А что же Лизочка?
Полтора года жила она без мамы во Владивостоке, с доброй бабушкой Катериной и семьёй Гаманковых, Любой и Ефремом. Только доброе видела Лизочка от родных. Приносил ей гостинчик и Ефрем, когда был дома. Но чаще они жили втроём: бабушка Катерина, Люба и Лиза.
Для спасения голодающих тогда во Владивостоке стали раздавать бесплатные супы. Простая вода с галушками, выдавали по одному половнику в миску, и детям тоже. За «супом» ежедневно стояли длиннющие очереди. Получив вожделенные половники «супа», бабушка Катерина и внучка Лизочка шли домой — греть на печке эту «царскую еду».
Обедать.
Люди спасались всем миром, как могли.
В соседнем доме проживала молодая семья. Муж был военным моряком и ходил в походы, а супруга его растила мальчика, ровесника Лизы. Дети играли вместе. Катерина присматривала за обоими. Каждый вечер, придя с работы, соседка звала детей к себе в дом — ужинать. Подкармливала Лизочку. Пайки в том доме были «богатые». Лизочка наконец перестала так сильно голодать.
Вечерами, когда кончались хозяйственные дела, бабушка Катерина садилась на кухне у печки с вязанием в руках. В высокое окно было видно улицу, солнышко уже склонялось к западу, красным светом заливало кухню. Но постепенно вечерние тени накатывали на милое бабушкино лицо, на спицы, быстро мелькавшие в гладких, будто у девушки, руках. Гнездились в углах кухни. Вот и месяц проступил на ещё светлом небе. Огня Катерина не зажигала.
— Сумерничать будем, поди, — отложив вязание, звала она внучку.
Лиза с радостью забиралась к ней на колени. Бабушка была мягкая, тёплая, уютная. Она обнимала внучку и начинала петь, покачиваясь вместе с ней взад-вперёд в такт мелодии. Лиза слушала, разомлевая и проваливаясь в дрёму. Много песенных историй знала бабушка.
— Казак умирает, друзей умоляет:
«Насыпьте курганчик земли в головах», —
выпевает бабушка.
Живо, ритмично выводит она мелодию, по-боевому! А слова грустные. Лизочка слушает. Уж не про маму ли эта песня?
— А дома жена, казачка, да, молодая,
Всё утро и вечер на север глядит,
Всё ждёт-поджидает — с далёкого края.
«Когда же мой милый казак прилетит?» —
спрашивает казачка.
А Лизочке кажется, что да, это её мама обращается к ветру, к солнцу: где же их папа? Когда же увидят они его?
Закончив одну песню, бабушка тут же заводит другую. Протяжную и печальную. Лиза под неё всегда плачет. Очень уж ей жалко бедную казачку, выдают ту замуж против воли, за нелюбимого, постылого.
— Садится солнце за горо-ою,
Стоит казачка у ворот, —
хорошо поёт бабушка, мягко выводит полутона и переливы мелодии.
— Она стоит и горько пла-ачет.
И льются слёзы из очей.
Не очень складная песня, но как живо представляет себе Лизочка бедную молоденькую девушку.
— О чём, казаченька, тоску-уешь?
О чём так слёзы горько льёшь? —
вопрошает бабушка.
И тут же сама отвечает на полтона выше:
— Одна печаль меня трево-ожит:
С другим пойду я под венец.
Удивляется Лиза: зачем так? Зачем приневоливать девушку? А бабушка, будто в ответ на мысли внучки поясняет в песне:
— А мать казачку умоля-я-ает:
«Не плачь, родная дочь моя.
Твой милый больше не вернё-отся,
Давно покинул он тебя».
Жалко Лизочке девушку, знает она, что зря та идёт под венец, не на жизнь идёт — на смерть. Обманули её, оболгали её милого, выдали за нелюбимого.
«Ох, горе горькое», — как большая, думает Лиза.
