Рин, с отвращением на лице, переводит для меня. Я не могу представить, что она чувствует. Не могу поверить, что Нико — брат ей и Кену.

«Спасибо». Нико ослабляет хватку и встаёт. Он вытирает руку о плечо куртки Горо.

Горо рыдает, как женщина.

Нико с отвращением осматривает свою ладонь и вытирает ее еще немного.

У якудза, должно быть, лопнула мошонка.

«Как ты думаешь, я выполнил задание?» — спрашивает Нико свою жертву.

«Я был очень осторожен и внимателен. Ты ещё поживёшь и узнаешь. Ты можешь жить как женщина или умереть как собака, когда Сорю и Кок

узнают, что ты их предал».

Горо с трудом встаёт на локоть. Рукавом вытирает слёзы и рвоту с лица. Сверхчеловеческим усилием он берёт себя в руки. Хрипло произнёс что-то по-японски.

«Он умоляет разрешить ему совершить сэппуку», — говорит Рин.

«Третий вариант», — Нико смотрит на Рина. «Может, мне разрешить ему?»

Рин ничего не говорит.

«Дайте ему вакидзаси», — говорит ей Нико.

Рин передаёт меч Горо. Мужчина с трудом садится и принимает меч дрожащими руками.

Горо снимает рубашку и куртку. Воздух холодный, но он сильно потеет.

У меня нет ни капли совести. У Горо нет других вариантов. Он складывает куртку и обматывает ею ближайший к гарде отрезок вакидзаси длиной в шесть дюймов. Обнажается целый фут сверкающего, острого как бритва клинка. Он обеими руками обхватывает меч за импровизированную тканевую рукоять.

Горо удаётся выпрямить спину. Он приставляет остриё клинка к животу. Его взгляд встречается с моим, и он вонзает клинок себе в живот обеими руками. Затем, собрав последние силы, он отводит клинок в сторону и раскрывается. Раздаётся звук рвущейся плоти. Жар внутренностей Горо встречается с холодным воздухом, и из его живота поднимается пелена тумана.

Вонь рвоты и выпотрошенных внутренностей невыносима. Я разворачиваюсь и иду обратно к машине. Нико и Рин стоят над Горо и смотрят, как он истекает кровью.

В темноте пищат крысы.

OceanofPDF.com

20

OceanofPDF.com

ТОКИЙСКАЯ СТАНЦИЯ

В додзё Рин темно. В её жилой комнате горит свет.

Я стою рядом с «Тойотой», припаркованной на улице.

Рин и Нико зашли в дом, чтобы забрать его вещи.

Предметы, которые он хранил, пока находился в тюрьме.

Я достаю телефон и набираю номер Штейн. Она отвечает с первого гудка.

«Нико откупился», — говорю я ей. «Мы нашли Горо в безопасном доме».

«Где он сейчас?»

«Он не выдержал допроса».

«Жаль. Он предоставил полезную информацию?»

Горо отправился на встречу с Тоно один. Когда обмен сорвался, Горо и Сорю остались с инициатором и без денег. KOK связался с Сорю и дал ему новые инструкции. Сегодня днём он уехал на поезде Токайдо-синкансэн на Кюсю. Он был в поезде, пока мы были в офисе Ямаситы Маса. Мы проследим за ним.

«Я удивлен, что Сорю рассказал Горо о своем плане», — говорит Штейн.

«Надо знать и всё такое».

«Сорью не сказал Горо. Этот мелкий ублюдок подслушал разговор».

«Любопытство всегда губит кошку. Что есть на Кюсю?»

«Сорю везет инициатора в замок в заливе Араши на восточном побережье».

«Почему бы не полететь? Из Токио в Оиту есть прямые рейсы».

«Оружие в самолёт брать нельзя, и у него возникли бы те же проблемы с инициатором, что и в Сан-Франциско. Он не собирался снова повторять трюк с FedEx, поэтому поехал на поезде. Мы тоже так сделаем».

