Пару дней спустя

– То есть вы утверждаете, что на вас напали сзади, и после этого вы проснулись в сортире в тюремной робе? – в пятый раз спрашивала Вивиан, потирая виски от перенапряжения.

Помещение, где она проводила допрос, было небольшим и довольно душным. Серые стены, обклеенные старыми плакатами о правилах поведения в полиции, казались ей удушающими, как и сама атмосфера. На столе перед ней лежали бумаги с записями допроса, а также ее собственные заметки – неясные каракули, отражающие ее внутренние мысли.

День выдался очень суматошным. Первое, что она сделала утром, – погрузилась в просмотр записей с видеокамер, которые находились в районе тюрьмы. Она нашла лишь момент, где машина охранника выезжает с парковки и теряется где-то в лесу. Вивиан сделала заметку, что нужно проверить эти окрестности, но предчувствие подсказывало ей, что это бесполезно.

Затем была встреча с начальством. Отчет об убийстве рыбака оказался не просто формальностью – ее жестко отругали за якобы невыполнение должностных обязанностей. За последние несколько месяцев Вивиан зарекомендовала себя как детектив, который ставит высокие планки и часто находит решение. Но в этот раз все шло не по плану, и ее коллеги демонстрировали недовольство, увеличенное давлением из-за нагрузки в работе. Детектив не решилась рассказать начальству о встрече с Зейном, подумав, что разберется с этим сама.

И последней каплей стал допрос охранника тюрьмы, который говорил о том, что ничего не помнил. Его невнятные ответы только усилили ее недовольство: он не только не мог рассказать о дне нападения, но даже не помнил дату.

Вивиан прикрыла глаза на мгновение, пытаясь сосредоточиться и собрать мысли. Легкие нажатия на виски помогали лишь на секунды, не больше. Она открыла глаза и взглянула на охранника, который, казалось, не понимал произошедшего.

– Вы уверены, что у вас нет ничего, о чем стоило бы сообщить? – спросил Джонни, который тоже присутствовал на допросе.

– Я вам уже все сказал, – буркнул охранник, явно уставший от беседы. – Я просто делал свою работу.

«А работа у вас, похоже, не очень хорошо выполняется», – подумала она, но при этом не стала высказывать свое неодобрение.

Вивиан вновь потянулась к своему блокноту с записями и зачеркнула карандашом строчки. Это была ее последняя попытка выяснить, не упустила ли она что-то важное.

– Но ведь у вас есть записи с камер. Там должен быть какой-то след, – настаивала детектив по мере того, как ее нервозность накапливалась.

Вопрос за вопросом она приближалась к своей грани, за которой все становилось только более запутанным. Она могла бы узнать, что произошло, но сейчас явно стояла на месте, как будто вязла в болоте.

Охранник развел руками в безнадежном жесте.

– Я не знаю, что вы хотите от меня. У меня нет ответов.

С тех пор как началась эта суматошная неделя, Торн только уставала от неуверенности, и вопрос о том, что могло произойти и как все это связано с делом, теперь затмевал рассудок. Ее инстинкты подсказывали, что что-то явно не так, и Вивиан понимала, что продолжать допрос – значит лишь тратить время.

Она собрала бумаги, оставляя охранника с мыслями о том, как много нужно сделать и как мало у нее информации. Джонни остался в допросной, уверив напарницу, что добудет информацию.

Выйдя в коридор, Вивиан почувствовала резкое головокружение, и внезапно все вокруг поплыло в глазах. Как будто реальность начала постепенно терять свои очертания, и она оказалась в плену мгновенной неуверенности. Сложные мысли о Зейне и его побеге сжимали ее разум, давили тяжелыми облаками тревоги на сердце.

В этот момент, когда ее ноги все еще находились на грани стабильности, она столкнулась с кем-то. Столкновение было не сильным, но достаточным, чтобы отвести ее от центра тяжести. Вивиан попыталась удержать равновесие, но было уже слишком поздно – она почувствовала, как потеряла опору.