— А в скором времени примча-ался
Её казак из дальних мест, —
сообщает бабушка, сама украдкой вытирая слезу.
— Но не нашёл своей каза-ачки,
Нашёл лишь на могиле крест!
Да, крутой поворот в песне вышел.
Но он не долго сокруша-ался,
Не долго слёзы лил об ней,
С другой казачкой повенча-ался
В своей родимой стороне.
Не нравится Лизочке конец песни. Слишком холодным и циничным кажется он ей.
— Как так выходит, — не раз требовала она ответа у бабушки, — отчего казак так сделал? Он что, не любил её, свою казачку молодую? Она же от любви умерла, а он что — женился на другой?
— Да нет, внучка, любил он её, да ведь жизнь-то дальше катит. Нельзя жизнь кончить, как песню, продолжать надо. Плохо ли, хорошо, а иди дальше, бей беды, жди победы, так то…
Кому отвечает бабушка Катя? Внучке? Или в который раз… своим мыслям? Поминает она Степана в маленькой церкви, что возле их дома, и вспоминает, как жили они, вот как в сказке жили… да только конец у той сказки оказался страшным.
Сидят бабушка и внучка, обе слёзы точат.
— Да что мы, глупые, — спохватывается бабушка, — старая да малая, про любовь поём и плачем! Мне — поздно, а тебе рано ещё. Давай-ко я лучше сказку спою.
Да, много песен знала Катерина. Хорошо их певала. И не только казацкие песни. Знала она и слободские романсы. Звала их «сказками».
— На берегу сидит красотка, —
начинает бабушка свою сказку.
— Она шелковый шьёт платок.
Работа дивная такая,
Но шёлку ей недостаёт.
И начинается удивительный рассказ, как девушка в поисках шёлка по своей наивности попала на корабль купца.
— Мне нужно алый, само-нежный,
Я для самой принцессы шью.
Лизочка слушает бабушкину сказку, прижмурившись, задрёмывая. И вот уже не неизвестная красавица, а сама Лиза просит-молит капитана:
— Моряк, пусти меня на волю,
Мне душно от морской волны.
Но резок и твёрд отказ моряка в исполнении бабушки Катерины:
— Проси что хочешь, но не это.
Ты здесь останешься со мной.
Долго поёт бабушка, много слов в сказке. Но Лизе не страшно. Она знает, что в конце концов моряк окажется прекрасным принцем. Поженятся они с юной красавицей, и станет она королевой.
Засыпает Лизочка. Тихонько уносит Катерина внучку в кровать. Пусть спит дитя. Намучилось.
А иногда просила Лиза бабушку спеть самую страшную песню. Не всегда соглашалась бабушка. Но случалось, пела. Песня эта была про турок, как мучили они и убивали болгар. Братьев-славян. Песню сложили русские люди, как поясняла бабушка, которые уходили добровольцами на войну бить проклятых турок и защищать болгар. Только недолго помнили эти болгары русских, добровольно сложивших головы за их болгарскую свободу. С фашистом теперь пришли они войной на Россию.
Удивлялась Лизочка: как так? Но песню слушала внимательно.
— На нас напали злые турки,
Село родное подожгли, —
так рассказывает мальчик, оставшийся один из всей своей семьи.
— Отца убили первой пулей.
А мать мою в костре сожгли.
Сестру, красотку, в плен забрали.
И я остался без семьи…
Жалко Лизе мальчика, живо представляет она себе войну, огонь, смерть. Сама прошла через всё это. Грустно оканчивается попытка мальчика спасти из плена сестру.
— Злодей пустил злодейку пулю.
Убил красавицу сестру.
Пойду я с горя утоплюся, —
так горестно заключает мальчик устами бабушки Катерины.
— Пускай несёт меня волна…
После этой песни Катерина обязательно пела что-нибудь весёлое, смешное, чтобы ушёл тяжёлый осадок.
Как Лиза любила эти вечера с бабушкой! Даже по маме и сестричке не так сильно ей тосковалось.