Никто не чувствовал лучше Евы тонкие колебания эмоций, тот невидимый для большинства людей спектр нюансов, которые выдают истинные намерения человека. Именно поэтому она знала, что Игорь Валентинович Семенов, заместитель министра здравоохранения и член совета директоров «БиоНекст», – идеальная мишень.

Страх, тщеславие, жадность и тщательно скрываемая неуверенность в себе – эмоциональный коктейль, который Ева научилась использовать с безупречной эффективностью.

Она сидела в мягком кресле роскошного кабинета в здании министерства, расположенном в центре Москвы. Напротив неё, за массивным столом из красного дерева, Семенов просматривал документы, которые она только что ему передала. Его чувства бурлили, ударяя по усиленным сенсорам Евы, как цунами: недоверие, страх, алчность, смятение.

Для обычного человека он выглядел безупречно спокойным – дорогой костюм, аккуратно уложенные седеющие волосы, бесстрастное лицо опытного чиновника. Но для Евы его эмоциональное состояние было открытой книгой с кричащими заголовками.

– Это… весьма серьезные обвинения, госпожа Лински, – наконец произнес Семенов, снимая очки для чтения. – Вы понимаете, на кого замахнулись? Диана Кронова – не просто бизнесвумен. Она один из крупнейших налогоплательщиков страны, работодатель для тысяч людей, автор прорывных медицинских технологий.

– И создательница вируса, который может уничтожить половину человечества, – спокойно добавила Ева. – Не говоря уже о планах генетического контроля над населением, которые она собирается реализовать с молчаливого согласия таких людей, как вы, Игорь Валентинович.

Она почувствовала всплеск страха, смешанного с возмущением. Хорошо. Это была эмоциональная реакция, которую она целенаправленно вызывала.

– Это абсурдные заявления, – Семенов стукнул ладонью по столу. – У вас нет никаких доказательств.

Ева слегка наклонилась вперед, позволяя своей эмпатической силе мягко, незаметно проникнуть в эмоциональное поле собеседника. Это не было грубым вторжением – скорее тонкой настройкой, усилением уже существующих эмоций.

– Доказательства есть, – тихо произнесла она, концентрируясь на его страхе и подпитывая его. – И не только у меня. Мои… коллеги уже передали часть информации международным организациям. Если начнется расследование, многие имена всплывут. Включая ваше.

Паника. Короткая, мощная волна, которую Семенов тут же попытался подавить. Но Ева уже нащупала слабое место.

– Я государственный служащий, – твердо сказал он, выпрямляясь в кресле. – Мои контакты с «БиоНекст» ограничиваются официальными рамками.

Ложь. Ева почувствовала её сразу – характерное напряжение в эмоциональном поле, которое всегда сопровождало неправду. Она позволила себе лёгкую улыбку, одновременно направляя тонкие импульсы тревоги в его сторону.

– У нас есть записи ваших приватных встреч с Дианой Кроновой. Данные о банковских переводах через офшоры. И, что наиболее интересно, – документы о вашем личном участии в экспериментах проекта «Кассандра».

На самом деле, у неё не было таких доказательств. Но она чувствовала его вину и теперь лишь озвучивала то, что уже знала на эмоциональном уровне.

Семенов побледнел. Его руки, лежавшие на столе, слегка задрожали.

– Чего вы хотите? – спросил он, наконец признавая поражение.

Ева почувствовала прилив удовлетворения. Манипуляция сработала идеально. Теперь нужно было закрепить результат.

– Я хочу защиты, – прямо ответила она. – От Дианы Кроновой. Мне нужен безопасный дом, документы, статус защищаемого свидетеля. Взамен вы получите все доказательства, и я буду свидетельствовать только о деятельности «БиоНекст», не упоминая вашего имени.

Надежда. Слабая, но отчетливая. Семенов видел путь к спасению.

– Это можно организовать, – медленно произнес он, оценивая ситуацию. – Но мне нужно время. День или два.

– У вас есть двенадцать часов, – отрезала Ева. – Либо я получаю гарантии безопасности, либо информация уходит в СМИ, включая детали ваших личных договоренностей с Дианой.

Страх и решимость. Хороший знак. Он не собирался её обманывать… по крайней мере, не сейчас.

– Хорошо. Есть закрытый правительственный комплекс за городом. Я могу организовать ваше размещение там уже сегодня вечером. Это будет временное решение, пока я не подготовлю более надёжную защиту.

Ева внимательно изучила его эмоциональное состояние. Беспокойство, нервозность, но не откровенный обман. Она кивнула.

– Я буду ждать вашего звонка. И, Игорь Валентинович, – она поднялась, плавно и грациозно, как всегда, – не пытайтесь меня обмануть. Я узнаю об этом раньше, чем вы произнесете первое лживое слово.

Она вышла из кабинета, оставив Семенова в состоянии эмоционального раздрая. Спускаясь в лифте, Ева позволила себе мгновение самоудовлетворения. Её план работал идеально. Конечно, она не доверяла Семенову полностью, но он был лишь пешкой, ступенькой к настоящей защите. Как только она окажется под официальной защитой, она сможет выторговать себе настоящую безопасность, используя информацию о Диане и проекте «Наследие».

На выходе из здания министерства Ева сразу заметила слежку – двое мужчин в штатском, профессиональная работа, но недостаточно профессиональная для её обостренных чувств. Она не стала предпринимать никаких действий, чтобы скрыться. Пусть думают, что им удалось остаться незамеченными.

Ева спокойно поймала такси и назвала адрес небольшого отеля на окраине Москвы, где остановилась под вымышленным именем. Весь путь она чувствовала наблюдателей на безопасном расстоянии. Хорошо. Пусть Семенов думает, что контролирует ситуацию.

