Бетонные стены старого научного комплекса «Маяк-7» надежно защищали от непогоды, но вряд ли могли долго сдерживать штурмовую группу. Алексей мрачно осматривал периметр через мутное стекло потрескавшегося окна. Дождь, начавшийся накануне, усилился и теперь заливал заброшенную территорию бывшего НИИ, превращая грунтовые дороги в непролазное месиво. Это давало им некоторое преимущество – любая техника будет вынуждена двигаться медленнее, а видимость для снайперов значительно снизится.

Но это была лишь отсрочка неизбежного.

– Периметр датчиков движения установлен, – Анна вернулась в центральное помещение, которое они превратили в командный пункт. – Радиус обнаружения – сто метров во всех направлениях. Если кто-то попытается приблизиться, мы узнаем об этом.

– Спасибо, – кивнул Алексей, не отрывая взгляда от унылого пейзажа за окном. – Новиков как?

– Работает над блокиратором. Говорит, что близок к завершению, но ему нужно еще несколько часов.

Время – единственный ресурс, которого у них не было. С момента их бегства с базы «Северное сияние» прошло меньше суток, но Алексей знал, что полковник Громов задействует все доступные силы, чтобы найти их. Несколько модифицированных операторов программы «Прометей» наверняка уже идут по их следу.

– Нам нужно было разделиться, – сказал он, наконец отворачиваясь от окна. – Ты и Новиков могли бы быть в безопасности, продолжая работу в другом месте. Я – приманка, которая привлекает всё внимание.

Анна устало улыбнулась. Тёмные круги под её глазами свидетельствовали о многих бессонных ночах.

– Мы уже обсуждали это, Алексей. План разделения был отвергнут. Новикову нужен прямой доступ к твоим имплантам, чтобы настроить блокиратор. К тому же, – она бросила взгляд в сторону дальней лаборатории, где работал учёный, – здесь есть оборудование, которое нельзя было эвакуировать. Без него работа замедлилась бы на недели.

Алексей знал, что она права, но чувство вины не отпускало. Он привёл опасность к этим людям – единственным, кто пытался ему помочь.

В этот момент его импланты уловили изменение электромагнитного фона. Едва заметное, на грани восприятия, но определённо реальное.

– Что-то приближается, – произнес он, напрягшись. – Сканирующее оборудование. Они прощупывают территорию.

Анна тут же активировала защитный экран – устройство Новикова, создающее слабые помехи для большинства сканеров. Недостаточно сильные, чтобы выглядеть подозрительно, но способные размыть чёткие сигнатуры биоэлектронных имплантов.

– Как думаешь, сколько у нас времени? – спросила она, проверяя показания приборов.

– Меньше часа, если повезёт, – Алексей начал методично готовиться к обороне. – Вызывай Веру и Макса. Нужно ускорить эвакуационный план.

Вера и Макс – двое выживших из подпольной группы «натуралистов» после налёта на их предыдущее убежище. Они знали этот район лучше других и должны были подготовить запасной маршрут отступления.

Анна связалась с ними по защищённому каналу, а Алексей направился в лабораторию к Новикову. Старый учёный сидел, склонившись над сложной конструкцией из микросхем и нейропроцессоров. Его седые волосы были всклокочены, а пальцы с поразительной для его возраста точностью манипулировали миниатюрными компонентами.

– Как продвигается? – спросил Алексей, стараясь не выдать тревоги в голосе.

Новиков не отрывал взгляда от работы.

– Быстрее, чем я ожидал, но медленнее, чем нам нужно, – ответил он. – Конфигурация твоих имплантов уникальна, Алексей. Стандартные протоколы блокировки здесь не работают. Мне приходится создавать индивидуальное решение.

– У нас есть гости, – сообщил Алексей. – Пока только сканирование, но скоро будут и люди. Нам нужно ускориться.

Новиков впервые поднял взгляд от работы. Его голубые глаза за старомодными очками выглядели уставшими, но решительными.

