Нужен был план, как помочь Директору. Как сделать так, чтобы мисс Дженнингс в него влюбилась?

Перед нами стояла непростая задача: бедняга Директор был лысоват и довольно некрасив. Мы даже провели опрос среди учениц: 100 % девочек сказали, что он страшный.

Идея у нас появилась в итоге накануне похода в зоопарк, когда Директор зашел к нам в класс (теперь мы поняли, что он заходил повидать мисс Дженнингс) и сказал: «Маленькие проказники, завтра мы с вами поедем в зоопарк». И тут нас осенило: надо, чтобы Директор совершил подвиг.

Сначала мы думали что-нибудь устроить в автобусе. Например, в фильмах герой спасает детей из автобуса, охваченного пламенем. Но мы были не совсем уверены, что Директор сможет нас спасти, поэтому решили, что играть с огнем все-таки очень опасно. Потом Томас сказал, что притворится, будто подавился едой и задыхается, а Директор его спасет. И показал, как он притворяется, будто задыхается. Мы решили, что это просто супер.

И вот назавтра, когда мы ехали на школьном автобусе в зоопарк, Томас сделал вид, что подавился печеньем. Но Директор, который к тому же сидел с ним рядом, вместо того чтобы его спасти, стал паниковать и вопить от ужаса: «На помощь! Он задыхается! Помогите кто-нибудь!» Автобус остановился, мисс Дженнингс бросилась к Томасу, крепко обхватила руками его живот, и Томас притворился, что больше не задыхается.

Директор вздохнул с большим облегчением и сказал мисс Дженнингс, что она героиня. А мисс Дженнингс сказала нам, чтобы мы были осторожнее, когда что-то жуем.

Наконец мы приехали в зоопарк – страшно озабоченные, потому что вышли из автобуса, не успев сделать из Директора героя.

Мы вошли в зоопарк радостные и возбужденные. Каждому выдали маленький план, на котором было обозначено, где какие звери, и нам не терпелось начать их обходить. Вот тут и началась катастрофа.

Мисс Дженнингс строго-настрого велела нам держаться всем вместе. Мы послушались и в самом деле держались вместе. Не послушалась сама мисс Дженнингс: она осталась одна с Директором у пруда с розовыми фламинго и не заметила, что мы отошли на несколько шагов. Розовые фламинго нам были до лампочки. Нам первым делом хотелось посмотреть больших зверей.

Мы поглядели на план и стали решать, с кого начнем. Естественно, всем хотелось посмотреть разное. Поскольку у нас демократия, мы решили голосовать, и большинство проголосовало за вольер «Африканская саванна», где были, в частности, львы, слоны, зебры и гориллы.

В этот момент мы услышали знакомый голос, кричавший: «Дети! Дети! Вы где?» Это мисс Дженнингс стала нас искать. И тут мы поняли, что мисс Дженнингс нас не видит, потому что мы стоим за большими кустами.

Тут нам пришла гениальная идея: мы притворимся, что заблудились в зоопарке, а Директор нас найдет. Он будет героем, и мисс Дженнингс в него влюбится.

Мы незаметно пустились наутек. С одной стороны, надо, чтобы нас нашел Директор, а не мисс Дженнингс, а с другой – чем сильнее мы заблудимся, тем большим героем будет Директор, когда нас найдет.

Чтобы хорошенько заблудиться, надо было пойти в такое место, где нас никто не станет искать. Мисс Дженнингс догадывалась, что мы хотим посмотреть зверей из саванны, она наверняка пойдет туда. Значит, надо идти смотреть самых неинтересных зверей. Мы опять заглянули в план и сошлись на том, что самое бессмысленное животное в этом зоопарке – снежная коза. Мы ничего не имели против бедной козы, но по сравнению со львами, тиграми, слонами, жирафами, бегемотами, зебрами, крокодилами, гориллами, белыми медведями, пингвинами и рептилиями снежная коза в самом деле имела бледный вид.

Поэтому мы направились к вольеру со снежными козами. Как мы и ожидали, там никого не было, только сидела на скамейке какая-то очень старая дама, она говорила сама с собой и твердила как заведенная: «Да… Да… Да…»

Мы немножко посмотрели на коз: те стояли на огромных скалах и пощипывали рассеянные там и сям пучки травы.

Вдруг к нам направился проходивший мимо служитель зоопарка и подозрительно спросил:

– Это вы дети, которые потерялись?

– Нет, – хором ответили мы.

– У нас разве потерянный вид? – добавил Отто.

Служитель внимательно оглядел нас:

– Вы здесь одни?

– Нет, мы с бабулей, – сказала я, показав пальцем на старую даму.

