Враг моего отца похитил меня ,

Он похитил меня и хотел убить, но в последний момент не смог этого сделать…Не смог убить и не смог отпустить!

На долгие пять лет я попала в специально-обустроенную темницу, которая находилась в подвале.И все эти пять лет, я часто задавалась одним лишь вопросом: «За что?»Ответ на этот вопрос, дать мне мог лишь мой похититель… Только вот после того рокового дня, я больше не видела его, а все мои просьбы о короткой встрече с ним, не принимали во внимание или были проигнорированы.

Прошло время.

Я выросла.

И однажды он пришел...

Пролог

- Сегодня вечеринка у Виталика, придешь? – спрашивает моя подруга Катька, склонившись ко мне и не спуская настороженного взгляда с нашей преподавательницы, которая в этот момент активно разглагольствовала об экономике страны.

Виктория Андреевна была строгим учителем, поэтому не любила когда на её уроках ведут себя не соответствующе её требованиям.

- С ума сошла, спрашивать об этом сейчас! – спросила я испуганно. – К тому же ты знаешь моего отца… Он меня не отпустит.

- Меня мой тоже не отпустит, но я не собираюсь спрашивать его разрешения… Забыла как через окно лазить? – добавляет она, прямым текстом намекая на то, что нужно делать.

Я устало вздыхаю и закатываю глаза к потолку.

Катька – бунтарка, и очень часто подстрекала нарушать правила и меня. За что меня уже не раз наказывали.

Мой отец очень сильно любит меня, и поэтому считает, что чрезмерной строгостью и дисциплиной только защищает меня. Но я уже давно не маленькая девочка (я так считала), поэтому хотела проводить время с друзьями и иметь больше свободы.

- Ладно… Что-то придум…, - начинаю, но не успеваю договорить.

Дверь в наш класс резко открывается и в проеме появляется огромный, пугающей внешности мужчина с пистолетом в руках. Он ранен в плечо… На его лице тоже рваная рана и кровь… Кровь везде… На лице! На шее! На руках! На его белой рубашке!

Он будто весь пропитанный кровью… с головы до ног. И это зрелище было самым жутким их тех, которые мне когда-либо приходилось видеть.

Его мрачный, убийственный взгляд проходится по всем ученикам, которые в этот момент испуганно попрятались под своими партами. Я тоже спряталась, но продолжала смотреть на мужчину, не в силах оторвать от него взор.

Виктория Андреевна в этот момент продолжала стоять около доски, от испуга сжавшись в комок и застыв на одном месте. Она ничего не предпринимала и не собиралась предпринимать, потому что видела в руках мужчины оружие.

- Макарова… Мне нужна Ульяна Макарова, - вдруг называет он моё имя. – Если сейчас же я её не получу, перестреляю, блядь, всех! – рычит и все присутствующие тут же поворачивают свои головы в мою сторону. Выдавая меня.

Я отрицательно качаю головой, в надежде что это поможет мне… Ведь уже тогда я знала что обречена. Но мужчина быстро пересекает расстояние между нами и, схватив меня за воротник моей новенькой, белой блузки, рывком поднимает на ноги.

- Макарова? – уточняет, но я продолжаю отрицательно мотать головой. Он наставляет на меня пистолет, и я вздрагиваю, выдавливая еле слышное «да».

Мужчина плотно стискивает челюсть и начинает тянуть меня за собой.

Я плакала, очень сильно плакала и просила отпустить меня, но он будто не слышал… Его пустой, холодный взгляд не выражал ничего.

Он просто тянул меня за собой, на выход из здания, по пути наставляя своё оружие на всех, кто мог ему помешать.

Когда мы были уже возле двери, я заметила тела двух охранников, которые лежали на полу и не подавали признаков жизни. Мысли о том, что этот мужчина мог убить их, меня пугают ещё больше и я начинаю испуганно дрожать… Дрожать так, что едва могла передвигаться.

Мой похититель видит это, и ещё сильнее злится, грубее дергая меня… А когда я падаю коленями на асфальт и сдираю их в кровь, он подхватывает меня одной рукой и оторвав от земли, продолжает свой путь дальше.

Спустя мгновения, мы оказываемся возле машины… Огромного черного внедорожника. Меня грубо заталкивают в багажник, и куда-то везут.

Долго везут.

За то время, пока я находилась в тесном пространстве и куда-то ехала, я тысячу раз успела попрощаться с жизнью и помолиться Богу.

Машина остановилась спустя примерно час… Возле загородного дома.

Мужчина открывает багажник, хватает меня за шкирку, как некую грязь и, вытянув из машины, волочет в дом…

На пути я видела несколько ошарашенных охранников и горничных, но никто из них ничего не сказал этому мужчине и не вступился за меня.

Никто!

Мы поднялись на второй этаж, а дальше меня запихнули в какую-то мрачную комнату и толкнули на пол. Я упала на колени, испуганно оглянувшись вокруг. Мой похититель вошел следом за мной, а вместе с ним вошел и ещё один мужчина в черной форме.

