Sancte Michaele Archangele, Defende nos in proelio;
Contra nequitiam et insidias diaboli esto praesidium.
Imperet illi Deus, supplices deprecamur: Tuque, Princeps militae caelestis, in virtute Dei, Infernum detrume satanam aliosque Spiritus Malignos, Qui ad perditionem animarum pervagantur in mundo.
Аминь
Благословенный Михаил, Архангел,
Защити нас в час конфликта.
Будь нашей защитой от зла и козней дьявола.
Да удержит его Бог, мы смиренно молимся:
И ты, о Князь небесного воинства, силою Божиею низвергни сатану в ад, а вместе с ним и других злых духов, которые бродят по миру на погибель душам.
Аминь
- Молитва Льва Святому Михаилу Архангелу Затем на небесах разразилась война.
Михаил и его ангелы вели войну с драконом.
Дракон и его ангелы сражались
Но у них не было сил победить.
- Откровение, 12.7-8
1
КУНАР, 2005
Копье
Я навожу бинокль на передовую оперативную базу «Иерихон».
Взрывы миномётов взмывают ввысь гейзерами камней и земли. Бревенчатые и каменные бункеры молчат. База представляет собой лунный пейзаж. Солдаты залегли, укрывшись в блиндажах и траншеях.
База передовой оперативной базы «Иерихон» расположена на крайнем севере долины Арвал. Её задача — не допустить отхода подразделений «Аль-Каиды» на север. Она также блокирует проникновение боевиков Талибана на юг.
Ни то, ни другое не справляется. Передовая оперативная база «Иерихон» — настоящий тир. Её гарнизон — рота 173-й воздушно-десантной бригады. Передовая оперативная база располагалась на выступе близлежащей горы. Снабжение было возможно только по воздуху. База была перенесена на нынешнее место, когда гарнизон оказался в изоляции. Ровная местность на западном берегу реки Арвал.
У Талибана нет воздушного снабжения. На своих спинах они перетаскивают оружие и припасы через горы. Обладая силой горных козлов. У них есть миномёты на защищённых позициях и снайперы, наблюдающие за передовой базой. Снайперы действуют...
В качестве наблюдателей они наводят артиллерийский огонь по базе. Иногда они заносят пулемёты ПКМ на гору и устанавливают их вне досягаемости М4. Ведут навесной огонь из 7,62-мм пулемёта по американцам.
«Мы должны идти туда для эвакуации?» — Келлер качает головой. «Брид, я лучше пойду домой пешком».
Моя команда «Дельта» провела последнюю неделю в походе по высокогорьям Гиндукуша. Мы обнаружили крупный базовый лагерь Талибана и нанесли на карту караванный путь, ведущий на восток, в Пакистан. Теперь нам нужно только добраться домой. Но вертолёты не сядут на передовую базу, находящуюся под миномётным огнём.
Мы полулежим-полусидим в канаве у дороги. Обдумываем варианты.
«Конечно, — говорит Ленсон. — Давай пойдём до следующей автобусной остановки».
«Они вызовут поддержку с воздуха, — Хэнкок смотрит на часы. — Разберитесь со всем этим».
«Мы должны владеть этой долиной, — говорю я. — Неужели мы позволим Хаджи указывать нам, когда мы можем приходить и уходить?»
Келлер откусывает кусочек печенья «Бэби Рут». «Они постоянно так делают.
Спросите там ребят.
Я разворачиваю бинокль, чтобы осмотреть базу. Из конструкции из бревен и гофрированного железа двое десантников мчатся к бункеру. С пыхтением и грохотом с неба падает миномётный снаряд. Раздаётся взрыв. В воздух взмывает фонтан камней, земли и оцинкованного железа. Солдаты ныряют в бункер.
«Чёрт, — говорю я. — Талис только что разнес уборную».
«Всё решено», — говорит Келлер. «Мы пойдём до следующей автобусной остановки».
«Дай мне это радио», — говорю я Ленсону.
Ленсон передает мне трубку.
Я подношу его к уху. «Ван-Фоур Джульетта из Пять-Пять».
«Давай, Five-Five Actual».
«Мы в четверти километра от вашего северного провода. Передайте вашим ребятам, что мы идём».
Келлер стонет.
Радио потрескивает. «Пять-пять, по нам ведут огонь.
Может быть, вы захотите подождать.
«Ответ отрицательный, Джульетта Один-Четыре. Мы в пути. Передайте сообщение».
«Понял, Five-Five Actual».
Как руководитель группы, я принимаю решение. Мы несём рюкзаки. Моя винтовка – снайперская система M24 калибра 7,62 мм. Я несу восемьдесят фунтов в специальной лёгкой титановой раме. Рюкзак астронавта, изготовленный специально для моего снаряжения. Тридцать фунтов запасных боеприпасов, еды и полевого пайка. Сверху – пятьдесят фунтов противотанковой ракеты «Джавелин». Одноразовая пусковая труба похожа на огромную гантель. Это толстая труба, в которой находится ракета. Передняя крышка защищает инфракрасную головку самонаведения ракеты. За ней закреплен блок управления запуском (CLU). Это переносной экран, обеспечивающий прицеливание ракеты. Ночное и тепловизионное изображение для операторов.