В номере отеля – скромном, но чистом – она первым делом проверила свои вещи. Небольшой чемодан был упакован и готов к быстрому отъезду. Ноутбук с зашифрованными данными заряжался. Пистолет с глушителем лежал под подушкой – крайняя мера, которую она надеялась не использовать.

Ева подошла к окну и посмотрела на улицу. Один из наблюдателей расположился в припаркованной напротив машине, второй, вероятно, занял позицию с другой стороны здания. Стандартная схема наблюдения.

Она вернулась к кровати и села, закрыв глаза. Последние дни были изматывающими. События развивались стремительно с того момента, как она предала Алексея и Михаила. Это не было спонтанным решением – скорее осознанием неизбежного. В игре, которую затеял Кронов, могли быть только победители и проигравшие. И Ева не собиралась оказаться в числе последних.

Возможно, Алексей и остальные считали, что можно противостоять Диане, объединив усилия. Но Ева, с её способностью чувствовать истинные эмоции, знала лучше. Диана была слишком сильна, слишком безжалостна, слишком хорошо подготовлена. Прямое противостояние закончилось бы их поражением. Единственный способ выжить – найти третий путь. Договориться с властями, получить защиту и статус свидетеля, использовать систему против Дианы.

Телефон зазвонил, прерывая её размышления. Номер был скрыт, но Ева знала, кто звонит.

– Слушаю, – ответила она, сохраняя спокойствие.

– Всё организовано, – голос Семенова звучал напряженно. – Машина будет у входа в отель через тридцать минут. Водитель назовет кодовую фразу: «Заказ на имя Марии».

– Я буду готова, – сказала Ева и повесила трубку, не дожидаясь ответа.

Она чувствовала нервозность Семенова даже по телефону. Что-то было не так, но это не обязательно означало предательство. Возможно, он просто боялся последствий своих действий.

Ева быстро переоделась в неприметную одежду – тёмные брюки, серый свитер, куртку с капюшоном. Собрала волосы в тугой пучок и надела очки в тонкой оправе, изменяющие восприятие её лица. Затем упаковала последние вещи, убедилась, что не оставляет следов, и спустилась в лобби за десять минут до назначенного времени.

Ровно через тридцать минут после звонка у входа в отель остановился черный внедорожник с тонированными стеклами. Водитель – крепкий мужчина в костюме – вышел и огляделся.

Ева приблизилась к нему, выглядя уверенно, но внутренне оставаясь настороже.

– Вы от Игоря Валентиновича? – спросила она.

– Заказ на имя Марии, – подтвердил водитель. Его эмоциональное поле было стабильным – профессиональная отстранённость, ни намека на тревогу или нечестность.

– Куда мы едем? – Ева позволила ему взять свой чемодан и открыть перед ней дверь.

– В загородный комплекс Министерства внутренних дел. Примерно час езды, если не будет пробок.

Это звучало правдоподобно. Ева села в машину, сохраняя бдительность. Внутри было пусто, никаких других пассажиров, что её устраивало. Чем меньше людей, тем легче контролировать их эмоции.

Автомобиль тронулся с места. Ева незаметно проверила, следует ли за ними слежка, но не обнаружила явных признаков. Водитель молчал, сосредоточившись на дороге, его эмоциональное состояние оставалось стабильным.

Вскоре они выехали из города и направились по шоссе на север. Пейзаж за окном постепенно менялся – городские кварталы сменились пригородами, затем начались леса и поля. Наступали ранние осенние сумерки, и Ева заметила, как небо на горизонте окрасилось в темно-оранжевые тона.

Примерно через сорок пять минут езды она начала замечать некоторые странности. Дорога становилась всё менее оживлённой, они свернули на второстепенную трассу, затем ещё раз. Теперь они ехали по узкой дороге, окруженной высокими соснами.

Ева напряглась, но эмоции водителя оставались спокойными. Если бы он планировал что-то недоброе, она бы почувствовала это.

– Мы почти на месте? – спросила она, нащупывая в кармане куртки небольшой электрошокер.

– Да, через несколько минут, – ответил водитель. Его голос оставался ровным, эмоции – стабильными.

Вскоре лес расступился, и они въехали на территорию комплекса, окруженного высоким забором с колючей проволокой. Ворота открылись автоматически при их приближении. Внутри располагались несколько аккуратных двухэтажных зданий, больше похожих на санаторий, чем на режимный объект.

Машина остановилась у центрального здания. Водитель вышел и открыл для Евы дверь.

– Вас ждут внутри, – сказал он. – Игорь Валентинович прибудет позже.

Ева вышла из машины, внимательно осматриваясь. Комплекс выглядел тихим, безлюдным. Только у входа в здание стояли двое охранников в форме. Их эмоции были профессионально приглушены, но Ева не чувствовала никакой угрозы.

Она прошла внутрь здания в сопровождении водителя. Интерьер был функциональным, но комфортным – светлые стены, минималистичная мебель, везде камеры наблюдения.

– Ваши апартаменты на втором этаже, – сказал водитель, указывая на лестницу. – Всё необходимое уже подготовлено. Если вам что-то понадобится, используйте внутренний телефон.

Ева кивнула и поднялась на второй этаж. Коридор был пуст, только в конце его виднелась фигура охранника. У одной из дверей водитель остановился и открыл её электронным ключом.

– Прошу, – он жестом предложил ей войти.

Комната была просторной и хорошо обставленной: большая кровать, рабочий стол, диван, телевизор, отдельная ванная комната. Окна с видом на лес, но, как Ева сразу заметила, с усиленными рамами и особым стеклом – явно не для того, чтобы их можно было открыть или разбить.

– Я оставлю вас, – сказал водитель. – Ужин будет доставлен через час.

Он вышел, и Ева услышала, как дверь закрывается с характерным звуком электронного замка.

Она была заперта.

