— Разрешите? — полковник Семипольский приоткрыл дверь генеральского кабинета и, не дожидаясь разрешения, вошел. Евсеев вопросительно приподнял голову:

— Ну и?

— Иннокентий Павлович, — голос полковника прозвучал излишне громко, но генерал только поморщился и пенять подчиненному не стал.

А Семипольский продолжил:

— Докладываю: самолет Сирийской авиакомпании с коммерческим грузом для одной из Алжирских компаний и нашими ребятами взлетел и взял курс на Средиземное море.

— Очень хорошо, — одобрительно покивал генерал, — но, Алексей Семенович, не насторожит ли наших оппонентов сам факт вылета транспортника по данному маршруту, в данное время?

— Никоим образом, — заверил полковник. — Рейс плановый, давно согласованный с прибрежными странами. Вот схема, — говоривший положил на стол планшет, на экране которого тут же высветилась карта.

— Так, — генерал-лейтенант нацепил на нос очки и стал пристально изучать маршрут движения самолета. — Значит, вдоль побережья Африки, затем через территорию Туниса, далее Алжир и посадка в аэропорту Таманрассет. А здесь, я смотрю, некий зигзаг?

— Да, — кивнул Семипольский, — небольшое вынужденное отклонение от маршрута, сокращающее расстояние до цели.

— Это настолько необходимо? — Иннокентий Павлович открыл лежавший на столе блокнот и сделал какую-то пометку.

— Увы, — развел руками Алексей Семенович. — Без этого никак, иначе наши парни при всей их подготовленности рискуют опоздать. Возможно, у принимающей стороны могут возникнуть вопросы, связанные с отклонением и значительным снижением самолета, но в этом случае предполагается объяснить действия экипажа неполадками с одним из левых двигателей.

— Ладно, — генерал с усталым видом снял очки, — скрестим пальцы и будем надеяться, что маневры воздушного судна останутся незамеченными. Точнее, что на них не обратят внимания наши противники, а с алжирцами как-нибудь разберутся сирийские товарищи. Отслеживайте транспорт, и доклад мне каждые полчаса. При незапланированных изменениях тотчас же. Я так понимаю, после приземления связи с группой не будет?

— Да, не будет, — сказал Алексей Семенович, подтверждая предположения собеседника, — вплоть до завершения миссии. Спецназовцы выйдут на связь только по прибытии к месту эвакуации. Или в случае возникновения критической ситуации.

— Вы всерьез считаете, что в критической ситуации мы сможем оказать им действенную помощь? — сделав удивленное лицо, поинтересовался Иннокентий Павлович. Его собеседник отрицательно покачал головой.