особо близки. Поддерживались чисто деловые отношения шеф -подчинённый. Поэтому Денис
подобрался внутренне, выискивая возможные косяки по работе. Но дело оказалось в другом.
- Денис Николаевич, до меня дошли слухи, что у вас сложные отношения с женой.
Это так?
- Да, мы в процессе развода, - не стал отнекиваться Денис.
- Если дело дошло до развода, зачем затягивать процесс? Мне позвонила судья и поделилась
вашим агрессивным поведением в суде.
- Э-э, - не нашёл сразу, что ответить Денис и выматерился про себя.
Эта старая кошёлка выполнила свою угрозу, пожаловалась шефу. Они, оказывается, давно
знакомы. Подумаешь, порвал листы протокола и наорал на секретаря. Просто стало невыносимо
обидно, что их с Настей разведут вот так вот без всякого Якова. А он против! Но его слушать никто
не хочет. Настин адвокат на все просьбы притормозить и дать поговорить с женой отвечает
отказом. Мол, Настя не согласна.
- Ну?! — поторопил его шеф, видя заминку.
- Марк Юрьевич, я не понимаю, - с лёгким раздражением начал Денис. — Разве мои личные дела
отразились на работе? Кому какое дело, как мы разводимся с женой?
- Никому нет дела до ваших отношений, - холодно отозвался генеральный. — Но репутацию моей,
- выделил он голосом, - компании, я марать не позволю. Если мой юрист позволяет себе
неадекватное поведение и неуважение к суду, то нужен ли мне такой юрист? — намёк был
слишком прозрачным, и Денис сорвался, но выдержал в своём ответе холодную манеру шефа.
- Я понял вас, Марк Юрьевич, - желваки заходили по скулам Дениса. — И согласен с вами: место
юриста в вашей компании мне уже мало. Я увольняюсь.
- Всего доброго, - совсем недобрым замораживающим тоном ответил шеф. —Задерживать не
будем. Вы свободны с этого момента. Заявление в кадры. Расчёт в течение трёх дней на карту.
Денис вышел от генерального с побелевшими костяшками кулаков, так крепко сжимал он их во
время разговора, боясь сорваться. Он никогда не любил претензий в свой адрес, тем более
необоснованных. Денис считал, что работает профессионально и указывать ему не на что. И уж
тем более не терпел, когда лезли в его личную жизнь. И так достали слухи и сплетни на работе из-за Людмилы, а тут ещё эта старая грымза. Р-рр!
Но, с другой стороны, Денис даже испытал некоторое облегчение от этого спонтанного
увольнения. Он уже давно сам подумывал уйти из компании и открыть.
собственное дело. Его нервировали рамки служебных отношений, и буквально в момент
разговора с генеральным, Дениса пронзила идея открытия детективного, агентства. Опыта у него
достаточно, связи есть. Из плюсов — независимость. Из минусов — сложный начальный период.
Но ведь не боги горшки обжигают.
Справится!
Однако в одном генеральный прав: репутация! Она должна быть прозрачной.
Развод с Настей придётся завершить. Кажется, у него не осталось никаких шансов вернуть свою
семью. Так и нечего рубить хвост по частям.
А Людку... Людку надо припугнуть, чтобы перестала мозги выедать. А то села на шею и думает, что
всю жизнь кататься будет?! Это он из-за Насти раньше терпел.
Людка угрожала Насте всё рассказать и этим держала его на поводке. А теперь всё равно всё
похерено, бояться больше нечего. Так что эту козу драную пора на место ставить.
Поскольку он уже уволен, Денис прошёл в свой кабинет и начал собирать личные вещи, которые
накопились здесь за десять лет. Пришлось попросить коробку у завхоза и позвать охранников
донести её до машины. Ничего, это просто новый шаг в новую жизнь. Даже не прощаясь с
сотрудниками, Денис покинул офис компании.
Но в машине задумался: куда в первую очередь рвануть? Не хотелось перед новой ступенью в
жизни оставлять за спиной старые проблемы. Значит... значит, надо решить всё с Людмилой.
Повернул ключ и не спеша покатил в сторону квартиры, которую когда-то купил любовнице. «Вот
дурак-то был», - мысленно окрестил себя прежнего.
Три дня в неделю Людмила работала сама. У неё были свои клиенты, и этот доход она в кассу не
сдавала, а забирала себе. Но в эти дни она работала только с обеда и сейчас должна была быть
дома, а дети в садике.
- Оно и лучше, - пробормотал Денис, - лишний раз скандал не услышат.
