Сказка — гораздо более молодое культурное явление, чем миф. И все же в сказочных сюжетах часто бывает заметно присутствие мифологических мотивов… Вера в то, что некое животное является предком (и родственником!) человеческого племени, общение со стихиями, оборотничество, способность общаться с представителями разных «этажей» Вселенной…
П. Халонен. Женщина у проруби. 1900 г.
Начнем со сказок, в которых главная роль отведена животным.
Не только у славян, но и у карел, и у финнов, и у прочих финно-угорских народов особым почтением пользовался медведь. По одной из версий мифа, он появился из клочка шерсти, брошенной в воду громовым богом. По другой — родился на небесах и был сыном Большой Медведицы, а оттуда его отправили на землю. Перед охотой на медведя нужно было произвести достаточно сложные обряды, нацеленные на то, чтобы боги-покровители природы не обиделись за смерть животного. Убитого медведя, принесенного охотниками, встречали в селении как дорогого гостя и всячески благодарили за то, что он дал возможность использовать его мясо и шкуру. Череп медведя укрепляли на сосне — считалось, что таким образом животное сможет возродиться вновь: во‐первых, не пресечется медвежий род, а во‐вторых, боги не станут сильно сердиться на людей за убийство животного.
Но почему именно медведь у многих народов пользовался таким уважением и считался едва ли не ближайшим родственником человека? Одна из главных причин, скорее всего, в том, что медведь «человекообразен». Он может передвигаться на задних лапах и пользоваться передними почти как руками (например, наклонить ветки кустарника, чтобы объесть с них ягоды). Он довольно легко дрессируется — изображения с «учеными» медведями встречаются в культурах разных народов начиная с древних времен. Медведь обладает достаточно высоким для животного интеллектом… Возможно, одна из причин — чисто практическая: медведь был для человека источником мяса и прочной теплой шкуры, хотя, конечно, обработка такой шкуры требовала значительных усилий.
В регионе, которому посвящена эта книга, образ медведя в культуре занимает почетное место: ничего удивительного, места-то здесь весьма «медвежьи»! Всевозможных примет и обрядов, связанных с медведями, у народов Карелии и Ингерманландии было великое множество. Например, у некоторых народов считалось, что именно медведем может оборачиваться леший или другой «хозяин леса». Медведя связывали с плодородием, природной мощью; на Руси существовало поверье, что, если женщина страдает бесплодием, через нее должен «переступить» ручной медведь. А чтобы узнать пол будущего ребенка, беременная женщина угощала медведя чем-нибудь вкусным; если, принимая угощение, он рыкнет или издаст еще какой-то звук — родится девочка, если же будет жевать подношение молча — мальчик.
Медведь — один из «рекордсменов» по количеству упоминаний в народных сказках
Много сказок и легенд у самых разных народов было сложено о замужестве женщин с медведями, причем от таких браков появлялись на свет самые могучие воины. Скорее всего, так в сказке отразились древние мифы, в которых брак между представителями разных видов не считался чем-то небывалым. Таким образом проявлялся тотемизм — вера в то, что какое-либо животное является предком племени или народа, а значит, оно близко «по крови». Впрочем, надо отметить, что в ряде сказок такой брак заканчивается плохо. Например, у некоторых финно-угорских народов есть сказка со схожим сюжетом: девушка, заблудившись в лесу, попадает в дом к медведю и выходит за него замуж. У них рождаются дети, и через несколько лет девушка со своим супругом-медведем решает навестить своих родителей. Они берут с собой детей и идут в ее родную деревню, но братья девушки, увидев у себя во дворе медведя и не зная, что это супруг их сестры, убивают его. (Как вариант, медведь, не сумев сдержать свои животные порывы, набрасывается на корову или лошадь, и в итоге его изгоняют или убивают.) Кстати, популярная детская сказка «Маша и медведь» является своего рода адаптацией этого печального сюжета.
МЕДВЕДЬ НА ГРАНИ
У некоторых народов медведь считался «проклятым человеком», например превращенным в зверя за какое-либо прегрешение против соплеменников. Наиболее сильным шаманам часто приписывалась способность принимать медвежий облик — этот зверь считался «пограничным», близким как к животным, так и к человеку.
Иногда вера в особое положение медведя принимала совсем уж необычные формы. В 1980-х годах под Ярославлем в одном из древних курганов было обнаружено захоронение взрослой женщины (примерно 35–45 лет) и девочки-подростка 11–13 лет, относящееся примерно к X–XI векам, времени, когда христианство уже было хорошо известно на территории Руси, но многобожие еще отнюдь не сдавало позиции. Поэтому в могильнике были обнаружены украшения, предметы домашнего обихода и тому подобное: в дохристианский период считалось, что человеку нужно дать с собой в загробный мир все то, чем он привык пользоваться в земной жизни.
Герб Новгорода Великого. Изображение медведя часто используется в геральдике
Так вот, помимо бусинок, глиняных горшков и украшений рядом с останками девочки были обнаружены кости медвежьей лапы, причем на один из сохранившихся когтей был надет перстень. Скорее всего, умершую девочку при захоронении символически «обручили с медведем». Но зачем? Самое популярное предположение таково: считалось, что дети и подростки, умершие в очень юном возрасте, имеют больший риск стать опасной нечистью, нежели взрослые. Поэтому девочку (причина ее смерти осталась неизвестной) «обручили» с медведем, как бы передав под покровительство лесного мира и избавив односельчан от риска того, что она вернется в другом — неприятном — обличье.
Медвежья тематика активно использовалась на свадьбах. В некоторых областях России невесту во время свадебных торжеств почтительно именовали «медведицей», а некоторые гости изображали медведей, надев вывернутые наизнанку тулупы. Причина этого уже освещалась выше — медведь был символом силы и плодородия, ну а для молодой семьи очень важно скорейшее появление наследников.
