— Прошу прощения, — в третий раз повторила Элис, деликатно кашлянув, и в третий раз её реплика осталась без внимания. Девушка нетерпеливо постучала по стеклу костяшками пальцев. Наконец сторож, оторвавшись от увлекательнейшей беседы со своим сменщиком, повернулся к Элис.

— Добрый день.

— Элисон Мейнфорд, Айзенбургская академия, — она протянула ему студенческий билет.

— Проходите, мисс Мейнфорд.

Элис вежливо кивнула, подавив зевок. Она плохо спала этой ночью: странные, тревожные картины сменяли друг друга, не давая соскользнуть в бархатно-чёрную тишину сна.

Прошло двое суток с момента таинственного исчезновения профессора Джонса и его ассистента. Полицейские перевернули вверх дном весь Айзенбург, однако не обнаружили ничего, что могло бы вывести на след злоумышленников. Единственное, что удалось выяснить: портал вёл к истоку Айзы, в горное ущелье в четырехстах милях от города. Ходили слухи, что глава департамента полиции взял ход расследования под личный контроль, но принесёт ли его участие в деле какие-либо плоды, пока оставалось неясным. Официальное заявление инспектора было сухо и немногословно: «Мы работаем над этим». А поскольку никаких более комментариев дано не было, люди терялись в догадках, репортёры строили свои версии произошедшего, одна другой невероятней, а Элис… Элис всегда всё делала по-своему.

За окном вовсю светило солнце, но в коридорах и залах Национального архива стояла полутьма, слегка разжиженная тусклыми лампочками в металлической оплётке. Элис втянула воздух, пропитанный запахами старой бумаги. Двенадцать этажей информации. Подшивки газет и журналов, копии документов, сводки статистических отчётов, исторические хроники… По этим коридорам можно было бродить годами, и так ничего и не найти.

Конечно, если само существование параллельного мира — тайна, столь усердно скрываемая от простых смертных, это закрытая информация, и в архиве её попросту нет. Но как бы тщательно власти не заметали следы, они не могли предусмотреть всего. Должно же было остаться хоть что-то.

В глазах девушки сверкнула решимость. Она знала: случайностей не бывает. И о Реверсайде она узнала именно сейчас тоже не случайно. Её мать, исчезнувшая много лет назад при загадочных обстоятельствах, что-то знала или была как-то связана со всем этим. Вопрос в том, как?..

Здесь, в архиве наверняка есть то, что ей нужно. И, чтобы докопаться до правды, она должна отыскать это.

В отделе с периодикой народу было немного: в основном студенты, собирающие материалы для курсовых, журналисты, да клерки из Департамента статистики. Никто не обращал внимания на девушку в широкополой фетровой шляпе и темно-сером пальто. В проходах между книжными шкафами стояли письменные столы, за некоторыми из них работали люди. Шуршали перелистываемые страницы, скрипели авторучки. Возле приоткрытого окна жужжала пчела.

Остановившись у свободного стола, Элис сняла пальто и аккуратно повесила его на спинку стула. Потом достала с полки пухлый том справочника в потрёпанном переплёте.

«Ну-с, посмотрим…»

Разумеется, в алфавитном указателе никаких ссылок на Реверсайд не нашлось, равно как и упоминания параллельных миров и тому подобных аномалий. Элис украдкой огляделась по сторонам и незаметно стянула перчатки: в них было жарко. Всё оказалось сложнее, чем она предполагала. Чтобы пролистать подшивки газет хотя бы за последний год, уйдет немало времени. Девушка содрогнулась от мысли о том, сколько материалов ей предстоит перелопатить.

Действовать наобум не хотелось. Можно, конечно, обратиться за помощью к методисту, но Элис нутром чувствовала, что как раз этого ей делать не следует. Значит, придётся искать самостоятельно.

Что она знает?

Радиопрограмму Тины Смит закрыли из-за того, что она позволила себе затронуть в прямом эфире тему параллельных миров, да ещё и заявить о возможности их существования. Элис зажмурилась, припоминая детали интервью… Тина зачитывала отрывок из письма этого парнишки из Вест-Гардена, Брайана, кажется. Хм, а ведь Вест-Гарден — это совсем рядом. Вероятно, незнакомцы в Гранд-отеле, говоря о деактивировавшемся мосте, имели в виду именно его…

Может быть, в газетах есть описание похожих случаев?