– Для полноценной блокировки нужно минимум три часа. Но, – он показал на небольшое устройство, напоминающее медицинский имплант, – это временное решение может дать частичную защиту. Оно не предотвратит активацию всех протоколов, но создаст помехи для наиболее опасных – «Омега» и «Аид». Это даст тебе шанс сохранить контроль.

– Сколько времени на установку?

– Двадцать минут. Не меньше.

Алексей кивнул.

– Делай. Я буду сдерживать их столько, сколько потребуется.

Он вернулся в главное помещение, где Анна уже развернула тактическую карту местности на голографическом проекторе.

– Макс сообщает о движении на северо-западном периметре, – сказала она, указывая на пульсирующие точки. – Похоже на разведывательную группу. Четыре человека, двигаются скрытно.

– Разведка перед основными силами, – кивнул Алексей. – Классическая тактика. Новикову нужно двадцать минут для временного решения. Затем мы уходим по запасному маршруту.

Анна озабоченно нахмурилась.

– Туннель готов, но выход обнаружен и находится под наблюдением. Вера пытается найти альтернативный путь.

Ситуация ухудшалась с каждой минутой. Алексей чувствовал, как его тренированный разум уже просчитывает варианты, анализирует шансы, выстраивает стратегии. Боевые протоколы имплантов активировались, наполняя его тело химическими стимуляторами, ускоряющими реакцию и обостряющими чувства.

Он проверил свой арсенал: модифицированный пистолет с глушителем, три запасных магазина, боевой нож с керамическим лезвием, несколько светошумовых гранат и дымовые шашки. Не так много для противостояния профессиональным военным.

– Нам понадобятся дополнительные оборонительные меры, – сказал он. – Есть что-нибудь в арсенале?

– Вера оставила кое-что из оборудования «натуралистов», – Анна указала на металлический контейнер в углу комнаты. – В основном самодельные устройства, но могут оказаться полезными.

Алексей быстро осмотрел содержимое: самодельные мины, детонаторы, примитивные, но эффективные устройства радиоэлектронной борьбы. Не военный стандарт, но в умелых руках достаточно опасные.

– Подготовь два устройства РЭБ для прикрытия нашего отхода, – распорядился он. – Я займусь периметром.

Следующие пятнадцать минут Алексей провёл, устанавливая ловушки и мины на наиболее вероятных путях проникновения в комплекс. Его расширенные импланты позволяли двигаться почти бесшумно, с нечеловеческой точностью и скоростью. Кибернетическая рука функционировала безупречно, с микрометровой точностью устанавливая детонаторы.

Когда он вернулся, Анна уже настраивала устройства радиоэлектронного подавления. На экране мониторов отображалась активность вокруг комплекса – разведывательная группа разделилась, окружая здание с разных сторон.

– Новиков готов? – спросил Алексей, проверяя оружие.

– Почти, – ответила Анна. – Ещё несколько минут.

В этот момент один из датчиков движения сработал – кто-то приближался к восточному входу. Почти одновременно с этим внешние камеры зафиксировали движение на крыше соседнего здания – снайперская позиция устанавливалась.

– Началось, – тихо произнёс Алексей.

Он чувствовал странное спокойствие – результат активации боевых протоколов. Время словно замедлилось, каждое движение, каждый звук воспринимались с предельной ясностью. Парадоксально, но именно в бою, в моменты наивысшей опасности, он чувствовал себя наиболее целостным, словно разрозненные части его фрагментированного сознания на время объединялись перед лицом угрозы.

– Веди Новикова в точку эвакуации, – сказал он Анне. – Я задержу их.

– Нет, – твёрдо возразила она. – Мы уходим вместе. Это не обсуждается.

Она была права, и Алексей знал это. Единственный шанс на успех – действовать согласованно, по плану. Но часть его – та, что была натренирована защищать других ценой собственной жизни – протестовала.

Первый выстрел прервал их разговор – пуля снайпера разбила одно из окон на верхнем этаже. Сигнал к началу штурма.

Алексей мгновенно оценил ситуацию.