Я смотрю на три недовольных лица. «Пошли».
Вскакиваю на ноги, бегу, пригнувшись, к проволоке.
Четыреста метров ровной, чистой земли. Она заканчивается гармошкообразным забором с деревянными воротами. Наверху ворот висит табличка с надписью:
ФОРТ ДЖЕРИХОН
В ТРИДЦАТИ МЕТРАХ за забором — окоп. Мешки с песком и дуло многоцелевого пулемёта М240, установленного на треноге. Над ним видны каски десантников.
Десантники в окопе кричат нам: «Открывайте, мужики. Дверь не заперта».
Келлер и моя команда следуют за мной по пятам, я врываюсь в ворота.
Ещё больше пыхтящих звуков. Снова рёв. Я вваливаюсь в траншею. Остальная команда вкатывается следом за мной.
БАБАХ!
Минометный снаряд взрывается между траншеей и основным комплексом бункеров.
«Ребята, у вас постоянно такое случается?» — спрашиваю я.
«Как часы, чувак», — ворчит десантник. «Они хотят задержать тысячу шестьсот вертолётов снабжения».
«Вот этот автобус нам и нужен», — говорю я ему.
«Не сегодня, брат. Нам нужна поддержка с воздуха, чтобы расчистить этот миномёт. Потом прибудет автобус в шестнадцать ноль-ноль. В восемнадцать ноль-ноль».
«К чёрту всё это. Где твой командир?»
«Он в Пондерозе. Это главный бункер, в двадцати ярдах от нас».
Я поднимаю голову, осматриваю местность.
«Эта минометная группа на противоположном склоне», — говорю я ему.
«Ни хрена себе, ордер».
«Так кто же его выслеживает?»
Миномёты — это оружие непрямой наводки. Они стреляют снарядами через рельеф местности, такой как холмы, траншеи, деревья и реки. Когда цели находятся вне поля зрения, наблюдателю необходимо засекать падение снарядов и корректировать огонь.
«У них есть несколько хаджи, которые смотрят на долину».
Друг десантника вмешивается: «Ага. Занимаем старое жилье, которое мы оставили ради этой ямы».
Я оглядываюсь на команду. Под огнём все профессионалы. Все взрослые. «Пойдём к командиру», — говорю я.
Вылезайте из траншеи, бегите к Пондерозе.
Миномётные снаряды обстреливают нас, пока мы бежим по открытой местности. Я слышу, как Келлер втягивает воздух за моей спиной. Это не…
Физическая нагрузка. Это адреналин от осознания того, что в любую секунду тебя может поразить шрапнель.
«Пондероза» гораздо лучше оборудована, чем траншея. Короткая лестница ведёт в блиндаж, плотно обложенный мешками с песком. Когда мы заходим внутрь, я вижу парня, сидящего в небольшом кабинете с рацией на столе.
«Один-четыре Джульетта?» — спрашиваю я.
«Ты понял. Пять-пять на самом деле?»
Я киваю. «Где твой командир?»
«Это капитан Харрис, — говорит радист. — Там, в картографической комнате».
Я проталкиваюсь через бункер в освещённую, обложенную мешками с песком комнату площадью пятнадцать квадратных футов. Крепкий капитан десантников изучает карту долины Арвал.
«Капитан Харрис», — я отдаю честь. «Я — уорент-офицер Брид».
Капитан отвечает мне приветствием. «Уоррент. Нам сообщили, что вы будете проходить мимо нас. Думали, вы подождёте, пока не прекратится обстрел».
«Нет, сэр. Нам приказано вернуться в Баграм как можно скорее.
Нам нужно успеть на автобус в шестнадцать ноль-ноль.
«ASA-Fuck-P? Ордер, сегодня это означает восемнадцать ноль-ноль».
«Капитан, мы — снайперская команда. Если нейтрализуем этого наблюдателя Тали, мы сможем прекратить обстрел и доставить автобус сюда… по расписанию».
«Думаете, уорент-офицер, в моем подразделении нет снайперов и метких стрелков?»
«Сэр, я уверен, что вы так считаете».
«Думаете, они не так боеспособны, как отряд «Дельта», Уоррент?»
«Сэр, я уверен, что это так».
«Эта группа наблюдателей находится в полутора километрах от того холма, за валунами. Мои люди пытаются их уничтожить уже две недели».
«У вас на базе есть «Джавелины», сэр?»
Капитан Харрис моргает. Впервые он замечает гантель, пристегнутую к раме моего рюкзака. Как он мог её не заметить?
«Эффективно до мили с четвертью, сэр. Мне нужна прямая видимость достаточно долго, чтобы захватить цель. Вот и всё».
«У тебя есть полномочия потратить сто тысяч на покупку одной Тали?»
«У нас есть срочные разведданные, сэр. Это делает Тали ценной целью».
«Будьте моим гостем, Уоррент. Вырубитесь».
«Благодарю вас, сэр».