Элис медленно двинулась вдоль полок, скользя взглядом по названиям и датам, выгравированным на медных табличках.

Официальные издания вряд ли напечатали бы что-либо подобное. В молодёжных журналах половина историй — высосанные из пальца опусы скучающих журналистов. А вот альманах «Девятое небо», пожалуй, стоит взглянуть.

Она вытащила с полки толстенную подшивку, пролистала оглавление. Ничего. Вторую, третью, десятую… Никаких упоминаний о проходах в параллельный мир.

Время летело незаметно. Случайно взглянув на часы, Элис с удивлением обнаружила, что уже поздний вечер. До закрытия архива оставалось около часа.

— Похоже, вы что-то ищете, мисс?

Элис вздрогнула и уронила газеты, подняв тучу бумажной пыли. Когда она встала на ноги, мужчины, заговорившего с ней, уже не было видно.

— Здесь все что-нибудь, да ищут, — протянула она.

— В жизни всё, так или иначе, сводится к поискам, — философски заметил незнакомец, — Сначала мы ищем одно, потом другое. Только кто-то находит искомое, а кто-то нет.

— Это всё слова, — Элис повертела головой: вокруг неё никого не было. Прихватив пальто, она пошла на голос, — Я ищу факты. А пространных рассуждений о мироустройстве и смысле бытия мне и без вас хватает.

— Логично, — невидимка тихо рассмеялся, — Было бы странно, если бы вы рассуждали иначе. Все хотят конкретики. Однако далеко не всё в нашем мире можно представить одними лишь голыми фактами.

Голос звучал совсем близко. Элис повернула за угол, но увидела лишь книжные полки и пустой коридор.

— Где вы? — крикнула она, — Постойте!

— О, прошу прощения, — поспешил извиниться голос, — Я, кажется, немного заплутал. Здесь так сложно ориентироваться…

— Вы тоже что-то ищете, сэр?

— Разумеется, ищу. Иначе зачем бы я блуждал здесь? И, думается мне, я уже нашёл…

— Поздравляю, — уныло вздохнула Элис, — А я — нет.

— Могу ли я быть вам чем-то полезен? Какова тематика ваших поисков?

Элис промолчала.

— В любом случае, позвольте пожелать вам удачи, — голос звучал всё тише, — До свидания.

Где-то хлопнула дверь, и в помещении вновь стало безлюдно. Элис сделала ещё несколько шагов, но потом поняла, что это бессмысленно: незнакомец, которому принадлежал голос, уже ушёл. Она хотела вернуться к подшивкам «Девятого неба», как вдруг заметила на столе пачку пожелтевших газет, датированных началом века.

Заголовок одной из заметок гласил:

«Первая очередь „Кристалл-Паласа“ будет возведена в срок».

Ниже шла собственно статья:

«Ударными темпами идет строительство главной архитектурной доминанты предместья Тайвенс. На данный момент уже возведено восемнадцать из двадцати двух этажей центральной башни жилого комплекса, из окон которой открываются восхитительные виды на дельту Айзы и центр города. Коммерческий директор застройщика, корпорации „Омега-строй“ заявляет, что к концу четвёртого квартала этого года корпуса первой очереди будут введены в эксплуатацию, а это значит, что не позже, чем через полгода счастливые новосёлы получат ключи от своих квартир».

Далее шли витиеватые дифирамбы в адрес застройщика и реклама апартаментов. А ещё ниже — фотоснимок бригады рабочих в оранжевых касках и такого же цвета комбинезонах с широкими светоотражающими полосками. Приглядевшись к фотографии, Элис изумлённо ахнула. Один из строителей был ей знаком.

Мистер Тайлер в окружении своих коллег широко улыбался со страницы газеты.

«Тайлер? Офицер ДВР??»

Элис пригляделась. Нет, глаза её не обманывали: это был не двойник и не брат-близнец, это действительно был он.

«Вскоре после выхода статьи стройку заморозили. А мистер Тайлер решил резко сменить род занятий. Решил? Или был вынужден»…

Скорее всего, именно он обнаружил проход в иной мир. Вероятно, даже побывал там.

