Баллард сидит в кресле для посетителей по другую сторону кровати Робин. Карабин лежит на коленях. «Чтобы чувствовать себя в опасности, нужно верить, что все мы трое… Лопес, Такигава и я… грязные».

«Было время, когда я задавалась этим вопросом». Лицо Робин мрачнеет.

«Ты уйдешь отсюда живым, — говорит Такигава. — Тогда и узнаешь».

«Где Кёниг?» — спрашиваю я.

Такигава ухмыляется: «Вернулся в казармы, спит как младенец».

«Мы подумали, что вам, ребята, придется иногда спать».

Баллард поправляет очки. «Любому, кто хочет получить трещину, придётся пройти через нас».

«Вы просто супер, — говорит Робин. — Я это очень ценю».

«Что с тобой случилось?» — спрашивает Такигава Робин.

«Я спал. Вошёл этот парень, повалил меня на землю и воткнул мне в руку иглу. Я отбился. Одна из женщин зашла посмотреть, что там за шум. После этого вы уже знаете об этом больше, чем я».

Баллард качает головой. «Робин, ты всё это время была права насчёт Лопеса. Мне жаль».

Робин пожимает плечами.

«Я не понимаю, почему Лопес так плохо себя вел»,

Такигава говорит.

«Это наверняка деньги», — говорю я ему. «Та фотография «Шелби» на стене его спальни? Кажется, это его машина. Реплика стоит шестизначную сумму. Оригиналы — семь».

«Он никогда этим не хвастался», — говорит Баллард.

«Он бы этого не сделал. И он держит это дома в тайне.

Увеличил фотографию и сделал из неё плакат. Чтобы напомнить себе, ради чего он работает.

Такигава моргает. «Не могу поверить, что кто-то из нас убил бы американского солдата ради денег».

«Подумай ещё раз, — говорит ему Баллард. — За последние пятнадцать лет сообщество спецназа разрослось. Неизбежно появятся и «паршивые овцы в ящике».

«Сколько раз мы врали о том, как легко ограбить банк? С нашими возможностями нас никто не остановит». Я по очереди встречаюсь взглядом с каждым солдатом. «С сокращением численности оперативников переводят в ряды населения. Лопес, возможно, думал о пенсии».

Я закрываю «Newsweek», кладу его на столик. «Ребята, извините. Мне нужно позвонить».

Баллард улыбается, похлопывает по винтовке. «Без проблем».

Я ЗАКРЫВАЮ пистолет за пояс и натягиваю на него рубашку.

Беру телефон и иду в приёмный покой больницы. Я падаю в кресло, разминаю ноги и набираю номер Штейна.

«Вы были заняты», — говорит Штейн.

«Штайн, если ты знаешь что-то еще, ты должен мне рассказать».

«Я больше ничего не знаю».

Лопес выстрелил в Гриссома, а затем оттолкнул его. Выстрелил Робин в спину, а затем попытался сделать ей передозировку. На нём это не закончится. Они попробуют ещё раз.

«С каких это пор ты Робин?»

«Не отвлекайся. Эти люди серьёзно намерены её убить. Последняя попытка была неуклюжей и отчаянной. Всякое может случиться».

«Доставьте её в округ Колумбия, и я укреплю охрану. А пока вы предоставлены сами себе».

«Сейчас в её комнате дежурит группа из «Дельты». Да поможет Бог тому, кто их застанет врасплох. У меня тут какой-то ботаник в противозачаточных очках и с HK416, наставленным на дверь. Безумный самурай с 45-м калибром и ручными гранатами в карманах. Теперь я боюсь, что какой-нибудь Тали со «Стингером» попытается выстрелить по нашему самолёту».

«Там есть о чем беспокоиться».

«Мы думаем об этом неправильно».

«Ты хочешь сказать, что я не так об этом думаю?»

«Я веду себя хорошо».

"Будь собой."

«Кто выиграет, если мирное соглашение с Зареком рухнет?»

