Новгородскую республику историки и в особенности литераторы часто идеализировали, плененные красивым словом «республика». На самом деле это была не демократия, а олигокра-тия, управлявшаяся несколькими богатыми родами. Исторически форма самоуправления, называемая «вечевой», восходит к древним, еще доваряжским временам. На всенародном сборище, именуемом «вечем», славянские общины решали все самые важные вопросы. Во всех других частях Руси вече сначала ослабело, потесненное княжеской властью, а затем и вовсе исчезло, но в Новгороде и соседнем Пскове, которые были сильны не военной, а экономической мощью, вечевая протодемократическая модель сохранялась в течение нескольких веков. В период раздробленности, когда остальная Русь скудела и раскалывалась, республика, наоборот, усиливалась и росла, постепенно распространив свою власть на весь север великой равнины. Этому способствовало географическое положение: удобство морских коммуникаций с европейскими рынками и отдаленность от Степи — монголы так и не добрались до Новгорода через труднопроходимые леса и болота.

В автономном, полунезависимом состоянии Новгород просуществует триста лет — с распада великого княжества Киевского до триумфа великого княжества Московского, то есть с середины XII до середины XV века.

После захирения «Пути из варяг в греки» новгородская боярско-купеческая элита перестала нуждаться в дальних «великих князьях», а у тех не хватало сил удерживать богатую и могущественную область, способную за себя постоять.

В период монгольского владычества, когда основная часть страны попала под власть Золотой Орды, а западные земли одна за другой вошли в литовскую державу, Новгородчина в культурном, политическом, да и этническом смысле оставалась единственным очагом беспримесной «русскости».

Однако полностью обособиться Новгород не мог, что в конце концов и стало причиной его падения. Новгородцы мало развивали сельское хозяйство — суровый климат и скудные почвы делали этот труд слишком невыгодным по сравнению с торговлей или пушным промыслом. Проще и дешевле было закупать хлеб у восточных соседей. Зависимость от привозного продовольствия крепко привязывала северо-запад к остальной Руси, прежде всего владимирской. Хлебная торговля имела своим следствием и то, что в Новгороде всегда существовала сильная «владимирская» (а затем — «московская») партия.

Официально республика именовала себя «Господин Великий Новгород». Его население делилось на три сословия — аристократию («бояре»), средний класс («житьи люди», то есть домовладельцы) и плебс («черные люди»), при этом все свободные граждане по закону обладали равными правами, за исключением «холопов», попадавших в кабалу за долги.

Военных вождей — они получали титул князя новгородского — республика приглашала (и изгоняла) по приговору веча. Это был не государь, а «наемный работник». За первый век своего существования республика поменяла князей 48 раз, обычно со скандалом.

Главу церкви, архиепископа, в Новгород тоже назначали только с согласия веча.

Городом и его обширными владениями управлял Совет Господ, в который входили самые знатные и богатые горожане. Исполнительной властью руководил посадник, торговыми делами ведал тысяцкий. Того и другого избирали. Но идеализировать новгородские выборы не следует. Борьба за власть обычно шла между олигархическими группировками, которые при помощи демагогии и подкупа манипулировали народной массой. На вече одерживала верх та сторона, которая умела лучше организовать своих сторонников и не гнушалась прямым насилием. Эта система ослабляла республику и подведет ее в решающий момент, когда придется сражаться за независимость с крепким, по-ордынски устроенным режимом Ивана III Московского.