Теперь понятно, почему стройку заморозили. Ошибка проектировщиков, надо же. Эта версия всегда казалась ей притянутой за уши.

Похоже, кое-что начинает проясняться.

Она вышла из здания архива. Солнце уже село, и небо стремительно темнело.

«Надо будет разыскать Тайлера и рассказать ему всё, что мне известно».

Внезапно она осознала, что не знает, где находится штаб-квартира ДВР. Первый и единственный раз, когда ей «посчастливилось» там побывать, их с Робертом телепортировали и туда, и обратно. Кто-то из агентов наверняка дежурит у «Кристалл-Паласа», но второй раз искупаться в фонтане Элис совсем не улыбалось. Вряд ли они соизволят её выслушать, учитывая то, как они с ней обошлись в прошлый раз.

— Эй, мисс! Постойте!

Двое патрульных быстрым шагом двигались прямо к ней, жестами приказывая оставаться на месте. Запоздало сообразив, что забыла надеть перчатки, Элис стремглав бросилась в ближайшую подворотню. Отсутствие перчаток у магов означало готовность к нападению, и было приравнено к ношению оружия. Прикидывая в уме, какой штраф ей могут влепить за появление в общественном месте в таком виде, она перемахнула через невысокую изгородь, пересекла газон и оказалась в соседнем дворе.

— И какой идиот пропихнул в Сенат этот нелепый пункт про перчатки?! Ведь если есть пентаграмма, ты же всё равно не сможешь использовать энергию в количестве, большем, чем разрешено допуском! Выше головы ведь не прыгнешь.

Прошла минута, другая. Преследователи не появлялись.

Отдышавшись, Элис надела перчатки и направилась в сторону Роуз-авеню.

Неплохо было бы чем-нибудь перекусить. Впереди заманчиво светилось окно павильона с мороженым. К счастью, он ещё был открыт.

Элис разорвала фольгу, и шоколадная глазурь сразу покрылась капельками конденсата. Эскимо достали с самого дна морозильника: оно было как каменное. Но зато его хватило на целых три квартала.

Прямо над головой горела, подмигивая, одинокая звезда; у горизонта висел тоненький серп луны. Прохладный ночной ветер ерошил волосы. Рассеянно вертя в руках деревянную палочку от мороженого, Элис шла напрямик, через дворы.

Она была уже почти рядом со своим общежитием, в небольшом уютном скверике, густо засаженном фруктовыми деревьями, когда в узком проёме между двумя соседними домами мелькнул тёмный силуэт. Мелькнул и исчез, но Элис успела заметить зеленоватый отблеск магического огня. Отчего-то её бросило в холод. Понимая, что она рискует стать ненужным свидетелем чьих-то разборок, Элис прибавила шаг, и, перейдя на другую сторону улицы, свернула в безымянный переулок.

Еще два двора — и она дома.

Фонари не работали: в последние месяцы их почти не включали, но в домах кое-где горели окна, худо-бедно освещая булыжную мостовую. Элис посмотрела по сторонам. Слева тянулись жилые дома, справа — кованая решётка ботанического сада. Прохожих поблизости не было.

Но тонкий слух мага нельзя обмануть. Она знала — кто-то следует за ней по пятам. Впереди опять вспыхнул зелёный огонёк, но Элис ничуть не удивилась этому: на этот раз она была готова. Разбежавшись, девушка оттолкнулась от земли и, перелетев через ограду, кувыркнулась в траву.

Наскоро отряхнув брюки от земли, Элис, не оглядываясь, бросилась бежать, но стоило ей сделать пару шагов, как она угодила в колючую проволоку, зацепившись подолом пальто. Девушка рванулась вперёд, но только сильнее запуталась: проволока держала крепко. Гадая, каким образом на газоне оказалась эта ржавая гадость, и бормоча самые лестные слова в адрес городских коммунальных служб, обязанных следить за чистотой и порядком, она принялась расстегивать пуговицы, как внезапно услышала голос Роберта Вайденберга.

— …и помните, это наш последний шанс. Другой попытки не будет. Нам нужна вся энергия, до последней капли…

— Берти? — изумилась Элис, — Что ты здесь делаешь?