– Они атакуют с востока и юга, – сказал он, уже направляясь к лестнице. – Прикрывай Новикова, я задержу их на первом рубеже.

Не дожидаясь ответа, он поднялся на верхний этаж, где располагалась лучшая оборонительная позиция с обзором на оба направления атаки. Снайпер продолжал вести огонь, но теперь более методично, выцеливая возможные позиции обороняющихся.

Алексей осторожно выглянул в разбитое окно, используя осколок стекла как импровизированный перископ. Благодаря усиленному зрению имплантов он мог различить движение среди деревьев – четыре… нет, шесть фигур приближались к комплексу, используя тактику рывками, прикрывая друг друга. Профессиональные военные, без сомнения.

Первая мина сработала с оглушительным взрывом, за ней почти сразу вторая. Алексей услышал крики, приказы, стоны раненых. Внезапное препятствие заставило атакующих изменить тактику – теперь они двигались медленнее, осторожнее.

Выигранное время. Ещё несколько минут для Новикова.

Но это была лишь первая волна. Где-то там, среди деревьев, ждали основные силы. Возможно, среди них были и другие модифицированные солдаты – операторы программы «Прометей». Алексей понимал, что против них у него мало шансов, особенно если их импланты полностью активированы и находятся под контролем «Кукловода».

Очередная серия выстрелов ударила по стене рядом с ним – снайпер менял тактику, теперь пытаясь загнать его в угол. Алексей отступил вглубь помещения, но продолжал наблюдать за ситуацией через другое окно.

Внезапно в наушнике раздался голос Анны:

– Новиков готов. Устройство активировано. Спускайся по западной лестнице.

– Принял, – коротко ответил Алексей и начал отступление.

В этот момент он заметил новое движение – со стороны северного входа приближалась ещё одна группа. Они двигались иначе – более синхронно, с нечеловеческой точностью и скоростью. Операторы.

Чёрт. Придётся прорываться с боем.

Он активировал одну из дымовых шашек и бросил её в сторону северного входа, создавая завесу, затрудняющую обзор для атакующих. Затем быстро спустился по западной лестнице, где его уже ждали Анна и Новиков.

– Блокиратор работает? – спросил он, подбегая к ним.

– Пока да, – ответил Новиков, указывая на небольшое устройство, прикреплённое за ухом Алексея. – Но это временное решение. При интенсивном использовании имплантов возможны сбои.

– Выбора нет, – сказал Алексей. – Оперативники «Прометея» уже здесь. Если мы не прорвёмся сейчас, второго шанса не будет.

Анна активировала устройства радиоэлектронной борьбы, создавая помехи для систем связи и прицеливания противника. Это был их шанс – короткое окно для эвакуации через подготовленный проход в западной части комплекса.

– Держитесь близко ко мне, – инструктировал Алексей, проверяя маршрут. – Не останавливайтесь, что бы ни случилось. Если я скажу бежать – бегите, не оглядываясь.

Звуки боя становились всё ближе – штурмовая группа продвигалась через первый этаж, методично проверяя каждое помещение. У них оставалось меньше минуты до того, как их обнаружат.

– Сейчас! – скомандовал Алексей, и они бросились к выходу.

Прорыв начался успешно – первые двадцать метров они преодолели без сопротивления. Плотная завеса дождя и дыма скрывала их от большинства наблюдателей. Но затем снайпер заметил движение – первая пуля ударила в землю рядом с Алексеем, поднимая фонтан грязи.

Алексей мгновенно перестроился, прикрывая своим телом Анну и Новикова.

– Не останавливайтесь! – крикнул он, одновременно выпуская несколько выстрелов в сторону снайперской позиции, вынуждая стрелка укрыться.

Они почти достигли линии деревьев, когда впереди возникла фигура – один из операторов «Прометея», двигавшийся с нечеловеческой скоростью. Алексей узнал его – Валентин Крылов, бывший спецназовец, который проходил модификацию одновременно с ним. Когда-то они были товарищами по оружию.

Теперь Крылов двигался как машина, его глаза безжизненно светились красным – активный режим боевых имплантов, полное подчинение «Кукловоду».