«Шахзад, «Аль-Каида», кто бы ни управлял Лопесом».

«Кто может проецировать силу?»

«Аль-Каида», — Штейн колеблется. — «Ты это несерьёзно».

«Думаете, мы единственные, кто может начать войну в составе коалиции? Тот, кто хочет смерти Робин, может сотрудничать с «Аль-Каидой». Границы Америки проницаемы. У них есть спящие ячейки».

«Вы серьезно».

«Если вы хотите, чтобы Робин встретилась с высшим начальством, мыслите нестандартно».

OceanofPDF.com

34

OceanofPDF.com

БЕЗОПАСНЫЙ ДОМ

Фоллс-Черч

Суббота, 1730 г.

Вращение Земли может быть вашим врагом или другом.

Спросите любого снайпера, которому приходится иметь дело с эффектом Кориолиса. На больших дистанциях ваше положение относительно цели имеет значение. Как только пуля покидает дуло, Земля вращается с запада на восток под снарядом. Ваша цель движется.

В данном случае вращение Земли нам на руку. После пятнадцатичасового перелета из Баграма в Вашингтон и разницы во времени в девять с половиной часов мы выруливаем на остановку в 17:30 по местному времени.

Помимо Робин, на борту «Глоубмастера» находятся пять военных: генерал Энтони, полковник Тристан, капитан Ларсен, капитан Кёниг и капитан Ноэль Сантьяго. Последняя – суровая и серьёзная медсестра, которая спасла жизнь Робин прошлой ночью. Все они в цифровом камуфляже. Члены отряда генерала носят свою синюю форму в чехлах для одежды. Штейн запросил мерки у Робин. Синяя форма будет ждать сержанта по прибытии.

Мы с Робин просидели вместе весь полёт. Я бы предпочёл спать в грузовом отсеке, но мы выбрали места в первом классе. На верхней палубе. Я не ожидал проблем в самолёте, но мы спали по очереди.

Мы высаживаемся, и я выхожу на взлётную полосу. Я помогаю Робин, слегка надавливая на её локоть. Три чёрных армейских лимузина встречают свиту генерала. У того, что посередине, над решёткой радиатора красные номера с трафаретными тремя белыми звёздами.

К армейским лимузинам присоединяются три чёрных бронированных внедорожника Suburban. Штейн стоит рядом с тем, что посередине.

Стройная фигура, одетая в сшитый на заказ черный деловой костюм.

Ее каштановые волосы ниспадают на плечи.

«Давайте останемся с генералом», — говорю я.

Мы подходим к генералу. Штейн шагает нам навстречу.

Из пригородов вылезают крутые парни. Они одеты в тёмные деловые костюмы, скроенные так, чтобы скрыть оружие.

«Вот и беда», — бормочет генерал Энтони.

Штейн протягивает ей руку. «Добрый день, генерал».

«Добрый день, госпожа Штайн».

«Сегодня вечером государство позаботится о сержанте Трейноре»,

Штейн говорит: «Мы соберёмся завтра днём в Белом доме».

«Где вы остановитесь?»

Штейн улыбается: «Вы же знаете, генерал.

Местонахождение сержанта Трейнора сегодня вечером засекречено.

«Мисс Штайн, мне было бы спокойнее, если бы Брид пошла с вами.

Технически он гражданское лицо».

«Думаю, мы сможем разместить ещё одного», — отвечает Штейн как по маслу.

«Покажите дорогу, мэм», — говорю я.

«Подожди», — Робин поворачивается к Ноэль Сантьяго и жмёт ей руку. «Спасибо, что спасла мне жизнь».

Штейн ведёт нас к «Сабурбанам». Я насчитал пятерых человек в охране. Двое в первом и третьем «Сабурбанах», водитель во втором. Штейн садится на переднее пассажирское сиденье.

Мы с Робин садимся на заднее сиденье рядом с водителем.

Охранники захлопывают двери и возвращаются к своим машинам.