Первым делом Ева проверила комнату на наличие камер и микрофонов. Её подозрения подтвердились – небольшие устройства были умело замаскированы в вентиляционных отверстиях, в плафоне освещения, за зеркалом в ванной. Тотальное наблюдение.

Затем она проверила мобильную связь. Как и ожидалось – отсутствовала. Ни сигнала сотовой сети, ни Wi-Fi. Полная изоляция.

Ева не паниковала. Она ожидала чего-то подобного. Семенов был напуган и мог решить, что безопаснее держать её в изоляции, пока не будет принято решение о её дальнейшей судьбе. Это не обязательно означало предательство – возможно, обычная перестраховка.

Она села на кровать и закрыла глаза, используя свои эмпатические способности, чтобы прощупать эмоциональное поле комплекса. Обычно она могла чувствовать людей на значительном расстоянии, особенно если они испытывали сильные эмоции.

Но сейчас что-то было не так. Её способности словно наталкивались на невидимую стену. Она могла ощутить только слабый отпечаток эмоций охранника в коридоре и ещё нескольких людей в здании, но всё было приглушенным, размытым, как через толстое стекло.

Ева нахмурилась. Это было ненормально. Её эмпатические способности никогда не подводили её раньше.

Она встала и подошла к стенам, прикладывая к ним ладони. Ничего необычного на первый взгляд – обычные стены, обычная отделка. Но что-то мешало её способностям работать в полную силу.

Металлическая сетка? Особый состав материалов? Что-то, блокирующее эмоциональные волны так же, как клетка Фарадея блокирует электромагнитные?

Её размышления прервал звук открывающейся двери. Ева резко повернулась. На пороге стоял не ожидаемый охранник с ужином, а женщина в элегантном деловом костюме, с безупречной осанкой и холодной улыбкой.

Диана Кронова.

– Добрый вечер, Ева, – сказала она, входя в комнату. – Надеюсь, апартаменты соответствуют твоим ожиданиям?

Ева замерла. Все её инстинкты кричали об опасности, но эмпатические способности не могли прощупать эмоции Дианы – она чувствовала только слабый отпечаток, как будто перед ней был не живой человек, а его размытое изображение.

– Диана, – спокойно произнесла Ева, скрывая тревогу. – Какой приятный сюрприз. Решила лично убедиться, что твой цепной пес Семенов выполнил поручение?

Диана рассмеялась – мягкий, мелодичный звук, полностью лишенный тепла.

– О, Игорь Валентинович лишь выполнял указания. Он давно и преданно служит компании. И мне.

Она прошла в центр комнаты, не сводя взгляда с Евы. Её движения были плавными, уверенными, как у хищника, который знает, что добыча уже в ловушке.

– Я должна признать, ты меня удивила, – продолжила Диана. – Предать своих «братьев» и «сестру»… Это было неожиданно. Я думала, ваша маленькая генетическая семья уже успела сформировать эмоциональные связи.

Ева сохраняла внешнее спокойствие, хотя внутри нарастала тревога. Что-то действительно блокировало её эмпатические способности, и это сильно ограничивало её возможности. Она не могла читать Диану, не могла манипулировать её эмоциями, не могла даже точно определить, лжет она или говорит правду.

– Семья – это роскошь, которую нельзя позволить себе во время войны, – холодно ответила Ева. – А ты объявила войну всем нам в тот момент, когда решила продолжить эксперименты своего отца.

Диана улыбнулась шире, словно услышала именно то, что ожидала.

– А ты хорошо информирована. Интересно, кто тебе рассказал? Алексей со своими хакерскими талантами? Или, может быть, мой драгоценный «папочка» оставил какие-то указания?

Ева не ответила, изучая комнату в поисках возможных путей побега. Дверь была единственным выходом, окна – явно укрепленными. Диана стояла между ней и выходом, и даже если бы Еве удалось её обойти, снаружи наверняка было полно охраны.

– Не утруждайся, – Диана словно прочитала её мысли. – Это специальная комната, созданная для таких, как ты. Стены содержат особую металлическую сетку и композитные материалы, блокирующие эмпатические волны. Технология, которую твой «отец» разработал, опасаясь, что его эмоциональные «дети» однажды могут выйти из-под контроля.

Она сделала паузу, наслаждаясь эффектом своих слов.

– Забавно, правда? Он создал тебя, а потом сразу же разработал способ нейтрализовать.

– Что тебе нужно, Диана? – прямо спросила Ева, понимая, что притворство бесполезно.

– От тебя? На самом деле, немного, – Диана подошла к окну, глядя на темнеющий лес за стеклом. – Информация о местонахождении остальных. Данные, которые вы могли собрать о моих исследованиях. И, конечно, генетический материал для моих экспериментов.

Она повернулась к Еве, и в её взгляде было что-то, что заставило даже привыкшую к контролю над эмоциями Еву почувствовать холод.

– Видишь ли, я совершенствую работу отца. Его эксперименты были новаторскими, но примитивными. Пять разрозненных генетических модификаций – это лишь начало. Я создаю нечто большее – комбинированные модификации, синтезирующие лучшие аспекты каждого из вас.

– И поэтому ты устроила эту «игру»? – Ева начинала понимать масштаб замысла. – Чтобы собрать нас всех?

– Игра была идеей отца, – презрительно бросила Диана. – Его последняя больная фантазия. Я просто воспользовалась ситуацией. Дала вам собраться, выявить свои способности в экстремальных условиях. Собрала данные о том, как ваши модификации работают под стрессом. Это было… весьма познавательно.

Ева почувствовала прилив гнева, но сдержала его. Сейчас важно было сохранять ясность мышления.

– И что дальше? Ты нас убьешь? Превратишь в лабораторных крыс?