Служитель подошел к бабуле:

– Простите, миссис, вы бабушка этих детей?

– Да… Да… Да… – отозвалась старая дама.

Удовлетворенный служитель пошел своей дорогой.

Чуть не попались! Не хватало еще, чтобы нас нашел какой-то служитель, а не Директор!

Оставаться здесь дальше было нельзя: стоит мисс Дженнингс дать наше описание, как служитель сразу поймет, что его надули. Надо скорей спрятаться где-то еще, но где?

Мы изучили план, и нам показалось, что самое подходящее место – это террариум. Закрытое со всех сторон здание, внутри довольно темно, и там собраны всякие рептилии и насекомые.

В здании было людно, и мы смешались с толпой, прилипшей к стеклам: кто смотрел на боа, кто на ящериц, кто на паука-птицееда или на пестрых и ужасно ядовитых жаб.

Вдруг из громкоговорителей прозвучал сигнал. Чей-то голос сообщал посетителям, что в зоопарке потерялась группа детей, их шестеро. Голос дал очень точное описание нашей одежды. И как только мисс Дженнингс умудрилась запомнить, кто во что одет? Все-таки она отличная учительница!

Нам показалось, что все посетители вокруг начинают к нам приглядываться. Пора было уходить отсюда и прятаться где-то еще.

Выходя из террариума, мы увидели через стеклянную дверь зоопарковый автомобильчик. Он катил по центральной аллее, и в нем сидели служители и мисс Дженнингс. Она и вправду твердо решила нас найти. Но куда подевался этот чертов Директор?

Мы подождали, пока машина не скрылась из виду, побежали в другую сторону и оказались у водоема с морскими котиками. Народу там было полно: в это время служители их кормили, и вся огромная толпа расселась на каменных ступенях. Мы устроились среди зрителей в надежде сделаться невидимками. Но из громкоговорителей снова прозвучал сигнал тревоги, и на этот раз из них раздался голос мисс Дженнингс: «Дети, дорогие мои, это я, мисс Дженнингс. Если вы меня слышите, подойдите к кому-нибудь из взрослых и попросите его отвести вас к служителю зоопарка».

Голос у нее был очень грустный и тревожный. Мы очень огорчились: решили помочь Директору, порадовать его, и расстроили мисс Дженнингс.

Мы незаметно ушли со ступенек. Проходя мимо автомобильчика для служителей зоопарка, который стоял на обочине аллеи, мы услышали потрескивание рации и слова: «Потерявшиеся дети по-прежнему не найдены. Полиция извещена, скоро полицейские прибудут на место». Мы вздрогнули. Шутки кончились, за дело взялась полиция. Нам хотелось отказаться от своего плана и пойти искать мисс Дженнингс. Но, с другой стороны, раз мы столько всего проделали, раз ситуация в самом деле стала серьезной, то если Директор нас найдет, он станет самым геройским героем.

А поскольку Директор был явно не способен нас разыскать, мы решили сами его найти. До чего же утомительно все-таки все делать самим.

Мы шли, внимательно глядя по сторонам, чтобы не пропустить Директора, но его нигде не было. В конце концов мы случайно вышли туда, куда хотели направиться с самого начала – к вольеру «Африканская саванна».

Тут мы забыли про Директора, потому что пришли в полный восторг. Там в огромных смежных вольерах были львы, пантеры, жирафы, зебры, бегемоты, носороги, гориллы. Зрители находились уровнем выше зверей, поэтому их всех было прекрасно видно.

Мы немножко постояли, любуясь львами. И вдруг услышали: «Мои маленькие проказники! Вот вы где!» Мы обернулись: это был Директор, он нас нашел. Наконец-то!

Директор бросился к нам и ощупал с ног до головы, чтобы убедиться, что мы живы, здоровы и никто не поранился.

– Где же это вас носило? – спросил он.

– В зоопарке! – ответила я.

– «В зоопарке!» В зоопарке, но не с нами! – стал нас отчитывать Директор. – Вы нас так напугали, знаете ли! Пошли со мной, найдем мисс Дженнингс. Вот она обрадуется!

Наш план вот-вот сработает! Но едва мы послушно двинулись за Директором, как он вдруг добавил:

– Теперь, когда вы нашлись, я наконец смогу отдать ей письмо.

– Какое письмо? – спросила я.

– Я… я ей написал письмо, – признался Директор.

– Любовное письмо?

– Ну-уу… да. А ты откуда знаешь?

– Когда мужчина пишет женщине письмо, обычно это бывает любовное письмо.

– А у меня, когда папа пишет маме, это одни ругательства, – уточнил Отто.