Я замечаю, что у водителя между ногой и дверью зажат пистолет-пулемёт H&K MP5 с фиксированным прикладом. У Штейн на коленях лежит MP5 со складным прикладом. Понимаю, почему ей нравится это оружие. Оно сексуальное, стильное, удобное для женщины. Но это девятимиллиметровый, слишком большой пистолет. Бесполезно против бронежилетов.

«Чёрная Вдова, — трещит радио. — Это Паук-один».

Штейн поднимает рацию и включает микрофон. «Это Чёрная Вдова. Продолжай, Первый».

«Мы готовы двигаться дальше».

«Ладно, Один. Пошли».

«Паук-один, выходи».

Кортеж генерала выезжает и мчится к главным воротам Эндрюса. Небольшой кортеж Штейна следует за ним на почтительном расстоянии.

Четверо полицейских на мотоциклах ждут снаружи базы.

«Мотоциклетный эскорт». Я одобрительно киваю. «Штайн, я впечатлён».

У ворот воздушный полицейский отдает честь генералу.

Другой стоит перед нашим головным «Сабурбаном» и жестом приказывает нам остановиться. Первые два полицейских на мотоциклах уносят машину, вопя сиренами. Кортеж генерала следует за ними.

Двое оставшихся полицейских на мотоциклах следуют позади.

Серые выхлопные газы повисают в воздухе, когда лимузины генерала и его эскорт исчезают вдали. Робин ловит мой взгляд и улыбается.

Воздушный полицейский, стоящий перед нашей головной машиной, опускает руку. Резко отходит в сторону и машет нам рукой, хлестко ударяя по груди предплечьем, ладонью вниз. Наша колонна покидает базу и вливается в поток машин.

Чуть больше месяца назад я был в похожем конвое. Защищал руководителя пищевой компании и его дочь.

«Где мы проведем ночь?» — спрашиваю я Штейна.

«Дом недалеко от Фоллс-Черч».

«Кто об этом знает?»

"Никто."

«Ваше руководство?»

"Да."

«Это не кто-то». Я смотрю в окно на Вашингтон.

Мимо проносятся пригороды. Как только вы делитесь оперативными подробностями с бюрократом, считайте их публичными. «Передайте им слово.

Давайте все вытащим SIM-карты из телефонов. Сейчас же!

«Брид, ты параноик».

«Я жив». Я достаю телефон из кармана. Вытаскиваю SIM-карту. «Ты же знаешь, как мы нашли и убили лидеров «Аль-Каиды».

«Это потому, что у нас есть такое оборудование».

«Как думаешь, может быть, у хозяев Лопеса есть такое оборудование?»

Штейн включает микрофон. «Это Чёрная Вдова. Притормози.

Всем вынуть SIM-карты из телефонов. Без исключений.

Останавливаемся на обочине. Через пять минут мы уже в пути, одна угроза безопасности устранена.

Только один.

Мили проносятся под нашими колёсами. Моё беспокойство нарастает, словно прилив. Я тону в нём. Я ловлю себя на том, что смотрю в окна обгоняющих нас машин. Моя рука тянется к «Марку 23» на поясе. Робин искоса смотрит на меня. Я борюсь с тревогой, но не могу её сдержать.

Что-то здесь совсем не так.

Пригороды округа Колумбия сменяются холмистой сельской местностью Вирджинии.

Я вытягиваю шею, чтобы посмотреть на небо. Чёрт возьми. Я не смогу отличить наши дроны от их. Кем бы они ни были.

Штейн следует больше общаться со своей командой.

Прекрати, Брид. Это шоу Штейна, а не твоё.

Холмистая местность. Сельскохозяйственные угодья, лошади. Изгороди из длинных решётчатых прутьев. Слева – ворота, ведущие на узкую дорогу. Дорога петляет среди лесистых холмов. Уединение обеспечивает

Иллюзия безопасности. Я бы лучше держал Робин в убогом гостиничном номере в районе Скид-Роу. Два «Дельта» с ней в номере. Три или четыре стратегически расставлены по всему зданию и на возвышенностях снаружи.