Машину оставил у подъезда, всё равно через десять-пятнадцать минут снова ехать, и поднялся на
восьмой этаж. Привычно открыл дверь своим ключом, хотя и давненько уже не был здесь. В
квартире было тихо, но здесь явно были люди, причём неожиданные. Оценил Денис мужскую
ветровку на вешалке.
Заглянул на кухню. Всё по-прежнему: грязная посуда, грязный стол. Людка за каждым разом
посуду не моет. Либо в раковину, либо в посудомойку, но бывает и на столе стоит подолгу.
Безалаберная баба. Домработницу с него просила. Охерела совсем.
Ещё, не напрягаясь особо, дошёл до спальни, и вот там кто-то был. Разговор, нервный с короткими
вскриками и паузами. Визгливое потявкивание Людки и глухой мужской бубнёж. Интересно...Не
стал сразу входить, а дал себе возможность послушать. Уже догадался, что у него имеются рога и, наверное, ветвистые.
- ... Да я ему сказала! — визгливо доказывала кому-то Людка. — Вчера, как ты велел!
- И?
- Кажется, не поверил, боюсь, проверять начнёт.
Денис немедленно включил запись. Пригодится.
- Ну и чего дёргаешься? Тёща же на месте?
- Да, мама там же в лаборатории...
- Ну вот, любые анализы нарисует, брось морозиться.
- А УЗИ?!
- Надо такой срок, чтобы нельзя ещё было.
- Да, нельзя уже такой срок, Гриш! Мы с ним почти два месяца уже не спали!
- Чё так? Как можно такую цыпку игнорировать.
- Ох, Гриш... подожди... ох...
«А, если ещё и снять... Дашку отобрать...», - молнией замелькали мысли у Дениса.
Никакой ревности, досады или обиды, что его любовницу шпилит левый мужик, у Дениса не
возникло. Полное равнодушие. Лишь сожаление, что не догадался проверить эту тварь раньше.
Но раньше у него была Настя, и Людка его волновала мало. Про резинки только не надо было
забывать. Денис тихонько приоткрыл дверь. Картинка и ракурс были самыми удачными, однако
его заметили. Правда, несколько кадров он успел отщёлкать. Первым его заметил мужчина, повернувшись на звук затвора камеры.
- А-а, хозяин... Не вовремя ты, ну да ладно.
Крепкий мужик за сорок, не торопясь слез с любовницы, не торопясь оделся и выжидающе
устроился у окна. Людка, наоборот, закуталась в одеяло по глаза и только крутила ими в разные
стороны.
- Повторю вопрос, Людмила, каков срок твоей беременности?
- Н-не зн-наю, - простукала зубами та.
- Значит, сейчас узнаем, - спокойно отреагировал Денис. — Собирайся!
- К-куда? — не могла остановить дрожь женщина.
- В клинику. Быстро! — прикрикнул Денис, снимая её заторможенность. — Мне нужны
официальные документы. А тебе, Григорий, срок сутки, чтобы вывести её барахло из этой
квартиры. Мои ребята помогут.
- Насколько я знаю, квартира оформлена на мать Людмилы, - не испугался мужик.
- Не всё знаешь, - усмехнулся Денис. — Квартира записана на третье лицо по договору, но
собственник я. У меня её расписка, заверенная двумя свидетелями. Не захочет вернуть квартиру, вернёт её рыночную стоимость на момент требования.
- Нет! — вскрикнула Людмила. - У мамы нет таких денег! Она в новостройке стоила три с
половиной миллиона, а сейчас раза в два дороже.
- Значит, освобождайте, - равнодушно пожал плечами Денис.
- Постой, Денис, а дети?! Даша?!
- На Дарью по-прежнему буду платить алименты. Остальное -— твои проблемы.
- Но... я думала...
- Люд, у тебя вон Григорий есть, чего ты мозги паришь? Твой мужик пусть думает, где и как тебе
жить.
- Слышь, Денис, кажется, - вступил в их разговор мужик. — Раз пошло такое дело, спалились мы, то давай с тобой договоримся. Мы остаёмся здесь, и я выплачу тебе, но не сразу.
- Без проблем, семь лямов, расписка и живите.
- Дай подумать!
- До завтра, мои ребята проследят. А сейчас, Людмила, на выход. У меня мало времени.
Денис блефовал. Никаких ребят у него сейчас с собой не было. Он вообще уволился. Но эти двое
ведь не знали! Денису хотелось без лишних заморочек сделать тесты, анализы, получит
официальные документы и уже отвязаться от этой хабалки.
Один вопрос — Дашка. Дашкина судьба, чем дальше, тем больше дёргала Дениса за нервы. Он
всё больше склонялся к тому, чтобы забрать девчонку себе. Родная кровь, куда денешься.