Папки с бумагами, которые Торн держала в руках, выскользнули у нее из пальцев и с глухим треском упали на пол, разлетаясь в стороны, словно тихо кричащие о ее неосторожности. Листки бумаги, прежде заполненные буквами и цифрами, отразили всю ее хаотичную работу: допросы, отчеты, факты о Зейне. И теперь они разлетелись, закручиваясь в воздухе, создавая волнение среди тишины коридора.

Перед ней стоял Алистер Броди с недоуменным выражением лица, не успевший даже отпрянуть, когда она столкнулась с ним. На журналисте была белая рубашка, рукава закатаны по локоть, а первые две пуговицы расстегнуты. Его глаза расширились от удивления, а на лбу сквозил легкий слой пота, словно Алистер тоже испытывал панику от неожиданного столкновения.

– Простите, я… – начала Вивиан, одновременно пытаясь собраться и поднять свои бумаги с пола.

Ей было неловко, и этот момент показался смущающим на фоне всей уже существующей неразберихи. Устранение маленькой ошибки казалось задачей с непомерным весом, когда мысли о Зейне все еще кружили вокруг.

Алистер, по-прежнему ошарашенный, шагнул к ней, чтобы помочь. Он наклонился и подхватил несколько листков. Вивиан почувствовала, как ее лицо краснеет от растерянности и внутреннего стыда за такую неуклюжесть.

– Все в порядке? – спросил он, выпрямляя спину, и в его голосе звучало нечто ободряющее.

Вивиан кивнула, стараясь собраться с мыслями, которые в очередной раз распадались на куски.

– Да, все хорошо. Просто немного… Не важно, – произнесла она, пытаясь избавиться от ощущения, что этот момент был слишком незначительным на фоне ее текущих проблем.

Она наклонилась, чтобы собрать оставшиеся бумаги, и в этот момент взгляд Алистера встретился с ее. В его глазах было нечто большее, чем просто случайное беспокойство, – ей показалось, что он будто рассматривает ее, понимая, что здесь происходит гораздо больше, чем просто столкновение. Эта искра понимания пробежала между ними, вызывая желание поделиться всем, но еще было слишком рано.

– Детектив Торн? – Журналист ее узнал, и в его голосе прозвучал элемент уважения, который она не ожидала услышать в этой ситуации.

– Алистер Броди, – ответила она, выпрямляясь и принимая бумаги из его рук. У нее возникло легкое чувство признательности к нему за то, что он с готовностью помог. Даже в такой неловкой ситуации его присутствие оказалось поддержкой. – Что вы здесь делаете?

– Пришел брать интервью у одного заключенного, а у вас, вижу, дела не очень, – произнес он, и голос стал серьезнее, его наблюдательный взгляд не оставлял места для сомнений. – Зейн Де Хаан натворил немало дел, не так ли?

Вивиан тяжело вздохнула, зная, что ей не хочется обсуждать свои проблемы на публике. Но ее инстинкт подсказывал, что этот человек может помочь, если она только сумеет обнажить ситуацию так, чтобы не потерять привлекательно собранный вид детектива.

– Вы что-то знаете о нем? – произнесла она, стараясь переключить внимание на важные моменты.

– Давайте так, детектив. Я сейчас немного тороплюсь, но сделаю вам предложение: я вам даю информацию о Зейне, а вы мне кое с чем поможете. Идет?

Вивиан прикусила губу, размышляя над его предложением. В голове у нее метались мысли: будет ли правильным помогать журналисту? Она знала, что информация может иметь большую ценность как для нее, так и для Алистера – но какие будут последствия? Вивиан понимала, что работа журналиста заключается в том, чтобы выудить правду; и в мире, в котором она находилась, уверенность в том, что все будет под контролем, казалась крайне зыбкой.

– Хорошо, – наконец произнесла Торн, решив, что риск стоит того. Она не могла упустить шанс получить важные сведения.

– Встретимся завтра в казино «Серебряный тигр», – ответил Алистер, уже собираясь уходить, и его тон ясно давал понять, что он считает эту встречу важной и неизбежной.

– В казино? Но почему именно там? – воскликнула Вивиан, пытаясь задержать его, ее любопытство возросло.

Алистер обернулся, сделав пару шагов назад, и засиял белоснежной улыбкой, что резко контрастировала с его смуглой кожей, как лунный свет на темном фоне.