– О, насколько всё драматично, – Диана покачала головой с притворной грустью. – Никакого бессмысленного насилия. Ты станешь частью чего-то большего – следующей эволюционной ступени человечества. Разве это не то, для чего вы все были созданы?

Она подошла ближе, и Ева невольно отступила.

– Мой отец был гением, но ему не хватало смелости, – продолжила Диана. – Он создал вас, а потом испугался собственного творения. Запрятал по приемным семьям, наблюдал издалека, как за лабораторными образцами. Я не повторю его ошибок. Новое поколение будет выращено под моим непосредственным контролем, с правильными ценностями, с пониманием своего предназначения.

– Ты говоришь о евгенике, – тихо сказала Ева. – О создании «высшей расы». Это уже пытались сделать в прошлом веке. Чем закончилось, напомнить?

– То были примитивные попытки, основанные на псевдонауке и расовых предрассудках, – отмахнулась Диана. – То, что делаю я, основано на точной науке, на генетических исследованиях. Никакой дискриминации по расе, полу, национальности. Только чистая генетика, только эволюционный прогресс.

Ева увидела в глазах Дианы тот же фанатичный блеск, который, должно быть, был у её отца, когда тот начинал свои эксперименты. Одержимость идеей, доведенная до крайности.

– И как ты собираешься это реализовать? – спросила Ева, пытаясь выиграть время и собрать информацию. – Насильственно модифицировать людей? Заставить их участвовать в твоих экспериментах?

– Нет нужды в насилии, когда у тебя есть правильные инструменты, – Диана улыбнулась с видом превосходства. – «Кассандра» была лишь первым шагом – вирус, созданный для определённых генетических групп. Следующий этап – вирусные векторы для целенаправленной генной терапии. Люди сами придут ко мне, умоляя о лечении, о «вакцине». И получат её вместе с генетическими улучшениями. Всё добровольно, всё с их согласия.

– Согласия под угрозой смерти, – горько заметила Ева.

– Эволюция никогда не была деликатным процессом, – пожала плечами Диана. – Это всегда борьба за выживание. Я лишь немного ускоряю естественный отбор.

Она посмотрела на часы.

– Думаю, тебе нужно время, чтобы осмыслить свое положение. Завтра мы продолжим наш разговор, и я надеюсь, ты будешь более сговорчивой.

Диана направилась к двери, но остановилась на пороге.

– И не пытайся использовать свои эмпатические трюки на персонале. Все, кто входит в эту комнату, принимают специальные препараты, блокирующие эмоциональный фон. Ты полностью нейтрализована, Ева. Смирись с этим.

С этими словами она вышла. Дверь закрылась с тихим щелчком электронного замка.

Ева осталась одна, чувствуя, как стены специально сконструированной комнаты давят на неё не только физически, но и психологически. Впервые с детства она была полностью отрезана от эмоционального поля окружающих, словно лишилась одного из основных чувств.

Она села на кровать, пытаясь успокоить нарастающую панику. Нужно было мыслить рационально. Она в ловушке, её способности блокированы, Диана контролирует ситуацию. Но всё ещё оставался шанс. Должен был оставаться.

Ева начала методично осматривать комнату, сантиметр за сантиметром. Воздуховоды, плинтусы, розетки, сантехника в ванной – всё могло стать потенциальным путём к свободе. Или средством связи с внешним миром.

Но чем дольше она искала, тем яснее становилось, что комната была спроектирована людьми, хорошо знакомыми с её способностями и возможными методами побега. Нигде не было слабых мест, нигде не было лазеек.

И всё же она не собиралась сдаваться. Диана могла заблокировать её эмпатические способности, но не могла отнять её интеллект, её решимость, её волю к жизни. А ещё, что важнее всего, Диана не знала главного – Ева не была одинока.

Несмотря на свое предательство, Ева не порвала все связи с остальными «наследниками». У неё был запасной план, на случай если её основная стратегия провалится. Тайное сообщение, отправленное Софии перед тем, как Ева решила действовать в одиночку. Координаты этого комплекса, информация о Диане и её планах.

Если София получила сообщение, если она поделилась информацией с Алексеем и Рамиром, если они решили прийти на помощь вместо того, чтобы бросить её на произвол судьбы после предательства…

Много «если», но это была единственная надежда.

Ева подошла к окну и посмотрела на тёмное небо, где уже начали появляться первые звезды. Где-то там, за пределами этой клетки, были люди, которых она предала. И теперь её жизнь зависела от того, окажутся ли они более благородными, чем она сама.

Горькая ирония ситуации не ускользнула от неё. Эмпат, манипулировавший эмоциями других, теперь полностью зависел от эмоций, которые не мог ни почувствовать, ни контролировать – от сострадания, от чувства долга, от братской привязанности, которую она так легко отбросила в погоне за собственной безопасностью.

Ева отошла от окна и легла на кровать, закрыв глаза. Ей нужно было отдохнуть, собраться с силами. Завтра предстоял новый раунд противостояния с Дианой, и она должна была быть готова. Даже без своих эмпатических способностей, даже в клетке, созданной специально для неё, она всё еще могла бороться.

Потому что, в конце концов, Диана просчиталась. Она думала, что сможет изолировать Еву, сломить её, использовать. Но не понимала главного – Ева Лински, при всей своей способности манипулировать эмоциями других, никогда полностью не полагалась только на этот дар. За годы жизни среди обычных людей она научилась быть чем-то большим, чем просто генетический эксперимент. Она научилась быть человеком.

А люди, как известно, обладают удивительной способностью находить надежду даже в самых безнадежных ситуациях.

Глава 17: Спасательная операция

Цифры и коды струились по экрану ноутбука, отражаясь в серых глазах Алексея. Его пальцы летали над клавиатурой с невероятной скоростью, а модифицированный мозг одновременно обрабатывал десятки информационных потоков. Взлом системы безопасности «БиоНекст» был сложнейшей задачей даже для его уникальных способностей. Корпорация использовала многоуровневую защиту, квантовое шифрование и автономные серверы, не подключённые к внешним сетям.

