Лю Цзи родился в 1311 г., в правление династии Юань. Блистательный и талантливый ученый, он получил высшую ученую степень на государственных экзаменах и получил чиновничью должность. На государственной службе Лю Цзи приобрел репутацию неподкупного и честного человека, и хотя своими качествами он снискал любовь населения тех мест, где он служил, для правящей монгольской элиты он оставался «белой вороной». Будучи чужеземной, династия Юань была вынуждена опираться на китайскую бюрократию, но всегда с большой подозрительностью относилась к случаям установления тесного взаимопонимания между местными чиновниками и простым народом.

С давних пор в системе китайского государственного управления стало традицией назначать чиновников на должности в чужие для них области, дабы предотвратить проникновение в государственные органы духа местничества и родства. Это, в свою очередь, порождало новый клубок проблем, но, в любом случае, синдром социальной напряженности, обусловленный столкновением интересов центральной и местных элит, при чужеземных династиях, таких как монгольский дом Юань, только усиливался. Это противоречие проходит сквозной нитью через всю китайскую историю, оно нашло яркое выражение в победах и испытаниях, выпавших на долю одного-единственного человека – Лю Цзи.

В 1348 г. юаньский двор поручил Лю Цзи подавить мятеж в одной из областей, ибо к тому времени Лю Цзи прославился не только как выдающийся ученый, но и как умелый стратег. Загнанный в угол мастерским ведением кампании предводитель мятежников попытался спасти свою жизнь с помощью большой взятки. Лю Цзи отказался это сделать, и тогда мятежник отправился в Пекин, монгольскую столицу, и там подкупами сумел вымолить себе прощение.

Так преступник получил должность и государственное жалованье, а Лю Цзи только ухудшил свои отношения с властями. В конце концов, он подал в отставку и вернулся в родные места. Здесь он, сам не желая того, обрел последователей, ибо к нему приходило немало людей, бежавших от грабежей и преследования со стороны того самого предводителя мятежников, который деньгами и подарками сумел пробить себе дорогу прямо в центральный аппарат империи. В 1366 г. Лю Цзи пригласили в ставку Чжу Юаньчжана, одно время – последователя радикальной воинственной секты «Белого лотоса», а в ту пору – уже лидера народного антимонгольского движения на юге Китая.

Чжу Юаньчжан был поражен глубиной стратегического мышления почтенного Лю Цзи, которому в ту пору было пятьдесят пять и который обладал огромным политическим и военным опытом. С помощью советов и указаний Лю Цзи Чжу Юаньчжан за восемь лет объединил под своим началом все разрозненные китайские отряды на юге страны и двинулся на север, чтобы изгнать монгольских захватчиков. Чжу Юаньчжан основал китайскую династию Мин, а Лю Цзи стал одним из его самых приближенных и доверенных лиц и внес, пожалуй, наибольший вклад в создание нового государственного порядка.

Лю Цзи умер в 1375 г. в возрасте шестидесяти четырех лет, и смерть его была не лишена какой-то трагической иронии, хотя, с другой стороны, ее можно рассматривать и как финальный героический жест и последний урок, преподанный Лю Цзи миру. На протяжении всей своей карьеры Лю Цзи был мишенью для завистливых невежд, но при этом всегда отличался беспристрастностью суждений, что было одной из главных причин, по которым его советы высоко ценились, но что также стоило ему жизни. Один из тех, чье назначение на высокую должность Лю Цзи отверг, сумел опорочить самого Лю Цзи, убедив императора, что тот замышляет узурпировать власть. Лю Цзи лишили поста и жалованья, а клеветник получил долгожданное место.

Шок и гнев, вызванные такой вопиющей несправедливостью, подорвали силы Лю Цзи, и вскоре он скончался. Еще будучи советником, он говорил императору, что найти для управления государством хороших людей не так уж трудно, если император будет действительно честен и искренен, но никого из окружения Чжу Юаньчжана нельзя было считать действительно достойным. Кроме того, Лю Цзи говорил императору, что человек, который будет пытаться строить против него козни, будет подобен лошади, запряженной в колесницу, – она вполне может порвать упряжь. Как оказалось, именно тот самый человек, обвинявший Лю Цзи в стремлении узурпировать власть, добившийся его изгнания и ставший высокопоставленным чиновником минской династии, планировал государственный переворот с целью установления собственной династии. Он даже искал союза с монгольскими князьями, представителями уже канувшей в лету династии Юань, надеясь свергнуть дом Мин. Заговор раскрыли, и свыше тридцати тысяч человек признали виновными в предательстве. Так, последним уроком Лю Цзи был следующий: половина хорошего совета – это знание того, где взять его. Как говорил Лю Цзи минскому императору: «К чему беспокоиться о том, что в Поднебесной нет талантов? Нужно лишь, чтобы мудрый правитель искренне хотел их найти».

Лю Цзи известен не только как воин, стратег и государственный деятель, но и как поэт и писатель. Одно из его первых сочинений, «Высоконравственный», написанное во время его первого вынужденного ухода от дел, прекрасно иллюстрирует его философию жизни, общества и управления. В одном из пассажей, темой которого является избежание военного конфликта, Лю Цзи демонстрирует глубокое понимание даосской философии, которой пронизана высшая стратегия «Искусства войны» великого Сунь-цзы:

«Хороший полководец уменьшает врага, плохой полководец увеличивает врага. Тот, кто уменьшает врага, процветает; тот, кто увеличивает врага, гибнет.