«Ты пойдешь с Нико и Рин?»

"Да."

Я слышу, как Штейн стучит по клавишам ноутбука. «Если предположить, что Сорю сел на поезд «Токайдо Синкансэн» после обеда, он прибыл в замок пару часов назад. Это серьёзная фора».

«Рин рассказал мне, что открылся новый ночной поезд до Фукуока»,

Я говорю ей: «Думаю, он на двенадцать часов нас опережает».

Снова постукивание. С присущей ей деловитостью Штейн проверяет расписания.

«Ты знаешь, что за тобой будут следить».

Маленькая мисс Счастье. Конечно, я об этом думал. Якудза, которых мы оставили в киссатэне, расскажут КОК, что мы забрали Горо. Горо не должен был знать о замке, но они не станут рисковать. Они приложат все усилия, чтобы выследить и уничтожить нас.

«Я с ними разберусь».

«Вы думаете, что операцией руководит Ямашита Мас?»

Я задавался вопросом, зачем оябун сообщил Нико адрес убежища. Гири по отношению к Нико — мощный мотивирующий фактор для якудза. Но Ямасита ещё и бизнесмен. «Не знаю. Рассказав Нико о убежище, Ямасита расторгнул свой пожизненный долг перед ним. Это серьёзное дело, и он не думал, что теряет что-то ценное. Сорью давно скрылся, а Горо не должен был ничего знать».

«Может быть, так и есть, а может быть, и нет. Я не вижу, чтобы якудза управлял КОК».

«Верно. Кажется, щупальца КОКа проникают повсюду».

«Ладно», — говорит Штейн, — «что случилось с Нико?»

Мне неприятно это говорить, но я говорю Штейну новость прямо: «Нико — психопат».

«Хорошо», — Штейн растягивает слово, обдумывая информацию. «На чьей он стороне?»

«Нико на стороне Нико. Они с Кеном не разговаривают. Он защищает Рин, но злится на неё».

"Почему?"

«Он винит Кена и Рина за то, что они втянули его в это. В тюрьме он, казалось, был счастлив. Он смирился со своим приговором. Теперь у него появилась надежда, хотя есть реальный риск вернуться обратно».

Пауза и какие-то интенсивные нажатия на экран ноутбука.

«Я купил вам три билета в спальный вагон первого класса»,

Штейн говорит: «Вы можете забрать их на Токийском вокзале».

«Спасибо. И ещё кое-что. Между Сорю и Нико какая-то вендетта. Они оба были лейтенантами Ямашиты Маса. Думаю, именно поэтому Нико согласился работать с нами. Он больше заинтересован в сведении счётов, чем в поиске зачинщика».

«Какой счет?»

«Кто знает? Профессиональная ревность. Может, Ямасита их натравливал. Он похож на этого человека».

«Будь осторожен. Если Нико взбесится, ты знаешь, что делать».

«Сейчас мы считаем друг друга полезными. Он очень крепкий парень. Носит татуировки якудза, как у убийцы».

«Драконы?»

«Свернувшиеся кольцами змеи. Настоящая прелесть».

«Хорошо, Брид. Я отправлю тебе наше досье KOK. Дай мне пару часов, и я получу информацию о замке».

«Сорю не упустит свою фору. Надеюсь, мы не опоздали… что бы они там ни задумали».

«Конго разозлится, что ты пошёл в тот безопасный дом, не сказав ему».

«Ты принёс ему хорошие новости, — говорю я. — Он тебя полюбит».

«Верно. Он захочет захватить этот замок».

«Я предоставлю ему необходимые разведданные».

Штейн колеблется. «Я вызываю подкрепление на Окинаву».

«Тории? Я там какое-то время провёл с Первой группой специального назначения».

«Нет, Футэмма. Морская авиация и разведка».