Я не могу его выключить.

«Какое время реагирования у полиции?» — спрашиваю я.

«Тридцать минут», — говорит Штейн.

«У вас есть резервный QRF?»

«Да. Квантико».

Это что-то. «Каково их время ответа?»

«Двадцать минут по воздуху».

«Связь?»

«Стационарный и мобильный телефоны, выделенные для объекта недвижимости.

FM-радиостанции прямой видимости. Ещё один высокочастотный комплект, похожий на ваши ManPacks, но не такой лёгкий и компактный.

«Если они не отключат все наши средства связи, нам придется продержаться двадцать минут».

Штейн смотрит на меня через плечо: «Хочешь, я организую артиллерийскую поддержку?»

ЛЕС ГУСТЕЕ, чем я ожидал. Глубокий и тёмный, с таинственными лощинами и тенями. Дорога идёт по ровной местности.

Везде над дорогой возвышаются лесистые холмы. Возвышенности, с которых можно устраивать засады.

Наконец, поляна. Там, в конце дороги, большой двухэтажный дом в стиле ранчо. Гараж на четыре машины, большие панорамные окна, просторное крыльцо. Хозяйственные постройки. Дровяной сарай. Связки дров, сложенные высокой грудой. Топор, лезвие которого воткнуто в колоду.

Боже мой, бассейн. Никаких странных амёбных фигур.

Этот прямоугольный, тридцать ярдов в длину и двенадцать в ширину. Там есть дорожки. Владелец построил его для тренировок. Он пристроен к главному дому, но отдельно, как домик у бассейна. Полагаю,

Скорее, это огромный сарай для техобслуживания. Подъездная дорога широкая и асфальтированная.

С трех сторон дом удален от леса.

Особенно спереди, где земля расчищена для прокладки дороги и подъездной дороги.

Та сторона, где бассейн, — отстой. Дом возвышается над лесистым холмом. Придётся заглянуть внутрь, чтобы понять, какие комнаты подвержены пожару.

«Штайн, — говорю я. — У нас нет людей, чтобы прикрыть это место».

«У нас есть фактор, увеличивающий нашу силу, — технология».

Солнце садится. Я хочу отвезти Робин куда-нибудь, где шестеро смогут укрыться. Не получится. Мы здесь, и это шоу Штейна.

Мы выезжаем из «Сабурбана». Пять сотрудников службы безопасности ЦРУ.

Пять костюмов. Они носят MP5 на груди. Засовывают руки в машины, запихивают запасные магазины в карманы курток. Выглядят они внушительно. MP5 десятилетиями верно служил правоохранительным органам и спецподразделениям. Но он остаётся громоздким пистолетом с избирательным режимом стрельбы.

Штейн представляет мужчин. Адкокс, Хименес, Неллис, Орсель, Франц.

«Adcox — ведущий специалист по деталям», — говорит она.

Я смотрю на Адкокса. «Вы тут уже были?»

«Сегодня утром».

"Что вы думаете?"

«Нас мало, но система безопасности надежна».

Он не бросил вызов Штейну. Это плохо.

«У тебя есть длинноствольное оружие?»

«Нет. MP5 и SIG P226».

«НОДы?»

Эдкокс качает головой.

Водитель, похоже, латиноамериканец. «Вы Хименес?»

Мужчина выпрямляется. «Да, сэр».

Я указываю на холм с видом на бассейн. «Задержитесь на этой высоте. Прямо сейчас. Проверяйтесь каждые десять минут».

Adcox смотрит на Штейна. Стоит ли им признавать мой авторитет?

Она кивает.

«Хименес», — говорю я.

Мужчина смотрит на меня.

«Если кто-то придёт сегодня вечером, этот холм — первое, что им понадобится. Будьте начеку».