— Странные у него когти. Но это подождёт, займусь уже по возвращении.

Гильфар вопрошающе фыркнул, но почти сразу кивнул, догадавшись, о чём говорит его друг.

— Собираешься наведаться в их лагерь. — Уже не спрашивал, а утверждал он.

— Да. С ним пришло три десятка конных всадников, но вряд ли это весь отряд.

— Точно не весь. — Согласился Берем. — Но погоди пока. Подержишь его, — он кивнул в сторону Румиса, — за хвост, если попытается удрать. Я за этим лохматым не угонюсь. — Дождавшись согласного кивка, гильфар задал ещё один вопрос. — А что с остальными гостями?

Рей мгновение помолчал, повернулся куда-то в сторону и лишь потом ответил.

— Цесс уже закончил. Половина выжила. Даже почти целы.

— Хэх. — Довольно фыркнул гильфар и повернулся к Румису. — Тогда я спешить не буду. Ну, иди сюда, лохматый.

Но вот аш’хассец энтузиазма Берема, видимо, не разделял. Вид у разбойника и без того был не слишком свежий. Два полновесных удара, усиленных энергией второго уровня явно не прошли для него даром. Из оскаленной пасти всё ещё капала кровь да и затравленные глаза, которыми он смотрел на гильфара явно показывали, что в свою победу он тоже особо не верит.

И Берем это сразу понял, решив сыграть на опережение:

— Клянусь предками, если ты сейчас побежишь, я оторву тебе хвост. И откушу лапу. — Будто подтверждая свои слова, гильфар выставил на показ ряды острых, длинных клыков.

Румис проникся. По крайней мере, взгляд, которым он уже начал блуждать по рядам повозок теперь прикипел к здоровенной фигуре Берема, неспешно шагающего к нему. О чём сейчас раздумывал аш’хассец Рей даже не решался представить. Но в одном можно было не сомневаться: сражаться с гильфаром Румис не собирался.

Вот только думать ему оставалось недолго, гильфар шагал неспешно, но и места здесь было не то, чтобы слишком много.

Бросив быстрый взгляд в сторону обороняющихся, Рей заметил, что особых проблем у тех нет. Численное преимущество, защита в виде повозок да и чего уж там, опыт наёмников делали своё дело. Не зря же они получали своё золото. И всё же Рей решил, что вмешаться не будет лишним. По его фигуре прошла волна голубой энергии, полностью скрыла под собой даже плащ, а потом разделилась и немного в стороне появились сразу две, сотканные из похожей на светящуюся воду копии Рея.

На втором уровне Иллюзорная тень позволяла создать сразу парочку двойников. Да и созданные из соответствующей энергии они были не в пример сильнее. Говорить или даже понимать речь эти копии не могли, но это оказалось даже плюсом. Самостоятельными существами они не были, зато выполняли довольно примитивные мысленные команды. А к такому способу общения Рей был в какой-то мере привычен. Одно короткое желание и двойники отправились на помощь наёмникам.

И вот похоже, именно это и стало той последней соломинкой, которая сломала спину Румиса. Ошеломлённым взглядом проводив парочку светящихся копий, довольно грозный до этого разбойник выхватил с пояса кинжал.

Берем подобрался, с ног до головы его покрыло серое свечение защитного навыка… А затем гильфар недовольно фыркнул и угрожающе зарычал, глядя на Румиса, который, бросив на землю оружие, опустился на колени.

— Ты вздумал издеваться!? Поднимайся, лохматый! — Вот только рычание гильфара заставило аш’хассца лишь сильнее сжаться. Он явно боялся и не без причины. Пожалуй, довольно красноречивая демонстрация славы серокожего народа.

— Я же без меча ни на что не гожусь. — Решил сменить подход Берем. Выглядело до того странно, что Дорс уже и не пытаясь скрываться смялся во всю мощь своих старых лёгких.

Гильфар не сдавался:

— Если ты прямо сейчас встанешь на ноги, я буду драться одной рукой.

Аш’хассец на это как-то совсем жалобно опустил ушли, пробурчал что-то непонятное, но явно матерное на своём языке, бросив осторожный взгляд в сторону старого купца и показательно выставил перед собой руки:

— Вяжите и везите меня в Тронр.

Теперь выругался уже Берем. Гильфар тяжёлым шагом прошествовал к Румису. Бурая шерсть аш’хассца вздыбилась, но сам он от чего-то стал казаться ещё меньше, хоть и без этого на фоне здоровенного гильфара мягко говоря, не внушал.

Берем несколько секунд посверлил его недовольным, угрожающим взглядом. Видно надеялся, что вот сейчас то аш’хассец что-то да выкинет. Но тот лишь как-то совсем грустно взглянул на остатки разбойников, которые после вмешательства Иллюзорных Теней совсем сдали и опустил голову вниз. Румис явно осознал, насколько же сильно отвернулась от него удача. И даже если не смирился с этим, то уже осознал свою беспомощность.