– Беги! – крикнул Алексей Анне, одновременно бросаясь навстречу Крылову.

Два модифицированных солдата столкнулись в молниеносной схватке. Обычный человек едва мог различить их движения – настолько быстро они атаковали и контратаковали, используя усиленные рефлексы и силу имплантов. Но Крылов действовал как идеально настроенный механизм, тогда как Алексей боролся за сохранение контроля, сопротивляясь собственным боевым протоколам, стремившимся взять верх.

В какой-то момент Алексей почувствовал, как блокиратор Новикова начал сбоить – перед глазами замелькали красные символы, знакомый механический голос пытался прорваться сквозь блокировку.

>ОБНАРУЖЕН ОПЕРАТОР «ПРОМЕТЕЯ» >ПРОТОКОЛ «КАИН» АКТИВИРУЕТСЯ >ПРИОРИТЕТ: НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ ОТКЛОНИВШЕГОСЯ ОПЕРАТОРА

Нет! Я не твоя марионетка!

Внутренняя борьба отвлекла его всего на долю секунды, но этого хватило – Крылов прорвался сквозь его защиту и нанёс мощный удар в грудь, отбросив Алексея на несколько метров назад. Он тяжело рухнул на мокрую землю, чувствуя, как несколько рёбер треснуло от удара.

Крылов неумолимо приближался, в его руке появился боевой нож – точно такой же, как у Алексея. Стандартное оружие операторов программы «Прометей».

Перекатившись в сторону, Алексей избежал первого удара и вскочил на ноги, игнорируя боль в груди. Его импланты уже вводили обезболивающие и стимуляторы в кровоток, позволяя продолжать бой, несмотря на травмы.

За спиной Крылова он увидел, как Анна и Новиков достигли линии деревьев, где их встретили Вера и Макс. По крайней мере, они были в относительной безопасности.

Теперь нужно было решить, что делать с Крыловым.

Они кружили друг напротив друга, ища слабое место в защите противника. Крылов двигался с холодной механической точностью, полностью контролируемый системой «Кукловод». Его глаза оставались безжизненными, в них не было ни узнавания, ни сомнения – только алгоритм убийства.

– Валентин! Ты меня знаешь! – попытался Алексей достучаться до того, что могло остаться от реального человека внутри этой живой машины. – Мы служили вместе! Они контролируют тебя!

Никакой реакции – только новая серия молниеносных атак, которые Алексей едва успевал блокировать. Крылов был сильнее, его импланты работали на полную мощность, без сдерживающих факторов, которые Алексей накладывал на свои.

В этот момент Алексей почувствовал странную дрожь в затылке – блокиратор Новикова начал выходить из строя под натиском усиливающегося сигнала «Кукловода». Красные символы становились всё ярче, голос в голове – всё настойчивее:

>КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА В ПРОТОКОЛАХ ЛОЯЛЬНОСТИ >ИНИЦИИРОВАНА ПЕРЕЗАГРУЗКА СИСТЕМЫ >ОПЕРАТОР «СЕВЕРОВ» ПОДЛЕЖИТ НЕМЕДЛЕННОЙ ДЕАКТИВАЦИИ

Внезапно мир вокруг словно раздвоился – боевая реальность наложилась на воспоминания о пустыне, о деревне, о женщине с детьми, умоляющей о пощаде. Алексей не мог понять, где он находится – в дождливом лесу России или в пыльной деревне где-то на Ближнем Востоке.

Фокусируйся! Это не реально! Это имплантированные воспоминания!

Он отчаянно боролся за контроль над собственным разумом, одновременно уклоняясь от беспощадных атак Крылова. Каждое движение давалось с трудом, каждая мысль требовала концентрации.

И тут он увидел то, что изменило всё – за спиной Крылова, на краю поляны, стояла Анна. Она не убежала с остальными. В её руке был пистолет, но стрелять она не решалась – слишком велик был риск попасть в Алексея при такой скорости передвижения бойцов.