Но у каждой системы есть слабое место. Люди. Даже самая совершенная цифровая защита бессильна против человеческого фактора.

– Я внутри, – произнес Алексей, не отрывая взгляда от экрана. – Получил доступ к системе через терминал главного инженера службы безопасности. Он использовал один и тот же пароль для корпоративной сети и своего аккаунта на сайте знакомств. Элементарная ошибка.

София и Рамир приблизились к нему, разглядывая открывающиеся на экране схемы и документы.

– Ищи всё, что связано с закрытыми объектами за пределами основного комплекса, – сказала София, положив руку на плечо Алексея. – Если Диана держит Еву где-то, это должно быть надёжное место с особой системой безопасности.

Они находились в небольшой съемной квартире на окраине Москвы – временное убежище, оплаченное наличными, зарегистрированное на подставное лицо. Трое «наследников» Кронова собрались вместе после недель раздельного существования. Каждый нес шрамы от своих столкновений с силами Дианы, каждый повзрослел и изменился за это время.

София выглядела осунувшейся, но решительной. Её способность к регенерации работала на пределе все последние дни, восстанавливая полученные повреждения, но даже она имела свои пределы. Рамир, присоединившийся к ним всего несколько часов назад вместе с Михаилом, всё ещё бинтовал рану на плече, хотя старался не показывать боли.

– Вот, – сказал Алексей, указывая на появившиеся на экране документы. – Секретный исследовательский комплекс в лесном массиве в семидесяти километрах к северу от Москвы. Официально числится как «реабилитационный центр» Министерства здравоохранения, но находится под прямым контролем службы безопасности «БиоНекст». Охрана усилена двое суток назад. Есть приказ о доставке специального оборудования для «экспериментального объекта Е-4».

– Е-4, – задумчиво произнесла София. – Четвертый эксперимент серии Е. Ева.

– Координаты совпадают с теми, что прислала Ева в своём последнем сообщении, – подтвердил Рамир, сверяясь с данными на своём смартфоне. – Это не может быть совпадением.

Алексей кивнул, продолжая просматривать файлы.

– Здесь схемы комплекса. Три основных здания, подземный уровень, периметр с электронной защитой и вооруженной охраной. Примерно двадцать пять сотрудников службы безопасности, работающих в три смены. Камеры наблюдения по всему периметру, тепловые сканеры, датчики движения.

– Настоящая крепость, – мрачно заметил Михаил, наблюдавший за происходящим из угла комнаты. Рана в его боку всё ещё заживала, и он предпочитал сохранять неподвижность. – Вероятность успешного проникновения без специальной подготовки и оборудования – менее пятнадцати процентов.

– Тогда нам нужна специальная подготовка и оборудование, – просто сказала София.

– И план, – добавил Рамир. – Хороший план.

Алексей загрузил схемы комплекса на планшет и отложил его на стол.

– Я продолжу поиск. Нам нужно больше информации о внутренних системах безопасности, графиках смен, протоколах.

Он вернулся к ноутбуку, погружаясь в мир цифр и кодов, в то время как остальные начали обсуждать возможные стратегии. Рамир, с его военным опытом, предлагал тактические решения. Михаил анализировал вероятности успеха различных сценариев. София рассматривала медицинские аспекты операции – что может потребоваться для Евы после освобождения, какое оборудование необходимо подготовить.

Алексей слышал их обсуждение, но большая часть его сознания была сосредоточена на взломе следующего уровня защиты. Он проникал всё глубже в системы «БиоНекст», раскрывая слой за слоем тайны корпорации.

Внезапно он замер, уставившись на открывшийся документ.

– Нашёл что-то? – спросила София, заметив его реакцию.

– Дневник посещений «объекта Е-4», – медленно произнес Алексей. – Диана лично приходила к ней вчера. И запланирован ещё один визит сегодня вечером. Будет проводиться «первичное обследование и забор материала».

– Они собираются начать эксперименты, – мрачно заключил Рамир. – Времени у нас практически нет.

– Есть ещё кое-что, – продолжил Алексей, прокручивая документ. – Описание специальной камеры, в которой содержат Еву. Стены с металлической сеткой и композитными материалами, блокирующими эмпатические волны. Технология, разработанная самим Кроновым.

– Он создал способ нейтрализовать наши способности, – покачала головой София. – Предусмотрительно.

– И жутко, – добавил Алексей. – Но это даёт нам информацию. Ева не сможет использовать свои способности, находясь в этой камере. Она полностью уязвима.

Рамир задумчиво посмотрел на схему комплекса.

– Значит, ждать от неё помощи изнутри не приходится. Нам придётся рассчитывать только на собственные силы.

Алексей вернулся к работе, теперь целенаправленно ища информацию о системах жизнеобеспечения, электроснабжении, протоколах действий в чрезвычайных ситуациях. Постепенно в его голове начал формироваться план.

– Я думаю, у нас есть шанс, – наконец сказал он, оторвавшись от экрана. – Но нам понадобится оборудование. И транспорт. И идеальная координация.

Он развернул на столе распечатанную схему комплекса и начал объяснять свой план.

– Комплекс получает электропитание от основной сети, но имеет резервные генераторы на случай сбоев. Генераторы включаются автоматически при отключении основного питания. Однако между отключением и полной активацией резервных систем есть промежуток в сорок семь секунд.

– Сорок семь секунд темноты, – понимающе кивнул Рамир. – Не много.

– Достаточно, если точно знать, что делаешь, – возразил Алексей. – В момент переключения на резервное питание все электронные замки временно разблокируются. Система видеонаблюдения будет отключена. Даже специальная защита комнаты Евы будет неактивна – её поддерживает электрический ток, проходящий через металлическую сетку в стенах.

