У одного из мужчин отсутствует мизинец. Он отрезан по второй фаланге. Юбицумэ — чтобы искупить свою вину, якудза отрезают палец и преподносят его своему господину. Этот человек — ходячая гора, ростом шесть с половиной футов, с мускулатурой быка. Он не покупал этот костюм в магазине.

Охранники в форме оставляют нас и идут в офис. Понятно, кто здесь главный.

Нико слегка кланяется и протягивает левую руку ладонью вверх мужчинам. Он говорит по-японски, а Рин переводит. Она

Говорит тихо, достаточно громко, чтобы я мог её услышать. Помню, она зарабатывает на жизнь профессиональным устным и письменным переводчиком.

«Простите за нетрадиционное представление», — говорит Нико. «Это благоразумно, ведь мы на публике. Я Такигава Нико, бывшая жительница Ямасита. Я пришла повидаться с Ямасита Мас. Он меня хорошо знает. Если вы сообщите ему о моём прибытии, я уверена, он меня примет».

Якудза переглядываются. Здоровяк с оторванным пальцем отходит от группы и подносит мобильный телефон к уху. После короткого обмена фразами он возвращается к нам за стойку. «Добро пожаловать, Такигава Нико. Ямасита Мас ненадолго вас примет. Мне поручено проводить вас и ваших спутников наверх».

«Домо».

Якудза провожает нас к частному лифту. Мы заходим, и он нажимает кнопку пентхауса. Этот здоровяк занимает в лифте место для двух человек.

«Я много слышал о тебе, Такигава Нико, — говорит якудза. — Я думал, ты в тюрьме».

Нико пожимает плечами: «Видно».

Якудза хмыкнул: «Привет. Я рад, что ты не такой».

Крутые парни ценят это качество в других. Эти якудза — крутые парни, но молчание и достоинство Нико создают впечатление, что он может с лёгкостью их уничтожить.

С крупными якудза будет сложнее справиться.

Лифт поднимает нас наверх, вдоль боковой стены здания. Задняя стена лифта сделана из прозрачного стекла. Поднимаясь, мы наслаждаемся великолепным видом на город. Здание «Ямасита» находится на западной окраине квартала Отэмати, откуда открывается беспрепятственный вид на огромный парк и город внизу.

«Там, слева, — говорит мне Рин, — находится Императорский дворец, резиденция императора. Сады прекрасны. Они занимают центр Токио, как и Центральный парк. Дальше вы видите резиденцию нашего правительства — Парламент. Если вы посмотрите

Далеко на юго-востоке, у края лифта, вы видите свой отель. Это два самых высоких здания в комплексе. К сожалению, ваш отель загораживает нам вид на вокзал Токио. Возможно, мы увидим его с крыши.

Мы доходим до пентхауса. Прежде чем дверь открывается, Рин указывает мимо моего отеля. Далеко внизу, на уровне земли, находится нечто похожее на ряд длинных изогнутых конструкций, поставленных рядом.

«Это платформы Токийского вокзала», — говорит Рин.

«Их можно увидеть между зданиями. Синкансэн — сверхскоростные поезда — останавливаются там. Отсюда можно добраться до любой точки Японии со скоростью двести миль в час».

Железнодорожные пути тянутся от станции Токио. Они такие же, как рельсы в любом крупном городе. Они проложены в длинной, уродливой канаве, словно шрам, тянущийся с севера на юг.

Сады Императорского дворца, обширные зеленые просторы, окружены рвом с голубой водой. Я замечаю богато украшенное восточное здание на каменном фундаменте. Его крыша слегка приподнята. Я говорю: «Это крошечный дворец».

Рин смеётся. «Это не дворец. Это старая башня, возможно, единственная сохранившаяся. Когда-то у дворца было много башен».

«Где живёт Император? Не в какой-нибудь старой, продуваемой сквозняками башне».

«Он живёт во дворце. Вон в тех больших зданиях».

Не такой красивый, как башня.

Мы смотрим сверху на другие небоскрёбы этого кластера. Только отель такой же высокий, как здание «Ямасита».

Я заметил, что на крышах большинства зданий установлены и обозначены вертолетные площадки.

«Я не осознавал, что все это находится всего в нескольких минутах ходьбы от моего отеля».

«Как я уже сказал, ты остановился в одном из лучших отелей Токио. Должно быть, ты очень богат, Брид».

Впервые мне стало неловко. «Нет», — говорю я ей. «Я просто прислуга».

OceanofPDF.com

18

OceanofPDF.com

ГИРИ

Двери лифта с грохотом распахиваются. Мы попадаем в великолепный вестибюль, колонны которого украшены сусальным золотом. Стол Ямаситы Маса находится в центре застеклённого сада на крыше. В пруду на крыше безмятежно плавают карпы кои. Дальняя часть сада превращена в полноценную площадку для гольфа с песчаной ловушкой и флагом.

Ямасита Мас — мужчина средних лет, подтянутый и в хорошей форме в свои пятьдесят пять лет. Он носит классический деловой костюм, сшитый вручную, и дорогие часы Patek Philippe. Он быстро переговаривается по-японски с мужчиной и женщиной, помощниками руководителя.