Увидев её, Алексей понял, что нужно делать. Он сделал резкий выпад вперёд, намеренно открываясь для контратаки. Крылов, как и ожидалось, воспользовался этим – его нож глубоко вошёл в левое плечо Алексея, но одновременно с этим Алексей сумел захватить его руку, фиксируя их обоих в одном положении.

– Сейчас, Анна! – крикнул он.

Она выстрелила без колебаний – три чётких выстрела подряд. Первые две пули попали Крылову в спину, третья – в основание черепа, где располагался главный контроллер имплантов.

Крылов замер, его глаза на мгновение прояснились, словно он наконец освободился от контроля. Его губы шевельнулись, будто он хотел что-то сказать, но затем он рухнул на колени и упал лицом в мокрую землю.

Алексей стоял, тяжело дыша, кровь из раны в плече смешивалась с дождевой водой. Красные символы перед глазами начали тускнеть – блокиратор восстанавливал контроль.

– Нам нужно идти, – Анна подбежала к нему, поддерживая за здоровую руку. – Основные силы приближаются.

Алексей в последний раз посмотрел на тело Крылова. Ещё одна жертва экспериментов, ещё один солдат, превращённый в оружие против своей воли. Сколько их ещё осталось? Сколько таких же, как он, запрограммированных убивать по команде?

– Идём, – сказал он, отворачиваясь. – Нужно добраться до точки эвакуации.

Они углубились в лес, где их ждали остальные. Вера подготовила транспорт – два внедорожника с затемнёнными стёклами стояли на небольшой просеке в полукилометре от комплекса. Новиков уже находился в одной из машин, настраивая какое-то оборудование.

– Ты ранен, – заметил он, когда Алексей и Анна приблизились. – Дай осмотреть.

– Потом, – отмахнулся Алексей. – Импланты справляются с кровотечением. Нам нужно уезжать.

Вдалеке послышался звук вертолётов – подкрепление для штурмовой группы прибывало.

– Разделяемся, – скомандовал Алексей. – Новиков и Вера в первой машине, мы с Анной и Максом во второй. Встречаемся в точке «Дельта», как планировали.

Новиков колебался.

– Блокиратор нестабилен, – предупредил он. – Он может полностью выйти из строя в любой момент. Если это произойдёт…

– Я знаю, – прервал его Алексей. – В таком случае Анна знает, что делать.

Анна молча кивнула, её рука на мгновение коснулась пистолета на поясе. Они заранее обсуждали этот сценарий – если Алексей потеряет контроль и система «Кукловод» перехватит управление, Анна должна была остановить его любым способом.

Машины тронулись в путь, двигаясь по раскисшим от дождя лесным дорогам. Вера и Новиков направились на северо-восток, Алексей с Анной и Максом – на юго-запад. Расчёт был на то, что преследователи не смогут эффективно преследовать обе группы одновременно.

В салоне второго внедорожника царило напряжённое молчание. Макс вёл машину, сосредоточенно глядя на дорогу, Анна просматривала данные на планшете, отслеживая активность преследователей, а Алексей сидел, прикрыв глаза, пытаясь справиться с нарастающей головной болью.

Блокиратор работал всё менее эффективно – он чувствовал, как система «Кукловод» пытается найти обходные пути, используя резервные каналы связи с имплантами. Перед глазами периодически вспыхивали красные символы, но пока ему удавалось подавлять их.

– Как ты? – тихо спросила Анна, заметив его состояние.

– Бывало и лучше, – попытался он улыбнуться. – Блокиратор держится, но с трудом. Они изменили протокол активации, пытаются обойти защиту.

Анна бросила обеспокоенный взгляд на Макса, который делал вид, что полностью сосредоточен на дороге.

– До точки «Дельта» ещё сорок минут, – сказала она. – Сможешь продержаться?

– Выбора нет, – Алексей выпрямился, борясь с болью в затылке. – Что с преследованием?

– Вертолёты разделились, – ответила Анна, глядя на экран. – Один идёт по нашему следу, второй преследует Новикова и Веру. Хорошая новость в том, что погодные условия затрудняют их работу – дождь создаёт сильные помехи для термального сканирования.

