И пока он ходил за мороженым, она встретила другого и ушла с ним. С тех пор он всех своих жён ни на минуту не упускал из виду. И даже когда он пел на сцене, они должны были сидеть за кулисами в пределах его видимости. И ни один человек мужского пола, допустим, осветитель, а тем паче актёр, не смели приблизиться к потёртому бархатному креслу, в котором сидела его очередная, но всегда законная, жена.

Но кто же знал, что его нежную, юную Милочку уведёт от него не мужчина, а громкоголосая и властная Аделина Высоцкая, главное меццо их театра. Этого он не мог предвидеть и учесть. Никто, кроме Бога, не может заглянуть внутрь человека, чтобы увидеть и узнать его помыслы, мотивы поступков. А уж так называемые порывы души вообще невидимая и непонятная посторонним аномалия.

Это случилось как раз на опере Верди «Отелло». Сам он исполнял там роль зловещего и коварного Яго, а Аделина пела Эмилию, жену злодея. Милочке наконец-то доверили петь Дездемону. Это был её дебют. От радости исполненных желаний и полноты жизни она и сказала мужу, что после спектакля уже не вернётся к нему, а переедет жить к Аделине. А за вещами пришлёт кого-нибудь. Он пропел своего Яго словно бы на автомате, в полубессознательном состоянии от горячей душевной дрожи. В его глазах во время спектакля стоял кровавый туман. Но пел он при этом, как потом сказали, как никогда – на нерве, на взрыве злой страсти. Публика это любит. Его впервые за много лет в оперном настигли шквальные овации. Вызывали его на авансцену, бросали к ногам цветы. А он рвался за кулисы, чтобы… Да. Он все-таки настиг это исчадие ада. Она делила гримёрку с его Милочкой. Там-то всё у них и началось, как он теперь догадался. Он ничего ей не сделал, как потом шептались, всего лишь «убил взглядом». Да… Странная эта, внезапная закулисная смерть вызвала кривотолки. Но никакого криминала следствие не обнаружило. Муж всего лишь зашёл в гримёрку любимой жены, а её там не оказалось. Зато на полу в странных конвульсиях уже корчилось эта самая Высоцкая. Когда падала, ударилась, видимо, об угол гримёрного столика. Он даже скорую ей вызвал. И похороны достойные этой одинокой оперной артистке организовал. Аделина была уже слишком немолода и не хороша собой. Поэтому в театре ей быстро нашли замену. Милочку он устроил на лечение в институт психиатрии, в отделение последствий суицида. Зато его голос обрёл новую силу. Особенно ему удавались страстные ариозо с роковым оттенком. Но он больше уже никогда не женился. Что да, то да…