«В эти выходные он организует выездное мероприятие для своих сотрудников», — говорит Рин. «Похоже, все, от среднего звена и выше, проведут выходные на курортах в Беппу. Это город горячих источников на острове Кюсю».

«Должно быть, это был хороший год».

«Как видите, клан Ямасита управляется как любой крупный бизнес. Он действует через ряд юридических лиц».

Ямашита Мас поворачивается к нам. Нико делает шаг вперёд и кладёт правую руку на правое колено. Кланяется от бёдер.

и протягивает левую руку ладонью вверх. Это традиционное приветствие якудза. Он поднимает глаза на оябуна.

«Приветствую тебя, Ямасита Мас. Ты знаешь меня как Такигаву Нико, когда-то из твоего клана, а теперь я не якудза. Ты же знаешь, я всегда была тебе верна. Теперь брат моего брата добился моего освобождения из тюрьмы, и я могу помочь ему».

Рин переводит для меня, подчеркивая, что Нико представил меня как своего брата.

«Брат твоего брата — гайдзин».

«Я ведь наполовину гайдзин. Но это неважно, он брат моего брата».

Ямасита обдумывает это. Он говорит: «Нико, ты был верен клану и хорошо служил. Я тебя уважаю. Но я не понимаю, как твой гири брату твоего брата касается меня».

«Сорю и Горо, члены клана, украли устройство из Америки. Меня попросили помочь брату моего брата вернуть его».

Оябун хмурится. «Сорю и Горо провернули это дело по поручению Камэя о Карё. Меня это не касается».

«Как это может быть иначе?» — Нико вежлив и деловит.

«Сорю и Горо из твоего клана. Ты одобрил их деятельность».

«Они подрабатывают», — говорит мне Рин. «Ямасита Мас открещивается от их действий».

«Это моя прерогатива, — говорит оябун. — Не испытывай моё терпение, Нико. Моё гири по отношению к тебе простирается лишь до определённого предела».

Нико не испугался. «Мой гири — найти Сорю и помочь брату моего брата вернуть украденное».

«Я понимаю, — говорит Ямашита Мас, — что ты чувствуешь, что между тобой и Сорю еще не достигнуто равновесие.

Ваши мотивы не совсем чисты.

«Я этого не отрицаю. Это дело рук кармы».

«Чего ты от меня хочешь, Нико?»

«Скажите мне, где можно найти Сорю и Горо?»

«Это невозможно».

Нико взял себя в руки: «Прошлой ночью Горо втянул клан в убийство полицейских. Это тебя сильно позорит».

Лицо Ямаситы мрачнеет. «Клан поддерживает клан, Нико. Ты же знаешь».

«Полиция собирается усложнить ваши дела. Если Сорю и Горо исключат из совета директоров, ситуация упростится».

Небо, словно идеальный голубой купол, простирается над окнами пентхауса. Внизу расстилается зелёная зелень Восточного сада Императорского дворца. Вдали, на горизонте, возвышается конус горы Фудзи с белой вершиной, балансирующий на изгибе Земли. Ямасита долго смотрит на город, прежде чем повернуться к Нико.

«Если я поделюсь с тобой местоположением Горо», — говорит оябун,

«Что бы ни произошло, ответственность за все будет на вас, а не на мне.

Как только вы покинете это здание, все обязательства между нами будут аннулированы».

Нико чопорно кланяется. «Понимаю».

«KOK широко использует свободных агентов. У этих якудза есть конспиративная квартира в Кабуки-тё. Возможно, вы найдёте там то, что ищете», — Ямасита поворачивается к якудза, который проводил нас из вестибюля. «Расскажи Такигаве Нико подробности».

«Привет».

Нико снова кланяется. «Домо, Ямасита Мас».

Ямасита рявкает на помощника по-японски. Мужчина спешит в оябун с набором паттеров Honma Beres Aizu и сумкой мячей для гольфа. Паттеры бывают разного веса и с разной формой головки. У Дэна Мерсера их два: один для дальних ударов, а другой для коротких.

Ямашита купила все, что когда-либо производила компания.

Якудза ведёт нас к лифту. Мы входим, и двери с шипением закрываются. Последнее, что я помню из офиса в пентхаусе, – это Ямасита Мас. Он идёт со своим помощником к тренировочной площадке.

Японцы любят гольф.

Выйдя из здания, я спрашиваю Нико: «Что Ямасита Мас имел в виду, говоря о балансе, который еще предстоит установить?»

«Не твое дело, Брид».

«Чёрта с два. Если между тобой и Сорю завязалась вендетта, я хочу об этом знать».

Нико смотрит на меня. Его стоическое лицо снова превращается в уродливую маску. «У тебя есть то, что нужно, Брид».

Глаза в глаза, грудь в грудь. Я хочу выбить из него всё.

Рин втискивается между нами. «Достаточно», — говорит она. «Он прав, Брид. Чего тебе ещё нужно?»

«Все, что влияет на миссию, — это мое дело».

«Я согласился помочь вам вернуть устройство», — говорит Нико.

«Вот и все».