Привлечение американских войск, дислоцированных на Окинаве, — это важный шаг. Это означает, что Штейн испытывает недовольство действиями конголезских сил. Это также означает, что участие американских морских пехотинцев было одобрено на самом высоком уровне правительств США и Японии. «Необходимо ли это?»

«Люди Конго на учениях. Помните, когда мы прилетели, войска выдвигались из Тачикавы. Он отменил приказ о переброске ещё одной бригады».

"Где?"

«Понятия не имею. Никогда не недооценивайте противника, но и никогда не переоценивайте союзника. Особенно когда он занят своими делами».

Дверь в додзё распахивается. Рин выходит и закрывает за собой дверь.

«Мне нужно идти». Я отключаюсь.

Я смотрю на фигуру Рина, тускло освещенную мягким светом, исходящим из окна второго этажа.

Пришло время ответов.

РИН ПОДХОДИТ, скрестив руки на груди. Она встаёт рядом со мной и прислоняется спиной к машине. «Как там Штейн?» — спрашивает она.

«Беспокоюсь. Она делает домашнее задание по замку Араши».

«Стайн очень старательная. Из неё получился бы хороший японский язык».

Я ощущаю твердое и мягкое тело Рин в нескольких дюймах от меня.

Наши плечи соприкасаются.

Мы наслаждаемся приятной тишиной.

«Ты мне нравишься, Брид», — говорит Рин. «Ты напоминаешь мне Кена. Серьёзный человек, с чувством чести. Но забавный».

Боже, откуда это взялось?

«Я и не пытаюсь им быть».

Рин улыбается. «Вот почему ты такой смешной».

Я думаю о Такигаве Кене. Понимаю, что она права. Он серьёзный профессионал с тонким чувством юмора. Из тех, что поднимают настроение команде, когда ситуация становится напряжённой.

«Чем занимается Нико?»

«Умывается, собирает личные вещи. Скоро присоединится к нам».

«Кен не говорил мне, что у него есть брат. Ты тоже не говорил, пока я не попросил о помощи».

Рин смотрит на свои туфли. «Думаю, тебе не помешает знать».

«Тогда расскажи мне».

Рин прислоняется ко мне. Небрежно, но ненавязчиво. Я чувствую тепло её плеча, прижимающегося к моему.

«Наш отец был американским солдатом. Он женился и, отслужив, остался в Японии, чтобы заняться бизнесом. Всё было хорошо, пока он не заболел. После его смерти жизнь стала очень тяжёлой. Мы были бедны, и нашей матери годами приходилось бороться за пропитание семьи. Когда он подрос, Нико вступил в якудза. Никто из нас этого не хотел, но он был старшим сыном и говорил, что у него нет выбора. В нём было много злости. Он добился успеха, и мы ни в чём не нуждались. Он никогда не рассказывал о своей работе, но мы знали, что он убивает ради Ямаситы Мас. Правительство усложняло жизнь якудза, а кланы боролись друг с другом за бизнес».

«Я слышу это не в первый раз, но я не понимаю».

«Якудза существует почти тысячу лет, Брид.

Они начинали как разбойники. Но у них сложился собственный кодекс чести, такой же древний, как Бусидо, кодекс самураев.

Якудза произошли из низших слоёв общества, и их кодекс поведения был основан на личном долге. Вот почему гири…

«Обязательство — так важно для них. Веками они защищали бедных от коррумпированных и богатых. В деревнях и городах якудза разрешали споры между жителями. После Второй мировой войны, когда гайдзин оккупировали Японию, якудза скрепляли социальную структуру страны».

«Вы имеете в виду нас, злых американцев».

«Я не это имел в виду. Вы победили. Якудза отстаивали наши старые ценности перед лицом перемен, которые вы принесли».

«Неплохо».