Людмила с Григорием вышли из подъезда через десять минут. Женщину Денис посадил к себе, а
Григорий поехал следом на старенькой тойоте. Денис направился в тот центр, где делал анализы
на детей.
Как он и догадался, никакой беременности у Людмилы не было. Вместе со своим любовником
они решили развести Дениса на деньги. Людмила купила помещение под салон, но к нему ещё
надо было оборудование, мебель, расходники. Делать надо прилично, чтобы клиенты шли. А на
прилично надо приличные деньги. Вот и додумались.
Конечно, Денис спросил, что за Григорий появился рядом с любовницей.
- Это, - Людмила немного замялась, - отец Серёжи. Он недавно вернулся в город.
Берёт заказы на электрику на авито, вот и...
- Ясно. В общем так, Людмила, больше не хочу тебя видеть рядом даже случайно.
Завидишь издали — перейди на другую сторону. Не пытайся мешать, сильно пожалеешь. Я
больше не добренький Денчик. Насчёт квартиры свяжусь с Григорием. Все ваши расписки и мои
записи станут аргументами, если снова полезете ко мне. Всё.
Денис не стал предупреждать, бывшую любовницу, что собирается забрать девочку.
Для этого нужно собрать документы и факты. Вот соберёт данные, что ни мать, ни условия
содержания не соответствуют нормам, и тогда начнёт действовать.
Денис тяжело вздохнул. Похоже, даже для себя интуитивно он уже понял, что Настя к нему не
вернётся. И Тимофей - отрезанный кусок. Осталась у него лишь эта трёхлетняя кнопка — вот и вся
его новая семья. И то вопрос: сложится ли, получится ли...
10
Настя с Тимофеем уехали, и Морозов налёг на дела, стараясь освободить себе время для
короткого отпуска. Он знал и любил Сибирь, бывал во многих значимых местах, но ежегодно
летом всё равно куда-нибудь выезжали с друзьями. Теперь он хотел сам рассказать и показать
любимой женщине этот интересный и древний край. Алтай, Хакасия — древнейшие места
расселения людей. Одна Денисова пещера чего стоит и сколько тайн хранит. Кто-то всерьёз верит, что она — вход в Беловодье, знаменитую шамбалу, и от туда есть тайные ходы на Тибет в пещеры
великанов.
Морозов, хотя и был достаточно богат, но не принадлежал к числу тех, кто любит салонные
встречи, люксовые рестораны и курорты. Сибиряк по рождению, он и путешествия предпочитал
экстремальные в дикие места с первозданной природой.
И людей в друзья выбирал соответствующих.
Но для Насти он хотел начать со вполне цивильных мест, показать Чуйский тракт до монгольской
границы, водопады и озёра. Но как бы Алексей не торопился, срок его отъезда всё отодвигался и
отодвигался.
Вначале оказалось, что на одной из районных лесопилок произошёл пожар. Жертв не было, но
туда пришлось лететь вертолётом и разбираться на месте. Это заняло несколько дней.
Потом прицепилась Маргарита. Потребовала загрузить работой водителей тех камазов, которые
он ей подарил. Типа, бюро всё равно входит в вашу фирму, а у неё пока работы нет. Ради этого
начала являться в его офис ежедневно, как на работу.
При этом Маргарита не стеснялась устраивать провокации на людях, демонстрируя «особые»
отношения с Морозовым: то поцелует его в щёку, то навяжется с ним на обед. Всем и даже
самому Морозову стало ясно, что девушка намерена обосноваться рядом с ним надолго. Только
Морозову это было не надо. Раздражало неимоверно и скоро довело до точки кипения.
Маргарита была более молодой копией его бывшей жены. А ему не двадцать пять, чтобы вестись
на круглые дыньки из силикона. Он надеялся, что слов будет достаточно, и объяснил Маргарите, что для неё он всегда занят. И, вообще, у него есть женщина, но Маргарита не поняла...
Как-то к концу недели явилась к нему поздно вечером на городскую квартиру. В течение рабочей
недели Морозов жил в городе. Так ему удобнее было выдерживать график работы. В старом
Томске у него была отличная трёхкомнатная квартира. За городом же имелся большой дом, куда
Морозов приезжал в пятницу на все выходные. Так было заведено. И, если ему кто-то говорил, что
бизнес требует постоянного присутствия, то Морозов отвечал, что бизнес требует правильного и
рационального распорядка, а не суеты. И на этом стоял твёрдо.
Поскольку раньше Маргарита бывала у него часто, то охрана комплекса пропустила её, не
поставив в известность. Хотя девушка не появлялась здесь уже давненько.
Морозов открыл дверь не глядя, потому что никто чужой и незнакомый к нему в это время прийти