– А охрана? – спросил Михаил.

– У них есть протокол действий при отключении электричества. Половина охранников направляется к генераторам, другая половина усиливает патрулирование периметра. Внутренние помещения остаются практически без присмотра.

– Звучит как план, – кивнул Рамир. – Но как мы спровоцируем отключение электричества?

Алексей улыбнулся.

– Это самая простая часть. Подстанция, питающая комплекс, находится в двух километрах. Минимальная охрана, уязвимая система. Один человек может справиться.

– Хорошо, – Рамир перешел в режим тактического планирования. – Значит, один отключает питание. Остальные проникают в комплекс, пользуясь временным отключением систем безопасности. Находят и освобождают Еву. И уходят до того, как охрана поймет, что происходит.

– С транспортом проблем не будет, – сказал Михаил. – У меня есть несколько машин в тайниках по всей Москве. Подготовленные, с фальшивыми номерами.

– А с оружием? – спросила София.

– Этим займусь я, – ответил Рамир. – У меня есть контакты.

Алексей кивнул.

– Тогда распределим роли. Рамир, с твоим опытом, ты лучше всех подходишь для отключения подстанции. София и я проникнем в комплекс. Михаил, учитывая твоё состояние…

– Я останусь в машине, координируя ваши действия, – кивнул Михаил. – И буду готов обеспечить отход в случае осложнений.

План был дерзким и рискованным, но лучшего у них не было. Каждый знал, что если Диану не остановить, она не только использует Еву для своих экспериментов, но и придет за каждым из них. А затем, возможно, за всем человечеством.

Дождь начался ближе к вечеру, превратив лесные дороги в скользкое месиво из грязи и опавших листьев. Черный внедорожник медленно продвигался по размытой колее, фары выключены, только тусклый свет приборной панели освещал напряженные лица четырех пассажиров.

– Мы на месте, – тихо произнес Михаил, останавливая машину за густой порослью елей в километре от комплекса. – Отсюда пешком.

Алексей посмотрел на часы – цифровые, с подсветкой. 20:43. До визита Дианы оставалось чуть больше часа.

Они выбрались из машины, проверяя экипировку. Каждый был одет в черное, лица скрыты под балаклавами. Рамир вооружен пистолетом с глушителем и ножом, Алексей и София – только нелетальным оружием: электрошокерами и перцовым спреем. Михаил остался в машине, перед ним был открыт ноутбук, связанный с миниатюрными камерами на одежде остальных.

– Связь через защищенный канал, – напомнил Алексей, проверяя крошечный наушник в ухе. – Частота меняется каждые тридцать секунд для предотвращения перехвата.

– Всем ясна последовательность действий? – спросил Рамир. – Я отключаю питание. Вы дожидаетесь темноты и проникаете в комплекс. У вас сорок семь секунд, чтобы добраться до основного здания. Затем работаем по плану: Алексей отвлекает охрану, София находит и освобождает Еву. Встречаемся у восточной стены через пятнадцать минут после отключения света.

– А если что-то пойдет не так? – спросила София.

– Импровизируем, – просто ответил Рамир. – И помните: Диана хочет нас живыми, для своих экспериментов. Это наше преимущество.

Они разделились. Рамир быстро и бесшумно двинулся через лес к электроподстанции, используя навыки, отточенные годами военной службы. Алексей и София направились в сторону комплекса, осторожно передвигаясь в темноте. Дождь усиливался, но это было им на руку – шум капель маскировал звуки шагов, а влага снижала эффективность тепловых сканеров.

Достигнув края лесной полосы, они залегли, наблюдая за комплексом через бинокли ночного видения. Три приземистых здания за высоким забором, увенчанным колючей проволокой. Патрульные с собаками обходили периметр. Камеры на автоматических поворотных платформах сканировали территорию.

– Вижу четверых охранников с внешней стороны, – шепнула София. – Еще двое у главного входа.

– Камеры работают по стандартному протоколу, – добавил Алексей. – Полный оборот каждые тридцать секунд. Между секторами обзора есть слепые зоны.

Они лежали под дождем, изучая ритм работы охраны и систем наблюдения, запоминая детали, которые могли спасти их жизни. Время медленно тянулось.

– Рамир на позиции, – раздался в наушниках голос Михаила. – Ожидает сигнала.

Алексей посмотрел на часы. 21:15.

– Даем зеленый свет, – сказал он, чувствуя, как учащается пульс. – Начинаем операцию.

Десять долгих секунд спустя комплекс погрузился в темноту. Мгновенная, абсолютная чернота, нарушаемая лишь тусклым светом фонарей охранников, которые тут же активизировались.

– Сорок семь секунд, – прошептал Алексей. – Пошли.

Они бросились вперед, используя дождь и темноту как прикрытие. Алексей с помощью специальных перчаток с усиленной поверхностью быстро преодолел забор, София следовала за ним. Они двигались между слепыми зонами камер, которые сейчас не работали, но вскоре должны были включиться вновь.

Охранники, как и предполагал Алексей, действовали по протоколу. Часть из них направилась к генераторам, остальные усилили патрулирование периметра. Внутренний двор комплекса на короткое время остался практически без наблюдения.

Они достигли стены главного здания точно в момент, когда загудели включающиеся генераторы. Свет начал возвращаться, системы безопасности перезагружались.

Алексей быстро вставил в считыватель электронных карт маленькое устройство, подключенное к его смартфону. Несколько секунд – и дверь тихо щелкнула, открываясь. Они проскользнули внутрь как раз когда системы видеонаблюдения возобновили работу.

– Мы внутри, – шепнул Алексей в микрофон. – Рамир, твой статус?

– Все чисто, – отозвался тот. – Движусь к точке встречи. Будьте осторожны, они наверняка проверят причину отключения.

