Наша мать, католический каменописец, резчик формы, в 1989 году опубликовала в Олбани книгу о подземной погоде. В этой книге мы можем обнаружить (позаимствованное у Рут Коннор, её матери) истинное лекарство от многих погод, включая колыбельную пульсацию града, обратный ветер, желтизну и невертикальный дождь.

стр. 41 — Ибо если ты заключишь тёплый ветер бури в скорлупу и белок яйца, которое нагрето на бескостном покрытии живота, и этот ветер, смешав с волосами свидетеля бури, подашь голодному мальчику, то погода из неба перейдёт в мальчика.

Не иначе, как ураганы Покипси перешли в Джейсона через проклятие миссис Маркус.

стр. 210 — Буде осуществит он акт у двери, и погода канет в конце времён, возьми руку раскалённую из рукава рубахи, буде она горящая, либо же кость из кожи, буде она упавшая, и брось на ветер. Вздутием своим станет Его ветер развивать камни и деяния на востоке, а дыхание его будет кружить вокруг собственного лица горящим движением, пока его жесты не коллапсируют в солнце.

Выживание действительно невозможно, если мы не соорудим маленький домик из легчайших, светлейших, фундаментальных волос мальчика. Перед дверью мы обязуемся поместить кусок камня, оставшийся с последней бури. Мы просим прощения, если это противоречит её собственным представлениям. На заднем крыльце мы должны в своё время оставить рукав и пуговицу от спального одеяния мальчика. Период ожидания состоит из камней и медленного воздуха. Мы будем постоянно исколоты водой. Мы будем молиться о пришествии одежды. Когда она обхватит рукав, швы окаймят пуговицу, и мы будем ждать, чтобы мужчина вошёл в свои одеяния. Это будет самым прекрасным из чудес, которое мы разделим только с нею. Мы просим прощения, если кто-то умрёт от наших действий. Любви нашему Джейсону, небу, Отцу, нашему дому. От матери мы узнали, что у каждого из нас есть двойник, и он состоит из ветра. Мы просим её обратить взор на нашего брата наверху. Под этим домом, нами построенном, появится мужчина, который будет вершить каждое око бури. Просим, благослови нас, но мы решили остаться на поверхности земли подле этого отца. Его рука охватит скалу, если нам повезёт, и отшвырнет её в гущу деревьев. Не вини нас, дорогая Мать, если мы пришли к этому камню, чтобы покопаться в себе — в том, чего, как мы знаем, у нас нет, и чему имени дать не можем. Это была ты, кто ввёл процедуру захоронений. Прими наши извинения, если мы продолжим копать в этих и других местах. Несмотря ни на что, наши лопаты будут рыть в стороне от твоего места.