Сыном медведя является главный герой русской сказки «Иванко Медведко». Более того, его описывают как «до пояса человека, а от пояса — медведя».
Сохранилось много сказок о медведях-оборотнях — как, например, саамская сказка, которую мы предлагаем вашему вниманию.
…На берегу озера жили да были саам со своей женой и их дочка. И вот однажды саам отправился к оленям в тундру, а дочь его и жена остались дома. Сидят они вечером, готовят еду — и вдруг слышат за стеной снаружи тяжелые шаги. Не успели они испугаться, как ввалился к ним в жилище огромный черный медведь! А вся шерсть у медведя была покрыта инеем.
Испугались мать и дочь, забились в угол. А медведь, не глядя на них, подошел к очагу и разлегся рядом с ним.
Саамка и ее дочь не знали, что и делать. Пытаться выгнать медведя? Но у них сил не хватит с ним справиться. Ждать, пока хозяин вернется, чтобы он сам выгонял медведя? Но он может до тех пор их обеих съесть…
И тогда женщина, пересилив страх, подошла бочком к медведю и протянула ему рыбу. Медведь съел ее, а потом подобрался ближе к котлу, в котором варилась рыба, достал все из котла и тоже съел. А потом заснул. Проспал медведь всю ночь, а утром встал на лапы, повернулся к матери и дочери, поклонился им — совсем как человек! И вышел из жилища. Обе женщины робко пошли за ним, а медведь шел к лесу и оглядывался, как будто проверял, идут они за ним или нет. А когда они все дошли до озера, медведь остановился на берегу и долго смотрел на лед с полыньей; потом он опять обернулся к матери и дочери, словно хотел что-то им сказать. После этого он убежал в лес.
Когда пришел хозяин дома, жена и дочь подробно ему все рассказали.
— Наверное, это был оборотень, — сказал отец-саам. — А на озеро он вам показывал, потому что там утонул его друг или родственник. Пойдемте к полынье, посмотрим, что там.
Пошли они все на озеро, саам пошарил в полынье багром и зацепил лежащее под водой тело медведя. С большим трудом саам, его жена и дочь достали медвежью тушу из-под воды, на санях привезли ее к своему жилищу и обсушили. А потом стали снимать шкуру, и под этой шкурой оказался утонувший человек. Видимо, медведь, который заночевал в доме саамов, был и правда оборотень и хотел рассказать о своем погибшем товарище.
Ну а под шкурой человека-медведя семейство саамов нашло большой кошель, доверху наполненный золотыми монетами. На эти монеты купили они себе много всякого добра и зажили припеваючи.
В сказках более позднего времени медведь иногда выступает как простодушный и не слишком умный персонаж — как, скажем, в карельской сказке «Медвежий хвост». В русском фольклоре подобный сюжет тоже имеется, но там медведя заменяет волк.
Традиционное жилище саамов
…Однажды птица-синица высидела летом три яйца и вывела птенцов. Когда птенцы были уже большие, она оставила их однажды в гнезде и полетела по делам. А когда вернулась — видит: сидят ее птенцы высоко на ветках дерева, а от гнезда только несколько веток да перышек осталось.
— Что случилось, детки? — спрашивает синица.
Отвечают ей птенцы:
— Мама, пока тебя не было, приходил кто-то огромный, мохнатый да косолапый. Хотел нас съесть, но мы улетели и сели на дерево. А он со зла гнездо растоптал.
Поняла синица, что гнездо ее разорил медведь. Полетела она в лес, нашла медведя и заставила его прийти на суд. Собрались все лесные звери, выслушали синицу и постановили: за зло да за глупость отрезать у медведя полхвоста. А надо сказать, что у медведей тогда хвосты были длинные, почти как у лисиц и у волков!
И вот отрезали полхвоста медведю, идет он по лесу и плачет. А навстречу ему лиса:
— Что ты, косолапый, плачешь?
Говорит ей медведь:
— Да вот, притащила меня синица на суд. И за то, что я ее гнездо разорил, оторвали мне полхвоста.
— Да, это большое горе, — говорит ему лиса. — Пойдем ко мне домой, я тебя угощу вкусным обедом.
Приходят они домой к лисе — и видит медведь, что дома у лисы стоит огромный ларь, заполненный рыбой доверху.
— Как это ты столько рыбы наловила? — завистливо спросил медведь.
— Да проще простого, — говорит лиса. — Подошла к проруби, опустила в нее хвост, а рыба на мой хвост так и цепляется, так и цепляется! Отошла от проруби — и мне оставалось только снять рыбу с хвоста, сложить в мешок и отнести домой.
— А я могу так же ловить рыбу? — спрашивает медведь.
— А почему бы и нет? — говорит лиса. — Полхвоста-то у тебя еще осталось!
Мельница на острове Кижи (Карелия)
И вот побежал медведь к проруби, опустил в нее остаток хвоста и ждет, когда на него рыба начнет цепляться. А мороз был сильный, и лед понемногу начал сковывать медвежий хвост. Попробовал медведь приподняться — и чувствует: ничего не получается, хвост примерз намертво.
«Хорошо-то как, — думает медведь. — Это сколько же рыбы мне привалило, что даже хвост не сдвинуть с места!»
А тут и утро наступило; пришли на прорубь люди за водой. Увидели медведя — и ну его коромыслами по бокам охаживать. Рванулся медведь, оставил в проруби хвост и убежал — еле ноги унес. Вот с тех пор и нет у медведей хвоста.
Почитание медведя часто связывалось еще и с тем, что этот зверь осенью впадает в спячку, а весной пробуждается. В этом видели связь с годовым циклом, считали медведя животным, близким к солнцу.