Свет молодого месяца был слишком слаб, чтобы пробиться сквозь густые кроны деревьев. Элис моргнула и прищурилась, пытаясь разглядеть лица говоривших. Кусты шевельнулись, и две или три тени, очертаниями напоминавшие людей, отделились от темноты и двинулись в её сторону. Скинув пальто, Элис поднялась на ноги, поёживаясь от ветра.

— Роберт, это ты? — повторила она и шагнула вперёд. Под ногами хрустнула сухая ветка, — Эй, я тебя узнала. Что молчишь, как партизан? Подай голос, я ничего не вижу.

Раздался тихий взволнованный возглас, тут же оборвавшийся.

— Берти, это не смешно, — сказала Элис с упрёком, — Если решил меня разыграть, давай будем считать, что тебе это удалось. Выходи уже и помоги мне. Новое пальто из-за тебя порвала.

Ответа не последовало.

— Берти? — пробормотала она уже не так уверенно.

Сердце бешено застучало, Элис стало жутко и жарко. Она сделала ещё шаг, как перед ней вспыхнуло кольцо холодного света, а в следующий миг её повалили на спину, плотно прижав к земле.

— Ты? — пораженно воскликнул незнакомец голосом Роберта, опуская фонарь. Его глаз не было видно из-за густых, слегка вьющихся волос, падавших на лоб, но девушка чувствовала, как он буравит её взглядом, — Но…

— Берт… — Элис непонимающе посмотрела на человека, которого она приняла за своего друга, — Вы не…

Бесспорно, напавший на неё мужчина не имел с Робертом ничего общего, — за исключением голоса. При этом очевидно было, что он узнал её, хотя девушка могла поклясться, что никогда прежде не встречалась с этим человеком.

Элис вдруг остро осознала свою полную беспомощность. Ни допуска, ни оружия. Она заметила, что до сих пор сжимает в руке палочку от мороженого, и невольно усмехнулась.

— Пустите меня! — возмущённо воскликнула она, впрочем, зная, что толку от этого не будет.

— Элисон? Элисон Мейнфорд?

На арене событий появилось ещё одно действующее лицо, коим оказался ни кто иной, как господин Уинстон.

— Отойди, Лео. Я разберусь, — Уинстон помог ей подняться, — Вижу, я вовремя… Добрый вечер, мисс.

Элис машинально пробормотала слова благодарности, недоумевая, как и почему солидный бизнесмен оказался здесь в такое время, и откуда он знает напавших на неё людей.

— Вы живёте неподалеку, верно? — осведомился Дэниел Уинстон.

— Да, но…

— Вот и отлично. Держите ваше пальто.

— Спасибо…

Проводив её до ворот ботанического сада, Уинстон остановился, скрестив руки на груди.

— Не стоит разгуливать по ночам, — он старался сохранить невозмутимое выражение лица, но уголки его губ подрагивали в насмешливой улыбке, — Особенно в тёмных парках. И уж тем более в одиночку. Мало ли что может случиться?..

Элис хотела возразить, но Уинстон не дал ей открыть рот.

— У меня ещё остались кое-какие дела… Вы ведь доберётесь до дома самостоятельно, правда?

— Разумеется! — оскорблённо воскликнула Элис: она не выносила, когда с ней обращались как с грудным младенцем, — Всего наилучшего, мистер Уинстон!

Дэниел Уинстон протянул руку, но девушка сделала вид, что не заметила этот жест. Она демонстративно хмыкнула, и, круто повернувшись на каблуках, зашагала по тротуару.

* * *

Матерый дракон с чешуёй цвета булатной стали кружил в грозовом небе, среди свинцово-серых туч. Дракон был голоден и зол, он искал жертву. Элис стояла посреди каких-то развалин, прижавшись к стене и затаив дыхание. Она боялась, что дракон заметит её и съест.

Каким-то краешком сознания она понимала, что это всего-навсего сон. Но дикий, животный страх затягивал вокруг неё тугие петли отчаяния, парализуя волю, не позволяя собраться с духом, не оставляя сил на то, чтобы проснуться. Элис побежала вперёд. Она искала укрытие, но все двери были закрыты, все окна темны. Поскользнувшись на мокрой земле, она упала, и прямо перед собой увидела раскосые глаза дракона, наполненные маслянистым блеском. Чудовище торжествующе оскалило пасть, полную острых зубов, и…

— Ты не забыла, что у тебя сегодня защита?

