Полковник Томпсон продолжал изводить себя домыслами и фантазиями. Чем ближе становился момент проведения операции, тем сильнее и сильнее полковник нервничал.

— Роберт, — окликнул он своего помощника, и дверь в кабинет тут же распахнулась.

Явившийся на зов помощник застыл в ожидании поручений.

— Срочно получи данные обо всех воздушных судах за последние трое суток, пересекавших воздушное пространство: Туниса, Алжира, Египта, Ливии, — потребовал Томпсон.

— Всех, сэр? — вкрадчиво поинтересовался помощник.

— Нет, Роберт, — спохватился полковник, — только тех, что произвели вылет из двух… — подумав, поправился, — из трех стран: Сирия, Иран, Турция. Особенно меня интересует Сирия. Документацию на эту страну подготовь отдельно. Пусть наши аналитики поработают и проверят, не было ли каких странностей…

Через несколько часов востребованный доклад лежал у полковника Томпсона на столе. Как и ожидалось, большинство рейсов прошло штатно, за исключением…

— …значит, самолет отклонился от курса со значительным снижением… — говоря сам с собой, рассуждал полковник. — Интересно, интересно… Не означает ли это, что утечка информации все же произошла? Так что же получается, русские решились вмешаться? Гм. Если так, то где они сейчас могут быть? — Томпсон взглянул на часы, подсчитывая время, прошедшее с момента отклонения самолета. После чего открыл на экране компьютера карту данной местности и погрузился в молчаливые размышления. Через полчаса он встал, вышел из-за стола, подошел к окну и задумчиво постоял, вглядываясь в открывающийся взору пейзаж.

«Что ж, раз русские решили пойти на превентивные меры, тем хуже для русских, — подумал полковник Томпсон. — Плохо, что у меня нет прямой связи с исполнителями. Все можно было бы устроить красиво. Ничего, придется действовать более грубо, но, в конце концов, важен результат».

С этими мыслями полковник Томпсон прошелся по комнате, словно измеряя ее шагами, и, окончательно уверившись в правильности намеченных действий, окликнул помощника.

— Роберт!

— Я, сэр! — тут же отозвался тот.

— Свяжись с командующим вооруженными силами Ливии, — потребовал Томпсон и, сделав знак помощнику задержаться, вновь погрузился в размышления, выстраивая план дальнейших действий: «Мы перехватим русских на подходе к городу, — решил он. — Да, русские, да! — эмоции зашкаливали. — Ваша попытка помешать нашей игре интересна, но бессмысленна. Мы остановим вас — уничтожим или возьмем в плен. — Полковник, чувствуя себя повелителем судеб, злорадно потер руки. Затем, сообразив, что, по-видимому, придется лично руководить операцией и, соответственно, отправляться в пески, непроизвольно вздохнул.

— Проблемы, сэр? — слегка позволив себе лишнего, спросил все еще находившийся в кабинете помощник.

— О, Роберт, — в своих раздумьях Томпсон совершенно забыл о нем, — никаких проблем. Хотя, похоже, русские влезли туда, куда им совершенно не следовало влезать.

— Вы полагаете, они могут поломать нашу игру? — предположил помощник, лишь в общих чертах посвященный в разработанную командованием операцию.

— Нет, нет, Роберт, у русских ничего не получится! Мы перехватим их задолго до цели. К тому же они все равно безнадежно опаздывают, — уверенно заявил полковник. О том, что российские спецназовцы могут двигаться быстрее, чем получалось по его так тщательно проведенным расчетам, ему даже не пришло в голову.