Дата: 231.05.04 Время: 22.14

Зима наступала рывками, будто заводили старый мотор, долгие годы пылившийся в гараже. А когда наконец наступила, то продлилась так долго, что казалось, весна вообще не придет.

Томас нечасто выходил на улицу, да и то только по особому разрешению и в сопровождении двух вооруженных охранников, но увиденного во время редких прогулок хватило, чтобы понять: на Землю вернулись лед, холод и снег, причем так основательно, будто зима мстила за нескончаемый зной. По словам климатолога ПОРОКа, на Земле восстанавливался правильный порядок смены времен года: зима, весна, лето, осень; впрочем, в самых дальних от экватора районах климат стал еще суровее и непредсказуемее.

Томас с удовольствием подставлял лицо снежинкам, чувствовал, как морозец пощипывает нос и пальцы. Это был своеобразный вызов солнцу с его вспышками: На, получи! Я мерзну!

Даже в начале мая зима отказывалась сдавать позиции. Томасу, Чаку и Терезе разрешили выйти на очередную прогулку в сопровождении вооруженных охранников. Настроение у Томаса было паршивое.

Он все больше ожесточался – ему до смерти надоел ПОРОК и все, что с ним связано. Мозгоправы, переменные, зона поражения, паттерны. Абсолютно все. Это настроение не покидало его с того вечера, когда он узнал, что ПОРОК ищет лекарство от вируса, который сам же и выпустил на свободу. На улице можно было хоть ненадолго отвлечься.

Тереза дрожала и засовывала руки в рукава пальто.

– Это точно Земля? Может, нас перебросили плоспером на какую-нибудь ледяную планету?

– Было бы классно, – отозвался Чак. – Ледяные пришельцы. Интересно, если их лизнуть, язык прилип бы? Ну типа, как к железному столбу.

Томас взъерошил Чаковы кудри, пытаясь отогнать мрачные мысли.

– Знаешь, Чак, свои шутки объяснять не обязательно, они у тебя правда бывают смешные. Иногда. Вот эта, например. Я так смеюсь, что уже пузо болит.

– Ой, я тоже, – добавила Тереза. – Давлюсь от смеха.

Чак хрюкнул и захихикал. Он часто реагировал на поддразнивания буквально, но это только прибавляло ему обаяния.

– Давай-ка потише, – сказала Тереза. – А то еще разбудим шизов внизу.

– А я их никогда не видел, – с притворной грустью произнес Чак.

Они завернули за угол здания и остановились, ошеломленные открывшимся видом. Прожекторы ПОРОКа освещали лес, свет искрился на припорошенных снегом соснах. В небе кружили снежинки, где-то далеко разбивались о скалы волны. Все это больше походило на гигантские декорации, где за ветер отвечали огромные вентиляторы.

Фальшивый мир, как в Лабиринте.

– Красота какая! – восхитилась Тереза.

Томас думал, что Чак выдаст очередную шутку, однако парнишка был полностью поглощен созерцанием сказочного пейзажа.

– А не так уж плохо на нашей планете, – наконец сказал он. – Вот найдет ПОРОК лекарство, и жизнь совсем наладится.

Томас только кивнул и положил руку Чаку на плечо. В планшете ему попалась информация о Жаровне – пустыне, где ПОРОК тоже проводил какие-то секретные изыскания. Если бы Чак видел фотографии этого адского места, не так бы восторгался планетой. В одном мальчик был прав – в мире осталось еще много мест, таких как этот поросший лесом утес, о который с шумом разбиваются могучие океанские волны. Мест, где человечество могло бы основать новые поселения.

– Том, гляди, – повысила голос Тереза, показывая туда, где начинался лес.

Из-за деревьев, спотыкаясь, вышел человек. Упал, поднялся и, отряхнув снег, зашагал в сторону Томаса и его друзей. Охранники тут же встали перед ними с поднятыми пушками.

– Лучше вернуться, – сказал один из них.

– Это что, шиз? – спросил Чак. Голос его звучал так спокойно и храбро, что Томаса распирало от гордости.

– Угадал, малыш, – ответила охранница. – Не бойтесь, вы в безопасности. Вернемся в здание.

– Погодите-ка, – сказала Тереза. – Это ведь не… то есть да… это же Рэндалл.