Элис вскрикнула и вскочила как ошпаренная.

— Кошмар приснился? — участливо спросила Меридит. Выразительно посмотрела на её измазанные грязью сапоги, валявшиеся в углу, и разорванное в клочья пальто, — Будешь продолжать болтаться по ночам неизвестно где, и не такое приснится.

— Уже утро, что ли? — простонала Элис, яростно протирая глаза, — О, нет… Который час?

— Я тебя давно разбудить хотела, но ты так сладко спала, — Меридит хихикнула, — А кто такой Дэниел Уинстон?

Элис залилась краской. Она, что, бормотала во сне?!

— Никто, — буркнула она, застёгивая ремешок часов, — Случайный знакомый. Ну… я танцевала с ним на банкете.

Подруга многозначительно подняла брови.

— Это не то, что ты подумала. Он промышленник из столицы. И, похоже, не брезгует ничьим обществом. Вчера вечером я застала его в компании каких-то отморозков.

— Понятненько… Из столицы, значит.

— Мэр, если об этом кто-нибудь узнает…

— Всё, всё, всё! — перебила Меридит, с трудом сдерживая хохот, — Успокойся, намёк понят. Я нема, как рыба.

Элис запустила в неё щёткой для волос, но Меридит уже успела выбежать за дверь.

Надо бы ещё разок пробежаться по тексту доклада. Девушка уставилась в исписанные листы, пытаясь выбросить из головы всё остальное.

Она не особенно доверяла сновидениям. Чаще всего они вообще не запоминались. Как правило, ей снилась какая-нибудь бессмыслица на тему предстоящих экзаменов или недавних праздников. Бывали и исключения, но вспомнить такие сны было трудно, и ещё труднее понять. Всё путалось, в памяти удерживались лишь неясные, расплывчатые образы, к которым трудно было даже подобрать подходящее название.

Вещие сны иногда приходят к людям, — их сознание, незамутненное излишними вибрациями, может адекватно воспринимать знаки, посылаемые свыше. С магами всё несколько сложнее. Природой устроено так, что маги способны получать и обрабатывать гораздо более широкий диапазон информации, в том числе и помехи; а во сне, когда сознание отключается, шумовой фон так велик, что практически полностью перекрывает всё остальное.

Но только не сегодня. Перед её мысленным взором до сих пор стоял жуткий зверь.

Похоже, это был настоящий сон. Но что бы он мог значить? В чём истинный смысл увиденного? Предзнаменование? Предостережение? Подсказка?..

Элис стряхнула бродившие по коже мурашки. Сейчас ей следовало думать совсем не об этом. На часах было почти девять, а она ещё хотела успеть позавтракать.

* * *

Солнце заглядывало в высокие окна аудитории, отбрасывая через неплотно закрытые жалюзи узкие полоски света, в которых плавали золотые пылинки. Деревянные столы были сдвинуты в сторону: в кабинете собирались делать ремонт. На широких ступенях, амфитеатром уходивших вверх, сидела девушка в черной студенческой униформе с гербом Академии, вышитом на лацкане пиджака.

Дверь приоткрылась, и в ней появилась белобрысая голова паренька.

— Салют! Ну, как ты тут? Настроение боевое?

— Это ужасно, Берти, — сокрушённо пробормотала Элис.

— Что-то не припоминаю, чтоб ты так нервничала из-за учебы…

— Это ужасно! — она бессильно сжала кулаки, хрустнув пальцами, — Не иметь возможности использовать элементарные заклинания. Знаешь, Берти, иногда я тебе завидую. Нет магии — нет проблем.

— Большая сила всегда предполагает большую ответственность, — стоически вздохнул он, — И ограничения необходимы для тех, кто не всегда может её контролировать. Вспомни историю…

— Да знаю я нашу историю!

— Элис, не кипятись. Я не сомневаюсь, что уже через несколько часов с гордостью пожму тебе руку, — не как студентке, а как дипломированному магу.

— Кстати, Роберт, — она пристально посмотрела на парня, — Где ты был вчера вечером, в районе половины двенадцатого?

— У себя дома, разумеется. Помогал Стиву проявлять стереограммы…

— Уверен?

— Да, а что?