Если хочешь завоевать другое государство, народ этого государства есть твой враг. Поэтому тот, кто проявляет мудрость в уменьшении врага, не побуждает народ выступать против себя.

Совершенномудрые древности не имели врагов потому, что использовали врагов для подавления врагов. Только самые гуманные люди в Поднебесной могут использовать своих врагов для подавления врагов; вот почему враги не поднимались против них и покорялись».

Другие особенности политической и практической философии Лю Цзи можно узнать из его поэзии. Некоторые его стихотворения свидетельствуют об удивительно глубоком и тонком понимании автором противоречий исторических процессов и парадоксальной стратегии «Искусства войны»:

Философия войны Лю Цзи сжато изложена в его неоклассическом сочинении «Бай чжань ци люэ», «Необычные стратегии ста сражений». Эта книга, в основе которой лежит «Искусство войны» и близкие ему по духу тексты, одно из самых известных и популярных творений Лю Цзи. В ней описываются случаи из военной истории, приведенные в нашей книге. Следующие фрагменты позволяют хотя бы отчасти обозначить краеугольные моменты его философии и стратегии управления армией, свидетельствующие о глубокой приверженности автора классическим традициям.

Не забывать о войне

Совершенномудрые древности никогда не забывали об опасности, находясь в безопасности, никогда не забывали о хаосе во времена порядка. Даже когда в Поднебесной царит мир, нельзя напрочь забывать о войне. Лишенный проницательности окажется беззащитным. Следует совершенствовать духовные качества внутри и готовить войска к войне вовне. Будь внимателен и почтителен к чужеземцам, помни о неожиданностях. Регулярные военные упражнения на протяжении каждого из четырех сезонов есть способ показать всем, что государство не забывает о войне. Не забывать о войне – значит наставлять людей не забрасывать занятия боевыми искусствами.

Правило гласит: «Даже если в Поднебесной мир, забыть о войне – значит вести государство к гибели».

Осторожность

Во время войны необходимо быть осторожным и осмотрительным. Действуй только тогда, когда видишь, что окажешься в выигрыше; если видишь, что преимущества нет, останавливайся. Сохраняй благоразумие и не выступай слишком поспешно. Тогда не окажешься в смертельно опасном положении.

Правило гласит: «Будь недвижимым, как гора».

Отдых

Во время войны не расслабляйся даже после того, как одержал победу. Будь еще более бдительным, защищаясь от врага; находясь на отдыхе, будь еще более внимательным.

Правило гласит: «Всегда будь подготовленным, и не познаешь бед».

Безопасность

Когда враг пришел издалека и силы его на пределе, немедленно начать сражение выгодно для него; поэтому укрепи оборону, сохраняй бдительность и не отвечай – жди, когда силы его угаснут. Даже если противник попытается спровоцировать схватку и подтолкнуть тебя, не двигайся.

Правило гласит: «Находясь в безопасном месте, сохраняй неподвижность».

Изменения

Сущность принципа ведения войны – откликаться на изменения; знания и опыт – вот путь понимания армии. В любом действии важно прежде оценить врага. Если противник не предпринимает никаких действий и не меняется, подожди, пока он сделает это. Воспользуйся преимуществом изменения, чтобы откликнуться соответственно, и обретешь выгоду.

Правило гласит: «Умение добиваться победы изменением и приспособлением к врагу называется несравненным искусством».

Воинственность

Оружие есть инструмент зла, война противна гуманности. На самом деле к ним следует прибегать только тогда, когда другого выхода нет. Идти военным походом на другие земли только потому, что государство велико и богато, – неправильно, ибо это закончится тем, что государство потерпит поражение и погибнет. И тогда будет уже поздно сожалеть о содеянном. Война подобна огню – если огонь не остановить, он сожжет самого себя без остатка. Воинственность и самонадеянность очень скоро приведут к гибели.

Правило гласит: «Даже когда государство велико, если оно воинственно, оно в конце концов погибнет».

Как и труды всех выдающихся мыслителей Востока, сочинения по стратегии Лю Цзи нацелены, в первую очередь, на пробуждение мысли и оценку ситуации. Хотя, упоминая классических авторов, Лю Цзи активно использует реальные исторические примеры, вопрос о том, когда и каким образом применять те или иные принципы, по самой своей природе является открытым. Конфуций говорил: «Если я построю один угол, а человек не сможет догадаться об остальных трех, с ним не о чем говорить». В символическом плане это классическое высказывание понимается в том смысле, что философия действия значит не так уж много без исторического контекста и размышления.

Приводимые в настоящей книге эпизоды из китайской истории представляют собой летописание войны, а потому они полны боли и ужаса. Будучи редактором, Лю Цзи не высказывает своей точки зрения о том, как должно было бы обстоять дело с этической точки зрения, но он подробно описывает, что может произойти и что на самом деле происходит с мыслями и поведением человека в условиях войны и распрей. С одной стороны, предполагается, что истории эти следует рассматривать отстраненно, для того чтобы более объективно понимать характер человеческих поступков. С другой стороны, ужасы войны живописуются явно с дидактическим уклоном, подкрепляя тем самым исконно присущее китайской традиции неприятие войны непосредственным физическим и эмоциональным отвращением. Тем не менее, в конечном счете рацио-нальный и этический моменты военных историй неизменно дополняет тот, кто обращается к ним в поисках уроков, даже если он делает это ценой поражения. По легенде, когда Соломону предложили на выбор мудрость или богатства, он выбрал мудрость, а богатства получил в придачу к ней.

Фигура воина периода империи Мин (1368–1644). Музей Метрополитен