Рин прижимает ладонь к груди Нико. «Подожди в машине, я поговорю с ним».

Нико обращает свою ярость на Рин. Он хватает её за предплечье и отталкивает. Она умеет защищаться, но растеряна. Она запугана братом.

Она спотыкается, но восстанавливает равновесие.

«Вы с Кеном принесли это в мою жизнь». Нико выглядит готовым ударить ее.

Рин жалобно спрашивает: «Какая у тебя жизнь в Футю?»

Я заставляю себя стоять на месте. Рин может позаботиться о себе сама, но Нико, похоже, способен на всё.

«Вы с Кеном должны мне гири», — говорит Нико. «Я тебе ничего не должен». Он идёт к машине.

Рин с отчаянием в глазах поворачивается ко мне. «Пожалуйста, не поднимай эту тему снова», — говорит она. «Он прав. Ты получаешь то, что хочешь».

На предплечье Рина появляются синяки от пальцев Нико. «Мне это не нравится», — говорю я. «Но я переживу это. Пока».

РИН ведёт машину сквозь вечерний поток машин. Солнце садится, когда мы возвращаемся через Ясукуни-дори. Небоскрёбы и витрины магазинов загораются. Нико сидит в угрюмом молчании.

Я достаю телефон и звоню Штейну.

«Что случилось, Брид?» — спрашивает Штейн.

«Я с Рином и Нико. Мы ходили к Ямашите Масу, и он дал нам наводку на Сорю».

Штейн вздыхает. Привлечение Нико может принести плоды.

"Где он?"

«KOK нанимает внештатных якудза. Они занимают конспиративную квартиру в Кабуки-тё. Киссатэн. Мы сейчас же туда едем».

«Подождите минутку, вам придется подождать подкрепления».

«Нет», — говорю я ей. «Поддержки нет».

«После того, как вчера вечером полиция наткнулась на кучу автоматов? На вашем месте я бы подумал ещё раз».

«Я видел. Откуда эти якудза знали, что нас ждут?»

«Копы ворвались, как стадо слонов».

«Верно, но информатор мог их предупредить».

Штейн настроен скептически. «Времени на засаду было мало. Тоно и Горо попались без штанов. Не успели завершить обмен».

«Это значит лишь, что якудза не успели их предупредить. Схватили оружие и развернулись, пока копы штурмовали входную дверь». Я ёрзаю на сиденье, чтобы облегчить боль в рёбрах. «Порадуй меня, Штейн. У нас есть второй шанс, давай его не упустим».

«У вас нет никакого оружия», — говорит Штейн.

«Я несу».

«Что ты несешь?»

«Вчера вечером я принял SIG от Тоно».

«Брид, ты меня удивляешь».

«Я не хотел. Пусть это останется между нами».

«Ладно, удачной охоты».

Я отключаю вызов.

«Это было мудро, Брид. Полиции нельзя доверять».

Конечно, Нико слушал.

«Вы знаете это место?» — спрашиваю я.

«Я был там много лет назад. Это старое здание. Когда мы приедем, я освежу память, и мы сможем составить план».

Я откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза.

OceanofPDF.com

19

OceanofPDF.com

ГОРО

Нико берёт инициативу в свои руки и отправляет Рина ехать по закоулкам Синдзюку. Солнце село, и Кабуки-тё готовится к вечеринке. Клубы открываются поздно и закрываются поздно, если вообще закрываются. Вечерняя активность заметно отличается от той, что мы наблюдали вчера поздно вечером.

Движение транспорта и пешеходов смешанное. Позже оживут клубы. Машин станет меньше, и улицы станут пешеходными. Люди будут бродить из одного клуба в другой. Многие, полупьяные, будут шататься посередине улицы.

Мы подходим к окраине Кабуки-тё, где улицы тёмные и тихие. Заведения — это уютные киссатэны и тихие бордели. Снаружи они освещены бумажными фонариками или мигающим неоном. Неон тусклый, трубки покрыты слоем пыли.

Без яркого света цифровых билбордов над улицами словно опустился лёгкий смог. Взвешенные частицы приобретают оттенок мигающего неона.

«Скоро», — говорит Рин, — «мы будем в Тосиме».

«Мы на месте», — говорит Нико. «Это киссатен слева. Езжай с обычной скоростью, не сбавляй скорость. Брид, видишь?»

Понятно. Двухэтажное здание, всё деревянное, с узким крыльцом. Окна второго этажа освещены красными фонарями.

Первый этаж подсвечен красным и белым. Над входом мигает зелёная неоновая вывеска. Трубки скручены в японские иероглифы. Английского перевода нет.

Туристам здесь не рады.

Ни один из указателей на улице не имеет перевода на английский язык.

«Бордель на втором этаже?» — спрашиваю я.

«Да», — говорит Нико. «На первом этаже находится бар, а в задних комнатах — азартные игры».

«Никаких наблюдателей».

«Они уверены», — Нико смотрит в лобовое стекло и указывает на переулок слева. «Поверните туда.

Мы проедем мимо заведения сзади. Будьте внимательны. Мы проедем только один раз. Всё, что дальше, — рискованно.