Рей наблюдал за этой сценой с толикой недоверия. Как-то всё пошло не так. Вот только донельзя довольная физиономия старого пройдохи, который сейчас, свесив ноги с края фургона, наблюдал на представлением, подсказывала, что всё как раз наоборот. Дорс явно с самого начала как-то так и представлял развязку всей этой истории.

— Ну и дрог с тобой. — Фыркнул Берем и с явным знанием дела стукнул кулаком по голове аш’хассца. И пожалуй, обычный человек после такого тычка нескоро пришёл бы в себя. Если бы вообще пришёл… Кошак же просто завалился в сторону без чувств.

— Эх, аэрд. — Гильфар грустно покачал головой. — Если бы не наши тренировки, помер бы тут со скуки через неделю. Может, я с тобой в их лагерь пойду?

Рей, так ничего и не ответив, задумался над словами Берема.

Они сегодня можно сказать с триумфом победили. Как и положено наёмникам, защитили караван.

Но… Разве это была… победа?

Вспоминая самые глубины северного Фароса, где бывало даже моргать приходилось с осторожностью, а дышать через раз. Где опасность могла нагрянуть с любой стороны и приходилось оглядываться не то что по сторонам, но и следить как бы что-то не вылезло из-под земли, из казалось бы самого обычного куста, а то и прямо из дерева. Где каждая неровность коры, шелест листьев и еле уловимый запах могли стать бесценной подсказкой.

В последнее время воспоминания о тех днях всплывают в памяти всё чаще и ярче. И какими-то неприятными или неестественными они совсем не кажутся. Скорее наоборот, Рей не раз ловил себя на мысли, что как-то странно… тоскует по тем дням?

А сейчас, глядя на избитого Румиса, Рею хотелось скривиться.

Вкус победы стал каким-то пресным.

Интерес угас. Исчез азарт.

— Нет, Берем. Я пойду один.

Глава 209

Три десятка лошадей оставили по себе более чем чёткий след. Единственное, не совсем понятно, как далеко находится лагерь разбойников. В равнине огни каравана они могли заметить мягко говоря издалека, особенно если забраться повыше. Настолько, что за остаток ночи Рей попросту мог не успеть добраться до нужного места.

Но предчувствие охотника подсказывало обратное. Да и Румис сам проговорился, что ждал Дорса, а значит понимал, где пройдёт его караван. Вряд ли он стал бы слишком сильно отдаляться от большака, всё же обирал он не только старика.

Нет. Лагерь где-то рядом.

Почти три десятка новых, относительно сильных душ были довольно неплохой добычей. Особенно, если учесть, что они буквально сами пришли в руки. Да и дожидающийся его возвращения Румис тоже был весьма интересным образцом.

Но Рея это не устраивало. Охотника это не устраивало.

И сейчас он шёл не вырезать остатки разбойников.

Нет, он шёл на охоту.

Рей на мгновение оторвал глаза от дороги и свежих следов, украдкой взглянув вверх. В последнее время больше не было того странного чувства, «будто кто-то смотрит». Но обманывать самого себя Рей не собирался…

Ясная, по-зимнему холодная ночь. Полублюдце луны давало не так много света, но небо оставалось чистым, а звёзды в этом мире – яркими. От того было светло. Плохая ночь для охоты… Но и добыча не слишком пугливая.

«Звёзды – это глаза богов». — Неожиданно вспомнилась услышанная где-то фраза, заставив задуматься. Крепко задуматься. И в минувшую неделю это приходилось делать уж больно часто. Впрочем, всяко лучше, чем терзать себя грустными мыслями о том, что уже не изменить.

Поэтому думать о Богине было легко и даже нужно.

Кто же Она? Друг или враг?

Сказать наверняка было попросту нельзя. Рей видел лишь результат, но даже представить себе не мог тот самый изначальный мотив, способный связать всё воедино.

Он понимал, зачем ему подарили облик Пожирателя Солнц.

Козырная карта. Эдакий последний аргумент.

Он нехотя осознавал и назначение пыток. Это осознание вызывало ненависть, туманило рассудок холодной яростью, но и это Рей понимал.

Вот только зачем было запирать сознание человека внутри игры?

— Ты меня слышишь? — Неожиданные слова облачком белёсого тумана сорвались с губ. Неосознанно, уже далеко не в первый раз, но сейчас, как и до этого, ответа не последо…

— «Я всегда тебя слышу». — Голос прозвучал в голове мягко и верно. Как первый аккорд.

Отточенный шаг сбился, но всего на мгновение. Покрепче сжав прикрытые плащом кулаки, Рей усилием воли вернул себе спокойствие.

Похоже, кое-кто был настроен на разговор. Надолго ли? Но какой вопрос задать?

В голове разом возник не один десяток несомненно важных. Жизненно важных вещей. Ради чего он оказался здесь? Правда ли он умер на той стороне? Где игроки?

