящий поклонник…
Впрочем, поклонник, пожалуй, был как раз лишним.
Валерий время от времени звонил Наташе и напрашивался в гости. Наташа разговаривала с соседом вежливо, но держала молодого человека на расстоянии и на чай приглашать отказывалась. Ей вообще неясно было, что мог найти в ней этот красавчик. Наверное, легких побед ищет… хотя, с другой стороны, зачем тогда по три раза в неделю присылать ей цветы? Впрочем, если у него денег куры не клюют, почему бы и не купить корзинку-другую? Наверное, и Вадимыч мог бы себе такое позволить…
Опять Вадимыч! Сколько можно?… Пора с этим кончать.
Через месяц ей исполнится двадцать один год. Алла уже замучила Наташу своим нытьем — ей очень хотелось отметить это событие в ресторане, с шампанским и музыкой. Наташа вполне резонно возражала, что, во-первых, дня рождения как такового у нее в этом году просто нет, потому что год не високосный, а во-вторых, с какой стати отмечать рядовую дату? Но Алла считала, что двадцать один — это и есть настоящее совершеннолетие. Как в Англии, например. И вообще, при чем тут цифра? Просто хочется праздника.
— Тебе бы все праздновать! — смеялась Наташа. — Два Новых года недавно были, куда еще-то?
— Новый год — это для всех. А день рождения — это только для тебя, — настаивала подруга.
Но Наташа, в конце концов, твердо заявила:
— Нет, нет и нет! Я вообще день рождения не праздную. В детстве — да, иногда случалось. А теперь… не нравится мне это. Не хочу, и все. Чему тут радоваться? Тому, что на год постарела?
Алле пришлось сдаться. Но Наташа видела, что подруга все же что-то замыслила втайне. Собственно, догадаться о ее планах было нетрудно. Явится с горой подарков, с шампанским… Вот и отлично. Повеселятся вдвоем. Можно даже Лидию Кирилловну пригласить. Отличная старуха. И Ольгу Ивановну. Наташа была уверена, что две эти дамы должны очень понравиться друг другу.
В процессе ремонта прихожей Наташа извлекла из стенного шкафа фотоувеличитель и прочий приклад, найденный на антресоли, но по-прежнему не представляла, что со всем этим делать. Разве что протереть еще раз и сложить все обратно в шкаф. Пачки старой фотобумаги, конечно же, давно никуда не годились, и Наташа бросила их в мусорное ведро, стоявшее у двери… но тут один пакет открылся, и из него выскользнула тяжелая пачка фотоснимков. Вот так раз… А она-то думала, там чистая бумага…
Наташа достала из ведра все пакеты и заглянула в каждый. Фотографии обнаружились еще в трех, в остальных была действительно просто старая фотобумага. «Интересно, — подумала Наташа, — зачем было прятать отпечатки, почему их не вклеили в альбом?»
Но когда она просмотрела снимки — ей стало не по себе.
На них была ее мама, совсем еще молодая… с каким-то незнакомым Наташе мужчиной. Кто это? Судя по всему, фотографировал явно отец и явно издали, а мама и ее спутник этого не знали, и отсюда можно было сделать вполне естественный вывод, что отец следил за мамой, а она…
Наташа охнула и уронила фотографии. Они рассыпались по полу, мерзкие свидетельства темной семейной тайны…
Нет, Наташе настолько не хотелось верить в подобное, что она поспешно собрала снимки и бросила их в мусорное ведро. Но, еще немного подумав, снова достала и, выбрав два таких, на которых кавалер мамы был особенно хорошо виден, унесла в гостиную и спрятала в нижний ящик бабушкиного комода, туда, где лежали семейные альбомы. Надо будет проверить, нет ли этого человека на какой-то другой фотографии. И может быть, спросить у Ольги Ивановны, кто это…
Но Наташе настолько не хотелось заниматься такой проверкой, что уличающие маму фотографии спокойно пролежали на дне ящика весь январь. Наташа делала вид, что забыла о них.