Элис вспомнила недавнюю статью о двойниках известных актёров. Если существуют очень похожие люди, стало быть, существуют и похожие голоса?

— Ничего… Забудь.

Из коридора донеслись шаги людей: подошло время перерыва на кофе.

— Когда твой доклад, скоро?

— Прямо сейчас, — Элис встала, — Хочешь это видеть?

— А что, нельзя?

Она страдальчески закатила глаза.

— Только не вздумай меня смешить.

Защита дипломов проходила в одном из конференц-залов Академии. Почти все кресла пустовали, лишь на первых двух рядах сидели люди: экзаменационная комиссия в полном составе, декан и несколько студентов-первокурсников с блокнотами и карандашами. Роберт устроился с краю, внимательно изучая позолоченную лепнину на потолке и стараясь не встречаться взглядом с докладчицей.

Элис взяла неоновый фломастер и принялась вычерчивать на доске диаграмму, иллюстрирующую результаты её исследования. Закончив рисунок, она подошла к трибуне, выжидающе глядя на членов комиссии. Вроде бы все в сборе…

— Элисон Мейнфорд, факультет прикладной магии, — представилась она, — Руководитель диплома — профессор Томас Кингстон. Итак, тема работы…

Дверная ручка повернулась, и в кабинет вошли ещё двое: высокий статный мужчина лет тридцати пяти и юноша примерно её возраста. Кивнув Элис, чтобы она не прерывала доклад, они сняли шляпы и, стараясь не привлекать внимания, торопливо прошли на галёрку, подальше от преподавателей. Профессор Кингстон неодобрительно посмотрел на опоздавших, но отчего-то счёл за лучшее промолчать.

— Тема моей работы, — кашлянув, продолжила Элис, — Изучение колебаний мерности пространства и анализ возможных факторов, влияющих на данный процесс.

Берти поспешно выключил свой некстати затрещавший коммуникатор, виновато заёрзав на стуле.

— Как мы знаем, мерность пространства нашего мира равна числу Пи, или приблизительно трем целым и четырнадцати сотым, — она указала на первый график, — Три целых приходятся, соответственно, на измерения пространства, — назовем их условно: длина, ширина и высота, а дробная часть — на вектор времени. Вот в этой точке, — Элис постучала указкой по центру модели, — линии сходятся, что делает такую систему стабильной и уравновешенной. Первоначально моей целью было вычислить дробную часть с максимальной точностью, и постараться свести её к конечному числу. Для этого был сконструирован вот этот прибор.

Профессор Кингстон кивнул и ободряюще улыбнулся. Остальные преподаватели вытянули шеи, скептически рассматривая самопальный агрегат.

— Всё просто. Стекло герметично запаяно, воздух откачан. Внутри находится электромагнитный генератор, работающий от октаниумового аккумулятора. Кроме этого, для исключения возможных погрешностей замеры производились при минус пятидесяти градусах. Красная стрелка показывает число оборотов в секунду, счётчик — общий пробег. Всего было сделано шесть замеров с интервалом в месяц. В первый замер мерность пространства была вот такой, — привстав на цыпочки, она написала над диаграммой длинный ряд цифр, — А в шестой замер стала такой.

Элис оторвалась от доски и обвела присутствующих торжествующим взглядом.

— На графике представлено изменение мерности пространства в течение шести месяцев. За это время она выросла на ноль целых восемнадцать тысячных, и продолжает расти. Как видите, график представляет собой параболу. Какие из этого можно сделать выводы? Во-первых, вот эту модель пространства можно смело выкинуть на помойку, — Элис размашисто перечеркнула диаграмму, — Так как она ошибочна. Модель, описывающая наше пространство, динамична, и мерность его растёт по экспоненте.

По залу пробежал ропот. Первокурсники, забыв про свои блокноты, о чём-то горячо заспорили.

— Во-вторых, — проговорила Элис, — Если мерность пространства растёт, это значит, что энергоёмкость системы падает. А по закону сохранения энергии, в замкнутой системе это в принципе невозможно, из чего следует вывод, что наш мир замкнутой системой не является.

— Мисс Мейнфорд, — прервала её профессор Хаклбери, — У меня сразу возникает встречный вопрос: отчего вы решили, что этот график — отрезок параболы, а не синусоиды? Ведь система вполне может быть подвержена периодическим колебаниям.

