Иосиф Джугашвили (1879–1953) был выходцем из грузинского революционного подполья. До революции он был членом большевистского ЧК, курировавшим кавказское направление. Ничем кроме неизменной верности Ленину он себя не проявлял, в октябрьских событиях был на вторых ролях и в первом советском правительстве получил маловажную должность наркома по делам национальностей (каковых после развала империи под властью центра почти не осталось). Во время Гражданской войны Сталин тоже занимал относительно невысокие посты — максимум политического комиссара одного из нескольких фронтов. Троцкий однажды пренебрежительно назвал его «самая выдающаяся посредственность нашей партии». Но Троцкий ошибся — просто таланты Сталина лежали не в революционной и не в военной области. Это был мастер политической стратегии, виртуоз аппаратной борьбы. Возможность проявить свои дарования у Сталина появилась, когда весной 1922 года его сделали генеральным секретарем ЦК (в то время это означало лишь руководство канцелярскими и кадровыми вопросами). При системе жесткого централизма, существовавшей в ленинской партии, Сталин получил в свои руки все рычаги управления над нею и очень умело ими воспользовался. Важные решения принимались голосованием на пленумах ЦК — и Сталин исподволь, постепенно, действуя совершенно в рамках своих полномочий, принялся повсюду назначать верных ему людей. Через каких-то полгода тихий бюрократ уже был одним из самых влиятельных функционеров партии. Его положение еще больше укрепилось, когда заболел Ленин и фактическим «местоблюстителем престола» оказался работящий, исполнительный генсек.

Когда Ленину зимой 1922–1923 года ненадолго стало лучше, он с его безошибочным инстинктом власти почувствовал исходящую от Сталина опасность и стал требовать отставки генерального секретаря. Но вскоре вождь окончательно слег и выполнить свое намерение не успел.