Днем в субботу позвонила Ольга Ивановна, просто поболтать. На работе они почти не виделись, поскольку каждая занималась своим делом, да и вообще — какие могут быть разговоры в служебной обстановке? Обменявшись с Наташей дежурными фразами о здоровье, погоде и настроении, Ольга Ивановна внезапно преподнесла Наташе сюрприз совершенно ненужное! Без практических, прикладных целей. Просто красивое, и все. Фарфоровую фигурку. Затейливую свечу. Коробку непальских благовоний…
Наташа решила пробежаться по магазинам с утра, чтобы не суетиться непосредственно перед визитом. Выходя из квартиры, она обнаружила под дверью очередной дар Валерия и чуть не пнула ногой изысканную корзину, до того ее это рассердило. Небрежно забросив цветы в прихожую, Наташа побежала вниз по лестнице.
— Деточка, я хочу пригласить тебя в гости, на чай, — сообщила она весьма загадочным тоном. — Я, честно говоря, даже и не помню: ты когда-нибудь у меня бывала?
— Нет, тетя Оля, никогда.
— Странно… ну, в данный момент это не важно. Ты ведь знаешь, где я живу?
— Где-то на набережной Мойки, — ответила Наташа.
— Совершенно верно. Запиши адрес.
Похоже, Ольга Ивановна ни секунды не сомневалась в том, что Наташа примет ее приглашение. Но, конечно же, она была совершенно права. Наташа не собиралась отказываться. Совсем наоборот, она обрадовалась. Не то чтобы ее мучило любопытство, чтобы ей хотелось посмотреть, как живет бабушкина подруга, нет. Просто и ей тоже казалось немного странным, что она ни разу не навестила Ольгу Ивановну, притом, что сама тетя Оля достаточно часто бывала у Наташи. Как-то это выглядело… неестественно, что ли.
— В котором часу прикажете явиться, господин генерал? — весело спросила Наташа.
Ольга Ивановна засмеялась мягким журчащим смехом.
— Ну… в два, например. Тебе подходит? Или у тебя уже есть какие-то планы на воскресенье?
— Никаких! — сообщила Наташа. — Абсолютно!
— Вот и замечательно, — одобрила Ольга Ивановна. — Посплетничаем. Ну, до завтра, деточка.
С утра в воскресенье Наташа задумалась, что бы такое купить в честь первой) визита к бабушкиной подруге. Ну, цветы, само собой. А что еще? Насколько прилично будет выглядеть большой торт, например? Наверное, это можно, ведь ее пригласили именно на чай… и еще можно найти какую-нибудь особенно красивую коробку конфет. С большим бантом. Такую же, какие постоянно дарит Наташе Алла. Наташа давно уже знала, что такие конфеты можно купить лишь в немногих магазинах… в Елисеевском, например, или в Гостином дворе.
Но Наташе хотелось преподнести Ольге Ивановне еще и настоящий подарок. В благодарность за все, что сделала для нее бабушкина подруга, хотя, конечно, Ольга Ивановна постоянно твердила, что Наташа тут ни при чем, что все усилия прилагались исключительно ради Натали…
Подумав хорошенько, Наташа остановилась на цветочной вазе. Это такая вещь, которая никогда не бывает лишней. Дарить чашки или фужеры рискованно. Может оказаться, что этого добра у Ольги Ивановны полным-полно и новые просто не впишутся в уже имеющуюся композицию. А ваза для цветов может быть какой угодно, потому что для любой найдется соответствующий букет. Наташа вдруг усмехнулась. Надо же, в каких вещах она начала разбираться с помощью Аллы… Год назад ей бы ничего такого и в голову не пришло. В их семье было принято дарить только предметы, имеющие самое простое практическое значение: что-нибудь из одежды, например. Наташа на дни рождения обычно получала новый школьный портфель, или коробку цветных карандашей, или книгу сказок… Но ведь так приятно, когда тебе дарят что-то совершенно ненужное! Без практических, прикладных целей. Просто красивое, и все. Фарфоровую фигурку. Затейливую свечу. Коробку непальских благовоний…
Наташа решила пробежаться по магазинам с утра, чтобы не суетиться непосредственно перед визитом. Выходя из квартиры, она обнаружила под дверью очередной дар Валерия и чуть не пнула ногой изысканную корзину, до того ее это рассердило. Небрежно забросив цветы в прихожую, Наташа побежала вниз по лестнице.