- Марат, - начал человек в форме, но был резко оборван.

- Заткнись и снимай! – рычит, словно зверь мой похититель, по имени «Марат».

- Она же не виновата… Её смерть ничего не изменит…

- Блядь, снимай это чертовое видео! – рычит Марат, бросая на своего товарища предупреждающий, убийственный взгляд.

Мужчина вынимает из кармана штанов мобильный телефон и наводит на меня, включая видеосъемку.

- Око за око, тварь! – рычит этот Марат, а затем наводит на меня пистолет и перезаряжает его.

То, что он был не в себе, я сразу это поняла, но видимо не до конца осознавала то, что меня ожидает дальше… А теперь всё встало на свои места. Меня сейчас застрелят. И для чего-то сделают это на камеру.

Я умру… В свои ещё совсем юные годы, так и не начав толком жить…

Понимание этого обрушилось на меня, будто некая лавина…

Слёзы брызнули из моих глаз, тело начало меланхолически трусить, от испуга перед глазами темнело, но я держалась… Держалась как могла, стоя перед этим человеком на коленях и в упор глядя в его пустые глаза.

Он держал меня под прицелом несколько секунд, крепко сжимая пистолет в руке. Я видела как его указательный палец то напрягался на курке, то ослабевал… Будто он сомневался. А ещё я видела как его трусило… Тоже трусило не меньше чем меня.

Он не мог меня убить…

Правда, это я поняла не сразу, а чуть позже… После того как вся моя короткая жизнь, пронеслась у меня перед глазами, и я чуть не сошла с ума.

А затем он опустил руку с оружием.

- Сука! Блядь! Да пошло оно всё! Убери её! Убери и больше не показывай мне, иначе завершу начатое! – прокричал он… Настолько сильно прокричал, что мне казалось, даже содрогнулись стены, а пол подо мной ощутимо завибрировал.

Я вздрогнула от испуга и зажмурилась, продолжая плакать и всхлипывать.

А вдруг он передумает… Вдруг выстрелит?

Но он не выстрелил. Ушел, оставив меня со своим подельником.

А дальше, спустя некоторое мгновение, когда я снова вспомнила, как дышать и немного пришла в себя, дверь в комнату открылась, и в нее вошло двое верзил. Меня подхватили под руки и отнесли в какую-то пустынную комнату, в которой я просидела два дня.

А затем меня перевели в подвал, где находилась «просторная» клетка…

Эта клетка была оснащена кроватью и другой необходимой мебелью, так же здесь имелась уборная и душевая кабинка.

Если бы тогда я знала что это место станет для меня темницей на следующие пять лет, я бы предпочла смерть, чем жить так… Но в этом доме мое мнение было не в счёт.

Да и своего похитителя с этого дня я больше ни разу не видела.

А также не узнала о том, за что меня здесь закрыли и за что хотели убить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 1

Пять лет спустя…

Пальцы легко порхали по клавишам пианино. Закрыв глаза, я полностью отдалась музыке, растворившись в ней… Став одним целым.

Мне нравилось играть на пианино…. Мне нравилась классическая музыка… Её звучание.

Именно поэтому у меня так хорошо получалось…

Когда я играла на пианино, то вкладывала в игру всю свою душу.

Обычно во время игры, я ни о чем не думала, только чувствовала… Чувствовала мелодию, ритм, приятную прохладность клавиш… Закрывала глаза и уплывала в другой мир и возвращалась к себе обратно, только тогда, когда стихала мелодия.

- Невероятно! Превосходно! Браво! – услышала я голос рядом и очнулась, вспомнив, где нахожусь, и что происходит. Волшебство развеялось. – Такие данные и талант… Тебе бы на сцене вступать! – добавила Алина Викторовна.

Я перевела измученный взгляд на свою преподавательницу по музыке, только сейчас поняв, что плачу.

Бетховен. Лунная соната. Эта мелодия никогда не оставляла меня равнодушной.

Иногда, когда я играла, то вспоминала о своей прошлой жизни… О свободе… О том, как могла бы жить сейчас, если бы один жестокий человек по имени Марат, не выкрал меня из учебного учреждения пять лет назад и не закрыл в этой темнице.

А ведь у меня там остался папа и брат… Как же я по ним скучала.

И сейчас слова преподавательницы о моей успешности, только сильнее огорчали меня.

Я снова окинула тоскливым взглядом свою темницу, которая вот уже пять лет служила для меня домом.

Здесь были все удобства, книги, телевизор, тренажеры для поддержания физической формы, душ, туалет, одежда, еда… Еду приносили каждый день по пять раз, строго по здоровому рациону. Так же я принимала витамины и прочую хрень, для поддержания полноценного питания.

Моя темница находилась в подвале, но в потолке был огромный, стеклянный люк, который пропускал ко мне солнечный свет. Иногда этот люк открывали, чтобы я могла подышать свежим воздухом. На улицу меня не выводили. Хотя я очень просила… Молила!