– Там очень весело, – с легким сарказмом произнес он и после этих слов подмигнул, будто предвещая, что жизнь не так уж плоха. Затем, чуть наклонив голову, он зашагал уже обычным шагом, словно сваливая с себя все заботы.

– Весело, ну как же, – усмехнулась Вивиан, ей стало немного легче после встречи с журналистом. Его игривый, но деловой подход вселил в нее определенную надежду, а разговор помог разрядить обстановку, хоть и на мгновение.

* * *

После долгого рабочего дня Вивиан наконец-то вернулась домой. Узкие улочки Серемора постепенно погружались в вечернюю тишину. Она купила продукты для ужина, ее любимое занятие – кулинария – позволяло расслабиться и отвлечься от профессиональных забот. В этот раз детектив решила порадовать себя чем-то особенным – насыщенным и вкусным блюдом, которое напомнит о простых радостях жизни.

Войдя в квартиру, она поставила пакет с продуктами на тумбу у двери и направилась к раковине, чтобы помыть руки. Приятная прохлада воды мгновенно сняла напряжение после долгого дня. В своих мыслях Вивиан прокручивала все детали расследования, образы зловещих событий и ее взаимодействие с Зейном. Завтра предстояло встретиться с Алистером, и это добавляло еще каплю волнения в ее будни.

После Вивиан вновь взяла пакет с продуктами. Но вдруг что-то соскользнуло с тумбы и в падении с глухим стуком ударилось об пол. Сердце на миг замерло – она быстро наклонилась, чтобы проверить, что именно упало.

Когда Торн увидела этот предмет, ее взгляд наполнился удивлением: это был конверт с документами, который принес Зейн. Она совершенно забыла о нем на фоне всех недавних тревог.

Вивиан почувствовала, как вселенная словно подталкивает ее к этому моменту. Волнение нарастало – сейчас самое время открыть его. Она аккуратно порвала край конверта и вытащила содержимое.

На свет вынырнула старая, слегка пожелтевшая фотография. На ней дюжина детей стояли вместе напротив здания с вывеской, на которой была надпись: «Приют Серемора». Вивиан не сразу поняла, что ее осыпало слоем воспоминаний. Она прищурилась и вгляделась в лица ребят, и вдруг сердце бешено заколотилось: среди них она узнала себя и мальчика, который был ее единственным другом на тот момент. Его звали Энтони. Даже на фотографии они стояли вместе, держась за руки, словно были одни против всего мира.

Ввиан вспомнила их первую встречу: она увидела, как после издевок приютских мальчишек он лежал на холодном полу, тихо плача. В знак успокоения Вивиан протянула мальчику леденец и одарила его улыбкой. С этого момента они не расставались ни на секунду, защищали друг друга. Но по достижению совершеннолетия жизнь разлучила их. Вивиан отправилась в полицейскую академию, а путь Энтони был неизвестен.

Вивиан почти прослезилась, вспоминая те теплые дни, проведенные с другом, но сдержалась. Она задумалась, глядя на фотографию. Вопрос будто эхом гремел в ее голове: «Откуда у Зейна фотография детей из приюта?»

Эта мысль будоражила, заставляя сердце стучать быстрее.

Зейн, человек, оказавшийся в центре шокирующих событий, мог знать что-то, о чем Вивиан даже не подозревала. Почему он держал у себя такую старую фотографию? Это было не просто случайное совпадение – она ощущала это инстинктивно. Возможно, у него были какие-то связи с прошлым, о которых она ничего не знала.

В биографии Де Хаана было написано, что он жил в приюте. Но странное несоответствие фактов привлекло ее внимание: когда она проверяла списки детей, зарегистрированных в этом приюте в те годы, имя Зейна отсутствовало. Это настораживало.

Как мог Зейн не быть в списке? Приют в Сереморе был единственным в округе; все дети, которых там держали в те годы, тщательно документировались. Если он действительно провел часть своего детства в этом учреждении, то его имя должно было быть в архивах. Вивиан вспомнила, как внимательно она просматривала их, когда вела дело Де Хаана, – не было никаких следов его пребывания. Тогда ей показалось это очень странным, но спустя время Торн забыла об этом, и ничто больше не напоминало ей.