— Я рассматривала такой вариант, — ответила Элис после секундного размышления, — Но в процессе работы от этой версии пришлось отказаться: дело в том, что в природе не существует факторов, способных вызвать резонансные колебания такой амплитуды. Это подтверждают расчёты, изложенные в восьмой главе. Более подробно вы можете прочитать об этом в автореферате, если же в двух словах — точка невозврата пройдена приблизительно в середине графика.

— Позвольте вопрос, мисс Мейнфорд! — один из студентов вскочил с места, вскинув руку вверх, — Теоремы Джонса-Льюиса ещё никто не отменял. Налицо противоречие постулатов нелинейности пространства и ваших расчётов. Пожалуйста, прокомментируйте это.

— Действительно, противоречие есть, — кивнула Элис, — Теорема Джонса-Льюиса говорит, что параллельные вселенные существуют автономно друг от друга, и никак не связаны. Но энергия не может утекать в никуда. Это возможно в одном-единственном случае: если рядом с нашим миром существует другой мир, и между ними есть открытый канал. Я понимаю, для вас это звучит неправдоподобно, — Элис повысила голос, пытаясь перекричать гул, стоявший в аудитории, — Но этот вывод подтверждают цифры.

— Если предположить, что между нашим миром и гипотетическим параллельным миром существует связующий канал, почему вектор энергии направлен не к нам? Что мешает энергии течь в другую сторону?

Вместо ответа Элис положила колпачок от фломастера на стол. Он покатился к краю и упал на пол.

— В сообщающихся сосудах уровень жидкости всегда одинаков. Всё в природе стремится к равновесию. Думаю, вы поняли аналогию.

— Мисс Мейнфорд, допустим, вы правы, — произнёс профессор Морриган, блеснув круглыми стёклами пенсне, — Однако как вы объясните тот факт, что тысячи и тысячи лет мерность пространства была константой, а нестабильной стала только сейчас?

«Реверсайд», — пронеслось у Элис в голове. Мужчины на последнем ряду синхронно вздрогнули и переглянулись.

— Боюсь, что данный вопрос выходит за рамки моей работы, — она слегка улыбнулась, — Но если я продолжу исследования, думаю, мы получим ответ и на него.

— Господа, — взял слово декан, — У кого-нибудь ещё остались вопросы к докладчице? Нет вопросов? В таком случае, комиссия удаляется для принятия решения об аттестации.

Профессора направились к выходу, продолжая обсуждать доклад.

Элис глубоко вздохнула. Она могла бы сказать гораздо больше, если бы была уверена до конца, что имеет на это право. Год назад, выбирая тему дипломной работы, она и представить себе не могла, к каким последствиям это приведёт. Реверсайд… Сколько ещё скелетов в шкафу она обнаружит, занимаясь своими исследованиями?

— Браво, мисс Мейнфорд. Замечательное выступление. Факультету прикладной магии немыслимо повезло заполучить такую студентку, как вы.

Двое мужчин, опоздавших на доклад, стояли перед ней. Тот, что постарше, похоже, занимал руководящую должность: в его голосе и манерах была спокойная уверенность, чего нельзя было сказать о его молодом спутнике, несколько нервно озирающегося по сторонам.

— Благодарю вас, — тактично ответила Элис, — Надеюсь, руководство Академии сочтет целесообразными дальнейшие исследования данного феномена.

— Как знать, — мужчина покачал головой, — Может быть.

Молодой человек тронул его за рукав, тот кивнул, и, поклонившись Элис, незнакомцы покинули конференц-зал.

— Это ещё кто? Ты их знаешь? — спросил Роберт, с любопытством глядя вслед мужчинам.

— Нет.

— Странные субъекты. Глаз с тебя не сводили, и весь доклад о чем-то шептались.

— Наверное, спорили, не опасно ли давать мне допуск, если я и без него чуть не превратила «Кристалл-Палас» в руины, — язвительно заметила Элис, — Хватить молоть ерунду. Мало ли о чём они говорили.

— Беру пример с тебя, — отшутился Берти, — Это ты во всём пытаешься отыскать двойное дно. Пойдём лучше прогуляемся. Результаты нам не скоро объявят: они там ещё полдня будут чаи гонять и обсуждать новый галстук премьера.