А ещё я просила о том, чтобы ко мне пришел мой похититель…

Я ненавидела его всей душой и предпочла бы никогда не видеть, но моя дальнейшая судьба зависела только от него, и я не оставляла надежд, что однажды он придет, и освободит меня… Освободит или, хотя бы скажет за что я здесь? Почему ОН меня так наказывает? Чем я провинилась перед ним?

Но Он не приходил. Ни разу не приходил с того дня, как похитил меня.

Пять лет прошло… Пять чертовых лет, которые я просидела в темнице.

Да, со мной занимались разные преподаватели, о моем образовании позаботились… Так же я выучила три иностранных языка и отлично научилась играть на пианино.

Я старалась, была отличницей, тщательно изучая мельчайшую информацию, которую в меня вкладывали.

Но толку в этом всем?

Толку в том, что я училась, старалась, работала над собой?

Если нет будущего, и я всю жизнь здесь просижу, то я не хочу так…

- Ну не плачь, дорогая… всё утрясется, - мягко сказала Алина Викторовна, когда она увидела мои слезы. После чего поднялась со своего стула и, подойдя ко мне, крепко обняла.

- Что утрясется? – спросила всхлипывая, на что женщина только устало вздохнула. – Пожалуйста… Скажите ему что я хочу с ним поговорить, - вновь попросила я о том, о чем просила каждый день.

- Ну ты же знаешь… Он не придет, - отвечает она, погладив меня по волосам.

Я отстранилась от нее и отвернулась.

- Я больше не могу так, - прошептала. – Если он не придет… Я больше не буду учиться, играть… есть!

Сегодня ровно пять лет, с того дня как меня похитили и я больше не хочу сидеть в этой клетке. Надоело.

Устала!

Не могу!

- Ты же понимаешь, что таким вот поведением ничего не добьешься? – с сожалением в голосе ответила Алина Викторовна. – Он не придет, даже если ты будешь умирать… Жить или нет – твой выбор. Он просто дает тебе все возможности и инструменты жить более-менее нормально.

Её слова ещё больше напускают на меня чувство обреченности.

Слёзы накатываются на глаза с новой силой.

- За что он так со мной? – спрашиваю шепотом. – За что…

- Ты же знаешь, что я не могу с тобой об этом говорить, - отвечает женщина, погладив меня по голове. – Но… Он не такой монстр как ты думаешь… Просто есть причины.

- Серьёзно?! Есть причины? Не монстр?!! – срываюсь, кричу, плачу. – Тогда кто он… Раз поступил так со мной?

- Успокойся, не кричи… Иначе снова пришлют доктора. Ты же не хочешь укол? – спрашивает она.

Не хочу! Эти их успокоительные уколы… Как же я их всех ненавижу!

- Уходите. Сейчас же… Я больше не буду играть! – говорю уже спокойно, но уверенно и твердо.

Алина Викторовну устало вздыхает и покидает мою темницу.

Я же ещё долгое время сижу и плачу, осмысливая свою жалкую жизнь и всё то, что происходит…

Нет выхода, только пустота…

Разве можно так жить?

Охваченная тоской и грусть, после воспоминаний о семье, я почти уже сдаюсь, но быстро беру себя в руки, дав себе мысленные наставления:

«Я сильная! Выдержу! Всё вынесу! И однажды выбравшись отсюда, отомщу ублюдку сполна! А я выберусь! Клянусь, выберусь!».

Чтобы не поддаваться угнетающим мыслям и вернуть себя в тонус, я отправилась на беговую дорожку, на которой обычно бегала по несколько часов в день. Выматывала себя настолько сильно, что дурным мыслям не было места.

Сейчас я тоже бегала, пока полностью не вымотала себя…

Затем я приняла быстрый душ и переоделась в шелковую ночную сорочку, с тоненькими бретельками и с открытым декольте. В ней я выглядела красиво и сексуально… Особенно сейчас.

Теперь, когда мне исполнилось восемнадцать и мое тело приобрело округлости в нужных местах, а грудь значительно увеличилась, на мне идеально смотрелась любая одежда, которой меня обеспечивали… А приносили мне неплохую одежду, дорогую и только то, что выбирала я.

Я любила красиво одеваться ещё с детства, и папа никогда мне ни в чем не отказывал, потому что я была любимой и желанной дочерью для него. Именно поэтому я умела выбирать удобные и одновременно красивые наряды. И это так никуда и не делось.

Когда ко мне приходил дизайнер одежды и предлагал несколько комплектов на выбор, я выбирала то, что нравилось мне… Было это вечернее платье или откровенное нижнее белье… Не важно! Если вещь мне нравилась, я ее оставляла себе. И плевать, что всю эту красоту я никуда не могла одеть, а носила всё это только для себя… Себя ведь тоже нужно радовать. И я считала, что в своей жизненной ситуации, я должна делать это вдвойне.