Внезапно машину резко тряхнуло – колесо попало в глубокую колею, наполненную водой. Макс выругался, пытаясь восстановить управление на скользкой дороге.

– Нужно съехать с основного маршрута, – сказал он, выравнивая автомобиль. – Эта дорога скоро выходит на открытое пространство. Там мы будем как на ладони для вертолёта.

Алексей кивнул, изучая карту на экране. Его импланты автоматически анализировали местность, предлагая оптимальные маршруты.

– Здесь, – указал он на узкую лесную тропу, уходящую вглубь чащи. – Она идёт параллельно основному маршруту, но под плотным лесным покровом. Вертолёт нас не увидит.

Макс резко свернул, направляя внедорожник на едва заметную тропу. Машина с трудом продиралась сквозь заросли, ветки хлестали по стёклам и кузову.

В этот момент Алексей почувствовал резкую боль в затылке. Блокиратор начал сбоить сильнее – перед глазами заплясали красные символы, настойчивее, чем раньше:

>АВАРИЙНЫЙ ПРОТОКОЛ АКТИВИРОВАН >ВНЕШНЕЕ БЛОКИРУЮЩЕЕ УСТРОЙСТВО ОБНАРУЖЕНО >ИНИЦИИРОВАНА ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ПЕРЕЗАГРУЗКА

Он схватился за голову, пытаясь сдержать стон боли.

– Что происходит? – напряжённо спросила Анна.

– Блокиратор… они пытаются его выжечь, – с трудом произнёс Алексей. – Перенастраивают частоты, используют усиленный сигнал.

Он почувствовал, как начинает терять контроль над своим телом – правая рука, кибернетическая, дрожала и двигалась словно сама по себе, пальцы сжимались и разжимались в судорожном ритме.

– Анна, – его голос был напряжён от усилия сопротивляться. – Приготовься. Если я не справлюсь…

Она сжала его руку.

– Ты справишься. Ты сильнее их программирования.

Но внутри его разума разворачивалась настоящая битва. Система «Кукловод» атаковала по всем фронтам, используя глубоко внедрённые триггеры, активирующие боевые протоколы. Воспоминания смешивались с реальностью – он видел пустыню, деревню, слышал крики, выстрелы. Запах гари и крови казался настолько реальным, что он почти задыхался.

Это не реально. Я здесь. В машине. С Анной и Максом. Мы уходим от преследования.

Снова и снова он повторял эту мантру, цепляясь за реальность. Но голос в голове становился всё громче:

>СИСТЕМА ПЕРЕЗАГРУЖЕНА >ПРОТОКОЛ «ЦЕРБЕР» АКТИВИРОВАН >ПРИОРИТЕТ: НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ ВСЕХ ЦЕЛЕЙ В ЗОНЕ ДОСЯГАЕМОСТИ

Алексей почувствовал, как его сознание словно отодвигается на второй план, уступая место холодной, расчётливой машине смерти. Его правая рука потянулась к пистолету на поясе.

– Остановите машину, – произнёс он с усилием. – Сейчас же!

Макс резко затормозил, внедорожник занесло на мокрой земле. Анна мгновенно поняла, что происходит – она выхватила свой пистолет и направила его на Алексея.

– Борись с этим, Алексей! – в её голосе звучала отчаянная решимость. – Не позволяй им контролировать тебя!

Алексей боролся изо всех сил, но его рука продолжала движение к оружию, словно у неё была собственная воля. Мышцы лица исказились в гримасе усилия.

– Выходите из машины, – прохрипел он. – Бегите.

Но было уже поздно – его рука схватила пистолет и извлекла его из кобуры с молниеносной скоростью. Только нечеловеческая реакция Анны, обострённая адреналином, позволила ей выстрелить первой.

Пуля попала в блокиратор за ухом Алексея, разбив устройство вдребезги. Он дёрнулся от удара, на мгновение потеряв сознание. Когда он пришёл в себя секунду спустя, ситуация изменилась – Анна держала его на прицеле, Макс выбрался из машины и стоял снаружи, готовый к бегству.