– И что там говорится, в вашем письме мисс Дженнингс? – не унималась я.

– Э-э… – Директор колебался. – Я ей признаюсь в своих чувствах. Я несколько недель трудился над этим письмом, но мне так и не хватило духу отдать его ей. Сегодня мой последний шанс, потом будут каникулы…

– Не хотите прочитать его нам? – предложила я. – А мы вам скажем, что про него думаем.

Директор решил, что это прекрасная идея, и достал из кармана пальто большой конверт. Внутри было письмо, по крайней мере страниц на десять. Интересно, что такого он мог понаписать мисс Дженнингс.

Директор взял в руку письмо и начал читать:

– «Дорогая, самая дорогая Мэри-Джейн. Я долго колебался, прежде чем написать вам эти строки…»

– Почему вы говорите «дорогая», а потом еще «самая дорогая»? – перебил Отто.

– Чтобы подчеркнуть свою привязанность, – ответил Директор.

– И почему вы пишете Мэри-Джейн? – спросил Томас. – Я думал, вы влюблены в мисс Дженнингс. Вам надо выбрать из них двоих!

– Мисс Дженнингс зовут Мэри-Джейн, – объяснил Директор. – Я продолжу, если не возражаете…

Нет, мы совсем не возражали. Мы просто пытались ему помочь. Но едва Директор собрался читать дальше, налетел сильный порыв ветра. Его листки улетели и оказались на ветках дерева, которое росло в вольере с носорогами.

– Мое письмо! – жалобно закричал Директор.

Поскольку дерево росло уровнем ниже, Директор мог дотянуться до веток, в которых угнездились его листки. Тут он перешагнул заградительный канатик – что строго запрещено – и залез на бетонный парапет – что строжайше запрещено! Встал на цыпочки и ухватил один листок, потом другой, и еще. Он собрал их все, кроме одного: последний повис прямо на стволе. Отчаянным движением Директор встал одной ногой на ветку, чтобы опереться, и, медленно потянувшись рукой, ухватился за драгоценный листок и зажал его двумя пальцами.

– Победа! – воскликнул он.

В этот момент ветка, на которую он наступил, не выдержала, и Директор скатился в вольер к носорогам. Мы все бросились посмотреть, что с ним. Совершенно ошалелый Директор сидел на земле.

– Не волнуйтесь, дети, все хорошо! – крикнул он нам. – Я… я сейчас вылезу.

Один из носорогов подошел к нему поближе. Директор встал на ноги. Вид у него, бедняги, был совсем очумелый. Мы стали искать поблизости кого-нибудь из служителей, чтобы он помог, но если кто-то понадобился, его, естественно, никогда не бывает на месте.

Вид у носорога был сперва изумленный, а теперь стал разъяренный. Он замотал рогом и начал рыть ногой землю. Отто, который все обо всем знает, сказал, что носорог наверняка затопчет Директора. Надо было найти выход, прежде чем бедного Директора насадят на рог. Но носорог, нагнув голову, уже ринулся на Директора, боднул его сзади и повалил на землю.

– Не волнуйтесь, дети, – крикнул Директор, растянувшись во весь рост. – Все хорошо!

Но мы решили, что все не очень хорошо. И тут мы заметили в дальней части вольера для носорогов ворота, выходившие в соседний вольер, вроде бы пустой. Мы подсказали Директору, чтобы он перебрался в пустой вольер, пока не подоспела помощь. Директор кинулся к воротам, которые были заперты на большие скользящие засовы. Он сдвинул засовы, открыл металлическую дверь и, оказавшись в соседнем вольере, тщательно запер ворота за собой.

Мы крикнули Директору:

– Никуда не уходите, господин Директор. Мы позовем кого-нибудь на помощь и вернемся.

Но тут Джованни увидел большой щит, который мы не заметили и на котором было написано, что в вольере, где теперь находился Директор, обитают гепарды.

Отто сказал, что это дело серьезное, потому что гепарды – все-таки страшные хищники. Мы подумали, что Директору, пожалуй, лучше будет вернуться к носорогам, но не успели ему сказать, потому что услышали его крики. Мы заглянули в вольер: вынырнув из высокой травы, к Директору с рычанием приближались три гепарда.

Отто объяснил, что при виде диких зверей ни в коем случае нельзя бежать, у них срабатывает инстинкт хищника. Но прежде чем мы успели что-то сказать Директору, он помчался к другим воротам, выходившим в другой вольер. Один из гепардов прыгнул Директору на спину, тот опять закричал и скинул пальто, чтобы избавиться от зверя. Гепард набросился на пальто и стал его рвать, а Директор успел добежать до ворот. Отодвинул засовы, как и в первый раз, и кинулся в следующий вольер.