Глаза защипало от полуденного солнца, ветер взъерошил волосы. Над головой синела лазурная эмаль неба. Необъятного, бездонного, бесконечного… В такие дни невозможно думать ни о чём неприятном. В такие дни кажется, что жизнь прекрасна.

Элис с наслаждением втянула воздух, пахнущий мёдом и солнечным светом.

— Угадай, кто пойдет за зефиром и джин-тоником? — она выгребла из кармана горсть монет.

— Я?!

— Ну, не я же. Только пошустрее, магазин скоро на обед закроется.

На улице было шумно, суетливо, и по-летнему радостно. Кругом бродили студенты, ожидавшие результатов экзаменационных испытаний; почти всех Элис знала по имени. В искусственном водоёме посреди площади купались голуби.

В такие дни не верится в злых драконов из ночных кошмаров и таинственные исчезновения.

Не верится даже в Реверсайд.

А ведь Стив и Роберт чуть не погибли из-за этого, а она — едва не вылетела из Академии. Радиоведущая потеряла работу, профессор Джонс и его ассистент пропали без вести, и она подозревает, что Брайан из Вест-Гардена тоже исчез. Сколько ещё людей пострадало из-за того, что оказались не в то время не в том месте, или узнали больше, чем нужно? А сколько ещё должно пострадать?

— Еле успел, — пропыхтел Берти, размахивая пакетом, — Я и одноразовые стаканчики захватил. Ну что, за твой допуск?

Заметив съестное, к ним тут же стянулись все, кто был на площади.

— А разве это не плохая примета — заранее праздновать? — осторожно спросил кто-то.

— Магам — верить в приметы?

Раздался дружный хохот.

— А у тебя что за тема была, Арчи? — поинтересовалась Элис у сокурсника.

Арчи яростно замотал головой.

— Трезвый я это не выговорю.

— «Совершенствование передачи энергии без проводов в целях минимизации волновых потерь методом сопряжённой трансформации».

— Кто это сказал?! Так, ему больше не наливать…

— А Джозеф вчера защищался. Видели бы вы, как он поставил на место профессора Хаклбери!

— Он всем нос утёр. Неудивительно, что его приглашают на стажировку в Грейстоун.

— В столицу? Везёт же!..

Постепенно беседа перешла в другое русло, и Элис перестала участвовать в разговоре. Она вдруг осознала, что умирает от жажды. Хорошо, что поблизости был питьевой фонтанчик. Вода оказалась на удивление вкусной, насыщенной кислородом и освежающе холодной.

Напившись вдоволь, Элис вернулась к сокурсникам. Сладости, ненадолго скрасившие минуты томительного ожидания, были уничтожены, а Роберт куда-то исчез.

— Идёмте наверх, — вдруг объявил Арчи, показывая на свой коммуникатор, — Мне Берти позвонил, — Комиссия вернулась с обсуждения. Есть результаты.

— И?! — на лицах выпускников было написано нетерпение.

— Ну-у, — он ухмыльнулся, намеренно затягивая паузу, — Ладно, не буду вас мучить: мы защитились на отлично, все мы. Идёмте же!

Когда очередь дошла до неё, Элис взволнованно вздрогнула, а её сердце радостно подпрыгнуло в предвкушении долгожданного момента. Она представляла себе это много раз, и всё же в жизни это выглядело куда натуральнее и торжественнее, чем в её грезах, — как профессор Кингстон пожимает ей руку, лучезарно улыбаясь, и вручает подлинник диплома в новеньком серебристом переплёте; как она снимает свои чёрные перчатки, и декан вырисовывает несмываемыми чернилами на её ладони три вожделенных символа; как однокашники — нет, теперь уже коллеги хлопают в ладоши и наперебой выкрикивают поздравления…

Восторг и ликование наполнили её до краев: это чувство было сродни упоительному ощущению полёта на фэрлинге. Отныне она, Элисон Мейнфорд, выпускница Айзенбургской императорской академии естественных наук, — сертифицированный маг, с настоящим, а не с фальсифицированным допуском. Отныне она не беспомощна, как улитка без раковины, и при необходимости сможет постоять за себя и защитить тех, кто ей дорог.