Внутри здание было тускло освещено аварийными лампами. Коридоры пусты – большая часть персонала, вероятно, занималась проверкой систем после сбоя питания. По плану Евы, находилась в специальной камере на втором этаже восточного крыла.

– Здесь, – Алексей указал на лестницу. – Поднимаемся и разделяемся. Я создам диверсию в западном крыле, ты освободишь Еву.

София кивнула, проверяя миниатюрный инъектор с транквилизатором в руке.

– Будь осторожен.

Они быстро поднялись по лестнице и разошлись в разных направлениях. Алексей двинулся к серверной, где планировал устроить еще одно короткое замыкание, отвлекая внимание охраны от операции по спасению.

София осторожно продвигалась по коридору восточного крыла, сверяясь с планом здания на миниатюрном дисплее. Комната 217 – там, по данным Алексея, должна была находиться Ева.

Внезапно из-за поворота появился охранник. София мгновенно вжалась в стену, готовая применить транквилизатор, но мужчина прошел мимо, не заметив её в тени. Она выдохнула и продолжила движение.

Дверь комнаты 217 была укреплённой, с электронным замком и сканером отпечатков пальцев. София достала из кармана специальное устройство, которое подготовил Алексей – мини-компьютер, способный имитировать сигналы авторизованного доступа.

Она подключила его к порту замка и активировала. Устройство начало перебирать варианты кодов доступа, используя алгоритм, разработанный Алексеем специально для систем «БиоНекст».

Секунды тянулись мучительно долго. София напряженно прислушивалась к звукам коридора, готовая в любой момент спрятаться или вступить в бой.

Наконец, замок тихо щелкнул, индикатор сменился с красного на зеленый. София осторожно открыла дверь и проскользнула внутрь.

Ева сидела на кровати. Она выглядела бледной и измождённой, но её глаза загорелись узнаванием, когда София сняла балаклаву.

– Ты пришла, – тихо произнесла Ева. – После всего, что я сделала…

– Поговорим об этом позже, – София быстро подошла к ней. – Сейчас нам нужно уходить. Алексей устроит диверсию с минуты на минуту.

Словно подтверждая её слова, в западном крыле раздался громкий хлопок, затем вой сирены пожарной тревоги. Системы безопасности снова начали сбоить, свет замигал.

– Идеальный тайминг, – усмехнулась София. – Пошли.

Ева поднялась, но тут же покачнулась.

– Они вкололи мне что-то, – пробормотала она. – Какой-то препарат для подавления эмпатических способностей. Я чувствую слабость.

София поддержала её за плечи.

– Держись за меня. Мы выберемся отсюда.

Они вышли в коридор. Здание наполнилось звуками тревоги и топотом бегущих охранников. Все спешили к западному крылу, где Алексей устроил управляемый пожар в серверной.

– Софию, твой статус? – раздался в наушнике голос Алексея.

– Ева со мной. Двигаемся к точке выхода.

– Принято. Встречаемся там через три минуты.

Они осторожно двигались к восточной лестнице, избегая основных коридоров. Дважды им приходилось прятаться в подсобных помещениях, пропуская пробегающих мимо охранников.

Спустившись на первый этаж, они столкнулись с неожиданным препятствием – двое охранников блокировали восточный выход.

– Чёрт, – прошептала София, отступая за угол. – Нужно найти другой путь.

– Их всего двое, – слабо улыбнулась Ева. – Я могу попробовать… если подойду достаточно близко.

– Нет, слишком рискованно, – покачала головой София. – Алексей, у нас проблемы. Восточный выход заблокирован.

– Понял, – отозвался он. – Двигайтесь к северной стороне. Я встречу вас там.

Они изменили маршрут, двигаясь через лабиринт коридоров. Всё здание пребывало в хаосе из-за пожарной тревоги, что играло им на руку. Большинство сотрудников были заняты эвакуацией или тушением пожара.

– Стоять! – раздался внезапно окрик за их спинами.

Охранник, отделившийся от основной группы, заметил их и теперь приближался, держа пистолет наготове.

– Руки вверх! Не двигаться!

София медленно подняла руки, одновременно закрывая собой Еву.

– Мы заблудились, – сказала она, имитируя панику. – Услышали тревогу и не знаем, куда идти.

Охранник не поверил. Он приближался, не опуская оружия.

– На колени! Обе! Немедленно!

София напряглась, готовясь к быстрому движению. У неё был один шанс достать транквилизатор до того, как охранник выстрелит.

Внезапно из бокового коридора появилась тень. Алексей. Он двигался бесшумно, как призрак. Один точный удар в шею – и охранник осел на пол без сознания.

– Вы обе в порядке? – спросил Алексей, быстро проверяя состояние упавшего.

– Да, – кивнула София. – Но нам нужно спешить. Тревога привлечет внимание.

Они побежали по коридору к северному выходу. До свободы оставалось всего несколько десятков метров.

– Выход чист, – сообщил Алексей, выглянув за угол. – Рамир, мы приближаемся к северной стороне. Встретимся там.

– Понял, – отозвался Рамир. – Но у нас проблемы. Подкрепление приближается к комплексу. Две машины с восточной стороны.

Они выскочили из здания в дождливую ночь. Территория комплекса была ярко освещена прожекторами, но внимание охраны было сосредоточено на западном крыле, где продолжал бушевать пожар.

– Вижу вас, – сказал Рамир через коммуникатор. – Северо-восточный угол забора. Я подготовил проход.

Они увидели его возле секции забора, где был аккуратно вырезан проход, достаточный для того, чтобы протиснуться. Рамир стоял с оружием наготове, прикрывая их отступление.

– Быстрее, – поторопил он. – Диана прибудет с минуты на минуту.