Томас прищурился – прожекторы ПОРОКа ослепляли. Тереза права. Это действительно был Рэндалл. Он шагал, разгребая ногами снег, будто искал что-то на земле.

Охранница опустила пушку.

– Черт, и правда он.

– Что он делал в лесу? – прошептал Томас.

– Возвращаемся? – громко спросил Чак.

Томас шикнул на него, но поздно – Рэндалл остановился и поднял голову. Все замерли.

Рэндалл, увязая в снегу, направился прямо к ним.

– Ой, извините, – пробормотал Чак.

– В укрытие, – скомандовал охранник. – Надо сообщить Рамиресу.

Они побежали к ближайшему входу. Когда до двери оставалось совсем чуть-чуть, сзади раздался крик:

– Стойте! Мэрион! Моро! Поговорить надо!

Услышав свои имена, охранники снова подняли оружие и заслонили собой детей.

Рэндалл вытащил ногу из снега и ступил на дорожку. Вид у него был ужасный. Белки глаз красные. Лицо в крови, текущей из носа и из раны над бровью. Щеки ввалились. Томас в ужасе смотрел на Рэндалла. Что он вообще тут делает в таком состоянии?

– Говори, только быстро, – велела охранница. – Выглядишь плохо. Врача надо.

– Да все уже, не скроешь, – усмехнулся Рэндалл. Потом согнулся пополам и рухнул на колени. – Безнадега! – Его мотнуло; он с трудом выпрямился, еле удержав равновесие. – Безнадежное, говорю, дело скрывать от начальства, что заразился.

Томас схватил Чака за руку.

Снежинки будто замерли в воздухе.

– Ладно, хватит, – сказала охранница. – Моро, открывай дверь. Заводи ребят внутрь и врача найди. Живо.

– Думаете, вы особенные? – завопил Рэндалл. – Думаете, с вами то же самое не сделают?

Моро набрал код на дисплее. Раздался гудок, цвет экрана из красного стал зеленым, дверь щелкнула и открылась. Охранник распахнул ее пошире и отступил, пропуская детей вперед.

Томас практически втолкнул Чака внутрь, потом схватил Терезу и потянул за собой. Ни одной секунды больше он не станет смотреть на вопящего Рэндалла.

– Слышите, что я говорю? – орал тот. – Не от того бежите. Не меня бояться нужно. Слышите?

Охранник захлопнул дверь, крики прекратились. В маленькое окошко Томас видел, как Рэндалл повернулся и зашагал обратно в сторону леса.

* * *

– Можешь сегодня поспать у меня на полу, – сказал Томас Чаку. Они стояли в коридоре перед дверью Томасовой комнаты. – Пусть нас ругают, если хотят.

Тереза сходила к себе в комнату и теперь вернулась к ним. Вид у нее был обеспокоенный.

– Может, с нами останешься? – спросил ее Томас. – Я и сам-то побаиваюсь.

– Вообще-то…

– Что не так? – спросил Томас.

Тереза покосилась на Чака. Тот думал о чем-то своем.

– Уложи его, – сказала Тереза мысленно. – Нам надо идти.

– Куда?

– Все еще хуже, чем ты думаешь, – ответила Тереза. – Иди, сказку ему расскажи там, колыбельную спой, я не знаю. Уснет – стучись ко мне.

– Что случилось-то? – встревожился Томас.

– Послушай, дружок, – сказала она уже вслух, не ответив на вопрос, и нежно убрала прядь волос с лица Чака. Мальчик посмотрел на нее взглядом, в котором отразился весь ужас того, что он только что видел. – Я устала. Идите спать, утром увидимся. Ничего не бойся. – Она наклонилась и заглянула Чаку в глаза. – Да, Рэндалл заболел, но о нем позаботятся. А у нас иммунитет. Нам ничего не страшно. – Она ободряюще улыбнулась – Томас даже сам поверил в то, что все это правда.

– Спокойной ночи, – сказал Томас. – Пойдем, Чак.

– Спокойной ночи, – ответила Тереза и шмыгнула к себе в комнату.

Укладываясь, Чак сказал такое, что Томас в очередной раз подумал – мальчик понимает гораздо больше, чем им кажется.

– У нас-то да, иммунитет, – произнес Чак в темноте. – А у тех, кто в ПОРОКе работает?