Когда она уже миновала второй этаж, дверь квартиры Лидии Кирилловны распахнулась, послышался пискливый лай Цезаря, и Наташа остановилась.
— Доброе утро, Лидия Кирилловна! — приветствовала она царственную даму, и настроение у нее сразу улучшилось.
— Доброе утро, дитя, — величественно ответила соседка, запирая дверь и подхватывая тойтерьера. — Куда спешим, если не секрет? На свидание, поди?
— Да ну вас, какое свидание! — рассмеялась Наташа. — Надо подарок купить бабушкиной подруге. Я сегодня к ней в гости иду.
— Подруге сколько лет? — поинтересовалась Лидия Кирилловна.
— Ой… — растерялась Наташа. — А я и не знаю. Но она моложе бабушки, это точно. Лет на восемь, я думаю.
— А твоей бабушке сколько было? — последовал новый вопрос.
— Семьдесят три…
— Значит, ее подруга примерно моих лет. Мне шестьдесят пять, — сообщила Лидия Кирилловна в ответ на осторожный взгляд Наташи. — И я выгляжу ровно на свои годы.
— Ну, не сказала бы… — пробормотала. — Шестьдесят — и ни днем больше!
— Ого! — оценила комплимент соседка. — А ты не так проста, как кажешься! Ишь, овечка на печке!
Наташа улыбнулась. Она уже научилась понимать эту удивительную женщину. И знала, что Лидия Кирилловна обладает необыкновенно добрым сердцем, несмотря на то, что высказывается иной раз достаточно резко. Даже очень резко. А вот ее родители представляли собой полную противоположность этой бывшей оперной солистке. Они-то всегда говорили вежливо, сдержанно, тихо… Но сколько яда иной раз было в их словах!
— Я не овечка, я серый волк, — сказала Наташа. — Просто прикидываюсь. А как вы думаете, что лучше всего подарить даме ваших лет?
— Цветы! — уверенно ответила Лидия Кирилловна. — Вместе с вазой. Лучше всего — богемского стекла, если средства позволяют. А если хрусталь — то только очень высокого качества. Но хрусталь далеко не все любят.
Наташа расхохоталась. Надо же, как она угадала!
— Я сказала что-то смешное? — поинтересовалась соседка, опуская Цезаря на тротуар.
— Да я как раз и думала: не купить ли вазу?
— Умница! — похвалила ее Лидия Кирилловна. — Редкая сообразительность для твоего возраста. Как жаль, что мой сын не женился на такой вот милой девочке, а выбрал черт знает что!
— У вас есть сын? — удивилась Наташа. До сих пор она слышала только о дочери Лидии Кирилловны, жившей в Австрии. А может, просто забыла или не обратила внимания.
— Разве я не говорила? — в свою очередь, удивилась вдовствующая оперная дива. — Странно… Есть, и отличный сын, только жена у него паршивая. Даже говорить о ней не хочу.
— Не хотите — не надо, — покладисто кивнула Наташа. — А где богемские вазы продаются?
— Да в любом магазине подарков, или в Гостином, или в Пассаже… ну, так далеко ни к чему тебе тащиться. Добеги до Большого проспекта, там найдешь.
— Спасибо. Побегу тогда, а то времени у меня не слишком много.
— Счастливого пути, удачных покупок, — пожелала ей Лидия Кирилловна.
Наташа снова засмеялась. До чего же милая и приятная эта Лидия Кирилловна, и, между прочим, она снова пригласила Наташу в театр. В середине февраля.