– Алексей? – в голосе Анны звучал вопрос. – Ты здесь?

Он медленно поднял руки, показывая, что контролирует себя.

– Да, – хрипло ответил он. – Выстрел… разрушил блокиратор, но и прервал сигнал активации. Временно.

– На сколько?

– Не знаю, – честно ответил он. – Минуты, может быть часы. Они перенастроят частоты и попытаются снова.

Анна не опускала оружие, изучая его глаза, ища признаки чужого присутствия, механического контроля.

– Что будем делать? – спросил Макс снаружи. – Вертолёт скоро будет здесь.

Алексей принял решение.

– Вы двое продолжаете по плану, направляетесь в точку «Дельта». Я пойду один, создам ложный след.

– Нет, – твёрдо возразила Анна. – Мы не оставляем своих.

– Это не обсуждается, – жёстко ответил Алексей. – Сейчас я контролирую себя, но когда они перенастроят системы, я стану оружием против вас. Единственный способ защитить вас и Новикова – держаться подальше от меня.

Его логика была безупречна, и Анна знала это. Но принять такое решение было нелегко.

– У нас нет времени на споры, – продолжил Алексей. – Я создам ложный след, уведу преследование. Вы доберётесь до Новикова. Он сможет создать более мощный блокиратор с правильным оборудованием в точке «Дельта».

– А если они перехватят контроль до того, как мы встретимся снова? – прямо спросила Анна. – Если ты станешь оружием в их руках?

Алексей посмотрел ей прямо в глаза.

– Тогда ты сделаешь то, что должна. То, о чём мы договорились.

Молчание между ними было наполнено невысказанным пониманием. Наконец Анна кивнула и опустила пистолет.

– У тебя двенадцать часов, – сказала она. – Если через двенадцать часов ты не появишься в точке «Дельта» или не выйдешь на связь по защищённому каналу, мы продолжим без тебя.

– Справедливо, – согласился Алексей. – Дай мне рацию, запасной магазин и аптечку.

Она собрала необходимое, Макс добавил фляжку с водой и энергетические батончики.

– Спасибо, – Алексей посмотрел на них обоих, испытывая странную смесь благодарности и сожаления. – Береги Новикова. Он – ключ ко всему. Если он сможет разработать устойчивую блокировку для имплантов…

– Он справится, – заверила Анна. – А ты возвращайся.

Она коротко обняла его, затем отступила к машине.

– Двенадцать часов, – напомнила она. – Не опаздывай.

Алексей кивнул, развернулся и быстрым шагом направился в противоположную сторону от их маршрута. Внедорожник развернулся и скрылся среди деревьев, оставляя его одного под проливным дождём.

Теперь он был один на один со своими имплантами, с системой «Кукловод», которая не прекратит попытки перехватить контроль, и с преследователями, которые не остановятся, пока не вернут своё ценное оружие – Оператора «Северов».

Где-то вдалеке слышался звук приближающегося вертолёта. Алексей глубоко вдохнул, позволяя боевым имплантам активироваться на его собственных условиях. Зрение обострилось, мышцы наполнились силой, мозг начал анализировать тактические варианты с компьютерной точностью.

Он двинулся вперёд, сквозь лес, сквозь дождь, сквозь наступающую темноту. Охота продолжалась, но теперь он был не просто добычей. Он был и добычей, и охотником одновременно, балансируя на тонкой грани между человеком и машиной, между контролем и подчинением.

Полковник Громов хотел своё оружие обратно? Что ж, он его получит. Но не так, как ожидает.

Я не твоя марионетка. Я не оружие. Я всё ещё Алексей Северов.

С этой мыслью он растворился среди деревьев, становясь невидимым для преследователей, превращаясь в призрака, в тень, в легенду, которой пугали новобранцев программы «Прометей».

Химера сбежала, и теперь она возвращалась домой – чтобы уничтожить своих создателей.