Ева, всё ещё ослабленная действием препаратов, с трудом держалась на ногах. София практически несла её, поддерживая за плечи.

Они почти достигли забора, когда раздались выстрелы. Один из охранников заметил их и открыл огонь. Пули просвистели в опасной близости от их голов.

Рамир мгновенно отреагировал, открывая ответный огонь. Точными выстрелами он заставил охранника укрыться за зданием.

– Идите! – крикнул он. – Я прикрою!

Алексей помог Софии протащить Еву через проход в заборе. Они оказались за пределами комплекса, но всё ещё были слишком близко. Выстрелы привлекли внимание других охранников, и теперь со всех сторон к ним приближались вооруженные люди.

– Рамир, отходи! – крикнул Алексей. – Мы прошли!

Но Рамир словно не слышал. Он методично отстреливался, обеспечивая им время для отступления.

– Рамир! – в отчаянии позвала София.

– Уходите! – наконец отозвался он. – Я задержу их! Встретимся у машины!

Они понимали, что он лжет. Против такого количества противников у него не было шансов уйти невредимым. Но если они останутся, погибнут все.

– Идём, – тихо сказал Алексей, увлекая Софию и Еву в лес. – Он знает, что делает.

Последнее, что они видели, прежде чем скрыться среди деревьев – Рамир, стоящий спиной к забору, уверенно и методично отстреливающийся от наступающих охранников. Один против многих, но не отступающий ни на шаг.

Они бежали через лес, спотыкаясь о корни и скользя на мокрой листве. Дождь усилился, превратившись в настоящий ливень. София практически тащила на себе Еву, которая всё ещё была слишком слаба для быстрого бега.

– Михаил, мы приближаемся, – задыхаясь, произнес Алексей в коммуникатор. – Будь готов к немедленному отъезду.

– Понял, – отозвался тот. – Двигатель запущен. Что с Рамиром?

– Он… задерживается, – только и смог ответить Алексей.

Они добрались до машины, мокрые и изможденные. Михаил помог затащить Еву на заднее сиденье, где София сразу же начала осматривать её.

– Где Рамир? – спросил Михаил, оглядываясь на лес.

– Он остался прикрывать наш отход, – мрачно ответил Алексей. – Против нескольких охранников. Шансы… невелики.

Михаил кивнул. Ему не нужно было озвучивать вероятность выживания в такой ситуации – его модифицированный мозг уже просчитал её. И результат был неутешительным.

– Мы должны ждать? – спросила София, закончив осмотр Евы.

– Нет, – твердо сказал Алексей. – Если мы будем ждать, его жертва окажется напрасной. Рамир дал нам шанс уйти, и мы должны им воспользоваться.

Михаил кивнул и завел машину. Внедорожник тронулся с места, углубляясь в лесную дорогу, уводящую их прочь от комплекса.

– Как она? – спросил Алексей, оглядываясь на Еву.

– Истощена и накачана какими-то препаратами, – ответила София. – Но физически не повреждена. Ей нужно время, чтобы вывести лекарства из организма и восстановить свои способности.

– Спасибо, – слабо произнесла Ева. – Спасибо, что пришли за мной. После всего, что я сделала…

– Ты наш… сородич, – просто ответил Алексей. – Мы не могли оставить тебя Диане.

– Я отправила вам координаты, – призналась Ева. – Перед тем, как пойти к Семенову. Это была моя страховка, если что-то пойдет не так.

– И это спасло тебе жизнь, – кивнула София. – Отдыхай. Нам предстоит долгий путь.

Они ехали в молчании, каждый погруженный в свои мысли. Алексей думал о Рамире, оставшемся позади, о его неожиданном самопожертвовании. Человек, которого он считал холодным и расчетливым профессионалом, в критический момент проявил качества, которые Алексей не ожидал увидеть – готовность рискнуть собой ради других.

– Что дальше? – спросил Михаил, нарушая тишину. – Куда мы направляемся?

– К запасному убежищу, – ответил Алексей. – У меня есть координаты безопасного места, о котором знала только София. Мы сможем там перегруппироваться и решить, что делать дальше.

Михаил кивнул, сосредотачиваясь на дороге. Дождь продолжал хлестать по ветровому стеклу, а лесная дорога становилась всё более размытой. Но они продолжали двигаться вперед, каждый километр увеличивал расстояние между ними и комплексом «БиоНекст».

Внезапно коммуникатор ожил. Сквозь помехи и треск они услышали слабый, прерывистый голос Рамира:

– Я… выбрался… тяжелое… ранение… координаты…

Затем связь оборвалась.

– Он жив! – выдохнула София.

– Но ранен, – добавил Алексей. – Михаил, ты зафиксировал его координаты?

– Частично, – ответил тот, уже разворачивая машину. – Достаточно для примерного определения местоположения. Он в двух километрах восточнее комплекса.

Внедорожник рванул по размытой дороге, возвращаясь к комплексу, но обходя его с восточной стороны. Они рисковали, приближаясь к опасной зоне, но не могли оставить Рамира.

– Диана наверняка уже прибыла, – предупредил Михаил. – И организовала поисковые группы. Нам нужно быть предельно осторожными.

– Мы не бросим его, – твердо сказала София. – Только не после того, что он сделал для нас.

Они продолжали движение сквозь дождь и темноту, направляясь к приблизительным координатам, откуда пришел сигнал Рамира. Каждый из них понимал, насколько опасна эта миссия спасения. Но также каждый знал, что они не могут поступить иначе.

Потому что, несмотря на всё, что произошло, несмотря на «игру», которую навязал им Кронов, несмотря на изначальную взаимную подозрительность и недоверие, они стали чем-то большим, чем просто генетические эксперименты одного ученого.

Они стали семьей. Странной, необычной, созданной в лаборатории, но семьей. И никого из своих они не собирались оставлять позади.