Вид у бедного Директора был совсем перепуганный, но он сказал:

– Не волнуйтесь, дети! Все хорошо.

Мы помчались смотреть, какой зверь там живет. Томас первым добежал до щита и сказал: «Все в порядке, тут обезьяны».

– Все в порядке, тут обезьяны, – повторили мы Директору.

Но Отто, большой знаток животных, только охнул, когда увидел щит:

– Это горилла «серебряная спина», самый крупный и самый сильный самец гориллы из всех!

И тут Директор опять закричал. Мы побежали посмотреть, что происходит, и увидели гигантскую гориллу, высившуюся перед Директором. Рядом со зверем Директор казался совсем маленьким. Он поднял голову и сказал:

– Не волнуйтесь, дети! Все хорошо.

Не успел он это произнести, как горилла схватила его и начала трясти во все стороны. Директор орал как резаный. Мы должны были спасти Директора, ведь он оказался там отчасти и по нашей вине.

Томас сразу заявил, что покажет горилле приемы карате. С этими словами он залез на бетонный парапет и заглянул вниз. Прямо под ним была огромная охапка листьев. И он прыгнул.

Когда Томас приземлился на листья, горилла ужасно испугалась и отпустила Директора. Она отошла от него и оглядела Томаса.

Отто сказал, что если нас будет много, мы удержим гориллу на расстоянии. И тоже спрыгнул, и мы все спрыгнули, потому что мы банда и всегда заодно.

Едва мы оказались внизу, как сверху донеслись крики. У парапета столпились посетители и все кричали по очереди:

– Дети упали в вольер с гориллой!

Горилла посмотрела на нас, мы посмотрели на гориллу. На земле лежали фрукты, и мы стали бросать их ей. Она ела фрукты и по-прежнему смотрела на нас. Кормить огромную обезьяну было весело, она была, в сущности, вполне симпатичная. Зато бедный Директор после того, как его повалил носорог, атаковал гепард и трясла горилла, выглядел совсем неважно. Он растянулся на земле и повторял:

– Не волнуйтесь, дети! Все хорошо.

Над нашими головами толпилась куча людей, они все смотрели и вопили. Вдруг с грохотом открылась металлическая дверь, и появились служители зоопарка. У одного из них было ружье с дротиками, но оно ему не понадобилось. Горилла сидела спокойно: думаю, на нее произвела впечатление отвага Томаса-каратиста. У зверей вроде бы есть шестое чувство, они такие вещи чувствуют.

Служители зоопарка увели нас. Мы пошли с ними, но Директор так переволновался, что ноги его не держали. Его потащили два служителя. Мы поднялись по потайной лестнице и оказались на одной из центральных аллей зоопарка. Вокруг нас сразу образовалась жуткая толпа. Это было потрясающе. Кто-то спросил:

– Что случилось?

И я ответила:

– Мы упали в вольер с гориллой, и наш Директор школы нас спас!

По толпе прокатился рокот. Потом подоспели другие служители зоопарка и мисс Дженнингс. А еще полицейские и врачи скорой помощи. Мисс Дженнингс бросилась к нам и, плача, стала нас обнимать. Врачи занялись Директором и положили его на каталку. А потом мы шли к выходу из зоопарка, и люди в толпе кричали, показывая пальцем на Директора: «Этот мужчина спас детей! Этот мужчина спас детей!»

Все начали хлопать. А мы с одноклассниками говорили всем: «Если бы не Директор, мы бы все погибли!» И люди хлопали еще громче.

У выхода из зоопарка было целое столпотворение: полицейские, пожарные, врачи скорой помощи и толпы зевак. Там был даже мэр города и журналисты. Наши родители должны были вот-вот подъехать, их предупредили.

Журналисты фотографировали Директора на каталке. Все кричали: «Он герой! Он герой! Он спас всех этих детей!»

И все стали хлопать Директору и бурно его приветствовать: «Спасибо!», «Браво!», «Слава герою!». Директор с каталки показывал пальцами букву V в знак победы, фотографы снимали его, а журналисты тянули к нему микрофоны.

На кухне папа с мамой глядели на меня глазами размером с блюдце.

– Но… это вы спасли Директора! – воскликнула мама.

– Это вы герои! – добавил папа. – Без вас его бы забодали носороги, или разорвали гепарды, или прихлопнули гориллы.

Я промолчала. А поскольку родители таращились на меня, разинув рот, я положила себе еще кусок морковного пирога. А потом сказала им, прижав палец к губам:

– Тс-ссс… это должно оставаться тайной.

Это называется «не высовываться».