«Нет, но по мере того, как Япония впитывала западные ценности, якудза постепенно развращались. Многие не соблюдали свой кодекс. В прежние времена якудза никогда не убивали полицейских, членов семьи или мирных жителей. Только других якудза. Когда Япония вступила в 70-е,

В 80-х годах напряжение с полицией неуклонно росло. К 90-м полиция ужесточила борьбу с якудза. Это привело к сокращению их бизнеса, снижению их влияния и клановым войнам якудза. Именно в этих войнах Нико и Сорю вели войну за Ямаситу Мас.

«По-видимому, с большим успехом».

Да. Но якудза стали менее приемлемыми в обществе. Многие из якудза, включая Ямаситу Мас и Нико, предпочитают старые обычаи. Кену было стыдно, что его брат был якудза. Он и Нико поссорились. Кен вступил в армию США и был отправлен в Америку. С тех пор они не общались. Нико любит Кена, но он озлоблен, потому что именно Нико пришлось содержать семью. Кен должен был это оценить.

«Так зачем же игры?»

«Цель очевидна для японца. Когда вы сказали Кену, что столкнулись с якудза в Сан-Франциско, он…

Сразу понял, что помочь может только Нико. Но Кен больше никогда не будет с Нико разговаривать, как и Нико с Кеном. Кен послал тебя ко мне. Он знал, что я расскажу тебе о Нико в нужный момент.

История Рин связна. Я знал, что Такигава Кен что-то скрывает. Её слова многое объясняют. Но это ещё не всё.

«Что произошло между Нико и Сорю? Насколько мне известно, Нико отказался давать показания против Сорю и Ямашиты Маса. Значит, они должны ему гири».

Рин ёрзает. «Нико отказался обвинять Ямашиту Маса.

В ответ оябун дал множество взяток, чтобы избавить Нико от верёвки. Его приговор был сокращён до пожизненного заключения. В каком-то смысле это даже хуже. Думаю, Нико предпочёл бы умереть. Сегодня днём в Отэмати все долги между Нико и Ямаситой Мас были погашены.

«Это ничего не говорит мне о карме между Нико и Сорю».

«Нико и Сорю были главными стражами клана.

Ямашита Мас заставил их соревноваться за почести. Было много ревности. После последнего убийства Сорю сдал Нико полиции.

«Откуда вы это знаете?»

«Нико узнал о предательстве в тюрьме. Думаю, Сорю подстроил это так, чтобы он узнал. Представьте себе, каким пыткам он его подверг. Провести остаток жизни в тюрьме, зная, что его предали. Нико рассказал мне об этом во время одного из моих визитов».

«Вот почему ты мне рассказал про Нико. Чтобы я его вытащил».

Рин смотрит на меня невинными глазами. «Конечно. Это шанс Нико отомстить, а мой — вернуть брата к жизни».

«Нико больше заинтересован в убийстве Сорю, чем в возвращении инициатора».

«Не волнуйся, Брид. Чтобы найти инициатора, придётся убить Сорю».

«А что, если Сорю убьёт Нико?»

Рин смотрит на свои туфли. «Тогда я буду виновата в смерти брата. Но он был потерян для нас с того момента, как вошёл в Футю. Мне придётся убить Сорю».

У меня такое чувство, будто я прошла сквозь зеркало.

Дверь додзё открывается, и узкий луч света падает на улицу. Рин отодвигает своё плечо от моего.

Нико выключает свет и закрывает за собой дверь. Он идёт к нам. Через плечо у него висит длинная нейлоновая спортивная сумка. В таких обычно упаковывают лыжное снаряжение.

«Кюсю славится своими лыжами?» — спрашиваю я.

Один конец сумки болтается. Что бы там ни было, вещи Нико короче обычной пары лыж.

«Это мой дайсё», — говорит Нико. «Катана и вакидзаси.

Сорю убивает мечом. Я встречу его своим.

«Нет, если я первым его застрелю».

Рин открывает багажник. Нико раскладывает спортивную сумку по диагонали, чтобы она поместилась внутри. «В чём же честь, Брид?»