Эта находка только усилила ее любопытство. Если бы Зейн жил в приюте, то какой-то документ или по крайней мере свидетельство об этом должно было оставаться. Возможно, он просто не числился в списках из-за какой-то административной ошибки? Или, возможно, провел свое детство в другом месте, а затем, когда его отправили в Серемор, его имя не внесли в официальные документы?

С другой стороны, это могло быть и чем-то более темным. Вивиан почувствовала холодок, пробегающий по спине. Что, если Зейн пытался скрыть что-то другое? Или, наоборот, раскрыть? Эти мысли беспорядочно сновали в ее голове, подталкивая к новым, еще более тревожным вопросам.

Но что же он пытается ей сказать? Вивиан намеренно обдумала все разговоры, которые они вели, его слова, его взгляд. Она проанализировала каждую деталь, которые казались незначительными в тот момент, но теперь начали складываться в общую картину. Возможно, Зейн знал что-то важное о событиях в Сереморе, о которых она даже не догадывалась. И возможно, эта тайна была связана с его прошлым, с его жизнью в приюте.

Выход был только один: вновь встретиться с Зейном. Это было опасно, особенно после его проникновения в ее дом и недавней встречи. Но жажда детектива узнать правду пересиливала здравый смысл. Вивиан понимала, что эта встреча может стать не только ключом к разгадке ее собственных вопросов, но и возможным шагом в помощи самому Зейну, который, казалось, прятал тьму в своей душе.

Она потянулась к другим бумагам в конверте, о которых почти забыла в своих размышлениях о фотографии. Вытянув несколько досье, она остановилась на мгновение, когда увидела их заголовки. Это были имена жертв Зейна, они запечатлелись в ее сознании, как колющее напоминание о том, что Де Хаан – убийца.

Вивиан быстро просмотрела страницы, и ее сердце забилось быстрее. Каждое досье содержало информацию о шести жертвах, их личные данные, обстоятельства смерти и краткие описания событий, которые случились до их исчезновения. Она почувствовала, как холодок пробирается по спине.

Что, если все эти жертвы были связаны между собой какой-то осью, центром, которым мог быть Зейн?

Детектив Торн знала дела жертв Зейна, но, когда она уже хотела отложить документы, ее взгляд зацепился за одну неприметную строчку. У всех этих людей было одно сходство: они все судились по одному делу – делу номер 5634.

В досье не было подробностей этого дела, и Вивиан ощущала, как любопытство разгорается внутри нее. Она точно помнила, что никогда не встречала дел с таким номером, и это было непривычно. Номер дела как бы вырывался из общей картины, словно один-единственный след из здания, из которого не видно выхода. Что могло быть настолько важным, чтобы объединить этих людей в одном процессе? Разум детектива разрывало от вопросов.

Не теряя времени, Вивиан схватила телефон и быстро набрала номер Джонни, который остался в полицейском участке. К счастью, она знала, что напарник всегда был на связи и готов прийти на помощь.

– Алло! – прозвучал немного удивленный голос Джонни.

– Джонни, ты ведь еще в участке? – спросила Торн, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри нее уже кипели эмоции. – Достань мне, пожалуйста, из архива дело под номером 5634.

Послышался шорох бумаги, потом голос Джонни вновь раздался:

– Подожди секунду, я проверю. – Пауза затянулась, и в этот момент детектив подумала о том, почему дело с таким номером вызвало у нее так много волнений?

– Вивиан, – снова прозвучал голос Джонни, но теперь он был более настороженным. – Я не нашел этого дела в архиве. Может, ты ошиблась с номером?

Ее сердце на секунду остановилось. Возможно, это была неудача, но не могла же она ошибиться?

– Нет, я уверена, что именно такой номер, – сказала она, стараясь не дать сомнению взять верх. – Проверь, пожалуйста, еще раз. Это дело должно быть тут, просто оно может быть в другом архиве или классифицировано.

Она услышала, как Джонни начинает листать бумаги, и в это время Вивиан раздумывала о том, что именно скрывает это дело. Почему оно не числилось в открытых архивах? Возможно, там были подробности, которые кто-то предпочел бы держать в тайне.