Но вместо этого он задал совсем другой:

— В ту ночь. — Голос не дрогнул, хоть и прозвучал не так твёрдо, как следовало бы. — Почему ты не вмешалась раньше? Почему позволила…

— «Не кори себя». — На этот раз слова раздались набатом. Тихие, совсем негромкие они от чего-то разом погасили в голове все мысли, всю уверенность, которую Рей успел себе внушить. — «В этом мире возможно многое и со временем ты сам это поймёшь. Можно парой слов изменить судьбы. Одним желанием извратить любую суть…»

Голос утих. Ненадолго. Будто давая осознать сказанное.

— «Но время нельзя обратить вспять».

Промолчав, Рей ещё крепче сжал кулаки. Где-то внутри вспыхнуло то, чему он столько дней пытался не дать вырваться наружу.

— «Вина связала тебя. Не даёт двигаться дальше. А ведь и помимо этого столько возможностей уже упущено. Столько подсказок были прямо перед тобой, но ты не пожелал их увидеть…»

Попытки понять сказанное разбивались о пылающую внутри стену ярости. Стену злости на самого себя.

— «Но это не важно, ты лишь в начале пути».

Рей качнул головой, выкроив себе мгновение, прояснился разума. Что Она имеет ввиду? Что за путь? Чего он не видит?

Но голос вновь утих. Шли секунды. Мысли метались из стороны в сторону, не находя ответа. И вылились в новый вопрос:

— Что мне делать? Куда идти? — Слова прозвучали неожиданно спокойно. Даже для самого Рея, ведь внутри кипела казалось бы безграничная злоба. Наверное, дело было в лишённом любых эмоций голосе, звучащем внутри собственных мыслей. Спокойном и властном, как безбрежный океан. Он будто обдавал прохладным ветром, немного успокаивая и давая понять услышанное.

— «Твой путь неизбежен. Непостоянен. Любое деяние станет его частью. Усложнит его или сделает проще. Но лишь тебе решать, каким он будет».

Странные слова никак не хотели обретать законченный смысл. Мысли бурлили, подгоняемые злостью самобичевания. Шаги стали быстрее, перешли в бег и тогда голос прозвучал вновь, но будто где-то в стороне:

— «Но и я не оставлю тебя. Подскажу. Направлю».

Охотник внутри рефлекторно заставил повернуть голову в сторону. Туда, откуда «прозвучали» слова.

Рей замер на месте.

В сплошной стене травы на другой стороне большака зияла огромная прореха, а за ней ровной линией тянулась протоптанная десятками копыт тропа. Рею понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить зачем он вообще сюда пришёл.

Разбойники.

Не далее, чем в трёх километрах виднелся небольшой лесок. Тени деревьев служили отличным укрытием, но с того места, где стоял Рей можно было разглядеть слабое, еле заметное мерцание огня. Но стоит сделать полшага в сторону и там лишь сплошная темень…

— «Иди». — Голос прогремел призывом. — «Отдай им свою ярость. Отдай гнев, что съедает тебя. Отдай всю боль. Всю, без остатка».

В этот раз вместо того, чтобы погасить разрывающее грудь пламя голос разжёг его, распалили ещё пуще и умолк окончательно.

Рей так же беззвучно, тенью понёсся в сторону чужого лагеря.

Да. Ему это нужно. Нужно выплеснуть на кого-то всю ту злость, что скопилась внутри. Оставалось надеяться, что в лагере ещё достаточно много разбойников.

Попытайся Рей припомнить как именно он преодолел эти три километра и не смог бы. Прямо сейчас он с трудом смог бы припомнить хоть что-то.

Пламя внутри обжигало. Оно искало выхода, рвалось наружу, сжигая любые сомнения. Хотелось нестись вперёд, ни о чём не думая и никого не щадя.

Но оказавшись вблизи к лесу, Рей остановился. В висках поселился приятный, такой привычный холод. Мысли потекли ровно и уверенно.

Охотник проснулся окончательно.

Пламя ненависти не погасло, оно всё ещё готово было обратить в пепел всё на своём пути. Но теперь его было кому направить. Охотник не мог допустить ошибки.

Фигура в синем плаще слегка пригнулась, скрывшись в траве, затем слабо вспыхнула голубым светом и исчезла вовсе. Лишь еле заметное движение травы могло выдать приближающегося к стоянке разбойников гостя.

Добравшись до первого же дерева Рей замер, сняв капюшон. Ладонь легла на кору, обзавелась когтями и он на несколько секунд перестал дышать.

В слух ударили тихие голоса. На секунду из тишины вырвался довольно громкий смех.

Люди. Много. Больше десятка.

Громкий гул мешал, но охотник умел ждать. Глаза лесного тщательно осмотрели ближайшие деревья, прошлись по их кронам. Где-то должен быть часовой…

Прошла минута. Безрезультатно. Когти на ладони нетерпеливо царапнули кору и исчезли.

Это риск, но медлить не хотелось.

Секунда сосредоточения и, чтобы не выдать себя, Рей влил лишь толику энергии в глаза. Те совсем слабо засияли, а мир начал терять краски. Вот рядом, на одном из деревьев проявилась крохотная, совсем серая душа какой-то птицы.