Я СОБИРАЮ «ДЖАВЕЛИН», снимаю крышки с ракет и запускаю ПУ. Тепловизионный прицел оснащён встроенным блоком охлаждения. Пока я жду, пока устройство подготовится, я осматриваю склон горы в бинокль. Рядом со мной у Келлера свой бинокль и лазерный дальномер.
«Вот они», — говорит Келлер. «Я делаю один, два, три «Тали» с радиостанцией. Думаю, это ICOM ICV-8 или HT. Складная антенна. Дальность — тысяча триста ярдов».
Сложное требование для снайперской винтовки .308. Невыполнимое для M4.
Конечно, «Талиб» оснащён средствами связи, которые можно купить на eBay. Простые, дешёвые и эффективные.
Я сажусь в неглубокую канаву за пределами проволочной сетки. Мы пытались захватить цель изнутри периметра, но Талис прятались за валуном. Прямо захватить ни одну из них мне не удалось.
За пределами концертины у меня лучший угол обзора. Я устанавливаю CLU на максимальное увеличение. По умолчанию система вооружения работает в режиме атаки сверху. При выстреле ракета поднимается на высоту. Оттуда она падает на вершину цели, на которую была наведена. Верхняя броня танка неизменно тоньше лобовой.
Это делает атаку сверху гораздо более эффективной. Общее время полёта составляет от трёх до семи секунд.
Отлично подходит для уничтожения талибов, которые прячутся за скалами.
«Взял». Я навожу перекрестье прицела на талибов с рацией. Таким образом, если талибы разбегутся, ракета уничтожит парня с рацией. В этом деле детали имеют значение. Тепловая разница между телом талибов и окружающим склоном горы достаточна, чтобы навести головку самонаведения на цель. «Стреляю».
Я запускаю ракету.
Javelin — это двухступенчатая система «мягкого» пуска. Это означает, что первая ступень твердотопливной ракеты выбрасывает ракету из шахты. Она выбрасывает её на расстояние в 4,5-6 метров. Затем происходит зажигание ракеты и её запуск к цели. Система минимизирует обратную волну. Это позволяет запускать Javelin из бункеров.
Яркая вспышка возвещает о зажигании ракеты «Джавелин». Через несколько секунд ракета летит по дуге к цели.
Я откладываю трубку и беру бинокль.
Семи секунд подлёта достаточно, чтобы навести бинокль на цель. Талибы болтают друг с другом. Направьте светящееся копьё, поднимающееся по смертоносной траектории. Ракета взмывает в воздух, задирается и ныряет прямо на них.
Талибы пригибаются за валуном. Они смотрят вверх, а затем съеживаются.
БАБАХ!
В месте удара вспыхивает яркая оранжево-красная вспышка. Осколки камней, части тел и туловища взмывают в воздух, окутанные облаком едкого чёрного дыма. Обломки дождём падают на склон горы.
«Хороший удар», — говорит Келлер.
На передовой оперативной базе Иерихон воцаряется тишина.
Минометный обстрел прекратился.
Я смотрю на часы.
«Думаю, мы успеем на автобус в шестнадцать ноль-ноль».
OceanofPDF.com
2
СЕГОДНЯШНИЙ ДЕНЬ
Манаус – Министр
Аугусто Сейлс закуривает Camel и смотрит на меня.
«Вы никогда не найдёте Фиад Коннор, — говорит он. — Я не равнодушен к страданиям её отца. Как мужчина мужчине мужчине, мистер Брид, говорю вам, она мертва. Затерялась где-то в тридцати трёх тысячах квадратных миль бразильской Сельвы-да-Морте. Кухулин отправил вас на поиски дикого гуся».
Мы стоим у окон верхнего этажа здания Портового управления, функционального правительственного здания. Офисы здесь, наверху, роскошные. Рио-Негру цвета синяка тянется от плавучего порта до дальнего берега. Слева от меня находится Энконтре-дас-Агуас, где тёмные воды Негру сливаются с Рио-Солимойнс. Вместе эти два притока образуют Амазонку.
Корабли, пришвартованные у причалов, имеют удивительно большие размеры.
В Манаусе останавливается всё: от больших контейнеровозов до рыболовецких судов. Улицы переполнены и пыльны, забиты облаками пыли, впитавшимися в горячий и влажный воздух.
«Я изучил карты, — говорю я ему. — Зону поиска можно сузить до шести миль от Рио-Прету».
Отдел продаж занял весь кабинет капитана порта. Широкий рабочий стол из красного дерева Амазонас. Ещё больше настенных полок забиты судовыми расписаниями и судовыми журналами. На длинном столе разложены карты с отметками глубин. На стенах развешаны старые акварели с изображением речных судов.
«Карты, карты». Министр внутренних дел Бразилии выпускает клубы дыма и машет сигаретой. «Карты — это не земля. Вы хоть представляете, какие условия в этом тропическом лесу? Вы понимаете, что это значит — шесть миль?»
Сейлсу пятьдесят, он среднего роста и телосложения. Чёрные волосы зачёсаны назад, усы аккуратно подстрижены. На нём белый панамский костюм, блестящие бордовые туфли и нагрудный платок цвета корицы. Галстук тёмно смотрится на фоне шёлковой рубашки.
«На самом деле, да».