– Я вижу только несколько дел с похожими номерами, – продолжал Джонни, но его голос теперь был более задумчивым. – Но ничего конкретного про 5634. Слушай, может, это дело засекречено или отозвано из архива?

Другие варианты возникали в голове Вивиан, но она не собиралась сдаваться.

– Если его нет в архиве, попробуй поискать информацию по другим отделам или запросить в электронных системах, – сказала она решительно. – Это может быть важно для расследования.

– Ладно, подожди. Я попытаюсь выяснить, – ответил Джонни, и Вивиан почувствовала, как напряжение слегка утихло.

Она сбросила звонок и погрузилась в свои мысли, с беспокойством и осторожностью порой возвращаясь к досье. Почему никто не хотел, чтобы они исследовали это дело? Каковы были связи всех этих жертв с тем, что произошло в Сереморе?

Находясь на перепутье, Вивиан знала, что она может оказаться в центре сложной и опасной игры. Но она была готова идти до конца, чтобы узнать правду. Жажда раскрыть тайны и понять, что находится за заговорами, придавала ей сил, несмотря на то что страх иногда проникал в ее мысли.

После того как время ожидания прошло, снова позвонил Джонни.

– Ви, я тут навел справки. Это дело с пометкой «Совершенно секретно», и, возможно, оно находится в городском архиве. Но туда без ордера не пустят.

– Черт! – вырвалось у Вивиан, когда она поняла, как близко подошла к разгадке, но в то же время оказалась в ловушке. Все эти жертвы, эта загадочная связь… И именно теперь, когда она была готова узнать правду, появился этот непреодолимый барьер.

– Нужно ли мне идти к шефу и получить разрешение на ордер? – спросил Джонни, его голос звучал настойчиво.

– Нет, это может занять время, а у нас его нет. Может, мы сможем сами как-то взять информацию?

– Но это рискованно, Вивиан. Если мы попытаемся проникнуть в городской архив без ордера…

– Я знаю! – прервала она напарника, чувствуя, как внутри все кипело от волнения и решимости. – Встретимся завтра в семь вечера у архива. Решим, что делать, на месте, – произнесла Вивиан, обрывая разговор и оставляя Джонни в недоумении.

После того как она положила трубку, в ее голове закружились мысли. Это решение было рискованным, но сомнений не было – они не могли позволить себе упустить возможность узнать правду. С каждой минутой уверенность в том, что дело 5634 скрывало что-то важное, становилась все сильнее. Если эти люди действительно имели какое-то отношение к Зейну, она должна выяснить, что произошло.

Вивиан зарядила свой ноутбук и быстро начала искать информацию о городском архиве. Даже если их планировавшееся проникновение в архив было рискованным, ей нужно было подготовиться. Она искала схемы, правила доступа, возможно, могли помочь даже разговоры с бывшими сотрудниками.

Неожиданно для себя Вивиан обнаружила на главной странице сайта архива фотографию журналиста, с которым она недавно познакомилась, – Алистера Броди. Его улыбка, запечатленная на снимке, была радостной и уверенной, но в этот момент Вивиан почувствовала, как у нее внутри все перевернулось.

Алистера Броди не просто знали в журналистских кругах; он был главным спонсором архива и активно поддерживал разные инициативы, связанные с сохранением исторических данных и правды о преступлениях. То, что она видела его лицо сейчас, вызывало у нее смешанные чувства.

– Весьма удивительное совпадение, – произнесла Вивиан, прикусив губу, пытаясь унять волнение. Ее голова кружилась от множества мыслей, но одна из них была особенно настойчива: если Алистер может помочь, то она обязана сделать все, чтобы его уговорить.

Посещение казино «Серебряный тигр» теперь казалось более значимым. Это заведение было не только известным местом развлечений, но и притоном для самых разных людей – от завсегдатаев до влиятельных личностей. Зная, что у Алистера в этом заведении могли быть свои знакомства, она понимала, что это может быть их шанс.

Казино всегда было местом, где скрывались тайны и где можно было найти множество зацепок, прячущихся за игорным азартом. Все наряды и гламур лишь прикрывали собой мрачный мир интриг и секретов. Вивиан планировала не просто встретиться с Алистером, но и подговорить его помочь в их расследовании.